Джейкоб Несколькими часами ранее

– Вы где?

Я невольно улыбался, наблюдая, как Кай задалбывает Вернона звонками с тех пор, как узнал, что тот должен приглядывать за Айрис.

– Отвези его и возвращайся. Я не хочу, чтобы она оставалась одна со Стеллой.

Кай отключился и с мрачным видом повернулся ко мне:

– Хватит ржать.

– А что такое, сладкий? Ты какой-то нервный, – подколол я, с удовольствием откусывая от буррито.

– За каким хреном мы здесь торчим, – прорычал Кай, уставившись на маленький дом через дорогу от нашей машины.

– Он переживает за сына, – пояснил я, оглядываясь по сторонам. – Да и местечко здесь, прямо скажем, не людное. Аж жуть берет.

Мейсон попросил нас сопроводить Кейси – этот придурок должен был уладить какие-то делишки вместо своего сволочного папаши. Кейси у нас крепкий как былинка, так что нас записали в его телохранители. Вот радость-то. Так бы и пустил ему кровь, гаденышу.

Daddy… daddy cool… daddy… daddy cool…[18]

Я напевал свою любимую песню, жуя буррито. Кай нервно подергивал ногой.

– Где тебя носило вчера вечером?

– Проверял кое-что по Эвану напоследок. Этот сукин сын опустошил счет Айрис так же быстро, как его пополнил.

Я пожал плечами. Меня адски бесило, насколько разветвленная у Эвана сеть, – он всегда выходит сухим из воды. Место в «Организации» явно открыло ему кучу дверей. А еще он напакостил нашему солнышку, мудила.

– Какие новости из банка?

Кай покачал головой:

– Там делают вид, будто Айрис сама все сняла. Они заодно с Эваном. Я скоро подпалю эту сраную контору.

– Поджарить надо не банк, а Эвана, – заметил я, продолжая жевать.

– Ему я вырву все кости! – рявкнул Кай. – Мейсон бесится, думает, что я тяну время.

«Тяну время» – то есть «не убиваю Айрис».

– А если он прикажет ее убить, ты это сделаешь?

Я знал Кая. И именно поэтому понимал: он может либо взять ситуацию в свои руки, либо остаться абсолютно беспомощным.

– В смысле?

– В смысле… Ты вообще смог бы нажать на спуск? – уточнил я, глядя ему прямо в глаза.

Он молчал, не сводя глаз с ветхого домишка перед нами. Просчитывал варианты. И это давало мне надежду, что ответ будет отрицательным. Он привязался к ней. Но если Мейсон прикажет, убьет ли он ее? Или будет готов погубить себя, чтобы спасти ее?

– Нет. Нет, я не смогу, – наконец сказал Кай.

Я невозмутимо кивнул. Но моя душа отплясывала самбу. Pepa y agua para la seca, todo el mundo en pastillas en la discoteca![19]

Кай привязался к ней, это ясно. Она разбудила в нем ту сторону личности, которую я никогда не видел. Не в последнюю очередь потому, что он долго следил за ней. Это так по-человечески. Я вспомнил один наш разговор несколько месяцев назад. Я подкалывал его, говорил, что, если он продолжит наблюдать за этой девушкой, в конце концов что-нибудь к ней почувствует. Кай рассказывал о ее привычках, о том, что она почти каждый день ходит в парк, что любит детей. Помню, как я разглядывал фото Айрис и добавил, что она хорошенькая.

Уже тогда она казалась ему слишком невинной, чтобы быть воровкой.

Завибрировал мобильник, возвращая меня в реальность.

> От «Мой секси-коп»

Сет бесит, козел, мы едем какими-то бесконечными дорогами.

Я улыбнулся и набрал ответ, слушая, как бубнит Кай.

– Убить этого козлину я не могу, но мечтаю об этом постоянно. Знаешь, прямо вот каждую ночь представляю, как отрываю ему башку…

– Думаешь, Сет когда-нибудь согласится?

Кай повернулся ко мне:

– Сет думает только о собственной выгоде, Джейкоб. И он не такой уж смельчак. Никогда он не пойдет на такой риск, это же чистое самоубийство.

– Да хрен его знает, – пожал плечами я. – Может, Мейсон сумеет его убедить на твоем примере.

Кай покачал головой.

– Никто не рискнет, и ты это знаешь, – уверенно сказал он. – Но я желаю этой сволочи кого-нибудь найти. Тогда он хотя бы от меня отцепится. Так, этот еще не закончил? Он что там, страну выторговывает?

– Ладно, скоро сплавим его папаше.

– С нетерпением жду того дня, когда ты скажешь: «Сбросим его в озеро», – проворчал Кай, заводя мотор.

Я повернул голову и увидел, как из дома выходит Кейси в сопровождении мужика, здоровенного, как Броли из «Драконьего жемчуга Зет». Неудивительно, что Мейсон потребовал, чтобы мы с Каем были рядом.

– Долго ты, – заметил Кай, включая первую передачу.

– Его было трудно убедить, – ответил Кейси, садясь в машину.

Два часа спустя, 15:00

– Вернон сказал, что Коди не справляется со своей девушкой.

– Ты про Рокс?

Я кивнул:

– Она убеждена, что с Айрис что-то случилось.

– Позвони Вернону, – в который раз потребовал Кай. – Я должен быть уверен, что он с ней.

Загвоздка была в том, что Вернон не отвечал. Я незаметно открыл приложение, чтобы отследить свой браслет. Браслет был в доме, а значит, Айрис тоже. Стелле я не особо доверял, хотя она и казалась приятной. Я вообще не доверял никому, кто работал на «Организацию». И у меня было дурное предчувствие.

– Слушай, чел, – перебил его я.

– Ты звонил Вернону?

– Он не отвечает. Но представь, если Мейсон все рассказал Кейси, а тот – Стелле.

– Мейсон не должен ничего говорить Кейси, а Кейси – болтать про Айрис. Таков был уговор.

– Ты же знаешь, Мейсон не человек слова.

– Перезвони Вернону, – в очередной раз приказал он.

Я вздохнул и набрал своего парня, чтобы успокоить Кая. Тот был на взводе: стресс читался на его лице и выражался в серьезном превышении скорости.

– Наконец-то! – воскликнул я, когда Вернон ответил. – Ты разучился брать трубку?

– Прости, сеть барахлит, – поспешно ответил он. – Я уже подъезжаю.

Елки-палки. Он еще не дома.

– Ладно, – сказал я и отключился.

– Ну, где он? – спросил Кай.

Телефон завибрировал, и я напрягся. Точка на карте удалялась от дома.

Черт, черт, черт.

– Он там, Джейкоб? – настойчиво повторил Кай странно спокойным голосом.

Точка вышла за периметр. Айрис в доме больше не было.

– Джейкоб, я с тобой разговариваю…

– Нет, Кай, – сдавленно произнес я. – Ее нет. На ней мой браслет, Айрис не дома.

Машина резко рванула вперед, вдавив меня в сиденье. Кай колотил по рулю, обезумев от ярости. Стелла, тварь такая…

– Спокойно, бро…

– Заткнись! – взорвался он. – Твой долбаный парень должен был сделать всего одну вещь! Одну!

Я поморщился, не понимая, что задержало Вернона. Кай же превратился в сплошной комок нервов. Сердце у меня в груди отбивало чечетку, а в голове мельтешила куча вопросов. Да твою же мать. Стелла, я тебя убью.

Кай резко затормозил перед домом. Я выскочил из машины и помчался за ним. Он распахнул входную дверь. В доме никого не было.

– ТВОЮ МАТЬ!

Гостиная была идеально убрана. Это как так?

– Ты где? – услышал я, как Кай говорит по телефону.

Прежде чем я успел открыть рот, Кай жестом велел мне молчать и включил громкую связь.

– Сейчас? Ну… на кухне, а что? – соврала Стелла.

Я горел желанием вырвать ей язык.

– Дай мне Айрис.

Что? Он это серьезно?

– А… алло?

От голоса Айрис у меня кровь застыла в жилах. Он был не таким, как обычно.

– Всего один вопрос. А то Джейкоб вынес мне мозг. Какое мое любимое число?

– Шестьсот пятьдесят семь.

Блин. Он использовал их с Рокс секретный код. Айрис в опасности, сомнений не осталось. Кай сжал кулаки, закрыл глаза и поднял лицо к потолку. Я старался сохранять спокойствие, но тело предавало меня – я дрожал от одной мысли, что с Айрис может случиться беда.

– Отлично, принцесса. Просто хотел убедиться, – сказал он, сбросил звонок и повернулся ко мне. – Стелла не одна, и она не умеет водить.

– Это не Сет, Вернон его высадил. Мейсон?

Взгляд Кая мгновенно потемнел, а я судорожно пытался связаться с Верноном.

– Мы еще можем их догнать, – объявил Кай, глядя в телефон. – Я их убью.

Он вылетел из дома, я – за ним. Машина сорвалась с места, и ускорение снова вдавило меня в сиденье. Казалось, что его ярость сейчас разнесет мотор. Кай был на грани. Его бешенство прошло точку невозврата, и я уже знал, что он устроит побоище.

Это будет адова резня.

– Я не стал с ней говорить…Черт, вчера вечером я отказался с ней разговаривать, – прорычал он, направляя гнев на самого себя.

– Поговоришь с ней, когда…

– Если с ней что-нибудь случится, лучше не подходи ко мне, – перебил он, добавляя скорость. – Я за себя не отвечаю.

– Будем молиться, чтобы с ней ничего не случилось.

Во имя всеобщего блага, иначе он ополчится на весь мир.

– Я не верю в Бога, но сейчас я начну нахрен молиться.

АЙРИС

Машина остановилась, и я похолодела. Боль стала невыносимой, каждое движение, каждый вздох были мукой.

Шестьсот пятьдесят семь, шестьсот пятьдесят семь, шестьсот пятьдесят семь.

Я повторяла это число, как мантру, чтобы не потерять сознание. Руку я прижимала к животу, где все еще торчал нож – так я пыталась хоть как-то ослабить кровотечение. Я знала, что Кай понял секретный код. Когда он задал мне свой вопрос, я еле сдержала всхлип облегчения.

Когда Стелла потащила меня из машины, я застонала.

– Отпустите меня, умоляю, – пролепетала я.

– Заткнись. Твоя жизнь не стоит и мизинца Джудит, – отрезала Стелла.

Она завела меня в ветхое здание, пропахшее сыростью. Я не сопротивлялась. Кровь засыхала на моей похолодевшей коже.

Шестьсот пятьдесят семь, шестьсот пятьдесят семь, шестьсот пятьдесят семь.

– Сними с нее линзы, – приказал Исайя.

Меня охватил первобытный ужас, дыхание стало прерывистым и частым. Стелла втолкнула меня в обшарпанный туалет и захлопнула дверь.

– Не делай этого… Пожалуйста, – взмолилась я и попятилась, скользя по грязному кафелю. Слезы застилали мне глаза.

– Или ты снимешь их сама, или это сделаю я, – пригрозила она.

Она подошла ближе, пристально глядя на меня, словно хищник на добычу, и надавила на нож в животе.

– НЕТ! – закричала я.

Тогда она резко выдернула нож из раны, и я не смогла сдержать очередной крик.

– Ну что, снимаешь или тебе помочь?

– Нет, умоляю, не надо!

Ее ладонь с силой ударила меня по щеке, и она направила пистолет мне в лоб.

– Снимай.

– Ладно… я сама… сейчас, – с трудом выдавила я сквозь слезы.

– Быстрее давай.

Я осторожно выпрямилась, зажимая рукой рану. Дуло по-прежнему смотрело мне в лоб. Перед зеркалом меня трясло так сильно, что свободная рука была готова оторваться.

– Глаза не повреди, они хотят тебя целенькой, – бросила Стелла.

Я видела ее отражение в мутном зеркале. Глаза у меня были мокрыми, пальцы дрожали. Начиналась паническая атака, меня словно парализовало.

– Да блин, ты меня уже достала, – разозлилась она.

Она схватила меня за волосы, и я вскрикнула, зажмурившись и пытаясь отбиться. Стелла впечатала меня в стену, прижала всем телом, чтобы я не могла пошевелиться, и заставила смотреть на нее.

– Открой глаза! – заорала она.

– Нет, пожалуйста, отпусти меня!

Когда ее пальцы коснулись моих век, я оцепенела: в голове замелькали жуткие флешбэки.

– Открой. Глаза, – настойчиво повторила она.

Я всхлипнула. Слезы потекли сами, и я все-таки открыла глаза. Ужас душил меня, каждый вдох давался с трудом. Стелла аккуратно сдвинула линзу, и я окаменела. Меня затошнило.

– Такие красивые глазки, а ты их прячешь… Как жаль…

Я не могла ни ответить, ни даже вдохнуть – меня сковал ступор. Вторую линзу она сняла с пугающей нежностью, и на ее лице расплылась довольная улыбка. От шока я была на грани обморока. Все это не укладывалось у меня в голове.

Она вывела меня из этого мерзкого туалета. Голова кружилась, мысли путались, я вся заледенела. Шестьсот пятьдесят семь. Приложила руку к ране на животе, но страх теперь был сильнее боли. Шестьсот пятьдесят семь. Я шла за Стеллой, словно бездушная кукла. Шестьсот пятьдесят семь.

– А вот и она, – объявила Стелла, открывая дверь.

Я смотрела в пол, не смея поднять голову и показать глаза внешнему миру.

Они вырвут тебе глаза. Ты в опасности.

– Верните нам Джудит, у меня есть то, что вам нужно, – взмолился Исайя.

Они увидят твои глаза.

– Покажи нам ее глаза, – прогремел мужской голос.

Я разрыдалась, когда Стелла заставила меня поднять голову. Они разглядывали мои глаза, сощуренные от страха, и мокрое от слез лицо. Зрение поплыло, когда ко мне подошел мужчина со шрамами на лице и мощными руками в татуировках.

– А это не подделка? – засомневался другой.

Качок со шрамами пристально изучал мои глаза. Вокруг стола сидели пятеро, как на собрании, у каждого пистолет. Исайя был с ними.

– Нет, настоящие, – заявил качок, глядя на меня как на ценный предмет. – Приведите девчонку, а эту поставьте на стол. Полюбуемся на нее.

Его извращенный тон заставил меня вздрогнуть. Он улыбнулся и потрепал меня по щеке. Я попыталась отстраниться, но он крепко удержал меня.

– Не начинай с ходу выделываться. Разденьте ее. Не должно быть ни единого изъяна.

Поняв, что он сказал, я остолбенела. Стелла, не раздумывая ни секунды, принялась стаскивать с меня футболку. Я снова начала отбиваться, когда в комнату через другую дверь ввели сестру Исайи.

– Джу…

Девушка разрыдалась и бросилась в объятия брата. Стеллу потряхивало – она смотрела на них, не справившись с волнением.

– Отдайте им девушку, и покончим с этим, – плакала Джудит.

Что она сказала?!

– Сначала вопрос: где вы ее нашли?

Исайя отстранился от сестры и бросил взгляд на одного из мужчин. Я судорожно всхлипывала, а Стелла пыталась силой меня раздеть.

– Не дергайся, блин, – прошипела она.

– Один тип попросил собрать о ней информацию. Так я и обнаружил, что у нее разноцветные глаза, – пояснил Исайя.

– Спасибо, Мейсон, – пробормотала Стелла, принимаясь за мои домашние штаны – с футболкой было слишком сложно.

Мое сердце остановилось. Мейсон все рассказал Исайе. Я отбивалась, несмотря на боль, и думала только об одном. Кай был прав. Исайя и Мейсон хорошо знакомы. Исайя притворялся, будто не знает, кто я, но на самом деле все выяснил. И вломился ко мне домой.

Лжец.

После нескольких минут борьбы Стелле удалось меня раздеть, оставив в одном белье. В голове было пусто. Обнаженная и беззащитная под бесстрастными взглядами этих мужчин, я хотела содрать с себя кожу и исчезнуть. Меня лишили всякого достоинства, я стала куклой в руках зверья.

– Слишком тощая, придется ею подзаняться, – прокомментировал один из них.

– И волосы надо бы подрезать, – добавил другой.

Мне не хватало воздуха, я задыхалась, пока они обсуждали мое тело, как какую-то вещь. Их взгляды обжигали меня, их суждения и комментарии возвращали меня в детство, к такому же унижению. Скрестив руки на груди, я съежилась, ноги дрожали.

Кай…

– А что у нее на щиколотке? – спросил кто-то, кивнув на мою ногу.

Стелла метнулась ко мне и сорвала носок, обнажив перед всеми браслет. Ее лицо побледнело.

– Это браслет, босс.

И в тот же миг комната погрузилась в темноту. Я услышала, как мужчины вскочили с мест. Меня дернули назад, схватив за руку.

– Включите свет! – проревел один из них. – За ними был хвост!

Сердце бешено колотилось. Повисла тревожная тишина. Мужчины приказали всем молчать, и страх, разлитый в воздухе, стал почти осязаемым. Затем раздалось насвистывание. Это был Кай.

Комнату осветили мобильники. Стелла пряталась за Исайей, пятеро мужчин стояли передо мной, целясь в закрытую дверь.

– Всем заткнуться, – прошептал один из них. – Я узнаю этот свист…

Дверь медленно приоткрылась. Загремели выстрелы, пули изрешетили дверь.

– Прекратите! – закричала я.

Выстрелы стихли. Но Кай, словно издеваясь, чуть шире распахнул дверь, что вызвало новый залп. Я беззвучно плакала. Минуты тянулись, дверь оставалась неподвижной.

– Нет… – всхлипнула я.

Он ранен? В него попали? От ужаса я похолодела, перед глазами возник образ Кая – застывшего, безжизненного. Я рыдала, чувствуя во рту горечь страха.

Мужчина, державший меня, выругался. Он расстрелял все патроны.

– Выходите, – прошептал кто-то. – Откройте дверь. У кого еще есть патроны?

Он кивнул двум своим приспешникам, те кивнули в ответ и двинулись к двери с оружием в руках. Сердце заходилось от тревоги, меня преследовал образ мертвого Кая. От холода, а может, от страха меня колотило.

Он не должен умереть… Он не имеет права…

– Босс…

Я чуть не упала в обморок, когда раздались два выстрела. Свет зажегся как раз вовремя, чтобы я увидела нож, летящий с невероятной скоростью. Лезвие вонзилось прямо в горло одному из мужчин.

Кто-то начал беспорядочно стрелять в коридор. Там было темно, Кай включил свет только в комнате.

– Кончайте палить, придурки! – раздался чей-то крик. – Мы не знаем, сколько их!

Я стала вырываться, чувствуя, что меня тащат назад. Патроны остались только у одного. Он прикрывал того, кто меня держал. Исайя, Джудит и Стелла забились в угол, Исайя с пистолетом прикрывал женщин.

И тут сердце пропустило удар. Неторопливо, с ножом в руках, в комнату вошел Кай. Он поглаживал лезвие, не отводя глаз от металла.

– Лейкстоун… Не стрелять, – тихо выдохнул кто-то.

– Вижу, что представляться мне не нужно, – отозвался Кай, поднимая к нам голову.

Все замерло, когда наши взгляды встретились. По спине пробежала дрожь, живот свело от боли и волнения.

Мои глаза…

На его лице отразилась череда эмоций. Затем ярость исказила его черты, руки задрожали. Кай взглянул на мою рану, затем мне в глаза:

– Вы сделали это…

– Чего ты хочешь, Лейкстоун? – спросил один из мужчин.

Я не успела понять, что происходит, как Кай выстрелил в сестру Исайи. Пуля вошла ей в живот – ровно туда же, куда ранили меня.

Я закричала, Исайя издал вопль, пытаясь зажать рану, а Стелла окаменела, словно изваяние.

– Вы тронули ее глаза… – проговорил Кай, и от его ярости воздух словно загустел. – Я собирался убить вас быстро, но теперь передумал.

Он смотрел на них гневным взглядом, нарочно избегая встречаться глазами со мной.

– Садитесь. Похоже, мне придется вам напомнить, что она – моя.

Тот, кто меня держал, не послушался и медленно потянул меня к задней двери.

Я позвала Кая, но он лишь лениво повернул голову и стал наблюдать. И тут дверь позади нас распахнулась.

– Привет, солнце.

В проеме появилась высокая фигура Джейкоба, и я разрыдалась от облегчения. Не теряя ни секунды, Джейкоб ударил моего похитителя, освобождая меня, и швырнул его обратно в комнату. Еще один удар – и снова раздались выстрелы. Кай схватил меня за запястье и рванул к себе. Не успела я опомниться, как он обезоружил единственного мужчину с револьвером. Руки у того были в крови, а пистолет Кая еще дымился.

– Я не люблю повторять, – заявил Кай.

Он выстрелил мужчине в колени, и тот рухнул на пол. Второй опустился на колени сам. Я дрожала. События сменяли друг друга с головокружительной скоростью. Кай вытолкнул меня из комнаты – правда, слишком резко: он не контролировал свою силу.

– Отлично, – сказал он. – Пойдем поэтапно… дайте мне секунду.

Сняв куртку, он бросил ее мне и повернулся к мужчинам, закатывая рукава.

– Я ненавижу, когда кто-то трогает мое. А еще больше я ненавижу, когда кто-то раньше меня берет то, что хотел взять я.

Он раскидал со своего пути столы и стулья и остановился перед двумя мужчинами.

– Как вы посмели? Да еще ради Исайи?

И с размаху врезал одному из них. Тот застонал от боли, изо рта потекла кровь.

– Вы сняли с нее линзы.

Новый удар, еще мощнее, обрушился на второго мужчину. Я охнула, когда Кай взялся за нож.

– Вы увидели ее глаза раньше меня. Я теперь долго спать не смогу.

Одним быстрым и точным движением Кай выколол мужчине глаза. Брызнула кровь, раздался крик. Все перевернулось у меня внутри. Но я не могла отвести взгляд. Мужчина корчился, прижимая ладони к лицу.

– А еще мне очень неприятно, что вы ее раздели, – продолжил Кай.

Он прыгнул на того, кто держал меня, схватил за кисть и принялся по очереди ломать кости.

– Что ты ее трогал.

Хруст костей, хлынувшая кровь – и к горлу подступила тошнота. Я перестала понимать, что происходит. Я видела только кровь, слышала только крики.

– Да заткнитесь вы!

Один из мужчин захрипел, когда лезвие пронзило его горло. Этот хрип до глубины души потряс меня. Кай был вне себя, он бил с такой силой, что крушил им лица. Один умер, второй еще дышал, постанывая. Трещали кости. Кровь брызгала на стену, когда Кай разбивал их черепа друг о друга. Перед глазами помутилось – наверное, из-за раны. Перед глазами заплясали мушки. Тело ослабло.

– Я сказал, что никто не должен к ней прикасаться! – орал Кай. – Она моя, мудилы!

Он продолжал их бить, даже когда стало очевидно, что оба испустили дух. Он стал бурей эмоций, неукротимой, ужасающей.

– Стоять! – Это Джейкоб приказал Исайе и Стелле.

Наконец Кай остановился. Он тяжело дышал, кровь заливала его руки, лицо и одежду. Джейкоб жестом велел мне подойти – осторожно, чтобы Кай не взорвался снова.

Я еле ползла, заледеневшая, обессиленная. Сердце как будто замедлилось, руки и ноги покалывало.

– Они все мертвы, – сообщил Джейкоб Каю.

Кай повернулся к Исайе, Стелле и Джудит. Те молчали, парализованные страхом. Джудит лежала на полу, истекая кровью. Исайя смотрел на нее, и в глазах у него пылала ненависть к Каю.

– А ты, – произнес Кай, глядя на Исайю, – ты переживешь ад перед смертью. Как и твоя шлюха-сестричка.

Исайя повернулся ко мне. Меня кольнуло дурное предчувствие, и я шагнула за спину Кая. В ту же секунду раздался выстрел.

Меня пронзила чудовищная боль, и я задохнулась. В глазах помутилось еще сильнее. Я подняла голову и увидела Кая, который неотрывно смотрел на меня. Наши взгляды встретились в последний раз. Потом все погрузилось во тьму. Звуки стали глуше, будто я завернулась в кокон. Голоса до меня доносились, но слов я не понимала. Меня сковал холод, время замедлилось, пространство исказилось. И вдруг я поняла: я умираю.

– Нет… Айрис, нет! Посмотри на меня!

Кай…