Не успела «Жемчужина» оставить позади солнечную систему Рохана, как новый член экипажа связался с Доминго и предложил ему изменить намеченный курс.

Капитан сразу же вывел на вторую половину дисплея голографическую карту. Курс корабля лежал в сторону Млечного Пути, но Четвертый путешественник хотел сместить его на тридцать градусов, к обширной области необитаемого межзвездного пространства.

Капитан прекрасно понимал, что остальные члены команды внимательно прислушиваются к разговору. Он перевел взгляд на небольшую флегматичную физиономию кармпанина:

– Зачем нам идти туда, Четвертый путешественник?

Голос чужака звучал так же спокойно и чисто, как всегда:

– Это редкий шанс получить нового члена экипажа, о котором можно только мечтать.

– Ага. И кого же?

– Опытного пилота.

Именно пилота им и не хватало.

Капитан долго молчал, рассматривая карту.

– Ты предлагаешь мне лететь в место, которое мы называем Тупиком, – сказал он наконец.

Область, носившая такое название, представляла собой мрачное скопление космической пыли, тающий хвост Млечного Пути, который тянулся на миллиарды километров, никому не нужный, заброшенный. В Тупике не было солнц, а значит, и колоний. Корабли с трудом продирались по этому месиву. Жизнь любого вида встречалась там крайне редко, равно как и берсеркеры.

Изображение Четвертого путешественника кивнуло:

– Это так. Я советую вам отправиться именно туда.

Теперь капитан точно знал, что остальные подслушивают.

– И что там делает опытный пилот? Вероятно, находится на борту какого-то корабля?

– Звучит логично, но я в этом не уверен. Затрудняюсь ответить.

Симеону, следившему за беседой на своем экране, показалось, что Доминго на мгновение растерялся.

– Это все, что ты можешь сказать? – спросил Доминго.

– Все, что я могу сказать в настоящий момент. Ты должен понимать, что я не желаю влезать в мысли пилота, как и в ваши.

– Гм. Но ты уверен, что он… или она находится именно там?

– Там. И почти в одиночестве.

Вмешался Искандер:

– Ничего себе опытный пилот, вон куда забрался! А нам точно нужно искать именно этого?

– Если мы найдем его, вероятность успешного окончания нашей миссии возрастет во много раз.

Все слышали легенды о том, как оправдывались телепатические предсказания кармпан. По крайней мере, иногда. Капитану оставалось только принять решение.

– Ладно, – помолчав, согласился Доминго.

Он подумал, что глупо не воспользоваться сверхъестественными способностями нового товарища, раз уж он оказался на борту корабля.

* * *

Через несколько дней «Жемчужина» достигла границ Тупика, и тогда кармпанин предложил (хотя, как проворчал Искандер, вернее было бы сказать «потребовал») снова изменить курс.

Помощник капитана схватился за голову:

– Что мы тут ищем, Четвертый путешественник?

– Пилота… но я должен сообщить неприятную новость.

– Что там? – резко спросил Доминго.

– Я начинаю подозревать, капитан, что пилот, которого мы ищем, умирает или находится в криокамере. Его мозговая активность угасает.

– Прекрасно. Что ж, мы забрались слишком далеко. Возвращаться не будем.

Корабль медленно продвигался по тесным закоулкам Тупика. Окружающее пространство было таким же труднопроходимым, как и в Млечном Пути, отчего приходилось лететь на очень низкой скорости. Материя здесь существовала в виде плотных гранул и обломков, но результат оставался прежним.

Через час Четвертый путешественник неожиданно попросил снова изменить курс. Капитан молча повиновался. Никто не произнес ни слова.

Прошел еще час, прежде чем кармпанин поднял тревогу.

– Здесь! – сказал он. – Где-то здесь. Продолжайте поиск. Капитан, я очень устал. С твоего позволения, я пойду отдыхать.

Спенс Бенкович проворчал что-то непечатное. Но Доминго спокойно посмотрел на Четвертого путешественника и сказал:

– Позволяю.

– Через несколько часов я буду в порядке. Но сейчас мне нужно отдохнуть.

И экран кармпанина погас.

– Отдыхай. – Доминго вздохнул и заглянул в карту. Его корабль почти завис в окружающем мраке. – Искандер, Бенкович. Подготовить все для поиска.

Через несколько минут капитан поднял на ноги всю команду, заставив прощупывать окружающее пространство посредством разнообразных датчиков и сенсоров. Но никакого пилота, ни плохого, ни хорошего, приборы не обнаружили.

– Продолжайте наблюдение. Корабль сделает круг.

К неимоверному удивлению людей, всего через несколько минут поиск успешно завершился. Сперва это был слабый, неверный сигнал, затем поступило изображение искомого предмета, сильно напоминавшего спасательную капсулу, почти затерянного среди пылевого скопления в сорока тысячах километров от них.

– Иду туда, – объявил Доминго. – Все, кроме Четвертого, по местам.

Пробираться к источнику сигнала пришлось все так же осторожно, путь занял массу времени. Когда «Жемчужина» подобралась поближе, странный предмет действительно оказался спасательной капсулой земного образца. А при близком рассмотрении стало видно, что суденышко повреждено и измято. Похоже, ему довелось повоевать, подумал Симеон.

Они попытались связаться с капсулой, но единственным ответом был сигнал о помощи, который наверняка посылался автоматикой. Глядя на капсулу с расстояния в несколько километров, было непонятно, сколько времени она плавает по космосу – день или несколько столетий.

– Давайте растолкаем нашего умника, – предложил Бенкович, – и пусть он подтвердит, что это оно самое. А то, может быть, это ловушка берсеркеров? Вдруг там бомба?

Капитан тут же отмел это предположение:

– Зачем им ставить здесь ловушки? Напрасная трата взрывчатки. Обычно они выкидывают такие фокусы возле оживленных трасс. Мне нужно двое добровольцев. Наденете скафандры и посмотрите, что там.

– Я готов, капитан, – немедленно вызвался Бенкович, словно застыдившийся своих слов.

Искандер промолчал. Симеону подумалось, что помощник капитана счел это задание слишком легким и безопасным.

Чакушин решил, что сам он не прочь прогуляться в скафандре. И вскоре они с Бенковичем вышли в космос. Отсюда открывался великолепный вид на Млечный Путь, но сверкающие облака перемежались черными полосами – плотными слоями материи, из которой состоял Тупик. Глубокий космос вдалеке от всего на свете – и, если они найдут в капсуле пилота, он или она до конца своих дней не перестанет вспоминать свое чудесное избавление. Будет что рассказать внукам.

Двое разведчиков быстро, без всяких приключений добрались до капсулы. Главный люк открылся с первой же попытки, но воздух в шлюз так и не поступил: либо закончился, либо улетучился через какую-нибудь пробоину.

Первым в люк забрался Бенкович, Чакушин ждал снаружи. Как и во всех спасательных капсулах, здесь было не повернуться. Но через минуту Спенс вынырнул и махнул рукой.

– Посмотри, Сим, – позвал он товарища по радио.

Симеон забрался внутрь, пока Бенкович включал освещение. Обычная серийная капсула. В ней было два отсека, занятые криокамерами.

Обе криокамеры работали. Симеон заглянул в ближайшую через маленькое смотровое окошечко. В ней лежал мертвый мужчина. С одного взгляда стало ясно, что открывать камеру незачем.

Спенс радостно ухмыльнулся, заглянув в соседнюю. Симеон тоже посмотрел и увидел необычайно красивую девушку с закрытыми глазами. Казалось, она спокойно спит. Показания приборов криокамеры подтвердили изначальное предположение: девушка была жива.

В шлемах зазвучал голос Доминго, который требовал ответа.

– Похоже, один жив, капитан, – отрапортовал Симеон. – Если только с ней все в порядке.

– В порядке – не то слово, – прошептал Бенкович, не отрывая глаз от смотрового окошка.

– Ничего подозрительного? – спросил Доминго. – Если все чисто, можем подтянуть капсулу и перенести ее на корабль.

Разведчики не нашли ничего подозрительного. Несколько минут спустя капсула с открытым люком очутилась в трюме «Жемчужины», и в нее хлынул чистый воздух.

Как только атмосфера стала пригодна для дыхания, разведчики стали возиться с настройками криокамеры, переводя ее в режим размораживания. Получилось. Датчики дали утешительные показания, а замороженная дама начала подавать признаки жизни. Сомнений не было, их будущий пилот – если девушка подпадала под эту категорию – начал дышать. Искандер направился в медицинский отсек за всеми препаратами, которые могли понадобиться.

Вскоре криокамера открылась. Девушка, одетая в стандартный корабельный костюм, попыталась сесть. Спенс и Симеон тут же подскочили к ней, поддерживая под руки и бормоча что-то успокаивающее.

Через минуту та, о которой они так заботились, встала на ноги. Молодая женщина оказалась высокой, с превосходной фигурой, весьма и весьма привлекательной.

Искандер и Спенс вывели ее из капсулы и пошли через шлюз, поддерживая девушку с двух сторон.

– Какой сейчас год?

Это был первый вопрос, который задала спасенная, уже более-менее пришедшая в себя. К этому моменту она уже сидела в медицинском отсеке «Жемчужины», и вся команда собралась поглазеть на находку. Ее речь и выговор были достаточно обычными. Произношение вполне могло быть роханским, но, судя по некоторым отличиям, она все же родилась в другом месте.

Доминго, ради такого случая выбравшийся из своей кабины, назвал год и стандартный месяц, когда они покинули Рохан. В глубоком космосе из-за релятивистского эффекта время течет не так, как на планетах, хотя передвижения в подпространстве теоретически сглаживают разницу.

Узнав дату, девушка облегченно вздохнула.

– Прекрасно! Значит, я провела в капсуле всего несколько дней. Почему-то мне не нравится мысль о долгом сне – не нравится, и все. И дело не в том, что я оставлю кого-то близкого в этом времени. – Она глубоко вздохнула и, отбросив за спину длинные блестящие волосы, огляделась. – Меня зовут Бранвен Голуэй. Что это за корабль? Грузовой транспорт?

– Я – Нильс Доминго. Это мой корабль. Он называется «Жемчужина Сириуса» и летит на охоту за берсеркером. Что с вами произошло? Почему вы оказались в капсуле? На вас случайно напал не Синий Старик?

– Берсеркер. Я не успела спросить, как его зовут. Удирала от него, вот и попала сюда. Мой корабль назывался «Старый Пуэбло», порт приписки – Новый Тринидад… На охоту за берсеркером? У вас большой флот?

– Нет. Только этот корабль. – Капитан назвал вместимость «Жемчужины» и количество орудий. – Значит, ваш корабль погиб? И вы не знаете, был ли это Левиафан?

Бранвен Голуэй уже полностью пришла в себя и с любопытством разглядывала капитана.

– Нет, сэр. Я его не спрашивала. – Она помолчала, вероятно вспомнив что-то важное. – А вторая криокамера… в ней кто-то был?

– Мужчина, – ответил Симеон. – Боюсь, он мертв.

– A-а… Так я и думала. – Бранвен оглядела членов команды. – Не то чтобы он был моим другом, но все-таки… Полагаю, от нашего корабля мало что осталось.

– Вы угадали, – сказал Доминго и слегка улыбнулся.

Эта девушка может оказаться пилотом, а может, и нет. Но, скорее всего, она не доставит им особых хлопот.

Она уже перевела разговор на другую тему:

– Только один корабль? Ну вы и смельчаки! А почему вы охотитесь за берсеркером?

Все посмотрели на Доминго. Он сказал:

– Когда отдохнете, то услышите обо всем.

– Неужели ваша история такая длинная?

Остальные члены экипажа начали представляться новой спутнице. И тут Симеон увидел, что выражение лица Бранвен изменилось. Девушка смотрела в сторону двери медицинского отсека. Поворачиваясь, Симеон уже знал, что́ он там увидит.

Четвертый путешественник стоял в проеме двери, ведущей в коридор. Кармпанин заявил, что полностью восстановил силы и готов выполнять свои обязанности. А потом представился спасенной девушке.

Бранвен впечатлил вид кармпанина и поразило известие о том, что именно его необычные способности спасли ей жизнь. Если бы не он, она могла бы плавать во мгле Тупика миллион лет. Четвертый путешественник, в свою очередь, оглядел ее и, казалось, остался доволен.

Доминго показал на девушку и спросил кармпанина:

– Это наш пилот, Четвертый?

– Она прекрасный специалист, капитан. А о том, станет ли она вашим пилотом, спросите у нее сами.

Кармпанин повернулся и вышел. Он выглядел изможденным, хотя совсем недавно уверял, что хорошо отдохнул.

Бранвен слегка встревожилась:

– О чем это он? Я, конечно, пилот, но почему он решил, что я – хороший специалист?

Никто ей не ответил.

Симеон заметил, что Бенкович вовсю заботится о спасенной, оказывая ей не только медицинскую помощь. Спенс первым бросился к ней, когда она встала:

– Голова кружится?

Она отдернула руку – спокойно и даже равнодушно:

– Все в порядке, спасибо. Как видите, у меня нет никаких вещей. Отведите меня в какую-нибудь каюту. Еще я хотела бы сменить одежду и чего-нибудь поесть.

* * *

Бранвен проводили в каюту, предназначенную для шестого члена экипажа. Там она получила стандартную корабельную одежду, включая новый комбинезон, еду и кучу предметов первой необходимости. Девушка сказала, что готова присоединиться к охоте за берсеркером, как только убедится, что это не пустое бахвальство, а тщательно подготовленная операция. И согласилась продемонстрировать свои способности, когда приведет себя в порядок.

* * *

Чуть позже Симеон столкнулся с кармпанином и, не удержавшись, выпалил:

– Почему вы постоянно не занимаетесь этим, если можете? Я имею в виду спасательные работы.

– Мы дорого платим за свои способности. Тебе этого не понять.

– Гм, да…

Посмотрев в странные глаза чужака, Симеон не мог избавиться от ощущения, что он выглядит полным идиотом. Смутившись, он добавил:

– Все равно я рад, что ты нам помогаешь.

Кармпанин бросил на него непонятный взгляд и ушел.

Четвертый путешественник выходил на вахты, но все остальное время проводил в своей каюте, и команда его почти не видела.

Доминго установил прежний курс – к Млечному Пути. На таком расстоянии туманность занимала почти все экраны, протянувшись сияющим шлейфом по всему видимому космосу.

Бранвен Голуэй быстро оправилась от последствий заморозки. Время от времени, когда ее спрашивали, она подробно рассказывала о том, что произошло с ней и ее кораблем. Но она уже перевернула эту страницу своей жизни и вспоминала о прошлом весьма неохотно.

Теперь по кораблю грациозно расхаживала высокая девушка. С появлением на борту женщины атмосфера на «Жемчужине» изменилась. Доминго включил ее в состав экипажа – как только Бранвен поправилась, капитан предложил ей место второго пилота, конечно при условии, что она покажет свои способности. Она могла отказаться. Но поскольку других спасенных не было, Бранвен не имела права требовать перемены курса, чтобы сойти там, где ей заблагорассудится. Доминго сказал, что мог бы высадить ее на одном из миров Млечного Пути, если она откажется быть пилотом.

Искандер, вечный исследователь и подстрекатель, спросил ее, куда бы она хотела отправиться, если бы могла. Бранвен Голуэй только пожала плечами.

Вскоре девушка уже была готова показать, на что она способна. Доминго обрадовался.

– Прошу прощения, капитан, за отсутствие документов и рекомендаций. Но я могу продемонстрировать что угодно. – Она уже изучила корабельные системы и убедилась, что они не представляют для нее особых трудностей. – Что вы хотите проверить?

Доминго хотел проверить все, и его новая подчиненная послушно выполнила его просьбы. Капитан остался доволен. Девушка оказалась хорошим, просто великолепным пилотом. Она мастерски управлялась со всеми системами корабля, подключенными к мысленной связи. Учитывая обстоятельства, при которых она спаслась, легко верилось в то, что у нее есть боевой опыт. И когда «Жемчужина» вошла в туманность, Бранвен доказала, что может вести корабль сквозь облака космической пыли. Она оказалась мастером на все руки.

Симеон подумал, что она выглядит намного красивей всех женщин-астронавтов, которые прославились рискованными полетами и невероятными приключениями в космосе. При этом Бранвен не слишком заботило, считают ее привлекательной или нет. Симеон ждал, когда Спенс Бенкович нарвется на пощечину, но тот после вежливого отказа вел себя весьма сдержанно. Наверное, это стоило ему немалых усилий.

Из всего экипажа Бранвен интересовалась одним лишь кармпанином. Естественно, эта таинственная личность могла привлечь чье угодно внимание. Никто из членов команды так и не понял, что заставило Четвертого путешественника принять участие в их походе. Насколько было известно Симеону, Доминго не спрашивал его об этом.

Как только Бранвен свыклась с мыслью о том, что на корабле есть инопланетянин, она заинтересовалась самим капитаном – единственным, кого не волновал ее пол. Она довольно много разговаривала с Доминго, куда больше, чем было необходимо.

Капитан официально принял ее в состав экипажа. Искандер Бейза, казалось, смирился с этим, не проявляя особой радости. Бенкович обрадовался пополнению так же сильно, как некогда расстроился из-за кармпанина.

Небольшой пробный рейс, и можно отправляться за Левиафаном, объявил Доминго.