– Ух ты, ну прямо кинозвезда! – воскликнул молодой человек, закончив укладывать ее волосы.

Конечно, неловко обращаться за помощью к стилисту, которого пригласили исключительно для жильцов, однако парень простаивал без дела, а Холли не просила ничего экстраординарного: всего-то выпрямить непослушные кудри. Взглянув на свое отражение, она обомлела: прилизанные спереди и собранные сзади в пучок волосы казались невероятно блестящими и гладкими. От противных пушащихся завитков не осталось и следа. На то, чтобы от них избавиться, ушло столько спрея, что теперь над Боуртоном наверняка зияет озоновая дыра.

Дома, закончив одеваться, она посмотрела на себя в зеркало и невольно ахнула. Платье с глубоким декольте изящно облегало стан, подчеркивая естественные изгибы тела. Роскошно! С Дэном она бы такое сроду не надела! И дело не в том, что оно стоило бешеных денег, а в том, что раньше она хотела лишь слиться с толпой. Теперь все будет иначе. «Вот она я! – восхищенно подумала Холли. – Холли Берри, хозяйка лавки сладостей “Еще одну штучку”. Холли Берри, которая устраивает благотворительные аукционы и танцевальные вечера». Ее переполняла гордость за себя и за то, чего она достигла. Ей не нужно держаться за руку мужчины, она сильная, уверенная женщина, она хороша сама по себе.

– Ну ладно, хватит уже – никак не налюбуешься, – выдернула ее из сладких грез Джейми. – Пора выходить. Через полчаса начало.

– Что?! Я должна уже быть там!

– Серьезно? А как же эффектное опоздание?

– О чем ты вообще?! – возмутилась Холли.

Да, платье чудесное, и чувствовала она себя в нем на миллион долларов, но привлекать излишнее внимание в ее планы не входило.

Холли упросила Джейми тоже нарядиться, и теперь подругу было не узнать. Они вдвоем сгоряча выскочили из дома – и застыли у двери: на каблуках, в шикарных платьях, а на улице мороз, и до начала праздника всего минут пятнадцать. Причем Джейми приехала домой позже и заблокировала выезд. Время поджимало, перепарковываться было некогда; пришлось отправляться на танцы в фургоне.

– Тут не грязно, – пояснила Джейми, бросая на переднее сиденье полотенце. – Просто масло – такая дрянь, куда угодно просачивается!

Всю дорогу Холли сидела, скорчившись над приборной панелью и молясь, чтобы какой-нибудь замызганный гаечный ключ, вылетев из-под ног, не заляпал платье. Интересно, как много кинозвезд прикатывали на светские рауты в ремонтных фургонах с полотенцем на переднем сиденье и лестницей на крыше?

К счастью, обошлось без приключений. Стоило Холли ступить на землю, как все тревоги куда-то ушли.

– Слышишь? – спросила она, наклонив голову.

Джейми замерла. Группа играла не слишком громко. Вряд ли звуки долетали до соседних домов, по крайней мере, так надеялась Холли… Нет на свете ничего лучше, чем живая музыка: легкие звуки клавишных, приглушенный хрип бас-гитары и цоканье отбивающих ритм ударных. Различив первые аккорды Fly Me To The Moon, Холли поняла – впереди незабываемый вечер.

– Холли.

У входа стояла сестра Донна, будто специально поджидала. Почему-то в ее присутствии Холли по-прежнему ужасно нервничала.

– Сестра Донна.

– Березовый зал просто не узнать.

– В хорошем смысле слова, я надеюсь? – робко поинтересовалась Холли.

– Полагаю, что да.

Холли пристально посмотрела на сестру Донну, пытаясь разглядеть хоть какой-то проблеск удовлетворения, но лицо женщины сохраняло прежнюю невозмутимость. Старшая медсестра всегда, с самых первых дней знакомства, держалась слегка надменно, однако обидно, что она не изменила этой привычке и сегодня, словно все труды и усилия Холли ничего не значили. Ведь можно же проявить хоть самую малость признательности, подать знак, что Холли больше не считают заносчивой неумехой, которая, не особо вникая в проблемы заведения, лезет со своими революционными предложениями! Увы, видно, этому не бывать. В глазах сестры Донны читалась неподдельная грусть.

– Пойду внутрь, проверю, как там группа. – Джейми проскользнула вперед и поспешила в зал.

Теперь, когда они остались вдвоем, напряжение достигло предела.

– Все в порядке? – спросила Холли.

Медсестра поджала губы.

– Музыка слишком громкая? Я могу попросить, чтобы играли потише.

– Даже не знаю, как вам сказать… Как ни говори, легче не станет, – наконец ответила сестра Донна, скорбно опустив голову.

– Вы о чем? Были жалобы?

– Да нет. Речь не об этом. На самом деле я вам очень благодарна за все, что вы сделали. Не сомневаюсь, жильцы просто в полном восторге. И персонал тоже.

– Тогда в чем дело?

Холли никак не могла понять, что именно не нравилось сестре Донне.

– Холли, мне жаль, что приходится сообщать вам такое именно сегодня. Я знаю, как сильно вы ее любили. Все мы тоже.

Будто кто-то ударил Холли под дых.

– Нет!

– Все произошло очень быстро. Скорее всего, она ничего не почувствовала.

– Нет! Неправда! Мы с ней всего пару часов назад говорили! Она рассказывала про платье и что пойдет на танцы босиком.

– Холли, ваше общение значило для нее очень много. С тех пор как вы начали ее навещать, она сильно изменилась. Я давно не видела ее такой веселой.

– Нет!..

Слезы жгли глаза, крик сам собой вырывался из горла.

– Нет! Это какая-то ошибка! Я видела ее! Я с ней разговаривала! И все это для нее! Ей так хотелось танцевать! Так хотелось!

– Да, знаю.

– Мне нужно ее увидеть. Мне нужно с ней поговорить. Это какая-то ужасная ошибка!

Она почувствовала, как кто-то взял ее за локоть. Губы на лице сестры Донны двигались, но слов Холли не слышала.