– Ну и как мы поступим? – спросил Джейкоб у Кая, опустив стекло машины.

– Айрис и Вернон подождут снаружи, пока мы будем на собрании.

Мы подъехали к массивному зданию, которое возвышалось среди дикой природы. Охраняли его вооруженные до зубов люди. Громоздкая конструкция сочетала в себе серый камень и прочный металл. Скрытые камеры наблюдения были направлены на вход и окрестности, а перед нами воздвигались огромные неприступные ворота, усиленные стальными накладками.

Так вот она, пресловутая «Организация». Стоит в какой-то глуши. Сотовый сигнал на нуле, что усиливает ощущение изоляции. Джейкоб, который безуспешно пытался посмотреть «Холостячек», ругался уже минут двадцать.

– Вылезай. Чем быстрее закончим, тем быстрее уберемся отсюда, – бросил Кай, распахивая дверцу.

Охранники навели на него оружие, но он спокойно закрыл дверь и одернул пиджак, словно на него не было направлено с десяток стволов.

– Это Лейкстоун! Опустите оружие! – услышала я чей-то крик.

– Ты идешь? – мягко спросил Джейкоб. – Не бойся, он уже протоптал дорогу.

С тревогой в груди я вылезла из машины и вцепилась в Джейкоба. Это место напоминало гигантский укрепленный штаб, спрятанный в темноте, – он был словно специально сконструирован так, чтобы оставаться незамеченным. Интересно, что там происходит внутри и что эти люди скрывают?

– Посетителям нельзя, – объявил охранник Каю, оглядывая меня с ног до головы. – Мейсон в курсе?

Несколько секунд они смотрели друг на друга, затем охранник приказал:

– Открыть ворота.

Посмотрев на Кая, я сглотнула – его грозный облик напомнил о событиях предыдущего вечера. Охранники разглядывали меня, пока мы проходили через ворота и шагали по аллее, вдоль которой выстроились машины.

Мы подошли к лестнице, ведущей к зданию и ко второму входу. Там курили люди, пристально следя за нами. Мы прошли мимо них, и до меня донесся шепот:

– Это Лейкстоун… это он убил Льюиса…

Мы вошли в здание. Откуда-то доносились голоса – огромные этажи этого строения явно не пустовали. На стене красовалась схема «Организации». Там же висели записки, объявления. Была даже стойка регистрации – правда, пустая.

– Оставайтесь здесь, – сказал Кай Вернону и повернулся к Джейкобу. – А ты поднимайся со мной.

– Ненавижу собрания, – застонал тот.

– А я ненавижу жить, однако приходится. Поднимайся и кончай ныть.

Вернон тихо фыркнул и повернулся ко мне:

– Присаживайся. Это в любом случае надолго не затянется.

– А сколько обычно длятся такие собрания?

Он сделал вид, что задумался, а я между тем села на один из стульев у стены. Наконец он ответил:

– Если Кай никого не убьет и если Джейкоб воздержится от вопросов, то минут двадцать максимум.

– Зачем ходить на собрания, если вы не работаете на этих людей?

– Затем, что Мейсон – гнойная тварь, которая лезет во все щели. Это самый гнилой и хитрожопый тип из всех, что мне попадались, а я навидался всякого, – негромко проговорил Вернон. – Он не просто так позвал Кая… Явно что-то задумал.

– Если он такой мерзавец, почему вы с ним работаете?

Вернон устало вздохнул:

– Солнце, иногда приходится что-то делать, потому что нет выбора.

– Он заставляет вас работать на него?

– Нет, он всегда спрашивает, хотим ли мы, – насмешливо отозвался Вернон.

Как-то не очень понятно. Они соглашаются работать с ним, но считают его полным дерьмом. Значит, у Мейсона что-то на них есть.

– А что такое «Организация»?

– Это что-то вроде огромной компании, только ее сотрудники – наемники и киллеры. Больше я тебе сказать не могу – слишком опасно. Но… это не наркосеть и не торговля людьми. Это не их специализация.

Вот и объяснение, почему тем, кто здесь работает, не понравилось, что Мейсон выбрал Кая, а не кого-то из них, ведь Кай не сотрудник «Организации». Теперь я лучше понимала их озлобленность и зависть к тому, кто занял место, которого они так добивались, особенно учитывая, что Мейсон, насколько я поняла, был одним из руководителей всей этой структуры.

– Можно задать вопрос?

– Ты уже минут десять только этим и занимаешься, – усмехнулся он. – Валяй.

Щеки у меня вспыхнули, и я неловко кашлянула.

– Как… как ты познакомился с Джейкобом? Ну, в смысле…

– Я его арестовал, – перебил Вернон, заметив, что я начинаю запинаться. Услышав ответ, я охнула, чем сильно его рассмешила. – Нет, серьезно. Он надрался и вел себя как полный псих. И в тот вечер он мне заявил: «У меня есть кинк – чтобы меня арестовал такой вот секси-коп».

Он сам расхохотался от своей истории, и я тоже не удержалась. Ничего странного, Джейкоб есть Джейкоб.

– В тот период я следил за ним и за Каем. Ну… главным образом за Каем, – признался Вернон. – Было в нем что-то подозрительное, хотя я не знал, что именно. Я уже несколько лет работал копом, особо не горел этим занятием, но научился предвидеть опасность, и у меня были дурные предчувствия…

Я кивнула.

– Но Джейкоб – дело другое… Он был веселым. И дерзким. Думаю, это мне больше всего и понравилось, – усмехнулся Вернон. – Он делал все, чтобы я обратил на него внимание. Даже ограбил мини-маркет.

Глаза у меня полезли на лоб, и он кивнул.

Ну ни хрена себе, вот это способ подмигнуть избраннику.

– Я занес его в список подозрительных – из-за близости с Каем. Но что-то в нем не вязалось с этим образом. А однажды я заглянул в ресторан на окраине. Жутко устал, никак не удавалось распутать одно дело…

В холл вошли какие-то типы и стали нас внаглую разглядывать. Вернон умолк. Лицо его переменилось, и он уставился на них в ответ. Все эти парни помрачнели разом, словно по команде. Я оцепенела. Они направились на второй этаж, и мы снова остались вдвоем в огромном холле.

– На чем я остановился? – спросил Вернон, почесав макушку.

– На загородном ресторане, – подсказала я. Его рассказ увлек меня не хуже сериала на «Нетфликсе».

– А, ну да. Там-то и появился Джейкоб… один. И в тот вечер мы по-настоящему познакомились.

– То есть переспали, да? – весело уточнила я.

– Угадала, – засмеялся он. – Так все и началось. Несколько дней подряд мы встречались в том ресторанчике, трахались до рассвета… и рассказывали о себе. Оказалось, у нас куча общего.

Я завороженно слушала. Оказывается, можно встретить человека, с которым хочется всем поделиться, который тебя понимает. Человека, которого тянет к тебе так же сильно, как и тебя к нему. Кто желает тебя так же, как ты желаешь его.

– И… он помог мне с тем делом, на котором я мозги сломал, – признался Вернон. – Я охотился на одну тварь – он похищал детей на ярмарках. Джейкоб его нашел, а Кай его убил. Точнее… пытал, чтобы узнать, где дети, а потом убил.

Меня словно обдало ледяной водой. Таков был их мир. Их повседневная жизнь. Я представила Кая, который кого-то пытает, и меня охватил животный страх. Я никогда не думала, что его жестокость может зайти так далеко.

– Тогда мы заключили сделку: они хранят молчание о том, что произошло, а я… я помогаю им при необходимости, – сказал Вернон, задумчиво улыбаясь. – Все довольны.

Интересно, чем именно он помогал? Интуиция подсказывала, что не только прикрывал от полиции.

– Ну и вот… Четыре года спустя я сижу в логове наемников, с девушкой, которую объявили в розыск полтора месяца назад.

Я обомлела. Значит, я в плену уже полтора месяца.

Полтора месяца, как моя жизнь перевернулась.

– Поначалу Кай мне не доверял, – продолжил Вернон, прервав ход моих мыслей. – Хотя он и сейчас не доверяет, но тогда было хуже. Он угрожал убить меня, если я вздумаю использовать Джейкоба, и однажды навесил мне мощный хук справа. Челюсть до сих пор ноет при одном только воспоминании.

– За что он тебя ударил?

– Мы сцепились из-за дела, которое я вел. Меня пугала вспыльчивость Кая, – доверительно сообщил он. – Я предполагал, что он убил подозреваемого и врет мне. Я высказал ему все, что думал… ну и моей челюсти пришлось очень несладко.

– Так он соврал или нет?

Вернон покачал головой.

– Он клялся, что нет, а Кай никогда не врет… Ну, если и врет, значит не было выхода, – добавил он, услышав мой издевательский смешок.

Я нахмурилась, вспомнив ночной разговор с Мейсоном. Я так и не поняла, правду Кай говорил или нет. Он казался таким… искренним.

– Но одно могу сказать точно: он терпеть не может врать, – проговорил Вернон, бросая взгляд на часы. – Что-то они не торопятся…

В этот момент вдалеке раздались крики. Я повернулась к Вернону, и тот вздохнул:

– Кай Лейкстоун во всей красе.

Услышав голос Джейкоба, мы встали. Сначала появился он, за ним Кай. Костяшки его правой руки были в крови, и я сразу поняла – он во что-то впечатал кулак.

Или в кого-то.

– Ну и что в итоге? – поинтересовался Вернон, пока они спускались по лестнице.

– Ни одного трупа, трое раненых, – с облегчением объявил Джейкоб. – Среди них Мейсон. Этот говнюк специально нас вызвал, чтобы впарить задание, как будто…

– Валим отсюда, у меня уже есть задание. Еще одно вешать на себя не собираюсь, – буркнул Кай, злой как черт. – Вот мудила, так бы и перегрыз ему глотку.

И вылетел из здания.

– Что произошло? – тихо спросил Вернон у Джейкоба.

– Кай отказался убить ребенка какого-то госчиновника, – прошептал Джейкоб, не сводя глаз с Кая, который шагал впереди. – А Мейсон заявил, что ему пора повторить свою «терапию», потому что он начинает «размякать»…

Опять эта терапия!

– Тварь, – процедил Вернон, ускоряя шаг.

– Кай зарядил ему в челюсть, двое других решили влезть, но он был в такой ярости, что раскрошил им зубы, – вполголоса продолжил Джейкоб. – Ну, хоть пар выпустил… по крайней мере на вечер.

Мы покинули это мрачное местечко под любопытными взглядами субъектов, которые торчали снаружи. Терпеть не могу, когда на меня пялятся.

– Ладно, нам пора. Ночь будет длинной, – сказал Джейкоб, наблюдая за Каем, который шел к машине. – Я напишу, когда все будет готово.

Я молча смотрела, как Кай перекладывает мои вещи из машины Вернона в свою.

– Давайте. И покормите ее крысеныша, пока нас не будет, – отозвался он.

Я метнула в него убийственный взгляд, на который он не обратил никакого внимания. Джейкоб коротко попрощался, и я с тяжелым сердцем села на пассажирское место. Пристегнувшись, я сглотнула. Внизу живота ныло все сильнее, и я поморщилась.

От скорости, с которой машина неслась вперед, у меня съежились все внутренности. На лице Кая отражалась злость: губы сжаты, брови нахмурены, на скулах ходят желваки. Пальцы мертвой хваткой вцепились в руль. Вздохнув, я отвернулась к окну. Усталость давила так, что хотелось одного – нырнуть под одеяло и на неделю выключить весь мир.

Когда мы застряли в пробке, я почувствовала на себе его взгляд.

– Ты долго будешь меня игнорировать?

Я не ответила, лишь криво усмехнулась.

– Я с тобой разговариваю! – холодно рявкнул он.

– Я в курсе. Просто голос у тебя такой… нереально бесит.

Он насмешливо фыркнул. А через несколько минут тишины почти весело добавил:

– Точно… у тебя же месячные.

Вот паскудина. Я сжала кулаки.

– Интересно, у тебя течет кровь, но ты не умираешь. Это как?

– Надо было биологию в школе учить. Или погуглить, – прошипела я свирепо.

– Предпочитаю спросить у знакомых, – пожал плечами он. – Инфа надежнее.

– Так спроси у Стеллы, – посоветовала я, глядя вперед.

Кай расхохотался, и моя злость взлетела на новый уровень. Но нельзя показывать, что он меня достал. Иначе будет докапываться до меня весь вечер, и я совершу свое первое убийство.

– Мадам ревнует…

Пришел мой черед смеяться.

– Это в твоих мечтах. А в реальности – нет.

– В моей реальности ты и есть мечта, – ответил он спокойно.

Эти слова сбили меня с курса и подняли бурю противоречивых эмоций. Но я быстро вытряхнула из головы непрошеные мысли, чтобы не поддаваться чувствам. Потекли долгие минуты, и молчание было единственной формой нашего диалога. Я смотрела на дорогу – она выглядела знакомой. И вскоре показался дом, где меня держали взаперти.

– У нас пятнадцать минут, чтобы переодеться и ехать дальше, – сообщил Кай, выходя из машины.

Я поспешила в тепло. В моей комнате на кровати лежало платье – кроваво-красное, шелковое. Его час назад привезла Стелла. Оно доходило до середины бедра и облегало фигуру, как то, что было на мне в «Боксе».

В ванной Кай изучал свои раны. Не обращая на него внимания, я повесила платье и достала косметичку.

– Ты собралась красить губы? – спросил он, ухмыляясь.

Пропустив его слова мимо ушей, я начала наносить макияж. Он торчал рядом, будто кактус в горшке, и смотрел во все глаза.

– А это что такое? – спросил он, тыча пальцем в рассыпчатую пудру.

– У Стеллы спроси. Она же у нас королева макияжа.

Кай от души расхохотался, и у меня екнуло сердце. У него был приятный смех, и смеялся он редко.

– Но я задал вопрос тебе, – сказал он с притворной невинностью.

– А я тебя перенаправила к другой. Кстати, она больше в твоем вкусе, – ответила я, продолжая краситься.

Разве он не говорил, что питает слабость к блондинкам?

– Она не в моем вкусе, я просто тебе подыгрывал. И буду так делать, если ты продолжишь в том же духе.

Кай все смотрел, а я делала вид, что его нет. Достала карминную помаду – слишком яркую на мой вкус. Но я не хочу выглядеть скромняшкой.

Только не сегодня.

Я наносила помаду на губы, а Кай молча наблюдал. Чувствуя на себе его мрачный взгляд, я с трудом удерживалась от торжествующей улыбки.

И это только начало вечера, Лейкстоун. Только начало.

И тут он встал у меня за спиной. Его ладони легли по обе стороны раковины, и я оказалась в кольце его рук, хотя он ко мне не прикасался. Мурашки пробежали по коже, когда я увидела в отражении его глаза, горящие от вожделения.

– Иди переоденься, а то опоздаем, – посоветовала я ровным тоном, стирая кончиком пальца лишнюю помаду.

И повернулась. Кай не отошел – между нами было всего несколько сантиметров. Аромат его одеколона обволакивал меня, дыхание обжигало кожу. Что ж, себя не обманешь: меня тянуло к нему, и я возненавидела это притяжение с нашей первой встречи.

– Эта штука легко стирается? – прошелестел Кай, пожирая глазами мои яркие губы.

Сердце у меня билось на разрыв, внутри нарастал жар, по телу пробегала дрожь. Его шепот звучал в голове снова и снова.

Однако я быстро взяла себя в руки, вспомнив, зачем все это затеяла. Дерзко улыбнувшись, я наклонилась к его уху и сладко промурлыкала:

– Спросишь у Кейси, когда я его поцелую…

Он застыл на месте. Я отвела его руку и освободилась из плена. Взгляд Кая потемнел – но только на секунду. Внезапно он улыбнулся и весело сощурился.

Что?

Я озадаченно пожала плечами и собрала вещи. Не хотелось показывать, что меня как-то интересует его поведение. И я уж точно не собиралась давать ему понять, будто он меня уже добился, – нет, я была настроена доказать обратное.

Через несколько минут я уже стояла в своей комнате, переодетая, и морщилась, глядя на крошечный кусок ткани, из которого состоял мой наряд. Это платье было слишком вызывающим. Слишком кричащим. Слишком коротким. Совсем не мое. Меня передернуло от собственного отражения. Нет, в таком виде ехать нельзя. Ни за какие коврижки.

Я вернулась в ванную. Кай стоял перед зеркалом – белая рубашка, черные костюмные брюки – и пялился на галстук, болтающийся на шее. Я подошла и включила утюжок для волос, который выдал мне Джейкоб. Кай не шевелился. На лице у него мелькнула гримаса. Ну ясно, он не умеет завязывать галстук.

Но когда он попытался снять его, я повернулась и остановила его руку:

– Не сдавайся, если чего-то не умеешь. Можно просто попросить помощи.

Кай внезапно окаменел. Плюнув на это, я завязала ему галстук. Его взгляд метался между моим лицом и руками, которые ловко проделали то, с чем он сам долго мучился.

Когда я закончила, он посмотрел на мое платье. В его глазах вспыхнул огонек, и он даже не попытался это спрятать. Я отвернулась, точно зная, что он пожирает меня глазами, словно я десерт на витрине. Я взяла утюжок и принялась укладывать непослушные пряди.

– Моя мечта…

«Она меня не интересует, слишком легкая добыча».

Мечта, которая никогда не сбудется, Лейкстоун.

– Если я еще немного здесь задержусь, придется отменять вечеринку, – выдохнул он, оглядывая меня с головы до пят. – Жду тебя в машине. Давай скорее.

23:20

– Ты больной на всю голову! – воскликнула я, глядя, как толпа богатых людей неторопливо входит в огромное здание.

– Бриллиант будет выставлен на весь вечер, а потом его унесут в защищенное место со всеми остальными экспонатами. Затем он вернется к ювелиру, – пояснил Кай, выпуская облако дыма.

– Мы собираемся украсть бриллиант?!

Он кивнул, и сердце чуть не выскочило у меня из груди. Он же невозмутимо докуривал третью сигарету.

– Не будь дурой. Мы не будем красть его отсюда. Сейчас мы только подготовим почву, осмотрим местность… ну и немного развлечемся.

Не успела я задать следующий вопрос, как он открыл дверцу. Я вышла из машины, и он мне что-то бросил. Карточку.

Фальшивое удостоверение личности.

– Отныне тебя зовут Амира О’Коннелл, – объявил Кай. – И тебе двадцать пять лет. Амира по-арабски значит «принцесса», – подмигнул он. – Ну да, изобретательно…

– Заткнись, Кай.

Довольный собой, он ухмыльнулся и торжественно возгласил:

– Сегодня, Амира, меня зовут не Кай… а Кейси. Кейси О’Коннелл.

Я сразу вспомнила его нахальную улыбочку в ванной. Он знал с самого начала!

– И мы с тобой муж и жена, принцесса.

– В смысле?

Кай стянул одно из своих колец и надел мне на безымянный палец. Его насмешливый взгляд встретился с моим, и мое сердце пустилось вскачь. Он мягко обнял меня за талию и уверенно увлек за собой.

Я кипела внутри.

– Добрый вечер, – обратился Кай к девушке у входа, – я О’Коннелл.

– Господин О’Коннелл! – оживилась она, проверяя список. – Не могли бы вы показать удостоверения личности?

Она проверила документы и пригласила нас войти. Обстановка внутри была просто роскошной. Тихая музыка добавляла изящной расслабленности. Официанты в смокингах разносили закуски и шампанское, выставленные драгоценности переливались в рассеянном свете.

– Хочет ли моя принцесса чего-нибудь выпить?

Я испепелила его взглядом, а он весело блеснул глазами, словно попал на лучшую вечеринку своей жизни.

Говнюк, так бы и врезала тебе по морде, чтобы это кольцо у тебя зубах застряло.

– Не злись. Не все фиктивные браки такие ужасные.

– Особенно когда ты жена наемника, который тебя похитил, – огрызнулась я.

– Ты всегда такая колючая во время месячных? – прошептал он рядом с ухом. – Скажу по секрету… оргазм реально помогает от боли.

Я с отвращением вывернулась из его хватки ровно в тот момент, когда официант протянул мне бокал шампанского.

– Желаете что-нибудь еще? – спросил он.

О, а вот и удобный случай. Я приняла бокал, не спуская с Кая глаз, и промурлыкала официанту:

– Возможно, чуть позже…

И невинно улыбнулась. Кай же уставился на парня так, что тот моментально занервничал.

– Ей ничего не нужно. Шагайте отсюда, – сердито сказал мой «муж».

Официант побледнел и мгновенно исчез, а я с удовольствием потягивала шампанское, наслаждаясь гневом Кая.

– Мои родители обожали коллекционировать любовные приключения, – заявила я. – Надеюсь, ты не против, если сегодня я последую их примеру… Кейси.