Было около часа, когда я вернулась в свою квартиру. Усталость притупила мое чувство самосохранения. Пусть Энтон, или Гантнер, или даже Четвертая армия в полном составе разобьют лагерь у моей двери. Я припарковала «транс-ам» у входа и спортивным шагом поднялась по лестнице, ни разу не оглянувшись. Затем сбросила свой рюкзак в прихожей, поставила будильник и, не раздеваясь, упала на кровать.

Проснулась, когда было уже темно. Я лежала в кровати и смотрела в окно на почерневшее небо. Почему Терри и Конрад не захотели выслушать меня? Неужели на Финчли так надавили Кеймович и Фейбиан, что он, занимаясь делом Эмили, намертво вцепился в подкинутую ему версию, не обращая внимания на такие «мелочи», как нападение на меня в субботу, не говоря уже о стычке прошлой ночью?

Я устала бороться. Удары по голове, разорение дома и обвинения самодовольных кретинов, наподобие Зейтнера, давали о себе знать.

Я выбралась из кровати и изобразила рев реактивного двигателя.

– Женская бригада начинает действовать! Внимание, мальчики! Вешайте свои жетоны и ныряйте!

Вопль во весь голос немного улучшил мое настроение. Я прошла в гостиную и стала собирать бумаги. Чтобы засадить кого-либо из мушкетеров под арест, нужно как можно скорее откопать явные следы прохождения денег через «Хоум фри». Хотя из этого еще нельзя наверняка утверждать, что Дердри все знала об этом. Я с досадой пнула стульчик у пианино.

Приведя в порядок книги и бумаги в гостиной, принялась за большой стенной шкаф на лестнице, но в этот момент явились Фейбиан и Финчли вместе с офицером, которого я не числила среди своих поклонников. Я закрыла дверь в квартиру и приветствовала их на площадке.

– Терри, Фейбиан, какой сюрприз! Что вы хотите от дамы в столь поздний час?

– Эмили, – коротко ответил Фейбиан.

– Все повторяется снова. – Я посмотрела на часы. – Луп снова затоплен или весь город вернулся на неделю назад?

– Варшавски, смилуйся! – сказал Фейбиан надломленным голосом. – Не мучай меня, только скажи мне, где моя дочь.

– Терри, я устала. – Сегодня вечером я не могла выносить очередное лицедейство Фейбиана. – Ты знаешь, сколько всего я перенесла за последние несколько дней, с меня довольно. Мессенджер повредился рассудком или он вправду куда-то упрятал свою дочь?

Официальным тоном Терри сообщил мне, что Эмили исчезла из больницы.

– Без тебя, конечно, не обошлось, – добавил он. – Мы договаривались, чтобы ты держалась подальше от де… Эмили. Я могу арестовать тебя по заявлению Мессенджера, но он согласен замять дело, если ты вернешь ему дочь.

– Вытащу, как фокусник, из шляпы, – хлестнула я словами. – У меня нет его дочери. С момента драки с Энтоном сегодня рано утром я не видела, не говорила и не была поблизости от Эмили Мессенджер. Теперь убирайтесь к черту из моего дома и лучше включите ее в «Бюллетень розыска пропавших».

– Хватит молоть чушь, – резко остановил меня Финчли. – Одна из сиделок сказала нам, что женщина-детектив, которая заходила к девочке несколько раз, ушла с ней сегодня около полудня. Женщина с короткими волосами. Я мог бы заставить тебя, как подозреваемую, поехать в больницу для опознания, но сначала мы обыщем твою квартиру.

– У вас есть ордер? И скажите лейтенанту Мэллори, чтобы он известил муниципалитет о судебном иске за беспокойство, который я подам завтра, с утра.

– У нас есть ордер. – Голос Фейбиана был как закаленная сталь. – Это офицер Галати. Он проведет обыск.

Я взяла бумагу у Галати и изучала ее. Мои губы сжались от гнева, но я впустила их в свою квартиру, а сама уселась перед телевизором. Пока они шарили по чуланам и кроватям, осматривали мои кладовки в подвале и на чердаке, я наблюдала, как игроки «Кабс» делали ошибку за ошибкой при подачах.

Финчли хотел обыскать и квартиру мистера Контрераса. Я сказала ему, что мой сосед восстанавливает силы в доме своей дочери, но отказалась дать телефон Рути в Элк-Гроув-Виллидж, и он вынужден был позвонить в отделение с просьбой узнать в больнице ее фамилию.

Ожидая ответа, Терри сказал:

– На случай, если тебе интересно: кое-кто уже отправился домой к Левенталю. Ты ведь знаешь, Виктория, что киднеппинг – это федеральное правонарушение? И укрытие беглеца от правосудия – это серьезное уголовное преступление.

– Определись, Финчли: Эмили жертва преступления или опасный преступник? Зачем, в действительности, она нужна тебе: чтобы защитить или чтобы мучить ее? Вспомни, такой же разговор был у нас восемь дней назад. Пока ты препирался со мной, Эмили была в ужасной беде. Сколько раз я говорила тебе: кто-то охотится за ней, она может представлять непосредственную угрозу для убийцы ее матери, этот человек может убить, похитить ее, – ты только ухмылялся, а теперь оскорбляешь меня и посягаешь на частное владение моего друга. Вспомни, кто нашел Эмили. Ты будешь выглядеть круглым дураком, если я сделаю это еще раз. Но молись, чтобы я нашла ее живой.

Финчли, прищурившись, посмотрел на меня.

– Спасибо за то, что оказала помощь перегруженной работой полиции. Я понимаю тебя, Виктория, это трудно. Кража ребенка могла казаться тебе благородным делом.

– Спасибо, Терри. Я горжусь, что ты такого высокого мнения обо мне. – Я отвесила ему насмешливый поклон и вернулась смотреть игру «Кабсов».

Наконец сообщили домашний номер Рути. Прежде чем Терри набрал его, я вызвалась сама поговорить с мистером Контрерасом.

– Он не пустит вас в квартиру без ордера, но может согласиться, если я поговорю с ним. Чем скорее вы поймете, что Эмили здесь нет, тем быстрее вы будете выяснять, где она на самом деле.

Фейбиан возражал, говоря, что я пытаюсь подать сигнал моему сообщнику. Я предложила ему послушать наш разговор по параллельному телефону в спальне. Терри, который хорошо знал моего соседа, согласился со мной. Фейбиан, с трудом сдерживая нетерпение, выслушал подробный отчет мистера Контрераса о жизни в пригороде, о физическом состоянии собак, которых прогуливали его внуки, поэтому не о чем беспокоиться, детка, о том, как он страдает от крысиных ран, но что это по сравнению с осколочным ранением, которое он получил в Анзайо, – поэтому, опять же, не нужно волноваться, – и затем огорчился по поводу исчезновения Эмили.

Фейбиан прервал его, но мистер Контрерас сразу же на него набросился.

– Как вы смеете подозревать Викторию вместо того, чтобы заботиться о них самому? Нам с Вик в понедельник пришлось спасать их вместо вас. Если бы вы прислушивались к ее совету, то установили бы охрану у палаты девочки. А теперь вы ведете себя чертовски нагло… извини меня, дорогая, я вышел из себя, но этого осла нужно научить хорошим манерам.

– Так могут они обыскать вашу квартиру? – спросила я. – Чем скорее они поймут, что Эмили у нас нет, тем быстрее объявят настоящий розыск.

После еще одного приступа красноречия мистер Контрерас согласился. И хотя я знала, что ему не терпелось вернуться домой, все-таки попросила его остаться у Рути до субботы. Он со вздохом принял отсрочку и тоскливо попрощался.

– Ты ведь не собираешься оставить меня здесь навсегда?

– Только до тех пор, когда достаточно успокоюсь и смогу водить машину без риска кого-нибудь переехать, – пообещала я.

Когда мистер Контрерас положил трубку, я разыскала его запасные ключи на дне ящика с инструментами и дала их офицеру Галати. Но всем и так было ясно, что Эмили в квартире нет, но Галати и Фейбиан все-таки осмотрели квартиру мистера Контрераса. Я сопровождала их, чтобы они ничего не попортили: Фейбиан был вне себя и мог поломать мебель, давая выход своему раздражению.

Терри даже не извинился за свои необоснованные подозрения.

– Вик, у меня улик против тебя как блох на собаке. Если ты все-таки где-то скрываешь девочку, мы найдем ее, и тебе не поздоровится. Запомни мои слова.

– Я все поняла, Финчли. Теперь уходи.

Как только их автомобиль отъехал, я понеслась в «Белмонт Дайнер» за ужином и телефоном. Мой, я знала, мог прослушиваться.

Ожидая заказанного жареного цыпленка, я позвонила Лотти.

– Мне очень жаль, но к тебе домой направляется полиция.

– Это не важно, Виктория! Что могло с Эмили случиться? Ты думаешь…

Я перебила ее:

– Не знаю, но мне почему-то кажется, что с ней все в порядке.

Лотти переварила мое сообщение и сказала:

– Надеюсь, ты не бросила ее где-нибудь одну, нет? Она с твоим соседом?

– Я ничего с ней не делала. Лотти, ты же знаешь: ты единственный в мире человек, которого я не могу обманывать.

– Понятно, – сказала Лотти своим самым сухим тоном. – С тобой самой все в порядке? Или ты хотела бы приехать ко мне на ночь?

– Думаю, для разнообразия стоит поспать в собственной постели. Но спасибо за приглашение, Лотти.

Когда подали цыпленка, я съела его с аппетитом, но без удовольствия. Мне не хватало Конрада. Но никто мне не был нужен настолько, чтобы смириться с тем, как обращались со мной мой любовник и его коллеги.

– Они могли хотя бы выслушать меня, – произнесла я вслух. – Это все потому, что они не верят рассказам женщин.

– Правильно говорите, милая. – Оказывается, официантка была совсем близко. – Этот проклятый мир станет лучше, если они хотя бы будут выслушивать нас.