Наступил вторник – официальный «выходной» Холли. При слове «выходной» она всегда загибала указательный и средний пальцы на обеих руках, изображая кавычки, поскольку выходным этот день был только в теории. Да, у нее оставалось пару часов, чтобы заняться домашними делами, например закупить продукты или навестить родителей, но время до обеда все равно уходило на хлопоты о лавке: обработку счетов, инвентаризацию, пополнение запасов. Мысли о работе не покидали ее ни на минуту. В общем, полноценным выходным такой день не назовешь. Тем не менее по вторникам можно было хотя бы выспаться – уже неплохо.

В этот раз Холли не собиралась вылезать из постели до позднего утра: после треволнений последних дней требовалось восстановить силы. Однако не тут-то было: в восемь ее уже обуревала неуемная жажда деятельности – сна ни в одном глазу. Нахлобучив на голову подушку, чтобы укрыться от пробивающегося сквозь занавески солнечного света, она попыталась снова впасть в сладкую дрему – бесполезно. Через пять минут стало ясно, что она проснулась, окончательно и бесповоротно.

Первым делом она проверила телефон. Хорошая новость: нет сообщений от Дэна, извещавших о том, что он купил дом по соседству, хотя от этого мастера сюрпризов что угодно ожидать можно. Плохая новость состояла в том, что от Бена тоже ничего не было. Она написала ему сразу же, как вернулась домой после бинго: «Извини, что ушла пораньше и не предупредила», а в конце добавила: «Надеюсь, у тебя все в порядке». Бен ответил предельно отстранено: «Все хорошо, спасибо». А потом тишина.

И как это понимать? Разве ему не интересно, что случилось, почему она ушла так рано? Или он опять поделикатничал, решил не лезть не в свое дело: мол, захочет – расскажет сама?

Смайликов с поцелуями нет, но он и так никогда их не ставит. Холли просмотрела всю переписку: да, тон сообщений везде достаточно сдержанный. И все же что-то было не то. Словно холодом веяло. Может от сообщения веять холодом? Наверное, она слишком глубоко копает. Джейми с Кэролайн наверняка скажут, что она выдумывает. Нужно поговорить с Беном, объяснить, что Дэн ей не нужен, что он ей совсем чужой. Что, идти прямо сейчас в банк, чтобы потребовать встречи с управляющим? Нет, это точно не выход. Поэтому Холли приняла душ, оделась и поехала проведать родителей.

* * *

– Никогда бы не подумала, что Дэниэл на такое способен, – призналась мама за чашкой чая с домашним печеньем. – По крайней мере, романтиком его точно не назовешь. Я сто раз говорила об этом отцу.

– Да нет в его поступке никакой романтики! Одна только настырность. Сама подумай!

– Тебе лучше знать, милая. Как бы то ни было, хорошо, что ты от него избавилась… Вот твой отец всегда был романтиком. Не такой, чтоб с размахом, а в мелочах. Но, знаешь, мелочь к мелочи. Принести чашку чая в постель. Поставить тапочки у батареи, когда на улице холодно.

– Проводить до дома, – пробормотала Холли себе под нос.

– Что ты сказала, детка?

– Так, ничего. Просто мысли вслух… А где, кстати, папа? Вроде он собирался работать поменьше?

– Он, поменьше? Шутишь? Как ты уехала, только обещает. Нет, работает как обычно. Боится: сейчас столько сокращений.

– На работе? – спросила Холли, ощущая знакомое чувство тревоги. Кажется, отец и разговоры о сокращениях так же неразлучны, как яблоко и корица, – только приятного гораздо меньше.

– Нет, пока нет. Я ему говорю: не волнуйся – прорвемся. Ну какие расходы в нашем возрасте! Надо будет, возьму еще пару домов для уборки, но ты же знаешь, что тогда начинается…

Да, Холли знала. Вдруг перед глазами всплыл вчерашний дом престарелых. Конечно, думать об этом пока рано, но наступит момент, когда родители уже не смогут обходиться без посторонней помощи, а такие заведения, как «Плакучие ивы», недешевы. Наверное, придется переехать обратно в Нортлич, чтобы ухаживать за ними. А что, если к тому времени у нее будет семья и дети? Хотя с каждым годом надежды на это все призрачнее. Допустим, в ближайшие пару месяцев она начнет с кем-то всерьез встречаться – к тому времени, как они решат завести детей, пройдет не один год. А как же тогда магазин? Кто будет работать, пока Холли сидит с детьми ну или ухаживает за родителями, если судьбе так угодно? Хотя лавка наконец стала приносить прибыль, на полноценную зарплату для еще одного работника денег все равно не хватит.

– Детка, ты чего? Ты меня слушаешь?

– Что? А, просто задумалась.

– Брось, не забивай себе голову. Может, этого никогда и не случится.

«Да, – с грустью признала Холли, – может, этого никогда и не случится».

Она осталась на обед, но потом маме надо было спешить на работу: убирать дом неподалеку от Колд-Астона. «Странно, – подумала Холли. – Мечтаешь всю неделю хоть о коротенькой передышке, а вот сейчас вдруг целый вечер свободен, а что делать с этим – ума не приложу…»

Немного поразмыслив, она не нашла ничего лучше, как заняться любимым делом – выпечкой.

* * *

– Боженька ты мой! – воскликнула Джейми, когда вернулась домой в пять вечера. – У нас банкет, а ты забыла меня предупредить?

– Это все нервы, – ответила Холли, смущенным взглядом окидывая кухню, почти каждая поверхность в которой была заставлена блюдами с пирожными и хлебом. На столе даже красовалась баночка ежевичного варенья. Ягоды Холли собственноручно собрала в саду. Хлеб вышел на славу, особенно с оливками и вялеными помидорами. Она сто лет такой не пекла. Теперь волновала только одна проблема: как все это съесть, прежде чем оно зачерствеет? Раньше она скормила бы ненужное уткам, но нынче бросать водоплавающим птицам хлеб строго-настрого запрещено. Можно только овес, семена или размороженный зеленый горошек.

– Что будешь? Чего положить? – спросила Холли. – По-моему, варенье идеально подойдет к хлебу с финиками и грецкими орехами. Еще есть лимонный кекс. И яблочные слойки.

Джейми почему-то восприняла предложение без особого энтузиазма – странно, ведь речь шла о еде. Вообще-то, приготовление пищи едва ли не стояло отдельным пунктом в арендном договоре Холли.

– Извини, меня на ужин пригласили.

– А-а, не знала. Ну ничего страшного. Съем немного сама, а завтра на обед сделаем бутерброды. И послезавтра. И послепослезавтра…

До чего противно: по голосу слышно, как ей саму себя жалко. Что ж такое! Пора заканчивать на сегодня, надо пойти принять ванну и лечь пораньше спать. Холли хотела сказать это вслух, однако Джейми заговорила раньше:

– Можно угостить соседей. Ты же знаешь Бена. Захвати заодно бутылочку винишка из холодильника. Как раз напьешься и признаешься, как ты по нему сохнешь.

– Не смешно.

– А по-моему, очень даже смешно. Послушай, что бы я ни думала по поводу вашей затеи со свиданиями, я знаю, что Бен тебе нравится, и подозреваю, что ты ему тоже. Нам вдвоем это все равно не осилить.

Холли окинула взором комнату, заваленную плодами ее трудов, и задумалась. Почему бы и нет? Бен всегда нахваливал ее стряпню… Может, вот оно, решение проблемы – обычный тихий вечер вместе?

– Ты права, – согласилась Холли, снимая фартук. – Так и сделаю. Отнесу кое-что Бену. Мы же друзья, соседи. А соседи угощают друг друга. Даже если не ходят на свидания. Пойду прямо сейчас, – сказала она, хватая ближайший каравай.

Подруга недовольно поморщилась.

– Что? Ты ведь сама предложила! – удивленно воскликнула Холли.

– Ну да, – подтвердила Джейми. – У меня сомнения по другому поводу. Думаешь, он уже готов узнать, что ты носишь пижаму с Гарри Поттером?