Несмотря на то что я нарушила шестую заповедь, Господь сжалился надо мной. К тому времени, когда капитан Косов с помощником пришли в «Метрополь» и заметили мое исчезновение, я мирно спала в поезде, полным ходом идущем уже по территории Польши. Никаких недоразумений на границе не возникло, поэтому я успокоилась и позволила себе немного расслабиться.

Я остановилась на несколько дней в Берлине. Во-первых, я должна была прийти в себя после поездки, а во-вторых, купить кое-какие вещи, поскольку весь багаж, за исключением платья, что было на мне, мне пришлось оставить в гостинице в Москве. Я вряд ли смогла бы объяснить мужу его потерю.

Через три дня Ренард встречал меня на парижском вокзале.

– Все хорошо? Как ты съездила? – целуя меня, спросил он. – Выглядишь ты усталой. Все прошло удачно? Без осложнений?

– Нормально, – неопределенно произнесла я.

– С тобой все в порядке? – нахмурившись, поинтересовался граф, взяв меня за плечи и пристально посмотрев в глаза. – Ты не обманываешь?

– Я на самом деле очень устала, – высвободившись, ответила я. – Поедем домой!

– Да… конечно, – проговорил Тюренн, озадаченный такой встречей.

Всю дорогу мы молчали. Муж то и дело поглядывал на меня. Но я делала вид, что не замечаю его повышенного внимания. Мне совершенно не хотелось разговаривать. Особенно с ним. Приехав домой, я сослалась на головную боль и поднялась к себе. Отпустив служанку, которая хотела немедленно разобрать чемодан, я закрыла за ней дверь. Мне следовало побыть одной и разобраться в себе.

– Ты приехала совсем без настроения, – заметил Ренард во время ужина. – Неужели ты расстроилась из-за того, что тебе вновь пришлось покидать Россию? Прости, я не предполагал, что возвращение на Родину так взволнует тебя. Что ни говори, русская душа – потемки.

– Нет, я не тоскую по России. Точнее, тоскую, но по другой стране. Той, которой уже нет и никогда не будет.

– Ты так считаешь? – удивился муж. – Значит, все так плохо?

В двух словах я рассказала Тюренну о моем пребывании в Москве, о том, что мне довелось увидеть на параде и во время прогулок по городу (естественно, утаив от него все, что касалось встреч с теми людьми, ради которых я, собственно, и отправилась в опасную поездку).

– Не думал я, что все настолько серьезно, – нахмурившись, отозвался Ренард.

– Нам придется смириться с тем, что патриархальная Россия умерла, навсегда исчез тот мир, который мечтают вернуть недальновидные люди. Прошлое кануло в Лету, что прошло, того уже нет и не будет. И с этим придется смириться, как бы больно ни было.

– Тебе удалось найти семейные украшения? – едва не застав меня врасплох, спросил Ренард.

– Увы, нет. Экономка умерла пару лет назад. Что стало с ее вещами, никто не знает. В квартире, где мы раньше жили, давно поселились чужие люди.

– А может быть, она передала драгоценности твоим знакомым?

– Мне не удалось никого найти. Да некого было искать: отца подруги убили через месяц после моего отъезда в Одессу, ее мать почти сразу умерла, а сама Софи сгинула. Ушла из дома в неизвестном направлении.

– Но ты говорила, что с ними все в порядке, – недоуменно посмотрев на меня, спросил муж.

– Сергей передал мне неточные сведения, – нашлась я. – Те люди – однофамильцы. А мои друзья… они погибли.

– Я сожалею, – опустив голову, посочувствовал Тюренн, понявший причину такого странного поведения жены. – Мне на самом деле очень жаль. Часто лучше находиться в неведении. Реальность может сильно ранить.

– Ты прав… Прости, по отношению к тебе я вела себя не лучшим образом, – как можно ласковее произнесла я. – Просто мне необходимо время, чтобы свыкнуться с мыслью о новых потерях. Сколько их было в моей жизни, а я никак не могу привыкнуть.

– К ним, к сожалению, невозможно привыкнуть, Катрин… Не волнуйся, я тебя понимаю и постараюсь сделать все, чтобы ты поскорее позабыла о своих несчастьях.

Пусть я и не любила мужа (зачем это скрывать), я была очень благодарна ему за поддержку. Поэтому в тот вечер я поклялась самой себе, что после того, как я расквитаюсь с главным виновником моих бед, заставив его заплатить по старым счетам сполна, то постараюсь стать образцовой и любящей женой. Мне очень этого хотелось…

Через несколько дней мы получили приглашение от одного влиятельного политического деятеля посетить его загородный дом. На вечере присутствовало много гостей, в том числе и русский посол.

– Какая неожиданная встреча, – широко улыбнувшись, сказал товарищ Мальцев.

– На самом деле, – пробормотал Тюренн. – Вот уж никак не ожидал вас тут увидеть, мсье.

– Сегодня мы подписали ряд договоренностей между нашими странами, поэтому странно было бы, если бы нас не пригласили на мероприятие в честь достигнутых соглашений.

– Нас? Мсье Семенов тоже тут? – оглядывая гостей, спросил муж. – Признаться, мы давно не встречались с ним. Неужели так много работы?

– О да, – криво ухмыльнулся посол. – Живем-то мы словно на вулкане… И сегодня его нет. Неотложные дела заставили Сергея Владимировича вернуться в Россию.

– Насовсем? – невольно вырвалось у меня.

– Кто же отпустит такого ценного работника, мадам, – рассмеялся Мальцев, с любопытством посмотрев на меня. – Всего на пару-тройку дней, от силы, может, на неделю.

Поймав на себе удивленный взгляд мужа, я покраснела. «Дьявол! Надо же было так опростоволоситься, – ругая себя последними словами, думала я. – Не хватало еще, чтобы Ренард что-то заподозрил». Но сказанного было уже не вернуть, поэтому, сделав пару замечаний насчет погоды, я покинула мужчин и вышла пройтись по парку.

– Ты чем-то обеспокоена? – неожиданно услышала я голос мужа. – Что случилось?

– Ничего, – как можно естественнее проговорила я, хотя меня бил озноб. – Почему ты так решил?

– Меня насторожило твое поведение, и только. Тебя чем-то расстроили слова Мальцева?

– Меня? Вовсе нет, – попыталась оправдаться я. – Просто узнав, что Сергеев в Москве, я испугалась. Все-таки мы могли случайно встретиться с ним лицом к лицу. Ты можешь представить, ЧТО бы тогда произошло? Я в Москве, да еще и под вымышленным именем.

– Да, я не подумал об этом, – немного успокоившись, ответил Тюренн. – Что ж… Катрин, я прошу тебя: больше никаких поездок в Россию. Это очень опасно. Договорились?

– Несомненно, – сдержанная улыбка тронула мои губы. – Мне больше нечего там делать.

– Вот и умница, – обрадовался Ренард и обнял меня за плечи. – Ну что? Вернемся в дом? Становится прохладно.

– Как скажешь, – согласилась я с мужем, и мы неспешно прошли в ярко освещенную залу.

Остаток вечера я старалась держаться подальше от российского посла, несмотря на то что тот несколько раз предпринимал попытки заговорить со мной. В конце концов, мне надоело бегать от него, и я, сославшись на усталость, попросила мужа отвезти меня домой.

Следующая неделя прошла тихо и монотонно. Ренард утром уходил по делам и возвращался только ближе к вечеру. По его возвращении мы обычно шли либо в ресторан, либо в театр. Иногда нас посещали его друзья. Но в основном я была предоставлена самой себе. Не зная, чем заняться (мои обычные дела не приносили радости), я бродила по городу, благо погода позволяла совершать длительные пешие прогулки. Ах, какая это была весна! Легкий теплый ветерок трепал мои кудри, выбивавшиеся из-под шляпки, солнышко ласково улыбалось прохожим, которые нежились в его лучах. А как звонко щебетали птахи в парках! Я сидела в Люксембургском саду на лавочке с закрытыми глазами и наслаждалась покоем. Я уже почти забыла о моей поездке в Москву и об этих страшных днях. Поверьте, убить человека нелегко, даже если он преступник и заслуживает наказания.

– Я так и думал, что застану тебя здесь, – внезапно услышала я голос, заставивший меня похолодеть.

Да, внутри меня все оборвалось, ибо, открыв глаза, я увидела стоящего передо мной товарища Семенова – моего злейшего врага.

– Почему ты был уверен в этом? – недоуменно проговорила я. – Я могла быть где угодно.

– Я изучил твои привычки, дорогуша, – оскалился Сергей. – Отобедав, ты любишь прогуляться по парку, если погода позволяет. И приходишь всегда именно сюда, причем на одну и ту же лавочку.

– Да? – изумилась я. – Хм, странно, не замечала… Когда ты вернулся?

– Откуда? – насторожился Семенов.

– Перестань, я знаю, что ты ездил в Москву.

– Интересно узнать, от кого ты получила эту информацию? – внимательно поглядев на меня, спросил Сергей.

– Все просто: Мальцев рассказал мне и Ренарду о твоем отъезде.

– Понятно, – глухо рассмеялся собеседник, – а то уж я подумал, что твой муженек устроил за нами слежку.

– Не говори глупостей, муж доверяет мне.

– А напрасно, не так ли? – проведя по моей коленке рукой, отозвался он. – Как же я скучал по твоим объятиям…

– Я тоже, – солгала я, – мне очень не хватало тебя.

– Тогда, – он подмигнул мне, – может быть, мы прогуляемся? Я знаю тут одно местечко, где нам никто не помешает. Впрочем, ты тоже знакома с ним.

Вместо ответа я поднялась и покорно пошла вслед за ним. «Черт побери! Что же делать? Кольца с ядом у меня нет, ведь я не планировала встречаться с ним сегодня. Перенести нашу встречу на другой день, объяснив мой отказ тем, что я вспомнила об одном неотложном деле? Не поверит! А хуже всего, это вызовет подозрения, и тогда мне будет трудно подобраться к нему так близко. Так-то оно так, но я не смогу больше терпеть его объятия. Это выше моих сил!»

Тем не менее мы взяли такси и поехали в ту захудалую гостиницу, в которой не раз встречались. Всю дорогу Сергей рассказывал мне о чем-то, но я была крайне невнимательна. Да и не могла вникнуть, потому что в моей голове крутился только один вопрос: что делать? Семенов, казалось, и не замечал моего странного состояния и продолжал говорить, говорить и говорить.

– Ты совсем не слушала меня, – сказал он, когда мы поднимались в номер. – О чем думаешь? Тебя что-то тревожит?

– Да, – задумчиво проговорила я, импровизируя на ходу, – твои слова не давали мне покоя всю дорогу.

– Хм… какие именно?

– О слежке мужа… вдруг они верны? А если он и в самом деле нанял частного сыщика следить за мной?

– Не говори ерунды, – открывая дверь, расхохотался Сергей. – За каким лешим это ему? Твой муж почти старик, могу поспорить, что граф уже давно… как у вас, у аристократов, говорится… не исполнял супружеский долг. Я прав?

Невольно я залилась краской. Мы в самом деле давно уже не жили как муж и жена в этом смысле. Но не по причине полового бессилия Ренарда, а потому, что, связавшись с Семеновым, я чувствовала себя грязной и поэтому не подпускала мужа. Только порвав с моим врагом, я смогла бы вновь вернуть себе самоуважение и стать Тюренну достойной супругой.

– Раздевайся! – приказал мне Сергей, снимая пиджак и галстук и бросая их на стул. – Кстати, не хочешь выпить? Я тут коньячок привез из России. Настоящий, наш.

– Хорошо, налей, – согласилась я, лихорадочно думая, что бы мне предпринять. – Я на минуту в ванную. Подожди!

Зайдя в туалетную комнату, я заперлась. «Господи! Что же мне делать? – в очередной раз вопрошала я. – Помоги мне! Подскажи, как избавиться от ирода?»

Открыв сумочку, чтобы достать расческу, я внезапно увидела револьвер, который несколько дней назад дал мне муж.

– Для какой цели? – подняв на него взгляд, спросила я тогда. – Зачем он мне нужен?

– Ты часто выходишь гулять одна, а времена сейчас неспокойные. Так будет лучше и для тебя, и для меня.

– Если ты так считаешь, то тогда не о чем и говорить.

Мне был непонятен его поступок, но я не стала спорить.

– На самом деле странный поступок, я согласен с графиней, – вслух произнес комиссар Вилар. – И почему Тюренн не рассказал мне об этом эпизоде? Необходимо будет переспросить графа о револьвере и о причине необычного подарка…

Но я прекрасно понимала, что даже с револьвером в руках у меня мало шансов справиться с бывшим военным. К тому же я не была уверена, что смогу выстрелить в человека. В том, что он убьет меня, перехватив инициативу, я не сомневалась. И тут мой взгляд упал на небольшую коробочку, в которой лежали маленькие таблетки для сна. В последнее время я совершенно не могла спать, и мсье Клод, наш лечащий врач, прописал мне снотворное. Как раз сегодня доктор позвонил мне и сказал, что я могу забрать лекарство. «Какая удача! – возликовала я. – Господи, ты не отвернулся от меня. Благодарю!» В моей голове молниеносно сложился план.

– Ты чего так долго? – спросил меня Сергей. – Я заждался. Давай скидывай одежду… хочу полюбоваться твоими прелестями.

– Может, ты тоже заглянешь в ванную?

– Чего я там не видел?

– На улице достаточно тепло, не мешало бы ополоснуться перед… ну ты понял. Мне было бы приятно! А уж позднее я расцелую тебя всего… Обещаю, что сегодня ты испытаешь такое, о чем никогда и не мечтал, даже в самых эротических снах.

– Ох, уж мне эти бабьи ужимки, – недовольно проворчал Семенов.

Но, заинтригованный моими словами, повиновался.

Я начала действовать. Налив в стакан коньяка, я добавила в него две таблетки снотворного. Я легко могла подмешать ему смертельную дозу, но… Существовало много «но». Во-первых, нас видели вместе. И хотя я не называла своего имени, хозяйка гостиницы вполне могла опознать меня. Мадам Ева на самом деле была не так уж глупа. А в том, что полиция найдет меня очень быстро, я не сомневалась. И тогда о нашей связи узнает весь Париж. Во-вторых, при вскрытии врачи обязательно обнаружат в крови препарат, а когда комиссар, ведущий расследование, вызовет на допрос мсье Клода, тот с легкостью подтвердит, что изготовил это средство для меня. Ну и в-третьих, я не могла больше убивать. Меня и так преследовали кошмары каждую ночь. Порой казалось, что я сойду с ума. Нет, я не была рождена хладнокровным убийцей, отправляющим на тот свет людей за деньги, или маньяком, убивающим ради удовольствия. Безусловно, я ни секунды не сомневалась в том, что этот человек должен умереть, так как недостоин жить на нашей земле. Тем не менее я готова была его простить, если Семенов расскажет мне, за что он и те ироды убили безоружного человека, не сделавшего им ничего плохого. Наивно? Возможно. Вернувшись в Париж, я стала по-другому смотреть на случившееся. «А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас».

Хотя… если бы у меня был под рукой яд в тот момент, я бы не раздумывала ни минуты…

Выйдя из ванны, Сергей буквально набросился на меня, но я, вывернувшись из его объятий, подошла к столу, на котором стояли стаканы с налитым коньяком.

– Может, сначала выпьем? – лукаво глядя на него, проговорила я. – Ты так и не угостил даму.

– Ты хочешь напоить меня, дорогуша? – усмехнулся Семенов. – Так я не против. Если ты считаешь, что порция алкоголя меня возбудит, то можешь не сомневаться: я тебя и так уже хочу. Вместе с тем расслабиться требуется не столько мне, сколько тебе, что-то ты сегодня напряжена… Так что давай выпьем вместе.

Я протянула ему стакан, и Сергей залпом осушил его. Вытерев губы тыльной стороной ладони, он потянулся ко мне. Повалив меня на кровать, Семенов стал срывать с меня нижнее белье, осыпая то поцелуями, то оплеухами. Мужчина действовал настолько грубо, что я, признаться, очень испугалась. «Нелишним было бы растворить все таблетки, – промелькнуло у меня в голове. – Собаке – собачья смерть!»

Вдруг насильник обмяк и затих. Я с отвращением оттолкнула его и, встав с кровати, принялась приводить себя в порядок. Времени у меня было предостаточно. Неспешно одевшись и причесавшись, я подошла к кровати, на которой Сергей спал крепким сном. Боже, какую же ненависть я ощущала! Как в ту минуту мне хотелось придушить его подушкой! Я знала, что он должен умереть, но умереть все же не от моей руки. Сидя в поезде, я умоляла Бога о помощи. Я поклялась Ему, что больше никого не лишу жизни. Господь услышал мои молитвы и дал мне возможность беспрепятственно покинуть враждебную для меня страну. Я не могла нарушить обещание.

Не теряя времени, я разорвала простыню на ленты и связала Семенова. Затем села на стул и принялась ждать пробуждения главного виновника всех моих бед и несчастий.