Два часа спустя Нью-Йорк

– До центра еще далеко? – спросила я Джейкоба, который во всю глотку распевал «Act My Age» группы One Direction.

Мы ехали уже больше часа, и конца поездке не было видно. К счастью, Джейкоб не давал заскучать, а его бодрый плейлист поднимал мне уровень серотонина.

– Наш дом практически рядом с «Боксом», в отличие от центра Юинга. Кай предпочитает держаться подальше от чужих глаз. Но мы ведь едем не в Юинг, солнце, ты чего?

Я вопросительно посмотрела на него, но он, продолжая подпевать, не отводил глаз от дороги.

– Ты правда решила, что мы поедем за шмотками в Юинг, где можно нарваться на кого-то из твоих друзей? Кай меня прикончит раньше, чем я успею моргнуть.

– Так куда мы едем?

– На шумные улицы Нью-Йорка! Мне надо забрать костюмы и подыскать тебе красивое платье на вечер.

Я уронила челюсть. До мегаполиса было около двух часов пути, но я бывала там редко. Жизнь в Нью-Йорке была мне не по карману.

– А что сегодня за вечер?

– Мы часто работаем с сетью под названием «Организация». Помнишь Мейсона? Он ее руководитель. Ну… их несколько, но основную работу тянет Мейсон, – объяснил Джейкоб, не отрываясь от дороги. – Если нас приглашают, мы как бы обязаны явиться.

– Почему?

– На таких встречах обычно объявляют что-то важное: всякие изменения и прочая движуха. Поймешь, когда увидишь сама.

Сердце у меня заколотилось, страх медленно растекся по венам. Я едва выдерживала соседство с убийцами, а тут вечер в окружении бандитов наподобие Кая и Джейкоба… Мороз по коже.

«Организация».

Одно только название леденило кровь.

– Вы состоите в этой банде? – скривившись, поинтересовалась я.

Джейкоб, подпевая «Televised» группы Hunny, покачал головой. Затем убавил громкость и пояснил:

– Мы не состоим ни в какой банде. Кай отказывается работать на дядю. Он может работать с кем-то, но не на кого-то.

– Тогда что у вас за работа? Похищаете людей и закапываете трупы?

Он тихо, чуть насмешливо фыркнул и бросил на меня заговорщицкий взгляд:

– Кстати о трупах… А ты хитрая, заставила меня поверить, будто напилась, хотя Кай минутой раньше позвонил и предупредил, что ты в курсе про фальшивый кулон.

– А ты… может, хотя бы ты объяснишь, как это началось? – взмолилась я. – Как вы во все это влезли? Вот честно, Джейкоб, я ничего не скажу Каю. Просто мне нужно понять.

Он умолк, явно прикидывая варианты ответа. Но мне и правда надо было знать. Я чувствовала себя в каком-то чужом мире, который жил по непонятным правилам.

Наконец Джейкоб протянул мне мизинец – и я мгновенно вернулась в Хайдвуд. К Тее. И к нашим клятвам на мизинчиках.

– Обещай: все, что я скажу, останется в этой машине, – прошептал он с обескураживающей серьезностью.

Похоже, клятвы значили для него не меньше, чем для Кая и Теи. Я взялась за его мизинец и ответила искренне:

– Обещаю.

И я правда была готова хранить молчание, если взамен получу ответы.

– Сначала Кай вовсе не собирался тебя похищать, – начал Джейкоб. – Мейсон даже не знал о твоем существовании, пока тебя не нашел Кай. Мейсон решил, будто это ты украла его деньги, и хотел тебя убить. Но Кай в это не верил и собирался доказать, что ты ни при чем.

Ну наконец-то. Я жадно впитывала каждую фразу, боясь пропустить хоть слово.

– И Кай начал за тобой следить, пытаясь выяснить, пользуешься ли ты этими деньгами. Он наблюдал за тобой с января или февраля, точно не помню. А потом поползли слухи: «У Мейсона пропало больше десяти миллионов долларов». С тех пор началась охота. Все искали эти неуловимые бабки. Они могли оказаться где угодно и у кого угодно.

Я сглотнула, чувствуя, как сжимается сердце.

– Тем временем твой отец оформил фиктивный договор на твое имя, чтобы скрыть деньги. Кай выяснил, что ты не знала, – ты же еле тянула оплату за учебу и ждала, что отец поможет, – напомнил Джейкоб. – Но Кай поругался с Мейсоном, и тот даже нанял другого человека, чтобы тебя убить. А знаешь, что потом? На следующий день благодаря прослушке мы узнали, что ты рассказала Коди о трупе у озера. Эту информацию получил я, – засмеялся он, почесывая затылок. – Я перепугался, а Кай не отвечал на звонки. Тогда я отправил ему сообщение, что мы в жопе.

Дыхание перехватило – я вспомнила то тревожное сообщение, на которое он не ответил, потому что был со мной. Пазл начал складываться. В тот вечер Кай предложил проводить меня, потому что кто-то на меня охотился. Ах ты ж блин. У него не было задачи меня похищать.

– Самое смешное, что потом ты передумала и сказала Коди, будто уже не уверена в своих словах. Но было поздно. Кай знал, что должен сделать.

Я нервно провела рукой по волосам. Горло сдавило, подступала тошнота. Наконец-то все прояснилось.

– Ты стала мишенью. Кто-то проник к тебе в дом, и это были не мы.

От его слов я чуть не задохнулась. Я прекрасно помнила ту ночь.

– В с-смысле? – залепетала я. – Как это не вы?

Сердце забилось как сумасшедшее – я ведь знала, что той ночью кто-то приходил ко мне.

– Это была единственная ночь, когда Кай за тобой не следил. Когда он узнал, что кто-то пробрался в твой дом, то понял, что игры кончились. Он осознавал, что тебя рано или поздно выкрадут и что Мейсон своего решения не изменит. В этой ситуации лучшим способом тебя защитить было похищение.

– То есть, похитив меня…

– Мы заботились и о своей безопасности, и о твоей, – закончил Джейкоб, улыбнувшись. – Так что, пока эта история не превратится для всех в далекое воспоминание, ты останешься с нами. К тому же не так все плохо, даже Кай ведет себя с тобой прилично.

– Он держит меня в плену и угрожает мне!

Джейкоб расхохотался:

– Солнце мое, Кай похищал девушек и раньше, но мало с кем цацкался, как с тобой.

– В каком смысле? – прошептала я, с трудом сглотнув.

Улицы оживали – становилось ясно, что мы наконец добрались до Нью-Йорка. Точнее, встряли в его пробки.

– В том смысле, что Кай, которого видишь ты, не настоящий Кай Лейкстоун, – уточнил Джейкоб. – Кай Лейкстоун – наемник, который не моргнув глазом расчленит тебя и разошлет части тела твоей семье, если таково его задание. Да хотя бы то, что он тебя поцеловал… Кай никогда не заводит связей с мишенями. Если Мейсон об этом узнает, он может тебя убить.

Я обомлела. Он изложил эти факты так спокойно, что мне было трудно сдержать негодование. А больше всего обескураживало то, что в его устах чудовищная правда превращалась в нечто обыденное.

– Кай крупно рискует, завязав с тобой отношения, – хихикнул Джейкоб. – Не знаю, что у него в голове, это не в его духе. К тому же он впустил тебя в свою комнату!

Я нахмурилась и бросила на него вопросительный взгляд.

– В его комнату никто, кроме него, не заходит. Мне нельзя оставаться там дольше пяти минут, а Вернону запрещено даже думать об этом, – сообщил Джейкоб недовольно. – Можно вопрос?

– Ну-у… давай.

– Ты видела его рисунки?

Я кивнула. Он посмотрел на меня с ухмылкой:

– Он рассказал, что они значат?

Я покачала головой, и Джейкоб облегченно вздохнул:

– Фух… я уж было подумал, что нашего Кая кем-то подменили. Но все в порядке.

В голове у меня кружился целый рой вопросов, но я молчала. Меня все еще потряхивало от всех этих откровений.

Кай следил за мной, чтобы доказать Мейсону мою невиновность, незнакомцы жаждали заполучить деньги, оформленные на меня, а выкрали меня для моей же безопасности, после того как я застала своих похитителей за копанием могилы для трупа.

Погоди-ка…

– У меня вопрос, – повернулась я к Джейкобу. – Кай говорил, что меня держат в заложницах, чтобы вернуть долг Мейсону. Он что, солгал?

– Кай никогда не лжет, это уж точно. Он может что-то скрыть, но не врет. Да, ты пленница, пока история с деньгами не решится. Если Мейсон потеряет терпение и не получит бабло, он может приказать Каю убить тебя, а потом твоего отца.

– И тогда деньги никому не достанутся, – проговорила я, понимая замысел Мейсона.

– Кай поможет тебе найти деньги, но мы все знаем, что десять миллионов так быстро не собрать. Он разрабатывает разные планы, но пока… Пока ты ему нужна, чтобы удерживать Мейсона от резких движений.

Я кивнула. Наконец-то картинка начала складываться.

Это безумие какое-то. Настоящий кошмар.

– Да уж, солнце мое, – заключил Джейкоб, паркуясь, – добро пожаловать в мир Лейкстоуна… короче, добро пожаловать в наш мир.

Два часа спустя Нью-Йорк

– То есть вы наврали моим друзьям? Офигеть…

– Это была идея господина – просто он подслушал твой разговор с подружкой… как там ее?

– Рокс, – проговорила я сдавленно, разглядывая платья в бутике, чересчур дорогом для меня. – Но я же пошутила!

«Но если однажды я поеду, то сорвусь внезапно и никому ничего не скажу» – вот что я говорила Рокс. Мы обсуждали, когда я наконец наберусь смелости встретиться с отцом. Я и подумать не могла, что Кай использует эти слова, чтобы выдать мое похищение за спонтанный road trip[7] в поисках отца.

Ну и паскуда же он.

– Мне кажется, вот это тебе пойдет, – сказал Джейкоб, указывая на маленькое голубое платье.

Я покачала головой – слишком уж яркое. Мы уже забрали костюмы для Джейкоба, Вернона и Кая, и теперь настала моя очередь искать наряд для вечеринки, на которую я совсем не хотела идти.

С каждым часом этот момент неумолимо приближался, и меня все сильнее трясло. По словам Джейкоба, вечеринка начнется в девять, но мы приедем только к половине одиннадцатого. Ибо, по его словам, «королевы бала не опаздывают, это остальные являются слишком рано».

– А это?

– Слишком короткое.

– И что?

– На вечеринке будет толпа бандитов, Джейкоб. Ты правда думаешь, что я рискну надеть такое?

– Солнце, ты же будешь с нами, никто не посмеет тебя тронуть, – заверил он, помахивая платьем.

– Если бы я не знала, что ты гей, то усомнилась бы в твоих намерениях, – заявила я, наставив на него палец. – Особенно с твоей улыбочкой.

– Не будь я геем, фиг бы я здесь оказался, – рассмеялся он. – Ты правда думаешь, что Кай позволил бы натуралу поехать с тобой? Судя по тому, какие сюрпризы он устраивает с тех пор, как ты появилась… он бы скорее меня убил.

– У вас на все один ответ – убить, – пробормотала я, отворачиваясь к другим платьям.

– Именно, лучше и не скажешь, – фыркнул себе под нос Джейкоб.

Одно из платьев привлекло мое внимание, и я сняла его с вешалки, чтобы рассмотреть. Черное атласное с тонкими бретельками, подлиннее того, что выбрал Джейкоб. Я повернулась к нему, и он склонил голову, оценивая.

– Красивое, но больно уж простое.

– Это бандитская сходка, а не свадьба, – буркнула я.

– Тем более нужно что-то более… – Он оглядел магазин. – Более классное… Например, вот.

Он достал другое платье, и его глаза заблестели ярче, чем у меня. Длинное, тоже атласное, с разрезом сбоку, темно-красное, с очень тонкими бретельками. Простое и… шикарное.

– И цвет просто сумасшедший, – добавил Джейкоб с горящими глазами. – Иди примерь. И эти тоже!

Я едва успела поймать платья, которые он накидал мне на руки. Через минуту я уже стояла с горой нарядов. Джейкоб подтолкнул меня к пустой кабинке, а сам устроился в роскошном кресле снаружи.

Естественно, в большинстве платьев я чувствовала себя ужасно. То слишком короткое или прозрачное, то вырез слишком глубокий, или же просто не идет мне. Джейкоб радостно вошел в образ ведущего реалити-шоу о моде и пропускал мимо ушей все мои переживания. Он уморительно и нелепо критиковал платья, изображая испанский акцент. Что поделать, Джейкоб есть Джейкоб.

– Можно вопрос? – спросила я из кабинки, переодеваясь в девятый раз.

– Да, конечно.

– Почему Кай согласился на это задание? Что он за это получит?

– А вот этого, солнышко, я тебе сказать не могу. Это касается исключительно Кая.

Я нахмурилась от досады и разочарования. Зачем все это Каю? Что он с этого имел? Я успела чуть-чуть его изучить и сомневалась, что он взялся за это ради развлечения или ради моих красивых глаз.

Красивых глаз?

Просто такое выражение.

Дело наверняка в чем-то другом. И я хотела узнать, в чем именно.

– Но ты ведь в курсе, да? – спросила я, натягивая красное платье.

– Солнце, Кай для меня как младший братишка. Конечно же, я в курсе, – вздохнул он. – Знаешь, что меня бесит? Из-за этой дурацкой вечеринки я пропущу серию «Холостячек». Последняя была просто огонь.

Я с сомнением покосилась на разрез платья, который открывал мою худую ногу почти до бедра. Джейкоб продолжал болтать о своем любимом сериале, но, честно говоря, я уже ничего не слышала – мысли разбегались.

Ты слишком тощая.

Плоская, как доска.

Все на тебя будут глазеть в этом красном платье.

Ты выглядишь слишком вызывающе.

Я сжала кулаки. В голове гудело от замечаний, словно я глазами матери разглядывала каждый сантиметр своей кожи, такой далекой от инстаграмных идеалов. Ноги тонкие, со следами плохо заживших порезов, руки худые, вылитый скелет.

Иди в жопу, мама.

– А когда она подарила ему розу, мне так хотелось, чтобы они…

Я отдернула занавеску, и Джейкоб умолк. Глаза у него расширились.

– Что? – спросила я настороженно. – Слишком открытое, да?

– Мы его берем! – взревел он, вскакивая. – Ты идеальна.

Он врет. Он просто пытается меня подбодрить. Ты отвратительна в этом платье.

Эти мысли стучали в голове, пока я снова и снова рассматривала себя в зеркале.

– Перебор, – пробормотала я, все более недовольная платьем.

– Мы его берем, это не обсуждается.

– Оно мне не идет, – возразила я, возвращаясь в кабинку.

– Так, стоп! Без разговоров!

Он влез ко мне в кабинку и задернул шторку.

– Блин, вали отсюда, Джейкоб! – взвизгнула я. – Продавцы подумают, что мы здесь трахаемся!

– Да уймись ты, я уже готов мерить платья вместе с тобой, а вместо этого полчаса пересказываю «Холостячек». Давай, переодевайся. А я пойду платить.

Тот же день, 20:45

Кай до сих пор крепко спал. Надо же, как долго. Мы за это время успели смотаться на шопинг в Нью-Йорк и вернуться. Так что я спокойно пообедала, сделала эпиляцию и приняла душ. А теперь ждала, когда из душа вылезет Джейкоб, чтобы заняться его прической.

Мы сидели в главной ванной вместе с Верноном. Я смотрела, как он бреет голову, и слушала байки про его работу. Никак не получалось привыкнуть к мысли, что он коп. Самый настоящий.

– А потом я как дебил проторчал три часа под дождем!

Я посмеивалась, пока он рассказывал, как арестовал убийцу, который держал весь город в страхе.

– Да елки-палки, горячей воды нет! – возопил голос Джейкоба из ванной в подвале.

Вернон ухмыльнулся, и я услышала, как Джейкоб взбегает по лестнице. Появившись на пороге, он недовольно уставился на Вернона. На нем было только полотенце, завязанное вокруг бедер. Татуировки – их было не меньше, чем у Кая, – поражали воображение.

– Это все из-за тебя!

– Я ничего не сделал, – оскорбился Вернон, изучая свой череп.

– Вот именно! Ты же знаешь, что я ненавижу сантехнику, ты обещал починить, – парировал Джейкоб, дрожа от холода.

– Хочешь, чтобы я тебя согрел?

Глаза у меня расширились, и я воскликнула:

– А ничего, что я здесь?

Вернон расхохотался. Джейкоб глянул на него и вдруг повеселел. Его губы тронула озорная улыбка.

– Зай, не шали. А то я тоже захочу пошалить, – сказал он. – Кай все еще спит?

– Когда я пришел, то проверил, не помер ли он. Постучал несколько раз, он наорал на меня, и меня это успокоило, – объяснил Вернон. – Думаю, он просто вымотался – все-таки почти не спал несколько ночей.

– Для него это нормально. Скорее всего, переборщил с наркотой.

Джейкоб сел передо мной на пол, небрежно запустив руку в мокрые волосы.

– Мне нужно что-то побыстрее и попроще, вот гель…

Его прервал громкий стук в дверь, и сердце у меня подпрыгнуло. Кто это мог быть? Все вроде дома. Вернон выпрямился, и его внушительная фигура снова заставила меня поежиться.

Дверь открылась, и я сразу узнала голос Кейси.

– Вы готовы?

– Нет, еще рано, – отозвался Вернон. – Похоже, ты пришел не один.

– Признайся, что скучал по мне, Ви, – прозвучал незнакомый женский голос.

Джейкоб ухмыльнулся и повернулся ко мне:

– Это Кейси, а это Стелла, она работает в «Организации». Мы часто бывали с ней в команде на заданиях, которые нам поручал Мейсон. Ты идешь?

Я посмотрела на него неуверенно – мне стало не по себе. Потом я медленно поднялась, вышла следом и оказалась перед двумя гостями. Светлые волосы Стеллы волнами спадали ниже плеч, обрамляя карие глаза и маленький носик. Она была выше меня, с грациозными формами, а кирпично-красная помада подчеркивала пухлые губы. Очень красивая девушка.

– Где же Кай? – с любопытством спросила она. – А ты… Ты, наверное, та новая девчонка, которую они похитили? Мейсон мне что-то такое говорил.

Я молчала, глядя на нее, и ответить решил Джейкоб:

– Кай спит у себя. Раз уж Мейсон не рассказал подробностей, значит на то была причина, – добавил он с хитрецой. – Ее зовут Айрис.

– А я Стелла, очень приятно!

Она тепло мне улыбнулась, затем повернулась к Кейси, который тоже мне улыбался, и пощелкала пальцами у него перед носом.

– Давай, шевелись, нам еще надо развезти целую кучу. Ты же слышал, Мейсон хочет, чтобы мы были на месте до десяти.

Кейси поставил коробку на стойку:

– Вот планы, которые вы просили у Мейсона. Увидимся в «Организации».

– Можно я разбужу Кая? – игриво спросила Стелла.

– Если хочешь подписать себе смертный приговор – вперед, – ответил Джейкоб, делая приглашающий жест. – Ты же знаешь, что никому нельзя входить в его комнату. Даже мне и Вернону.

Не считая меня.

Стелла надулась, но Кейси увлек ее за собой наружу, кивнув нам на прощание.

Джейкоб повернулся ко мне, улыбаясь своими тонкими губами:

– Ладно, солнце, я подожду тебя в ванной. Иди разбуди Лейкстоуна.