Спустившись со сцены, Холли подошла к компьютеру, в который вносили данные победителей аукциона. Там сидела Морин из почтового отделения и собирала вырученные деньги.

Бен уже был на месте.

– Огромное тебе спасибо! – поблагодарила его Холли. – Прямо огромнейшее!

– Я не мог на это смотреть… Ты такого не заслужила.

– Я ужасно тебе признательна. Честно, не знаю, что бы я делала, если бы он победил.

Только тут она осознала, что в руках Бен держит кошелек, а помощница Дрей подписывает одну из открыток, которые придумали выдавать вместо квитанции. Идею предложила Кэролайн, и Холли такое решение показалось стильным.

– Ты что, уже заплатил? – спросила Холли.

– Да, конечно. Я ведь выиграл.

– Но… но… – «Но мне нужно время, чтобы придумать, где взять эти дурацкие четыреста фунтов», – промелькнуло у нее в голове. Как сказать это вслух? Бен, управляющий банка, в котором она брала кредит, наверняка лучше ее бухгалтера знал о финансовых показателях магазина. Вступая в торги, он прекрасно понимал, что ей нелегко будет выплатить долг.

– Так, – засуетилась Холли, открывая сумку и доставая кошелек. – Посмотрим, сколько я смогу отдать прямо сейчас.

Ее лицо помрачнело: в кошельке лежала всего одна мятая пятифунтовая бумажка. От смущения бросило в жар, щеки вспыхнули ярким румянцем.

– Ты о чем? – отпрянул Бен. – Я бы не стал делать ставку, если бы не собирался платить.

– Ты отдал четыреста фунтов?

– Ну вообще-то заплатил я всего пятьдесят фунтов и написал расписку. Такие суммы я с собой обычно не ношу. И потом, я их не отдал, как ты выражаешься, а купил на них мастер-класс по выпечке.

Холли покачала головой. Адреналиновый шторм прошел, она плохо соображала.

– Уверен, что тебе это вообще надо? По-моему, ты и так все умеешь.

Он посмотрел на нее с нескрываемым смущением. На сцене Дрей вовсю рекламировала следующий лот; ажиотаж вокруг предложения Холли благополучно позабыли. Как же это все произошло? Так неловко вышло: она в беде, он ее спасает, а теперь еще притворяется, что вовсе не спасал, а действительно хотел выкупить мастер-класс по выпечке. Нет, это слишком даже для Бена.

– У нас в семье часто шутят, что единственное, что я не умею, – это печь, – поспешил пояснить он, видимо, заметив ее взгляд. И тут же робко добавил: – Ну и еще плавать… Я неплохо готовлю, однако с тортами просто беда какая-то. То они не поднимаются, то подгорают, то, наоборот, сырые внутри. Было бы здорово удивить всех: испечь что-нибудь и принести на воскресный обед.

Холли пристально посмотрела на него, пытаясь понять, не говорит ли он так из жалости. С другой стороны, ему, всезнайке, должно быть, неприятно признавать, что он чего-то не умеет. Яркое подтверждение тому – случай на озере.

– Ладно, значит, урок выпечки, – согласилась Холли, понимая, что теперь из кожи вон вылезет, но сделает этот мастер-класс бесподобным.

– Отлично. Тогда пойдем сядем за столик? По-моему, еще пара лотов впереди, – улыбнулся Бен. Совсем незаметно, уголки губ лишь слегка приподнялись, но глаза… глаза глядели пристально и внимательно. Не успела Холли моргнуть, как он уже шел обратно к столику.

Джейми сидела, поставив локти на стол. Майкл, который опоздал почти на полтора часа, рассыпался перед Кэролайн в извинениях. Однако больше всего поражала мрачная физиономия Дэна. Заметив приближение Холли, он отвернулся.

– Все в порядке? – спросила она, обращаясь ко всем разом и надеясь, что ответит кто угодно, только не Дэн.

– У нас все отлично, – ответила Джейми. – Я тут как раз рассказываю Дэниелу о своем бывшем парне, о том, как он меня преследовал и мне пришлось пойти в полицию. В итоге ему все это боком вышло. Теперь на работу ему практически не устроиться, во всяком случае дикая морока. Работодатели на навязчивое преследование сквозь пальцы не смотрят. Да и неудивительно, в конце концов, это ж преступление. За него даже в тюрьму сажают, а когда при приеме на работу начнут проверять наличие судимости – все, пиши пропало!

Густой румянец залил щеки Дэна, из малиновых они сделались багровыми и теперь напоминали сливы, что росли у родителей Холли в саду.

– Джейми права, – отчеканила Холли, стараясь глядеть ему прямо в лицо, хотя не очень-то получалось, поскольку Дэн уставился куда-то в сторону. – Если ты снова приедешь, если только посмеешь приблизиться к магазину, да если я просто услышу, что ты здесь, в Боуртоне, пеняй на себя, я позвоню в полицию. Ты меня понял?

«Как такое могло произойти? – задавалась вопросом Холли. – Как тот, с кем ты мечтала провести остаток жизни, превратился в человека, при одной мысли о котором тебя бросает в дрожь?» Ее действительно затрясло так, что захотелось вскочить и убежать. Но нельзя, нужно было довести дело до конца.

Их глаза наконец встретились.

– Ну и дура же ты…

Отодвинув стул, Дэн бросил гневный взгляд на Бена:

– Ни она, ни ее дерьмовая выпечка того не стоят. Ее стряпней только травиться!

– Серьезно? – невозмутимо ответил Бен. – Спасибо за предупреждение. В следующий раз, пожалуй, не стоит так отчаянно бороться за то, что может навредить твоему здоровью? По-моему, тебе пора, дружок. Могу проводить, если забыл дорогу.