– Вы же вроде всегда ходили в кино втроем?

– Да, ходили. Раньше. Теперь-то я думала, мы пара.

Дрей поставила банку с мятными леденцами на верхнюю полку.

– То есть раз вы двое начали встречаться, значит, подруга побоку?

Холли нахмурилась. С таким лицом она проходила весь день. Глубокая складка между бровями исчезала, лишь когда в магазин заглядывали посетители. Однако порой и их присутствие не помогало справиться с раздражением. Холли даже умудрилась довести до слез ребенка: кроха всего-то попросил арахис и забыл сказать «пожалуйста».

– Дрей, что ты тут делаешь? Разве тебе не надо в школу? Сегодня понедельник.

– Методический день.

– Правда? А на прошлой неделе что было?

– На прошлой – внеурочная деятельность.

– Точно. И что, в такие дни в школу ходить не нужно?

– Не-а. Видите, как вам повезло. Теперь вы можете наслаждаться моей компанией с утра до вечера.

Холли нахмурилась еще сильнее. Одно дело – хандрить в одиночку, и совсем другое – когда у тебя под боком подросток, который подсвечивает твое дурное настроение, как лакмусовая бумажка. Дрей права: они действительно всегда ходили в кино вместе. Наверное, стоит написать Бену и спросить, не хочет ли он встретиться на неделе? Например, вместе поужинать или пойти в какое-нибудь откровенно романтическое место, только он и она. Холли взяла телефон, но, открыв мессенджер, тут же положила обратно. Собственно, почему бы ему самому не связаться с ней? В конце концов, последнее свидание устраивала она. Теперь его очередь.

Девочка в противоположном конце магазина сняла с полки банку вишневых губ и принялась трясти со всей мочи, словно бубен.

– Будь добра, прекрати, пожалуйста, – отчитала ее Холли. – У нас тут не музыкальный магазин. Если банка разобьется, вам придется заплатить.

Пробормотав извинения, мать выхватила банку из рук дочери, поставила обратно на полку и вывела ребенка из магазина – к большому облегчению Холли. Однако радость длилась недолго: к прилавку подошла Дрей.

– И что это было? – спросила девушка, которую поступок начальницы явно не впечатлил.

– А что не так? Нам повезло, что банка осталась цела. Знаешь, не очень-то весело собирать стекло и конфеты по всему магазину!

– Ага. А как же правило Агнес: «плохое настроение оставляем за дверью»? Забыла?

Пристыженная, Холли замолчала. Дрей права. Излюбленное изречение бывшей хозяйки магазина Холли впервые услышала еще в детстве, когда только начинала подрабатывать в лавке, и с тех пор старалась неуклонно следовать этой заповеди.

– Может, вам стоит прогуляться? – снисходительно предложила Дрей. И это при том, что она младше Холли лет на десять, а то и больше, да еще работает на нее!

– Я тут главная, ты не забыла?

– Не забыла. А вот вам не мешает вспомнить, что значит быть главной. Сходите проветритесь, надеюсь, поможет.

Громко выдохнув, Холли вытащила сумку из-за прилавка.

– Кстати, за сегодняшний день оплаты не жди, – направляясь к двери, выпалила она. – Нельзя приходить, когда тебе заблагорассудится, и рассчитывать, что за это заплатят.

– Договорились. Тогда в качестве компенсации объемся конфетами, пока вас нет, – парировала Дрей.

Через минуту Холли уже шла по Хай-стрит, размышляя о том, что ей досталась одновременно самая лучшая и самая худшая работница в мире.

В Боуртоне осень была в самом разгаре. Не устояв под порывами ветра, листья срывались с веток и, медленно планируя, укладывались на землю в пестрый, золотисто-коричневый ковер. Скоро Рождество. Холли ждала этого праздника с тех самых пор, как вернулась в деревню. Прямо посреди реки установят огромную ель, на ветки повесят блестящие шары и разноцветные гирлянды. А ночью в окнах магазинов, украшенных искусственным снегом и ватой, будут светиться лампочки в виде сосулек и снежинок.

У Агнес праздничные витрины всегда получались на славу. К сожалению, когда она умерла, Мод пустила рождественский декор, как и многое другое, на самотек. Но уж в этом году Холли постарается, утрет нос всем владельцам магазинов в округе. Надо только накупить белых огоньков. Она и Джейми подбила на то, чтобы украсить белыми гирляндами дом, и уже прикидывала, куда именно их повесит. У них есть еще пара старых наборов в саду – летом их цепляли на беседку, и по выходным, когда компания засиживалась допоздна за барбекю и настольными играми, огоньки освещали пространство вокруг. Хотя, пожалуй, их стоит заменить. Одна гирлянда отчего-то постоянно мигала, и Джейми опасалась, что рано или поздно это закончится пожаром.

Дрей была права: свежий воздух помог взглянуть на ситуацию более трезво. Ну конечно, Бен хотел, чтобы Джейми пошла вместе с ними. Холли тоже этого хотелось. Она очень дорожила их дружбой и не желала ставить ее на кон ради иллюзорных отношений, которые, как показывал жизненный опыт, могли закончиться, едва начавшись. И что удивительного в том, что он решил чуть притормозить, когда вдруг объявился Дэн? Собственно, что бы почувствовала она сама, если бы бывшая Бена вот так свалилась на голову? Хотя что она знала о бывших девушках Бена? Ровным счетом ничего. В этом плане он был для нее как закрытая книга. Может, на следующем свидании им удастся немного поговорить о прошлом? И тогда они перестанут ждать друг от друга подвоха?

Купив в пекарне кусочек торта и стаканчик кофе, Холли устроилась на скамейке у реки. Она обожала такие моменты: не нужно никуда спешить – сидишь и наблюдаешь за прохожими да утками. К сожалению, такие тихие моменты выпадали нечасто. «Надо что-то менять с режимом дня. Хорошо бы устраивать прогулки почаще, по крайней мере когда Дрей в магазине, – подумала Холли. – Девчонка вполне способна удержать оборону в одиночку». Так было всегда, еще до появления Холли. И конечно, нужно заплатить Дрей за сегодняшний день, особенно после того, как Холли бросила ее в лавке на произвол судьбы.

По дороге в лавку Холли еще раз забежала в пекарню и купила Дрей круассан с начинкой в качестве благодарности. Подходя к магазину, она заглянула в окно – к счастью, там почти никого не было. Просить прощения легче без лишних свидетелей.

– Прости, – выпалила Холли прямо с порога. – Ты совершенно права. Я нарушила правило Агнес и вела себя как настоящая эгоистка. Отныне плохое настроение остается за порогом. Я даже мысли…

Слова застыли у нее на губах. Спокойствие, которое Холли обрела за полчаса прогулки, испарилось в мгновение ока.

– Ты издеваешься?! – В горле пересохло, сердце бешено колотилось, внутри клокотал гнев. – Десять тридцать, Дэн. В десять тридцать ты должен был сесть на поезд из Мортона. Так какого черта ты здесь делаешь?