Я протискивалась в толпе с подносом коктейлей, барабанные перепонки лопались от оглушительной музыки «Бокса». Отовсюду неслись голоса и смех, затягивая меня в звуковой водоворот. Но сквозь этот хаос пробивался взгляд, устремленный на меня. Я ощущала это навязчивое внимание спиной, а когда наконец обернулась, наши глаза встретились.

Он встал, незаметно кивнув на туалеты. В красном неоновом свете моя кожа влажно поблескивала. Раздав напитки, я приняла его приглашение и уже через секунду оказалась с ним лицом к лицу в укромном месте.

Сердце колотилось как бешеное, когда я закрывала дверь. Пожирая меня глазами, он начал расстегивать рубашку.

– Принцесса, запри дверь.

Его мускулистое тело, которое он постепенно обнажал, пугало и завораживало одновременно. Он смотрел на меня не отрываясь, взгляд скользил по каждому сантиметру кожи. У меня подкосились ноги, когда он незаметно прикусил губу.

– Я больше не могу ждать.

Я даже охнуть не успела, как он накинулся на меня, и его губы жадно накрыли мои. Я закрыла глаза, тихо застонав.

Ох, блин.

Его пальцы сомкнулись на моей шее. Когда он отстранился, его глаза впились в мои, выискивая признаки вожделения. Мы дышали в такт, прерывисто и тяжело. Я чувствовала жар его взгляда, жар его кожи и дыхания, касавшегося моего лица.

– У меня дикое желание трахнуть тебя. Здесь и сейчас.

Стон сорвался с моих губ, когда его пальцы нашли мою интимную точку и принялись поглаживать через трусики.

– Кай…

– Тебе нравится? – выдохнул он прямо мне в губы, чувственно двигая большим пальцем.

– Мм…

Он улыбнулся, продолжая меня ласкать, и стоны вырывались у меня сами собой. Он осторожно поцеловал мои губы, потом лоб, и я почувствовала тепло его пальцев, скользнувших мне в трусики.

– Мы оторвемся по полной… моя принцесса…

– Проснись.

Сердце у меня подскочило, глаза распахнулись. Лицо Кая было в нескольких сантиметрах от моего.

Твою ж мать.

По венам хлынула паника. Почему он так на меня смотрит? Его легкая улыбка смутила меня еще больше. Он что-то слышал? Я… стонала во сне?

Быстро оглядевшись, я поняла, что мы приехали. Машина стояла у дома. Я все еще чувствовала отголоски сна, и меня потряхивало. Гребаный сон. Блин, почему мне приснилась эта хрень?

– Ты решила поспать в машине? – спросил Кай уже снаружи.

Я провела рукой по волосам, пытаясь привести мысли в порядок, и вылезла из машины. Мороз пробрал до костей. Под ногами поскрипывал снег. Кай открыл дверь, и я поспешила внутрь.

– Где Джейкоб?

– Вышел за своей дурью, – ответил Вернон с сигаретой в руке. – Тебя вчера искал Мейсон.

Блин, он как бывшая, которая никак не отвалит.

– Ведет себя как бывшая, никак от меня не отстанет, – проворчал Кай, направляясь к себе в спальню. – Что ты ему сказал?

Сердце замерло.

– Что ты уехал искать отца Айрис. Но думаю, сегодня он еще объявится.

Дверь комнаты Кая скрипнула – и захлопнулась. Клетка Руфуса по-прежнему стояла в гостиной. Мой маленький грызун с энтузиазмом ужинал.

– Не понимаю, как ты вообще еще жив, – сказала я, наблюдая за ним.

Руфус явно жил свою лучшую жизнь, а я… я заблудилась в своей.

Черт. Мне приснился Лейкстоун.

Взяв клетку, я отправилась к себе, заперлась и поставила Руфуса на кровать.

– Так вот, Руфус, это полная жопа.

Раздеваясь, я вывалила на хомячка все, что меня мучило. К счастью, микрофона на мне больше не было. Закрыв глаза, я шлепнула себя по лбу. От стыда и злости на собственные мысли хотелось биться головой о шкаф. Какого хрена…

– С какой радости мне это приснилось, а? Да еще в этом гребаном «Боксе»?

Пока я переодевалась, мелькнула мысль о душе, но усталость победила.

– Блин, а вдруг он меня слышал?

Эта его улыбочка… Что-то в ней было. Я это чувствовала. От стресса у меня свело все мышцы. А от одной мысли, что он мог догадаться о содержании моего сна, меня адски корежило. Такая подстава со стороны собственного подсознания выбивала из колеи.

Вконец измученная, я рухнула на кровать и тяжело выдохнула. Хотелось расслабиться и уснуть, но спокойствие вряд ли мне светило. Мысли метались, наталкиваясь друг на друга, и с каждым новым вопросом раздрай в душе только усиливался.

– Блин, так бы и врезала себе… – простонала я, уткнувшись лицом в ладони.

Из гостиной доносились голоса – Кай что-то обсуждал с Верноном. И тут меня накрыло осознание: у Кая не было той же близости с Верноном, что с Джейкобом. С тех пор как я их узнала, они общались так редко, что можно было пересчитать по пальцам одной руки. Совсем не как люди, которых объединял общий быт. Стоило появиться Каю, и Вернон будто тушевался. В тех редких случаях, когда мы разговаривали, Кая рядом не было. Словно Вернон не хотел навязываться. При том, что они работали вместе и Вернон был парнем лучшего друга Кая. Между ними не было вообще ничего. Вернон даже не имел права входить в комнату Кая. Тот не доверял ему, и сам Вернон мне это подтверждал.

– Айрис, – услышала я голос Кая за дверью и привстала.

– Что?

– Поспи, у нас вечером есть одно дело.

Холод в его голосе насторожил меня, усилив ощущение, будто что-то пошло наперекосяк.

22:45 «Организация»

– Почему я должна там быть?

– Не знаю, но это рискованно, – тяжело вздохнул отозвался Джейкоб. – После того феерического говна, что устроил твой отец, за деньгами охотится куча народу. Чтобы надавить на Кая, Мейсон распустил слух, что бабло у другой Саймонс. Вот так ты и стала мишенью для всех.

Я слишком хорошо это понимала.

Мы припарковались у внушительных ворот «Организации». Кай отошел позвонить по мобильнику, оставив нас в машине – Джейкоба, Вернона и меня. Ему надо было с кем-то связаться, прежде чем мы войдем.

– Никто не знает, как ты выглядишь, – сказал Вернон. – В Штатах полно Саймонсов, а твой отец постарался скрыть ваше родство. Скорее всего, чтобы никто не смог отследить деньги. И даже если тайная дочь Эвана Саймонса найдется… у нее же разноцветные глаза.

А у меня – коричневые линзы.

– В тот вечер, когда кто-то к тебе вломился, мы поняли, что ты в опасности, – пояснил Джейкоб. – Кто-то тебя вычислил. И как назло, это был единственный вечер, когда Кай не следил за тобой.

– А Мейсон все еще может надавить на нас?

– Да, может. Этот тип – конченая гнида. Если он не получит, чего хочет, то пойдет со всех козырей. И ты один из них. Твоя персона для него оружие. Поэтому мы и не горим желанием таскать тебя в «Организацию». В любой момент он может выложить все, что знает.

– А кто еще знает? Про меня?

– Я, Кай, Вернон, Мейсон и Кейси… и, очевидно, тот, кто проник в твой дом. И все.

Я сглотнула.

– Ты только не нервничай, – добавил Вернон. – Веди себя как обычно и не болтай. Чем незаметнее ты будешь, тем лучше.

Я бросила взгляд на Кая – он докуривал последнюю сигарету. После звонка Мейсона он стал каким-то отстраненным. Закрылся, окружил себя ледяной стеной.

– Ну что, солнце, погнали, – заявил Джейкоб, увидев, что Кай идет к нам. – Нельзя заставлять ждать господина «одна нога, две извилины».

– У Мейсона только одна нога? – удивилась я.

– Ага. Хотя я бы предпочел, чтобы он потерял голову и мы бы от него избавились. Но настоящие демоны не в аду. Они здесь, с нами, на земле.

– Как он ее потерял?

– На войне, – ответил Джейкоб в тот момент, когда дверца распахнулась и Кай залез в машину.

«Организация» вызывала у меня глубокое отвращение. По коже бежали мурашки, живот скручивало, и с каждой минутой мне становилось все муторнее.

Мейсон вызвал нас – то есть каждого по отдельности. Джейкоб говорил про общее собрание, но я заметила, как он поглядывал на Кая, который молча вел машину. И это молчание начинало пугать. Вернон, сидевший рядом со мной сзади, тоже выглядел задумчивым и время от времени косился на Кая. Может, они ждали, пока Лейкстоун что-нибудь скажет? Но Кай молчал, его лицо было холодным и бесстрастным. Как в тот день, когда Мейсон с упоением бил меня у него на глазах. Меня же душила тревога.

Перед входом в «Организацию» нас встретила до зубов вооруженная охрана.

– Он хоть сказал, зачем нас собирает? – внезапно спросил Кай, разорвав гнетущую тишину.

Джейкоб взглянул на него, будто пытался прочитать ответ по лицу, но Кай даже не повернулся.

– Сказал только, что будет большое собрание.

В зеркале заднего вида я заметила, как Кай бросил взгляд на часы: 22:58. Небрежно швырнул окурок в окно и подкатил ко входу. Охранники попытались нас остановить, но он посмотрел на них с откровенным презрением.

– Пропустите! – приказал кто-то из них, шагнув вперед. – Это Лейкстоун.

– Хороший песик, – бросил Кай, поднимая стекло.

Джейкоб фыркнул, и мы въехали в логово «Организации». У главного здания толпились люди, человек пятнадцать, и все взгляды устремились на нашу машину. Тут до меня дошло – народу как-то слишком уж много.

– Что еще за херня? – пробормотал Джейкоб, а Вернон нахмурился.

Кай припарковался. У собравшихся был такой вид, будто они чего-то ждали. Ну да, начала собрания.

– Сучий потрох, – прошипел Кай. – Джейкоб, держись рядом с Айрис. Отвечаешь за ее безопасность.

– Понял, – кивнул Джейкоб.

Мне стало так страшно, что зазвенело в висках.

– Вернон, сиди здесь. Хер знает, что этот мудила задумал, собирая всех разом.

– Ладно.

Кай вышел из машины. Джейкоб ободряюще кивнул мне и тоже вышел. Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять сердцебиение, и вылезла следом. Джейкоб покровительственно обнял меня за плечи и прижал к себе, а Кай двинулся вперед – самоуверенный, наглый, он откровенно дразнил всех одним своим присутствием. Репутация явно опережала его.

Этот мир был мне чужим. И все же я постепенно в нем растворялась.

Толпа перешептывалась, все пристально глазели на меня, но я шла под защитой Джейкоба. Когда мы приблизились ко входу в здание, напряжение за спиной стало почти осязаемым. Я хотела обернуться и посмотреть, что там, но Джейкоб придержал мою голову за затылок.

– Они ждали Кая, – прошептал он мне на ухо. – Без него собрание не начнется.

Я уставилась в спину Кая. Мы поднялись на несколько ступеней и оказались в пустом холле. Из боковых коридоров доносились голоса и шаги. Вслед за Каем мы дошли до двери в конце коридора. Он открыл ее, даже не постучав. Перед нам открылся огромный зал. В центре – массивный круглый стол и два десятка кресел. А во главе стола, словно король на троне, восседал Мейсон.

– Ты опоздал на две минуты, – заметил он, взглянув на часы.

Он по-хозяйски развалился в кресле, трость лежала рядом. Его взгляд упал на меня, и губы растянулись в ехидной улыбке.

– Добрый вечер, Айрис.

Прежде чем ответить, Кай закрыл за нами дверь и резко повернулся к Мейсону:

– Зачем ты ее вызвал? Она не имеет отношения к «Организации».

– Ты настолько ей доверяешь, что готов оставить без присмотра?

На эту провокацию тот не ответил, и Мейсон переключил внимание на нас с Джейкобом.

– Присаживайтесь.

В дверь постучали. Кай не сдвинулся с места, по-прежнему сверля взглядом Мейсона, а тот все так же надменно улыбался:

– Ты быстро даешь волю эмоциям, Кай. Может, тебе повторить терапию…

– Заткнись! – рявкнул Джейкоб, бросая на него убийственный взгляд.

Не обращая внимания на накаленную обстановку, Мейсон положил пистолет на стол и, не отрывая глаз от Кая, приказал:

– Подойдите и положите оружие на стол.

Джейкоб резко потянул меня за собой, и мы сели за огромный стол. Кай занял место в четырех креслах от меня, почти вплотную к Мейсону. Люди стали заходить по одному. Прежде чем сесть, каждый выкладывал на стол пистолет. Когда все разместились, Мейсон поднялся:

– Отлично. Все здесь?

Он оглядел зал и заметил пустое кресло. Наверное, Вернона. Почему Кай не взял его с нами?

– Я собрал вас, потому что вы элита «Организации», – продолжил Мейсон. – У меня объявление первостепенной важности. Я вам доверяю. Скажем… на семьдесят процентов. Это уже немало.

– Почему здесь Лейкстоун? – спросил один из агентов голосом, полным сомнений.

– Кажется, вы не усвоили урок. Если тебе надо освежить память, я помогу, – сухо бросил Кай, даже не повернувшись, словно тот не заслуживал взгляда.

– Лейкстоун плоть от плоти «Организации». Забыть о нем – ошибка новичка, – снисходительно возразил Мейсон. – Мы собрались сегодня, потому что с долей вероятности нам удалось вычислить этого гада Саймонса.

Я вздрогнула. Лицо Кая напряглось, мышцы закаменели.

– Ого… вот говнюк… – прошептал Джейкоб, глядя на него.

От удивления у меня в голове помутилось. Заявление Мейсона было неожиданным, особенно при таком количестве людей. Руки задрожали. Блин, что за игру он затеял?

– И я не понимаю, почему его столько времени ищут…

Кай глубоко вдохнул, глядя на пистолет перед собой. Его пальцы едва заметно дрожали, и от этого у меня внутри все сжалось.

– За это задание отвечает Лейкстоун. Я ему доверяю на девяносто девять процентов. Но… не на все сто.

– Что еще за дерьмо, – почти беззвучно прошептал Джейкоб.

Волна страха прокатилась по телу, и я задрожала. Я изо всех сил старалась быть незаметной, но чувствовала: еще немного – и сорвусь. Прямо перед носом лежало оружие, только и ждущее, когда его пустят в ход. Любопытные и настороженные взгляды прожигали меня насквозь – никто не понимал, почему я здесь. Если Мейсон сейчас раскроет мое родство при всех, что будет с Каем и со мной?

– Почему нам ты доверяешь только на семьдесят процентов, а ему почти на сто? – спросил кто-то.

– Повторяю, Лейкстоун – плоть от плоти «Организации». И сейчас я докажу вам, почему он так близок к ста процентам, – провозгласил Мейсон.

Сердце у меня замерло.

– Он способен убить сестру лучшего друга. Покажи им, Лейкстоун. Выбери оружие и нажми на курок. Один раз.

И указал на меня.

Мейсон только что приказал Каю убить меня.

Меня бросило в жар, затем в холод. Я хотела бежать, но ноги не слушались. Джейкоб почувствовал, что я дрожу, и положил ладонь мне на бедро, хотя был напуган не меньше. Кай с непроницаемым видом разглядывал оружие. Когда он встал и взял пистолет, грудь мне сдавила невыносимая тяжесть. Не может быть. Господи, он же в меня выстрелит.

Мейсон плотоядно улыбался, смакуя страх, который посеял. Довольный своей властью над Каем. Именно этого он и хотел: показать, что Кай по-прежнему подчиняется ему.

Прикосновение холодного ствола ко лбу вернуло меня в реальность. Оцепенев, я умоляюще смотрела на Кая. Руки заледенели, сердце колотилось так быстро, словно готово было вот-вот разорваться. Все смотрели на меня, в воздухе сгустилось напряжение. Все предвкушали звук выстрела. Я невольно всхлипнула.

Кай стоял неподвижно, в глазах – холод и пустота. В этот момент я была для него лишь мишенью. Неодушевленным предметом.

Горячие слезы хлынули у меня по щекам, из горла вырвался приглушенный вскрик, когда он нажал на курок. Но выстрела не было.

Пистолет оказался не заряжен.

– Твою ж мать…

Джейкоб потер лицо, подняв глаза к потолку. Кай, по-прежнему невозмутимый, чуть заметно мне подмигнул. Затем положил оружие и повернулся к Мейсону. Тот насмешливо улыбался.

– А она везунчик. Ему попался единственный незаряженный ствол.

– Это подстроено! Возьми другой! – рявкнул тип, который чуть раньше задал вопрос.

Кай хмыкнул. Затем схватил другой ствол и без колебаний застрелил говорившего. У меня вырвался крик, но я тут же зажала рот рукой. Тело рухнуло на пол, кровь забрызгала стену.

– Много болтал.

Кай положил оружие и вернулся на место.

– Если однажды Лейкстоун не сможет убить, я выберу кого-то из вас, чтобы завершить задание, – заявил Мейсон, опираясь на трость. – По слухам, у Саймонса есть дочь, которую он скрывает. Но подтвердить это я не могу, он никогда не упоминал о втором ребенке. И даже если она существует, вряд ли она для него что-то значит. Кто станет подвергать опасности собственную кровь?

Горло сжалось. Ну ты и гнида.

Джейкоб считал, что сам Мейсон и пустил этот слух. Все, чтобы надавить на Кая и подставить меня.

– Мы не нашли никаких доказательств родства, – вмешалась одна из женщин. – К тому же ни один родитель не станет так рисковать ребенком, так что я не верю слухам.

– Я сам наемный убийца, и у меня есть дочь, но я бы в жизни ее так не подставил.

У меня задрожали губы.

– Плоть от плоти, – подчеркнул Мейсон. – Пока у нас нет информации о ней. Копать некуда. Но если она существует, возможно, она знает, где деньги.

– Не исключено, что он ее спрятал, чтобы мы не вышли на деньги.

– Маловероятно, – возразила женщина. – Ему пришлось бы готовить план за много лет. А Саймонс никогда не скрывал любви к дочери. Если бы он хотел их защитить, увез бы обеих.

– Или же он ее стыдится, – хмыкнул кто-то.

– Не исключено, – отозвался Мейсон.

Каждое их слово отдавалось болью, подтверждая мысль, с которой я жила после ухода отца. Он стыдится меня.

Джейкоб мягко сжал мое колено, но я не сводила глаз с Мейсона и его невыносимой ухмылки. Одинокая слеза скатилась по щеке. Я его ненавижу. Как же сильно я его ненавижу.

– Ладно, допустим, вторая дочь существует и мы ее похитим, – заговорил другой киллер. – Ну и что толку? Ему же на нее плевать. Следует выбрать другую стратегию.

– Насколько мне известно, это не твое задание, – перебил Кай ледяным тоном. – Так что оставь свои соображения при себе.

Тот зло рассмеялся:

– Долго ты собираешься здесь всем указывать? Ты не наш, так что не высовывайся…

Он умолк, заметив кривую усмешку Лейкстоуна.

– И как далеко ты готов зайти, чтобы устроить мне тест-драйв?

Мужчина молчал.

– Если ты готов отдать собственную жизнь, провоцируй меня сколько угодно. Я только этого и жду. Для меня не будет большего удовольствия, чем прикончить вас всех одного за другим. А потом изрубить на мелкие кусочки и скормить свиньям. Потому что вы не стоите даже того, чтобы лежать под землей, как нормальные люди.

Ганнибал, возьми на заметку.

Кай поднялся и, окинув их презрительным взглядом, процедил:

– Я запрещаю вам обращаться ко мне без приглашения. Пусть судьба вашего дружка послужит вам уроком. Если вы начнете меня доставать, вам не жить. Считайте, вам повезло, я обожаю повторение пройденного. Кто не понял, поднимите руку!

Сидящие за столом сверлили его взглядами, но молчали. Внезапно Кай схватил пистолет и направил его на Мейсона. Один из мужчин вскочил и прицелился в Кая. В ответ Джейкоб тут же взял мужчину на мушку.

– А для тебя, – прошептал Кай Мейсону, – я приберег углубленное изучение предмета.

– Положи ствол, – потребовал Джейкоб, целясь в мужчину.

– Не раньше, чем он положит свой, – ощетинился тот.

Мейсон лишь рассмеялся, не двигаясь.

– Я просто хотел удостовериться на все сто процентов в твоей надежности. Этот один процент неуверенности меня беспокоил.

Сердце у меня бешено колотилось. В голове все перемешалось – голоса, кровавые образы. Я была на грани срыва. Я тонула в его мире и боролась за каждый вздох.

– Собрание окончено. Кай, я хочу увидеть отчет по Саймонсу. Не заставляй меня ждать.

Джейкоб потянул меня вперед, крепко держа за руку и одновременно подталкивая Кая к выходу. Я не могла оторвать взгляд от неподвижного тела в луже крови. К горлу подступила тошнота.

Спускаясь по лестнице, я заметила, что все смотрят на Кая, но никто не посмел и дернуться. Все молча расступались перед нами. Вернон ждал нас в машине.

– Какие-то вы все бледные, – констатировал он.

– Едем в «Бокс», – бросил Кай, прислонясь затылком к подголовнику. – Я не хочу сейчас домой.

Очень кстати. Я была на грани панической атаки, и мне хотелось расслабиться, а тут такая возможность утопить эмоции в алкоголе до конца ночи.

Вот дерьмо. Он чуть не убил меня.

В «Боксе» меня сразу оглушила музыка. Как в том сне. Но на этот раз на мне было не вечернее платье, а джинсы и темная кофта. Официантка принесла нам напитки. Возможно, та самая, которая заняла мое место. Эта горькая мысль меня задела, и я сделала большой глоток. Отголоски разговора в «Организации» все еще звучали в голове. Слова об отце снова и снова напоминали, насколько я не оправдала его ожиданий.

Я насыпала щепотку соли на тыльную сторону ладони, взяла ломтик лимона и поднесла к губам рюмку текилы.

– Сиди здесь, мы сейчас вернемся, – сказал Джейкоб, поднимаясь вместе с Верноном и оставляя меня одну на диване.

Кивнув им, я погрузилась в созерцание жизни ночного клуба. Выпила шот, второй, третий.

– Ты сегодня в ударе, да? – раздался рядом мужской голос.

Я подняла глаза. Кровь бежала по венам, алкоголь притуплял эмоции. Ни Кая, ни Джейкоба с Верноном нигде не было видно.

– Если хочешь, составлю тебе компанию, – предложил парень.

Я проглотила еще один шот, надеясь, что этот тип отлипнет. Я была не в настроении болтать. Увидела пачку сигарет Кая, прикурила одну и глубоко затянулась. Устроившись поудобнее, заметила, что этот мудлон так и торчит рядом.

– У тебя есть парень, красотка?

– Мой парень – псих, он убивает людей.

Я саркастически усмехнулась и оглядела зал. Кто-то отрывался на танцполе, отдавшись бешеному ритму музыки. Другие потягивали напитки, наблюдая за стриптизершами, которые извивались за стеклянным ограждением.

– Ладно тебе, пойдем со мной…

Я почувствовала, что надвигается опасность. Хотя я уже слегка опьянела, ощущение угрозы меня тут же протрезвило. Даже не поняв, что происходит, тип оказался на полу. Глаза у меня распахнулись, когда я натолкнулась на бешеный взгляд Кая.

– Только тронь ее – заставлю сожрать свои пальцы.

Я раздавила окурок в пепельнице и напомнила себе, что он чуть не выстрелил в меня. По спине пробежал электрический разряд. Черт, мне нужен еще стаканчик. Не успела я об этом подумать, как в моей руке оказалась новая рюмка текилы. Но я не успела ее пригубить – мне помешал Кай.

– Хорош бухать, – прорычал он.

Я выпрямилась, прожигая его взглядом. Схватила бутылку виски и отпила глоток. Он отобрал ее и с нажимом произнес:

– Хорош. Бухать.

Я шагнула к нему. Наши лица оказались так близко, что я почувствовала его ментоловое дыхание. Едва не касаясь его губами, я прошептала:

– А то что, Кай? Ты меня убьешь? Жаль, что ты упустил удобный случай.

Он промолчал, помрачнев еще больше. Я отвернулась и посмотрела на танцпол внизу. Воспоминания крутились в голове, не давая дышать. Я встала с дивана.

Не хочу вспоминать.

– Куда это ты собралась?! – воскликнул он.

Я глянула на него через плечо и сняла кофточку, оставшись в одном коротком топике. Мне было невыносимо жарко, в венах пульсировал алкоголь.

– Потанцевать.

– Нет! – вскричал он, бросаясь ко мне.

Он схватил меня за запястье. Я резко развернулась к нему лицом и яростно выдернула руку. Не раздумывая, я со всего размаха влепила ему пощечину. Слезы застилали мне глаза. Он чуть не убил меня. Он готов был в меня выстрелить. Он обещал меня убить, только если я проболтаюсь о нем, и все… А он предал меня, козел. Но, как выразился Мейсон… я везунчик.

Когда я осознала, что натворила сгоряча, меня охватил ужас. Кай не шелохнулся, только потер красное пятно на щеке. Холод в его глазах сменился яростью. Яростью, которая напомнила мне обо всем, что он заставил меня пережить: привез туда, выполнил приказ Мейсона, вынудил слушать слова незнакомых людей.

В горле щипало, но я не собиралась плакать. Последнее, чего мне хотелось, – это чувствовать боль. Обойдусь сегодня без этого.

Дрожа от злости и страха, я заявила:

– Я пошла танцевать.

Я твердо намеревалась делать ровно то, что он мне запрещал.