– Представь себе, я не так уж далеко, – сообщил Кай этому Скотту. – На меня не рассчитывай… А, так ты знаешь, что мне это интересно… Я бы глянул… Юинг – маленький город в Нью-Джерси… Я подожду.

Он сбросил звонок и повернулся ко мне все с той же ухмылкой, прилипшей к губам.

– Они легли спать.

Я сглотнула, и сердце забилось быстрее. С каждой секундой узел в животе затягивался все туже. Вот же срань. Мы собираемся ограбить особняк.

– Я не хочу туда идти, – призналась я, поморщившись.

– Ты уже выбрала цвет для своего гроба? А именно он тебя и ждет, если ты не вернешь деньги.

– Почему ты так уверен, что деньги украл отец? У тебя есть доказательства?

Кай хмыкнул и протянул руку к бардачку. Его предплечье скользило по моей коленке, пока он шарил внутри. Я заметила рукоять пистолета и снова скривилась.

Кажется, я к этому никогда не привыкну.

– Хочешь доказательство? У меня даже с его подписью есть.

Он положил документ мне на колени. Я пробежала его, и губы у меня приоткрылись.

«Я, Эван Саймонс, передаю моей дочери, Айрис Саймонс, данное наследство общей суммой в двенадцать миллионов долларов…»

При взгляде на подпись у меня помутилось в глазах: сомнений быть не может, это папин почерк. Он действительно написал эту… дарственную. Фальшивый договор, составленный лишь для того, чтобы спасти свою шкуру. Каждое слово вышло из-под его пера.

Реальность нанесла мне жестокий удар, и горло болезненно сжалось. Я и правда расплачиваюсь за грехи отца. Он составил эту бумагу без малейших угрызений совести, а мне теперь отдавать его долги.

– Твой отец думал, что Мейсон не станет вмешиваться, чтобы вернуть деньги, – пояснил Кай. – Он переписал их на тебя, чтобы не потерять и чтобы их не могли связать с его именем. Записать все на твою единокровную сестру было рискованно, а о том, что у него есть еще одна дочь, никто не знал. И все же…

– Он оформил их на мое имя, потому что знал: никто даже не заподозрит, что я существую, – прошептала я, перечитывая письмо снова и снова.

– Именно, принцесса. Ты – его щит. Но знаешь, что меня удивляет больше всего? – в свою очередь негромко проговорил Кай. – Что банк ничего тебе не сообщил. У вас есть общий банковский счет, открытый на твое имя. Но я ничего там не нашел.

– Это накопительный счет, – кивнула я. – Единственный, к которому у отца до сих пор есть доступ. Туда он переводит алименты. Но я им почти не пользуюсь, он обычно пустой.

Отец тратил деньги, предназначенные для меня, на личные нужды, поэтому я давно забила на этот счет.

– Скорее всего, туда он и положил деньги, а потом снял, – предположил Кай, отстегивая ремень безопасности. – А крайней оказалась ты, потому что счет на твое имя. Ты правда не получала ни писем, ни уведомлений?

Я покачала головой:

– У отца полно связей, в том числе среди директоров банков. Так что увести деньги для него – раз плюнуть.

Отец был весомой фигурой, особенно в деловых кругах. Достаточно было упомянуть его имя – и в городе, где он жил, двери открывались сами собой.

– Ты выходишь?

Я смотрела на особняк, и меня трясло от злости. У отца я не просила ничего, кроме внимания, а теперь должна расплачиваться за него. В очередной раз.

– Да.

Я расстегнула ремень и открыла дверцу машины под внимательным взглядом Кая. Он тоже вышел и уставился на меня.

– Что? – ледяным тоном поинтересовалась я.

– Ты очаровательна, когда злишься, принцесса.

Сердце у меня дрогнуло, но я показала ему средний палец. Он ухмыльнулся и запер машину.

– Похоже, ты настроена серьезно, – заметил он, когда я твердым шагом направилась к огромному дому.

– Именно. Я настроена найти эти деньги и больше никогда о тебе не слышать.

Пока мы шли к особняку, я начала клацать зубами от холода. Показалась кованая ограда частных владений. У ворот стоял сканер отпечатков пальцев, от него шел провод к камере наблюдения, которая висела выше. Я поджала губы.

– И что будем делать? – спросила я, кивая на ворота. – Включишь режим Человека-паука и полезешь по стене?

– Ты и впрямь дура дурой, честное слово, – простонал Кай.

Хмурясь, я молча пошла за ним вокруг дома. И заметила, что близко к ограде он не подходил.

Сразу виден богатый опыт господина наемника.

– Только вякни что-нибудь – закопаю прямо здесь, – пригрозил Кай, оборачиваясь ко мне. – Работают только две камеры, обе у главных ворот. Это модели с ночным видением, ведут запись каждый час. Так что… если отрубить электричество меньше чем на час…

Я вытаращила глаза – он указывал на электрический столб поодаль.

– Ты окончательно слетел с катушек! – задохнулась я, представив, как он карабкается по столбу, чтобы перерезать провода. – Не лезь туда!

– Да помолчи ты уже…

Не успела я возразить, как он отступил от стены, глядя прямо перед собой. Он же не собирается прыгать?

– Да, может получиться, – пробормотал он себе под нос. – Иди сюда.

Он приблизился вплотную к ограде, и я шагнула к нему, выгнув бровь.

– Что?

– Я тебя подсажу, и ты взберешься наверх, – заявил он. – Подождешь меня с другой…

– Ни за что! Ты совсем долбанулся!

Я охнула, когда почувствовала, как меня поднимают в воздух, и принялась колотить Кая по плечам.

– Айрис, я тебе руки-ноги поотрываю и переброшу их через этот чертов забор. Не доводи меня.

– Я не хочу лезть на стену, – в панике проблеяла я.

– А придется. Хватайся за край, – велел он, задрав ко мне голову. – Давай, черт подери, время идет, нас засекут!

Через несколько секунд я зацепилась за верхний край стены. Задыхаясь, я почувствовала, что Кай ослабил хватку, вынуждая меня карабкаться самой.

Блин, зачем я прогуливала физкультуру…

Наконец я залезла наверх, хотя меня трясло от страха и напряжения. Прикинула высоту, и мои брови поползли вверх.

– Не прыгай. Жди, – прошептал Кай.

Пока я переводила дух, Кай оказался рядом со мной всего за пару секунд. Я раздраженно выдохнула.

– Можно подумать, ты всю жизнь только этим и занимался.

– По большей части так оно и было, – хмыкнул он. – Подожди меня тут.

Он спрыгнул на другую сторону, и пульс у меня зачастил. Мы реально вламывались на частную территорию… Я сглотнула.

Выпрямившись, Кай поднял голову, откинул непокорную прядь с лица и прошептал:

– Прыгай.

– Я что-нибудь себе сломаю, – затрясла головой я.

– Я тебя поймаю.

– У меня нет к тебе никакого доверия, – напомнила я, наклоняясь ниже.

Челюсти у него сжались, брови сошлись на переносице. Чувствуя его нарастающий гнев, я поморщилась и сдалась:

– Попробуй только не поймать меня, говнюк.

– Я все слышу, – прошипел он, сверля меня взглядом.

– Что и требовалось.

Затаив дыхание, я бросилась вниз. Почти сразу меня обхватили сильные руки Кая и крепко прижали к груди. Я инстинктивно вцепилась в его плечи, пытаясь удержать равновесие. Наши взгляды встретились, и я утонула в его глазах.

Его власть надо мной, казалось, замедлила течение времени, и мир вокруг замер.

– Я же сказал, что поймаю, – проговорил он, не отводя взгляда.

Я робко кивнула и высвободилась из его хватки, чувствуя, как учащается пульс. Но я запрещала себе поддаваться влечению к этому мужчине, который держал меня пленницей.

– Идем.

Он двинулся вперед, и я молча последовала за ним. Меня трясло. Адреналин и страх бурлили во мне, мышцы сводило, по жилам разливалась ледяная тревога. А вот Кай чувствовал себя совершенно непринужденно, словно ступал по знакомым местам.

Оказавшись перед входной дверью, я не смогла скрыть удивления, увидев, как он достает из кармана ключ.

– Ты правда думала, что я стану выеживаться и лезть в окно?

– Но… Откуда…

Он возвел глаза к небу и вставил ключ в замочную скважину.

– Я просто попросил Джейкоба сделать дубликат. Ничего особенного.

Кай повернул ключ, раздался легкий щелчок. Он осторожно отворил дверь, и та тихо скрипнула. Я поспешила следом и прижалась к его спине. Он фыркнул и досадливо покачал головой.

Мы проникли в безмолвный дом, и холодный пот проступил у меня на лбу. Мозг яростно вопил, что нас вот-вот поймают.

Черт, я граблю чужой дом.

Я еще крепче прижалась к спине Кая и вцепилась в полу его куртки. Он бросил на меня взгляд через плечо и прошептал:

– Что за дурацкий страх?

– Это твоя затея дурацкая, – тоже шепотом огрызнулась я, зыркнув на него исподлобья.

Он посмотрел на мои пальцы, намертво вцепившиеся в куртку, затем отвернулся и уверенно двинулся по темным коридорам, словно отлично знал дом. Он открыл дверь, и я сощурилась, когда он включил фонарик на мобильнике. За дверью скрывалась лестница, ведущая, судя по всему, в подвал.

Подвалы в таких домах всегда стремные – вспомни «Американскую историю ужасов».

Заткнись.

– Ты уже бывал здесь? – прошептала я, ступая на цыпочках.

– Нет, просто выучил планировку. А ты думала, я полезу развлекаться с тобой в заброшку? И не мечтай.

– Можно было не издеваться про заброшки, – буркнула я, позволяя утянуть себя в подвал.

– Соблазн был слишком велик, – отозвался Кай, спускаясь по лестнице. – Не мог устоять, принцесса.

И ехидно ухмыльнулся. В ответ я просверлила его взглядом. Фонарик светил довольно ярко, и Кай подошел к электросчетчику.

Рядом находился еще один ящик с проводами. Он открыл оба и принялся их изучать, сдвинув брови. Через несколько минут он достал нож и перерезал несколько проводов. У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло.

– Следи за этими приборами, – прошептал он, указывая на два агрегата, монотонно гудевших в углу. – Скажи, если они погаснут.

Его пальцы принялись перебирать переключатели внутри панели. Раздались щелчки, и вскоре в подвале воцарилась та же тревожная тишина, что и в коридоре наверху. Дом погрузился в полную темноту.

И остался без защиты.

Тьма почти полностью поглотила силуэт Кая, но света телефона хватило, чтобы я заметила его самодовольную улыбку.

– А вот теперь можно и поразвлечься…

Он повернулся ко мне.

– А если они что-то заподозрят?

– С чего бы?

– Не знаю, – пожала плечами я, двинувшись за ним. – Вдруг кто-то из них проснется?

Он раздраженно прищелкнул языком, и я замолкла. Все равно придется действовать по его плану.

В худшем случае нас поймает полиция, и я буду спасена.

Кай закрыл дверь так же тихо, как и открыл, а я буквально прилипла к нему, не в силах принять то, что мы собирались сделать.

– Нам нужно забрать две вещи. Первая находится в кабинете на этаже, – сообщил он, направляясь к лестнице, – а вторая nella stanza principale.

Мои глаза распахнулись еще шире, и он усмехнулся, поднимаясь по ступенькам. Это по-итальянски?

– И что это значит?

– В главной спальне, – повторил он.

Я все так же отчаянно цеплялась за его кожанку.

Мы поднялись на второй этаж, такой же тихий и темный, как и весь дом. Во мраке становилось еще страшнее. Я едва видела, куда ступаю, но Кай вроде бы хорошо знал дорогу.

В конце коридора располагались закрытые комнаты. Мы оказались перед первой, которую собирались ограбить.

Я вжалась в спину Кая, как испуганный зверь, затравленно оглядываясь. Разум и тело были в полной боевой готовности на случай появления хозяев.

Кай открыл дверь, и та тихонько скрипнула.

– Да что ж ты творишь, блин! – задохнулась я.

– Открываю дверь, а что? – ответил он буднично. – Заходи, а то и впрямь словишь сердечный приступ.

Он переступил порог, и я нехотя последовала за ним, отпустив наконец его куртку. Я спиной чувствовала, как он притворил дверь, не закрывая до конца. Единственным источником света было окно напротив, и этого хватало, чтобы рассмотреть просторную комнату: массивный деревянный стол и кожаное кресло, на вид до неприличия дорогие, минималистичные полки с маленькими статуэтками и кубками.

Я напряглась, когда Кай прислонился грудью к моей спине и пророкотал на ухо:

– Видишь вон ту ручку на полке? Эта штука стоит семьдесят тысяч долларов, принцесса.

– Хозяева заметят, что она пропала, умник.

Он вытащил из кармана перчатки, и я нахмурилась, глядя, как он их натягивает и достает из куртки что-то еще. Сердце замерло, когда я увидела идеальную копию ручки, запаянную в прозрачный пакет.

– Это точная копия, она не стоит и сотни.

Уверенным шагом он двинулся к витрине и осторожно открыл ее. Аккуратно и сосредоточенно просунул туда руку. Я старалась не дышать, застыв от страха, – казалось, стоит мне вздохнуть чуть громче, и хозяева проснутся. Кай насмешливо посмотрел на меня.

– Мне отсюда слышно, как бьется твое сердце. Не знаю, из-за меня или из-за того, что мы в чужом доме, но… склоняюсь к первому варианту.

– Мы совершаем ограбление, – напомнила я, словно он этого не знал.

– Да брось. Был вариант похуже – убить кого-нибудь. А это так, ерунда, – сказал он, проходя мимо меня. – К тому же всю работу делаю я, ты только жмешься ко мне и трясешься от страха.

Не обращая внимания на мой недовольный взгляд, Кай открыл дверь и пропустил меня вперед.

– Иди сам, – возразила я, решив, что первой я отсюда не выйду.

Он потер переносицу, а я скрестила руки на груди.

– Хватайся за мою куртку. И держись позади меня.

Я послушалась, и Кай вышел из кабинета. Мои глаза нервно выискивали намеки на чье-либо присутствие, но, к счастью, никого не было.

Чудо.

Кай сторонился полосок света, тенью пробираясь вдоль стен. Когда он остановился у одной из дверей, сердце у меня заколотилось.

– Nella stanza principale…

Кай медленно открыл дверь. Я невольно отпустила его куртку и взяла за руку. Мы оба напряглись, но, когда я попыталась выдернуть руку, он удержал ее.

Мои глаза вылезли из орбит, когда я увидела спящую супружескую пару. Комната была просторной, окна занавешены шторами. Чуть поодаль виднелась зона отдыха с камином и телевизором.

Кай втолкнул меня внутрь и закрыл за нами дверь. От напряжения у меня скручивало живот. Я едва могла идти, ступая на цыпочках, а Кай двигался бесшумно, с естественной непринужденностью.

Когда один из спящих пошевелился, я замерла, но он по-прежнему крепко спал. Кай же не моргнув продолжал обыскивать комнату. Он выдвинул ящики туалетного столика, быстро оценил содержимое и перевел взгляд на меня. Затем его внимание привлек другой ящик – в нем лежали старые коробочки. Он извлек два маленьких ключа:

– Опачки.

Все еще не выпуская моей руки, он мягко подвел меня к другой двери. От него исходил теплый мужской аромат. Я не сводила глаз со спящих владельцев дома. Затем раздался тихий щелчок. Кай открыл дверь и втолкнул меня внутрь. Включив фонарик в телефоне, он прошептал:

– Вторая вещь…

Он направил луч на помещение, и я поняла, что мы находимся в большой гардеробной. Мой взгляд упал на стеклянный шкафчик, в котором лежало десятка два драгоценностей, сверкающих одна ярче другой.

– Этот «Ролекс» стоит полтора миллиона долларов, – сказал он, указывая на часы. – Его купили на аукционе, а это колье… – Кай осторожно подтолкнул меня ближе к шкафчику, – одно это колье стоит два миллиона.

У меня пересохло в горле от таких сумм, а Кай достал из кармана два герметичных пакетика.

– Эти часы обошлись мне в девять тысяч, – сообщил он, открывая витрину, – зато хозяева не заметят разницы.

Я наблюдала, как он орудует одной рукой, так и не выпустив мою ладонь – ему так было спокойнее. Минуты тянулись, как часы, пока он подменял настоящие драгоценности подделками. Каждую секунду я бросала взгляд на дверь, молясь, чтобы та не открылась.

Черт, я сейчас обделаюсь от страха.

– Кончай трястись, это меня отвлекает, – приказал он, но руку все равно не выпустил.

Разложив подделки по местам, Кай убрал оригиналы в карман и запер тумбочку.

Я окаменела, когда за стеной гардеробной послышались голоса. Кай повернулся ко мне. Его рука крепче стиснула мою, и он подтащил меня к себе, выдохнув:

– Только молчи.

Я медленно кивнула и послушно двинулась за ним. Когда он направился к двери, я запаниковала.

– Ты что задумал?!

Он нахмурился и больно сжал мою руку, заставив замолчать.

И тут шаги приблизились к гардеробной. Сердце у меня застыло.

– Шкафы, – прошелестел Кай.

Он быстро сдвинул дверцу одного из платяных шкафов и втянул меня за собой внутрь. Дверцу он закрыл не до конца, оставив узкую щель, чтобы нам было видно, что происходит снаружи.

Мы были прижаты друг к другу, и, несмотря на все усилия, дыхание у меня сбивалось. Когда хозяева вошли в комнату, Кай обхватил меня за талию, отодвигая меня от дверцы и еще крепче прижимая к себе.

– Я точно положила фонарик где-то здесь, – произнес женский голос.

Голос старой женщины.

– Тебе не стыдно воровать у стариков? – прошептала я, чувствуя, как пересохло горло.

Моя спина была прижата к нему. Волновался он явно меньше меня. Пока старушка шарила по комнате, Кай стоял тихо и не шевелился, как одежда вокруг нас. Мне же отчаянно хотелось вылезти и поискать вместе с ней, лишь бы все это закончилось.

Ну ты и дура.

Заткнись хоть сейчас.

Я напряглась, когда рука Кая соскользнула с моей талии. Его ладонь легла на мое бедро, и он аккуратно сдвинул меня в сторону, прошептав:

– Не могу сосредоточиться.

Щеки вспыхнули, когда я поняла, что именно его отвлекало, но я промолчала. Не совсем подходящий момент, мягко говоря.

Затаив дыхание, я молила всех богов, чтобы старушка нас не обнаружила. Через несколько бесконечных минут ее силуэт появился рядом с нашим укрытием. Сердце у меня ухнуло в пятки, и я впервые почувствовала, что Кай занервничал. Его грудь неровно вздымалась, как у меня.

Он быстро придвинул висящую одежду и спрятал нас. Прошло несколько секунд, и дверь отъехала в сторону. Я перестала дышать и замерла, сердце остановилось.

– Вот он, – объявил мужской голос.

– Нашел? – старушка закрыла дверцу.

– Да, пойду проверю счетчик.

– Это все проклятущие мыши, я же просил тебя вызвать специалистов, – проворчал мужчина, выходя из комнаты.

Меня резко отпустило, но закружилась голова. Я невольно прислонилась затылком к плечу Кая. Воздуха не хватало, и я поспешно отодвинула одежду, чтобы стало легче дышать.

– Можешь вернуться в исходное положение, если хочешь, Саймонс, – прошептал Кай.

– Несколько не время, Лейкстоун.

Тихий приглушенный смешок сорвался с его губ, и он прошептал мне в самое ухо:

– Именно.

Потому что в этом самый кайф.

Кое-кто явно предпочитает общественные места.

– А теперь, принцесса, мы тихо ждем, когда они уснут, и валим.

Два часа спустя

– Напоминает мои первые ограбления, – с ностальгией признался Джейкоб.

Я жевала буррито, которое Джейкоб мне принес, и при этих словах посмотрела на него с некоторым осуждением. Он предпочел этого не заметить и полностью погрузился в воспоминания о своих нежных годах, которые провел, обнося чужие дома.

Мы только что вернулись. Я сменила одежду на более удобную, а Джейкоб нетерпеливо ждал, когда мы предъявим добычу. Теперь у нас было три миллиона шестьсот тысяч долларов. От этой мысли голова шла кругом. Не хватало около шести миллионов.

Сущие пустяки.

Заткнись.

– Однажды я ограбил Кая. Так мы и познакомились.

Кай с кривой усмешкой тыкал в мобильник, не обращая внимания на друга, который с неприкрытым энтузиазмом делился со мной этой историей:

– Мне было тринадцать, а они были новенькими в нашем квартале.

– А сколько вам лет сейчас? – нахмурившись, поинтересовалась я.

– Мне двадцать восемь, Каю скоро стукнет двадцать семь, – бодро отрапортовал Джейкоб, – а Вернону аж тридцать пять.

Я со своими двадцатью двумя вдруг почувствовала себя совсем зеленой.

– Но я ведь не выгляжу на свой возраст, да? Я очень старался…

Тираду Джейкоба прервал стук в дверь. Он посмотрел на Кая, и тот кивнул:

– Заткни уши, Саймонс.

Широко улыбаясь, Джейкоб отпер дверь. Кай не отрывался от телефона.

– Привет честной компании! – раздался незнакомый голос.