– Ты же понимаешь, что мог утонуть?! И все из-за меня! Почему ты не сказал, что не умеешь плавать?

– Как такое скажешь! Стыдоба. И потом, ты так старалась. Идея-то отличная… при любом другом раскладе.

Его слова тронули Холли. Ей и самой казалось, что идея замечательная.

– Говоришь, стыдно признаваться, что не умеешь плавать? А когда тебя вытаскивает из воды чуть не вся глостерширская команда пловцов возрастной категории до шестнадцати и младше – это не стыдно?

– Тут не поспоришь. Боже, какой я идиот!

Бен покачал головой, посылая во все стороны брызги, как собака, которая отряхивает шерсть после купания, затем тыльной стороной руки вытер капли со лба. К счастью, сотрудница, проводившая инструктаж, раздобыла для них полотенца. Когда Бена вытаскивали из воды, на бедной женщине лица не было. Видимо, боялась, что ее ждут неприятности из-за того, что допустила на трассу человека, не умеющего плавать.

«На самом деле, – размышляла Холли, – четверо даже для спасания Бена – явный перебор. Все-таки на нем был жилет». Но подростки сами бросились на помощь, не обращая внимания на протесты утопающего. Да, такое не скоро забудешь.

Расстелив полотенца на поросшем травой склоне рядом с лодочным сараем, Холли и Бен наблюдали, как по трассе скачет новая группа искателей приключений. Честно говоря, обидно, что она так и не попробовала снова залезть на стену, наверняка у нее бы получилось… Тем не менее говорить об этом сейчас, конечно, не стоило.

– Знаешь, это даже мило, – произнесла она, слегка похлопав его по колену.

– Мило, что я не умею плавать?

– Нет, что ты решил не говорить мне. Хотя я удивлена. Я даже предположить не могла, что ты не умеешь плавать. Ты же такой спортивный, все время на велике и вообще… Я думала, ты из тех, кто участвует в триатлоне.

– Это из-за мамы. Она ужасно боится воды. Видимо, из-за того случая в Испании.

– Ты вообще никогда не купался в детстве?

– Не-а, на каникулах нас с сестрой все больше возили на поезде в Европу. Ходили по экскурсиям, в пешие походы… подальше от озер. Если и была какая-то вода, то не купались, а на лодках плавали.

– А когда ты вырос? Не захотел научиться?

Бен покачал головой, снова окатив ее брызгами.

– Дело не в желании. Просто руки не дошли. А вот сестра плавает отлично. Когда у нее появились собственные дети, она ходила на уроки плавания вместе с ними. Не хотела, чтобы они упускали что-то в своей жизни, как мы. А я не придавал этому значения.

– Жаль. Плавать весело и полезно. И очень расслабляет. Ну в большинстве случаев, – добавила она, смутившись. – Так много всего можно попробовать, если умеешь плавать! Я вот хотела испытать вейкборд.

Взор Бена устремился вдаль.

– Ты права. В спортивном центре в деревне вроде проводят тренировки. Поспрашиваю.

Он повернулся к ней; с его волос по-прежнему стекала вода.

– Знаешь, Холли Берри, благодаря тебе я готов на новые подвиги! Твоя бесшабашность заразительна.

– Я не бесшабашная.

– Ты выкупила лавку, не имея ни малейшего представления о том, как вести бизнес.

– Тебе никогда не надоест вспоминать об этом, да?

– Ну, пока мы с тобой общаемся, не жди перемен. А общаться, надеюсь, мы будем еще очень долго.

В животе у нее снова что-то затрепетало, на этот раз гораздо сильнее. Бен смотрел на Холли, слегка наклонившись вперед, будто готовясь к поцелую. А может, он сидел так, просто чтобы вода капала на землю, а не стекала по лицу?.. И все же чувство, что это тот самый момент, вернулось, и Холли невольно подалась вперед. Бен наклонился сильнее… и, качнувшись, вскочил на ноги.

– Ну, переодеваемся и едем? – спросил он, перекинув полотенце через плечо. – Не пора ли нам пообедать?

Холли растерянно заморгала. Неужели она снова не так все поняла? Наверное. Пытаясь унять трепет в груди и побороть смущение, она тоже встала.

– Да, пожалуй.

* * *

Пообедали в пабе с классическим меню. Незаметно прошел час, за ним – другой, а когда Кэролайн написала, что закрыла кассу и в магазине все в порядке, у Холли и вовсе не осталось причин спешить. Поэтому решили прогуляться по Сайренсестеру, полюбоваться впечатляющим зданием аббатства и пройтись по оживленной центральной улице.

– Пару лет назад мне предлагали здесь работу, – сказал Бен, когда они шли мимо одного крупного банка. – Приглашали на должность управляющего.

– Впечатляет! Почему отказался?

– Просто все хорошенько взвесил. Меня все устраивало: можно ходить на работу пешком и клиентов я знаю по именам. Не хотелось снова начинать с нуля. Лучшее враг хорошего, верно?

– То есть ты никогда не уйдешь из банка?

– Ну почему сразу «никогда»?.. А ты бы ушла из лавки?

Холли состроила гримасу:

– Смеешься? После всех испытаний?

Опустив глаза, она вздохнула. Теперь она жила настоящим, и ей это нравилось. Встречаясь с Дэном, она постоянно тревожилась о том, что будет дальше: когда они купят дом, когда у них будут дети, когда они поженятся, когда, когда, когда… И когда в конце концов мыльный пузырь лопнул, она чувствовала себя обманутой, словно у нее украли давно запланированное будущее. Однако задуматься о том, что ее ждет дальше, все-таки однажды придется. Например, вряд ли Джейми захочет жить с ней под одной крышей, когда им будет по девяносто. Хоть с Дэном ничего не вышло, это не значит, что она перестала мечтать о любви…

– Ты прав: никогда не говори «никогда». Но я купила лавку, потому что могла представить себя там в старости, как Агнес и Мод. Может, однажды у меня будут дети, которые помогут мне в магазине.

– Ага, бесплатный детский труд. Отличная перспектива, – пошутил Бен.

Холли вдруг захотелось задать ему серьезный вопрос. Наверное, говорить об этом еще слишком рано, но раз уж они затронули эту тему… Если они продолжат встречаться, рано или поздно все равно придется спросить.

– А ты? – поинтересовалась она с деланым безразличием. – Хочешь детей?

Он ответил не сразу, и у Холли защемило сердце от томительного ожидания.

– Не знаю. Было время, я даже не сомневался. Но сейчас… – Он плотно сжал губы.

– Что изменилось?

Холли догадывалась, что Бен передумал не просто так: наверняка что-то произошло. Джейми не раз намекала на это.

Он пожал плечами:

– Жизнь, наверное. Я смотрю на сестру… У нее трое детей, и она потрясающая мама, но это работа без выходных. Каждый божий день. По-моему, когда дети взрослеют, легче не становится. Всегда есть повод для беспокойства. Сначала волнуешься, хорошо ли они едят, потом – найдут ли хорошую работу или не случилось ли чего, когда уже поздно, а их все нет дома. Представляю, каково ей. И порой думаю, я для этого слишком безответственный.

– Серьезно? – Холли удивленно подняла брови. – Да ты самый ответственный человек, которого я знаю. Уж если ты не достоин иметь детей, думаю, всем остальным и подавно стоит прекратить размножаться. Ничего себе – слишком безответственный, чтобы иметь детей! Тогда боюсь представить, что бы ты сказал, если бы у меня были дети! – выпалила она без всякой задней мысли, но, подняв глаза, увидела серьезный взгляд Бена.

– Думаю, это было бы чудесно, – сказал он, взяв ее за руку. – Уверен, из тебя вышла бы потрясающая мама.

Щеки Холли запылали. Разве она когда-либо слышала что-то подобное от Дэна?.. И ведь он взял ее за руку. Это же не просто так? Как бы то ни было, руку она убирать не стала.

Еще час они гуляли по городу, потом остановились, чтобы выпить по чашке горячего шоколада со взбитыми сливками и маршмеллоу. Они сели на скамейку у аббатства и молча наблюдали за неспешным потоком прохожих: почти все как на подбор были одеты в непромокаемые куртки и резиновые сапоги. Мимо проехала спортивная машина, и Холли невольно вспомнила Джайлса. На первое свидание он прикатил на шикарном ретроавто и повел ее в шикарный ресторан. И все же она бы не променяла такой день, как сегодня, на миллион долларов.

Только у машины она заметила, что они больше не держатся за руки. Она никак не могла вспомнить, когда они их отпустили. Точно до того, как купили шоколад, но когда именно? Впрочем, какая разница? Конечно, никакой. Бен предпочитает не торопить события, вот и все. По дороге домой они разговаривали: беседа текла легко и непринужденно. Время от времени Бен накрывал ладонью ее руку на рычаге передач и, встретившись с ней взглядом, улыбался. В такие моменты ее накрывала волна счастья. И хотя, конечно, она не могла знать этого наверняка, почему-то верилось, что он чувствует то же самое.

Холли заехала на подъездную дорожку перед домом и выключила двигатель. Сердце стучало так громко, что казалось, лопнет барабанная перепонка.

– Отличный был день, – первым заговорил Бен.

– Так всегда, когда мы вместе. Заметил?

– Заметил.

– Я бы с радостью повторила… и не раз.

– И я.

«Все не так, как на прошлом свидании», – подумала Холли. Если она поцелует его сейчас, он наверняка ответит ей тем же. Она уверена на девяносто семь процентов. Просто надо набраться смелости и сделать шаг. Или не надо?

Он сидел совсем близко и робко улыбался. Она чувствовала запах шоколада, который, к счастью, перебивал запах озерной воды, исходивший от его кожи. У нее самой от улыбки скулы сводило. Вот-вот она поцелует Бена Торнбери. Хотя, если она продолжит так лыбиться, вряд ли. Придвинувшись к Бену, Холли прикрыла глаза в предвкушении волшебного момента, но тут уголком глаза уловила какое-то движение за окном машины. Она повернулась и раскрыла рот от удивления.

– Дэн! – воскликнула она.

– Бен, – оторопело поправил ее Бен. В его взгляде читались замешательство и обида.

– Нет, Дэн! Это он.