Девушка распахнула объятья, и ее лицо озарила улыбка. В глазах искрилось неподдельное счастье. И к моему удивлению, уголки губ Кая дрогнули, хотя он досадливо покачал головой. Сердце у меня сжалось, когда девушка с радостным криком повисла у него на шее.

– Негодяй, так вот почему ты не отвечал на мои сообщения!

– Нет, просто ты меня утомляешь, – проворчал Кай, пытаясь отстранить ее. – Пусти, задушишь.

– Я не видела тебя три месяца, Лейкстоун, дай хоть потрогать!

Она обнимала его с привычной нежностью. У меня в голове тут же закрутились вопросы. Кто она?

– Ты обещал вернуться два месяца назад!

Она уставилась на него, чуть ли не прижавшись лицом к лицу – совсем близко. Как мы тогда в «Боксе».

– Возникли проблемы. Давай, слезай с меня, – прорычал он, грозно глядя на нее.

Девушка стояла на коленях между бедер Кая и обнимала его за шею – да уж, весьма интимная поза. Я старалась не показывать эмоций, но вопросики у меня возникли.

Вдруг она повернулась ко мне и вскинула бровь:

– Ой… Привет…

Я бросила взгляд на Кая. Он поспешно высвободился из объятий и выпрямился.

– Лиза, это Айрис, мое прикрытие, – произнес он. – Иди переоденься, от тебя воняет фритюром.

– Привет, Айрис! – весело воскликнула она, поднимаясь. – Лейкстоун, пусть лучше воняет фритюром, чем кровью, как от тебя.

Я проводила ее взглядом. Кем она приходится Каю? Вели они себя как близкие люди. Она его девушка? Или его бывшая? Кай никогда не упоминал своих девушек, он только сказал, что никогда не влюблялся.

Насмешливое хмыканье вырвало меня из размышлений. Кай так и сидел, развалившись на диване рядом со мной.

– Полегче, ты сейчас убьешь ее взглядом.

Я закатила глаза, сделав вид, что он мне смертельно надоел. Хотя сердце колотилось как бешеное.

– Я ее любимый, – добавил он с ехидной улыбочкой.

Почему-то меня это выбесило. Какое мне дело? Плевать, кто она там для него.

– Тогда мне жаль ее, – откликнулась я, изображая сочувствие. – Бедняжка, у нее явно с головой не в порядке.

– Примерно как у тебя было в «Боксе», – тут же парировал он.

Я прожгла его взглядом, а он расхохотался, встал с дивана и потянулся.

– Не ревнуй. Может, когда-нибудь ты займешь ее место.

– Молюсь, чтобы этот день никогда не наступил. Так что не переживай.

– Мне известно из надежных источников, что молитвы не помогают, – смеясь, заметил он, – но мечтать не вредно.

И отошел, дернув уголком рта. В нескольких шагах от нас Нилам общалась с Лизой. Появился Тайко с детьми, и все расселись за столом.

– Дети, вы помните Кая? – спросил Тайко.

– Помню, – буркнула девочка сердито. – Он мне куклу сломал.

Я невольно улыбнулась, глядя, как малышка вызывающе смотрит на Кая. Тот пожал плечами, не обращая внимания на ее обиду.

– А ты мне сигарету сломала, Джейд. Так что мы в расчете.

Я бросила на него суровый взгляд, и он возвел глаза к небу.

– Я тоже его помню, – вмешался мальчик. – Мы тогда смотрели фильм про…

– Ешь, Кори, – резко перебил его Кай, обходя кухонную стойку.

Тайко весело взглянул на него и предложил мне сесть. Я неловко устроилась между Каем и Джейд, Тайко тоже сел рядом с ней. Нилам и Лиза подошли следом.

– Как же я устала! – простонала Лиза, рухнув на стул. – Осталось что-нибудь со вчера? Не люблю лазанью…

– Посмотри в холодильнике, – распорядилась Нилам и повернулась ко мне. – Ешь, Айрис, а то остынет.

Я кивнула, ковыряя еду вилкой. Мне было так неуютно, что пропал всякий аппетит. Я заставила себя проглотить пару кусочков, прижимая руку к колену – нога неудержимо дергалась.

Никто на тебя не смотрит. Ешь.

Лиза глаз с меня не сводит.

– Ну что, Лейкстоун, вы не собираетесь возвращаться сюда? – поинтересовался Тайко.

Вы?

– Ой, мне так не хватает Джейкоба! – вздохнула Лиза, умоляюще глядя на Кая. – К тому же он уже четыре года в отношениях, а мы ни разу не видели его парня!

– Ты ничего не теряешь, – вздохнул Кай, тоже ковыряясь в тарелке. – Нет, мы не вернемся. По крайней мере, не насовсем. Нет уж.

– Он прав, это рискованно, – добавила Нилам, откидываясь на спинку стула и поворачиваясь ко мне. – Айрис, а ты откуда?

– Из Нью-Джерси, – ответил Кай, не глядя на меня. – Передай соль.

Лиза протянула ему солонку, а я промолчала, не зная, что тут сказать.

– О! – воскликнула она. – Это же тот новый город, где вы уже…

– Да, – перебил Кай, бросив на нее недобрый взгляд. – Ешь.

Тайко приподнял бровь, явно удивленный. Я же не улавливала ни смысла разговора, ни его подоплеки.

Больше никто не осмелился заговорить – все предпочитали слушать болтовню детей, рассказывающих, как прошел день. Я узнала, что Джейд четыре года, а Кори три и что у них разные матери. Тайко тридцать, он играет в музыкальной группе, которая выступает в барах. Лизе двадцать пять, работает в ресторане неподалеку, чем и объяснялся стойкий (по словам Кая) запах картошки фри. Они казались давними друзьями, что удивляло, учитывая характер Кая. Я не думала, что он способен дружить.

– Ладно, мне пора, – заявил Тайко, бросив взгляд на кухонные часы. – Вернусь поздно. Дети, сегодня вы останетесь с тетей Лизой и вашей тетей. Договорились?

Нилам была сестрой Тайко, но Лиза вроде бы к их семье не принадлежала. У нее была более светлая кожа, черные кудри до плеч, черные глаза и россыпь веснушек на скулах. Еще она обладала умопомрачительной фигурой, и я рядом с ней чувствовала себя палкой от швабры.

– Твоя комната готова, можете оставить там вещи, – сказала Нилам, поворачиваясь к Каю, который вставал из-за стола, почти не притронувшись к еде.

Он вымыл тарелку и направился в гостиную за нашими вещами.

Лиза, доедая, рассказывала забавные истории с работы и время от времени улыбалась мне. Иногда она спрашивала мое мнение, чтобы я не чувствовала себя на отшибе. В итоге она показалась мне очень милой.

Дети пошли за Лизой, которая направилась к спальням. Я осталась наедине с Нилам. Та с облегчением выдохнула и достала косяк, который ей пришлось спрятать в присутствии детей. Я невольно улыбнулась, когда она затянулась и закрыла глаза, будто наконец-то глотнула свежего воздуха.

– Ты ничего не съела, – заметила она.

– Просто… не хотелось.

– Откуда это?

Она указала на мою ладонь, где остался маленький шрам. Напоминание о том дне, когда я вырвала нож из рук Кая.

– Порезалась, – ответила я, сжимая кулак.

Нилам снова затянулась. Квартира была маленькой, спальни располагались рядом с кухней, так что мы слышали, как Лиза разговаривает с детьми. Прошло несколько минут, но Кай так и не появился. Мы с Нилам убрали со стола и помыли посуду. Поскольку я не могла много рассказывать о себе, то в основном расспрашивала о ее жизни. Они с Тайко были двойняшками. Днем она работала фотографом, а ночью превращалась в хакершу.

– Обожаю фоткать людей на улице, особенно рано утром, – с улыбкой призналась она. – Они такие сонные и усталые. Обычно недовольные. Но от хорошего кофе начинают улыбаться.

Я рассмеялась и кивнула: кофе и мне помогает взбодриться с утра.

На кухню вернулся Кай. Он начал что-то искать в шкафах, и у меня чуть сердце не остановилось, когда он достал оружие.

Что?

Нилам расхохоталась:

– Не пугай так свое прикрытие.

Кай бросил на меня взгляд, вздохнул и отошел от шкафов:

– Не волнуйся за нее, она и не такое видала.

Ну да, уж тебе ли не знать, говнюк.

Он натянул капюшон и распахнул окно:

– Пойду пройдусь.

И через несколько секунд исчез.

– То есть ты с ним уже давно, раз видала и похуже, – пробормотала Нилам. – Сходи переоденься и возвращайся. Его комната в конце коридора слева. Я буду на балконе.

В комнате стояла большая двуспальная кровать с серой изношенной простыней, и я сразу заметила на стенах вырванные страницы с рисунками. Точно такие же украшали его спальню в доме, где меня держали взаперти. Треснутое зеркало возле шкафа напомнило то, что в его комнате, – там оно тоже было разбито. Я повернулась к двери, которую только что закрыла за собой, и у меня перехватило дыхание. Она была занавешена простынями.

Нахмурившись, я подошла ближе и погладила ткань. Дверь оказалась повреждена, я нащупала трещины и дыры. По спине пробежал холодок, и я отступила, услышав шум снаружи. Торопливо переодевшись, я вышла из комнаты, чувствуя, как наваливается тяжесть.

Я направилась к открытому окну и вышла на балкон. Нилам сидела, уютно устроившись на подушке. Она похлопала рядом с собой, приглашая присоседиться. Я села и по примеру Нилам укрылась пледом. Холод пробирал до костей, особенно в это время года. Сейчас наверняка уже ноябрь.

Нилам протянула мне сигарету. Я с благодарностью взяла ее и прикурила.

– А траву ты куришь?

Я вдохнула никотин, прикрыла глаза и ответила:

– Иногда.

С Коди.

Несмело улыбнувшись, я посмотрела на городские огни вдалеке. Мысли вернулись к Каю. Куда он исчез? Зачем взял пистолет? У меня сложилось ощущение, что он знает эту квартиру как свои пять пальцев.

– Сегодня тихо, – заметила Нилам, глядя на город. – Обычно тут драки и крики.

– Вы давно здесь живете?

Она кивнула, выпуская дым:

– С двадцати лет. Значит, уже десять. Нас держали в детдоме до шестнадцати. Знаешь, своя квартира – это так прекрасно.

– Как вам удалось выбраться из приюта?

В США несовершеннолетним не так-то просто покинуть подобное заведение без постановления суда.

– Мы сняли комнату у семьи мигрантов. Им было пофиг на законы, – пояснила она с кривой усмешкой. – Один из нас платил аренду, второй откладывал деньги, чтобы мы могли снять свою квартиру. Вот эту.

Я кивнула, снова затягиваясь. Нилам и Тайко пришлось рано повзрослеть.

– Это был один из самых дешевых вариантов. Да и район не самый безопасный. Прошлые жильцы жаловались на запах травы. Сосед снизу держит мини-плантацию. Дом в паршивом состоянии, постоянно перебои с водой и электричеством.

Я невольно поморщилась.

– Но это наше гнездо. Наше с Тайко… Потом появились Кай и Джейкоб, – улыбнулась Нилам, – а позже Лиза.

Меня это тут же заинтриговало.

– Они жили здесь?

Нилам кивнула:

– Мне исполнился двадцать один, когда я познакомилась с Каем. Ему было семнадцать, Джейкобу девятнадцать. Они искали, где жить, а поскольку на законы всем было плевать, мы приютили их. Лиза появилась через несколько месяцев. В шестнадцать она была настоящей хулиганкой, сбежала из нашего бывшего приюта. Мы работали вместе в одном кафе.

– У вас не было проблем с местными?

– Нет, ведь у нас был Кай, – рассмеялась она. – Что-что, а подраться он любил.

М-да, с тех пор ничего не изменилось.

– А еще он умный. Умел договариваться с парнями. Иногда работал с ними. А ты как с ним познакомилась?

У меня зачастил пульс. Что ей сказать?

– Ну… я работала… в одном ночном клубе… а он там часто бывал.

– В «Боксе»?

– Ты знаешь его?

– Ага, – сказала Нилам, помолчав. – Кай наверняка не вылезал оттуда.

Я кивнула.

– А что такая невинная девушка, как ты, делала в «Боксе»? – поинтересовалась она лукаво.

– Это была… работа, чтобы оплатить учебу.

– О, ты учишься в университете?

Ну… училась.

Я покивала, и тут кто-то появился. Лиза.

– А, вот вы где! – воскликнула она, садясь на пол. – У тебя есть бумага для самокруток?

Нилам бросила ей пачку.

– Где он?

– Ушел минут двадцать назад, – пожала плечами Нилам. – Ты же знаешь, он никогда не говорит, куда идет.

Надув губы, Лиза кивнула и стала скручивать косяк. Через несколько секунд она уже курила, неспешно выдыхая дым и словно залипнув на огни вдали.

Молчание было одновременно умиротворяющим и тревожным. Дети уже спали, а мы сидели на балконе и курили траву, хотя было около двух-трех градусов. Где-то вдалеке раздались выстрелы, я вздрогнула и повернулась к девушкам. Они не удивились и не испугались.

– Ты быстро привыкнешь, – проговорила Нилам с закрытыми глазами. – Я же говорю, райончик не самый спокойный.

– А может, это мой любимый гуляет, – хихикнула Лиза.

Я вымученно улыбнулась: ревность во мне боролась с безразличием.

– Прекрати, она подумает, что это правда, – усмехнулась Нилам, бросив на меня взгляд.

– Он был моей первой любовью, – призналась Лиза с лукавой улыбкой. – Я по уши втюрилась в этого придурка… Правда, знала, что у меня не было ни единого шанса.

Нилам засмеялась и кивнула.

– А ты как познакомилась с Каем? – с любопытством спросила Лиза.

– Она была официанткой в «Боксе», – ответила за меня Нилам.

– Значит, ты знаешь и Джейкоба с Верноном? – догадалась Лиза, затягиваясь.

Я кивнула. При упоминании Джейкоба она заулыбалась. Было очевидно, что он ей нравится. Да и как можно было его не любить?

– Найдется для нее местечко? – спросила она, поворачиваясь к Нилам.

– Кай положил ее вещи к себе, она будет спать с ним.

Лиза ошеломленно распахнула глаза, но Нилам только пожала плечами. Лиза растерянно посмотрела на меня и снова затянулась. Несколько минут она молчала, потом спросила:

– В смысле, он реально пустит тебя ночевать к себе? В тот раз Стелла спала в гостиной.

Стелла приезжала сюда?

– Не люблю я ее, эту стервозину, – выпалила Лиза с гримасой отвращения на лице. – Вечно липнет к нему, а потом такая: «Да мне на него пофиг». Врет и не краснеет.

– Да ладно, ты просто ревнуешь. Она милая и забавная, – вступилась Нилам. – Глядите-ка… помяни черта…

Я заметила силуэт внизу на улице. По одной лишь походке я сразу узнала его даже под капюшоном. Мы услышали, как он поднимается по железным ступеням, и Лиза слегка улыбнулась. Я чувствовала, как у нее бьется сердце. Как и у меня.

Кай возник перед нами. Он посмотрел на меня и нахмурился:

– Что вы делаете на балконе?

– Вышли покурить.

– Идите внутрь, холодно.

Он не двигался и не сводил с меня глаз, словно ждал, когда мы встанем. Мы сразу вернулись в квартиру. Было очень приятно оказаться в тепле, но тут Кай снял капюшон, я увидела его лицо и застыла. Все в крови – губы, нос, висок, даже руки.

– Это ты стрелял? – спросила Лиза, разглядывая его.

– Возможно, – устало бросил он, направляясь к себе. – Сейчас вернусь.

Интересно, промоет он раны или так и оставит, как в прошлый раз, когда он устроил бойню в «Организации».

– Дай ему аптечку, – велела Лиза, обращаясь к Нилам.

Та вздохнула.

– Идем со мной, – сказала она мне. – Мне нельзя в его комнату.

Я кивнула, чувствуя на себе взгляд Лизы. И здесь Кай запретил заходить к себе. Почему же мне можно? Вряд ли я ближе ему, чем эта семья, ведь они жили вместе намного дольше.

Мы вошли в комнату Нилам, и она с улыбкой протянула мне коробку:

– Сомневаюсь, что он ее возьмет, но оставь где-нибудь рядом. На всякий случай.

Как и Вернон, она знала, что Кай о себе не заботится. Думаю, он всегда наплевательски к себе относился, даже в юности. Я направилась к его комнате в конце коридора, вспоминая, каким злым он явился. Постучала три раза, но ответа не дождалась. Тогда, собрав нервы в кулак, я толкнула дверь. Внутри оказалась открыта еще одна дверь – в ванную, куда можно было попасть прямо из его спальни.

– Кай!

Я подошла, и вода перестала течь. Горло сжалось, когда я увидела его отражение в зеркале. Повсюду синяки – на руках, груди, даже на спине.

Я поморщилась, и он мрачно посмотрел на меня в зеркале:

– Все нормально.

– У тебя все еще идет кровь, – отметила я, не отводя взгляда.

Он скрестил руки на груди и прислонился к стене у двери, глядя, как я ставлю аптечку рядом с раковиной.

– Я сам могу, – буркнул он, когда я достала марлевые салфетки.

– Можешь, но не будешь, – возразила я, подходя ближе. – Как это случилось?

Он промолчал, но я и сама уже знала, что ответа не получу.

Я смочила марлю перекисью и начала протирать его раны. Он не спускал с меня глаз, следя за каждым движением.

Закончив, я посмотрела на его кровоподтеки и невольно поморщилась. Татуированная грудь, ребра, живот, бока – ни одного живого места. Я едва коснулась синяка на груди, и Кай напрягся от боли. Его грудь судорожно вздымалась и опускалась.

– Надо лед приложить, быстрее пройдет, – пробормотал он, глядя на мои пальцы, лежащие на его израненной коже. – Или что-то холодное.

Я подняла голову, и наши взгляды снова встретились. Затем осторожно приложила холодную ладонь к синякам. Его губы приоткрылись, он еле слышно застонал от боли.

– Давай схожу за льдом, – предложила я. Моя ладонь на его груди дрожала.

– Нет… Подожди еще немного.

Я робко кивнула и перестала дышать, когда его рука легла поверх моей и прижала чуть сильнее. Под ладонью билось его сердце. Я подняла глаза. Его взгляд пронзил меня насквозь, до дрожи. Я чувствовала, как от волнения пульсируют мои вены. Время замедлилось, я осознавала каждое ощущение.

Его рука на моей.

Моя кожа касается его кожи.

Наши взгляды не отрываются друг от друга.

Его пульс, быстрый и сильный. Мой – такой же.

В груди екнуло, когда он приблизил лицо. Но поразило меня другое – его сердце, которое толкалось мне в ладонь.

Ох, блин.

Наше дыхание смешивалось, глаза смотрели на губы. По коже побежали мурашки. Те самые ощущения, как в «Боксе». И я была не в силах отступить.

И не хотела.

Внезапно защитный кокон вокруг нас лопнул – дверь ванной стала открываться. Кай резко оттолкнул меня.

– Ой! Я помешала…

– Нет, – быстро ответил Кай, удаляясь в комнату. – Заходи.

Мой пульс все еще зашкаливал. Я уперлась руками в раковину за спиной, пытаясь прийти в себя.

Блин, это что сейчас было?

Лиза бросила на меня взгляд, от которого я увернулась и поспешно выскочила из ванной.

Он меня оттолкнул.

Нервно проведя рукой по волосам, я направилась в гостиную, где он уже сидел рядом с Нилам, прижимая к себе пакет со льдом.

– Не держи дольше двадцати минут, – напомнила Нилам.

– Я знаю, – отозвался он, не глядя на меня.

Я села на пуфик напротив дивана и погрузилась в свои мысли. Почему он так грубо меня оттолкнул? Застыдился? Хотел скрыть от Лизы? Злость закипала во мне, но я быстро взяла себя в руки. Да плевать мне. Это не должно меня задевать. Он просто говнюк.

За спиной кто-то появился. Лиза уселась на пуфик рядом, ее темные глаза были прикованы к Каю, который достал бумагу для самокрутки.

– Как ты так умудрился? – с любопытством поинтересовалась она.

– Не твое дело, – огрызнулся тот, скручивая косяк.

Нилам включила телевизор, и они с Лизой принялись комментировать передачу. Я уставилась на экран, остро ощущая на себе пристальный взгляд Кая.

Смотри-смотри, дурак. Ты же меня оттолкнул.

Я не хотела на него смотреть. Я злилась и не желала, чтобы он это заметил. Чтобы понял, насколько это меня задело. Однако мне не удавалось сохранять невозмутимость под его взглядом.

Ладно… может, он на тебя и не смотрит.

Смотрит! Я же чувствую.

Проверь.

Стоило мне на него глянуть, как его глаза впились в мои и не отпускали, пока язык медленно скользил по бумажке. Внутри все вспыхнуло, воздух стал раскаленным. Уголки его губ дрогнули в улыбке, и я отвернулась, чувствуя, как останавливается сердце.

Мудак.

– Вам обоим пора спать, – вмешалась Нилам, наблюдая за нами. – Дорога была долгой, а завтра вас ждет длинный вечер.

– Угу… сейчас пойдем, – пробормотал Кай, не отводя от меня взгляда.

И я сглотнула.