Восточный экспресс, Европа

Вторник и среда, 15 и 16 ноября

Благодарение небу, что леди Миддлсекс едет в Багдад. Я не выдержу ее общество еще один день. Напоминает мне командиршу в том отряде для девочек, где я не прошла проверку для новичков, — страшно вспомнить.

Вскоре мы уже сидели в вагоне-ресторане и пили то, что здесь подавали в качестве чая — светло-коричневую жижу цвета сточной канавы. В ней болтался ломтик лимона.

— У них нет ни малейшего представления о приличном чае, — заключила леди Миддлсекс. — Не понимаю, как французы обходятся без чая. Неудивительно, что у них всегда такие бледные нездоровые лица. Я пыталась научить их правильно заваривать чай, но они не в состоянии это усвоить. Что ж, если путешествуешь за границей, приходится терпеть лишения. Ничего, Розан, не кукситесь, доберемся до посольства в Багдаде — будет вам настоящий чай.

— А куда именно вы едете, леди Джорджиана? — полюбопытствовала мисс Розан, протягивая руку уже за пятым печеньем.

— Леди Джорджиана будет представительницей ее величества на королевской свадьбе в Румынии, — ответила леди Миддлсекс вместо меня.

— В Румынии? Вот ужас-то, Румыния такая далекая дикая страна. И опасная!

— Чепуха, — отрезала леди Миддлсекс. — Разве я не писала вам об этом в своем последнем письме?

— Возможно, и писали, но, увы, песик моей матушки, Помпон, нашел почту и отгрыз уголок письма. Такой негодник!

— Неважно. Мы все в сборе и будем сопровождать леди Джорджиану до самых Трансильванских гор, до конечного пункта ее путешествия.

— О, уверена, вам незачем отклоняться от намеченного маршрута, — поспешно сказала я. — Надеюсь, меня на вокзале будет ждать автомобиль.

— Чепуха. Королева особо попросила меня доставить вас в замок в целости и сохранности, а я своим долгом не пренебрегаю.

— Но, леди Миддлсекс, замок в горах Трансильва-нии, да еще в это время года… — дрожащим голоском вмешалась мисс Розан. — На нас нападут волки — это в лучшем случае. А как насчет вампиров?

— Что за чушь вы городите, Розан, — отмахнулась леди Миддлсекс. — Скажете тоже, вампиры. Что вы еще выдумаете?

— Но ведь в Трансильвании они так и кишат. Это самое вампирское место на свете, всем известно.

— Они там гнездятся только в сказочках для детей. Никаких вампиров, Розан, в реальности не существует, если только вы не о летучих мышах-кровососах в Южной Америке. Что же касается волков, очень сомневаюсь, чтобы они напали на автомобиль, который мчится по наезженной дороге.

Леди Миддлсекс осушила чашку с чаем, а я посмотрела в окно, на зимний пейзаж в сумерках. За окнами мелькали ряды голых тополей, разделявшие пустые унылые поля. Там и сям в сельских домах загорались огни. И меня снова охватил восторг: я путешествую, я заграницей!

— Что вы там разглядываете, Розан? — прогремела леди Миддлсекс.

— Вон ту парочку через проход, — ответила ее спутница театральным шепотом. — Уверена, молодая дама ему не жена. Только поглядите, как он держит ее за руку через стол у всех на виду! Только въехали на Континент — и сразу давай бесстыдничать. А вон тот мужчина в углу, бородатый… Он явно наемный убийца. От души надеюсь, что в наших купе двери запираются на замок изнутри, не то нас всех зарежут ночью во сне.

— Вы что, везде, куда мы ни поедем, видите сплошные опасности? — раздраженно спросила леди Миддлсекс.

— Так ведь мы и ездим туда, где кругом сплошные опасности.

— Чушь собачья. Мне в жизни ни разу не грозила настоящая опасность, — отрезала леди Миддлсекс.

— А как же та история в Восточной Африке?

— Ой, подумаешь, несколько масаев замахнулись на нас копьями. Велика важность. Честное слово, Розан, вы делаете из мухи слона. Вы просто трусиха. Возьмите себя в руки.

Я с трудом сдержала улыбку. Невероятная парочка. И зачем только шумная, прямолинейная, властная леди Мид длсекс выбрала себе в компаньонки такую скучную ханжу? И зачем трусливая старая дева взялась за работу, для которой ей требовалось разъезжать из одного опасного места в другое?

Когда стемнело, мы подъехали к Парижу. Я выглянула в окно, надеясь увидеть Эйфелеву башню или какой-нибудь знакомый памятник, но в вечернем мраке мелькали лишь боковые улочки и дома с уже опущенными жалюзи — лишь кое-где еще были открыты угловые табачные лавки и кафе. Ах, если бы только у меня были деньги! Я бы осталась в Париже и вела веселую богемную жизнь.

Когда мы проехали Париж, жалкое французское подобие чая было более чем компенсировано великолепным ужином — гребешки под соусом паризьен и мясо по-бургундски. Леди Миддлсекс продолжала свой несмолкаемый монолог, и лишь изредка мисс Розан удавалось вклиниться, если она вновь замечала очередного опасного преступника и предсказывала, что ночью нас непременно зарежут во сне. Под конец ужина, когда подали десерт, мисс Розан наклонилась к нам над отменным мороженым и прошептала:

— За нами кто-то следит! Мне и раньше казалось, а теперь я уверена. Кто-то следил за нами сквозь дверь вагона-ресторана, а когда я попыталась рассмотреть его, он тотчас скрылся.

Леди Миддлсекс вздохнула.

— Ради всего святого, Розан, не глупите. Вне всякого сомнения, это какой-то бедняга пришел полюбопытствовать, нет ли в вагоне-ресторане интересных людей, решил, что с такими скучными, как мы, ужинать не хочет, и отправился в бар. Почему вы из всего на свете делаете драму?

— Но ведь у нас в купе двери как следует не запираются, леди Миддлсекс! Этак нас поубивают во сне. Как защититься? Вы разве не слышали, что творится в этих международных поездах? То и дело пассажиры бесследно исчезают ночью, или утром их находят мертвыми! Я считаю, мы обязаны всю ночь охранять леди Джорджиану, по очереди. Откуда нам знать, может, за ней охотится анархист.

— Никакому анархисту совершенно не интересно убивать леди Джорджиану, — пренебрежительно фыркнула леди Миддлсекс. — К вашему сведению, в очереди на престол она далеко не первая. Я бы еще поняла вашу тревогу, сопровождай мы одного из королевских сыновей, но если за нами кто-то и наблюдает, так это, скорее всего, француз. Приглянулась ему хорошенькая девушка, вот он и хочет познакомиться с леди Джорджианой — улучить минутку, когда рядом с ней не маячат две старые мымры. Но, боюсь, лягушатника ждет неудача, потому что я поклялась следить за ней как ястреб.

Когда леди Миддлсекс предложила разойтись спать пораньше, я обрадовалась. Выйдя из уборной в конце вагона, я вдруг почувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Развернулась — но коридор был пуст. Не иначе как эта кошмарная мисс Розан, решила я. Меня теперь от нее в дрожь бросает. И еще, должна признаться, меня очень занимали слова леди Миддлсекс про предприимчивого француза, решившего подкараулить меня одну, без компаньонок, чтобы свести знакомство. Неужели правда так и есть? Интересно, интересно. Белинда вечно превозносила французов как лучших любовников на свете. Не то чтобы я намеревалась зазвать француза к себе в купе, но невинный флирт меня бы развлек.

Я постояла в дверях купе, но предполагаемый француз так и не появился, поэтому я легла спать. Однако мисс Розан оказалась права: дверь в купе изнутри не запиралась. Тут мне пришло в голову, что таинственного француза куда больше интересует мой несессер с драгоценностями, чем я сама. Может, дурочка Принци проболталась Шанталь, что я везу тиару, — и ляпнула это так громко, что все вокруг услышали. Вполне вероятно. И мне эта мысль очень не понравилась. Я вынула несессер из багажной сетки и положила себе в изголовье, а уже на него — подушку. Хотя постель была удобной, уснуть мне никак не удавалось. Я лежала и думала о Дарси. Где-то он сейчас? Почему не написал и не зашел после столкновения с Занудой? Не может быть, чтобы она его запугала. Должно быть, я все-таки задремала под мягкое ритмичное покачивание вагона, потому что вот уже стояла в тумане с Дарси, и он наклонился поцеловать меня, а вместо этого вдруг укусил за шею. «Разве ты не знала, что я на самом деле вампир?» — спросил он.

Поезд с визгом и тряской промчался по нескольким стыкам, и я резко проснулась. Некоторое время я лежала без сна и размышляла о вампирах. Разумеется, верить я в них не верила — не больше, чем в фей и привидений, которых наши шотландские крестьяне считали самыми что ни на есть настоящими. Вот и бедняжка мисс Розан верила, что вампиры существуют. Если не считать «Дракулы», которого я прочла сто лет назад и помнила только, что было ужасно страшно, о вампирах я не знала практически ничего. Наверно, интересно было бы столкнуться с вампиром. Правда, мне совсем не хотелось, чтобы меня кусали за шею, и уж тем более не хотелось превратиться в нежить. Вспомнив разговор с Белиндой, я мысленно усмехнулась. Конечно, теперь я горько сожалела, что не рискнула взять ее с собой в качестве горничной. Ах, как бы мы повеселились! И вместо Белинды я обречена на горничную — ходячую катастрофу, и даже посмеяться не с кем.

Я вновь задремала, и тут мне послышалось, что к двери купе кто-то подошел. Нас заверяли, что, пока мы ночью пересекаем границу Франции и Швейцарии, а затем Австрии, таможенники ночью никого будить не будут. Разумеется, это могла быть леди Миддлсекс — наведывается и проверяет, как я.

— Эй, — тихонько окликнула я. — Кто здесь?

Дверь медленно скользнула в сторону, и я различила на пороге высокую темную фигуру. Тут из коридора донеслось строгое:

— Эй вы там, что это вы делаете?

Густой голос отозвался:

— Виноват, должно быть, я перепутал купе.

В приоткрытую дверь просунулась голова леди Миддлсекс.

— Какой-то негодник попытался войти к вам в купе. Какова наглость! Я вот поговорю с проводником и скажу ему, чтобы внимательно следил за тем, кто входит в спальный вагон первого класса. Может, мне лучше остаться с вами на случай, если этот нахал вернется?

— О нет, благодарю, не стоит беспокоиться, — сказала я, решив, что ночь с леди Миддлсекс куда хуже встречи с любым наемным убийцей или континентальным грабителем, промышляющим драгоценностями.

— Я глаз не сомкну, — упрямо сказала моя суровая дуэнья, — Буду сидеть и стеречь вас до утра.

Помня об этом, я наконец заснула. Хотя мисс Розан и предрекала, что нас всех убьют во сне, наутро я благополучно проснулась и увидела за окном настоящую рождественскую открытку — пейзаж, памятный мне еще со школьных дней в швейцарском пансионе. На склонах гор виднелись прелестные шале с заснеженными крышами. Выглянуло солнце, и снежные вершины гор засверкали как бриллианты. Я приоткрыла окно и встала на постель, вдыхая морозный горный воздух. Тут поезд нырнул в тоннель, и я поспешно закрыла окно.

Проехав Инсбрук, мы отправились в вагон-ресторан завтракать, а когда вернулись, постели в купе были сложены — можно было снова сидеть в креслах. К счастью, пока поезд поднимался все выше в горы, за окном разворачивался пейзаж такой красоты, что дух захватывало, поэтому разговаривать никому не хотелось, и мы просто любовались видами. Но вот поезд пошел под гору, потом началась равнина, предвещавшая Вену. Снег в полях лежал лишь отдельными островками, все остальное было уныло и серо. На перегоне между Веной и Будапештом мы плотно и не спеша пообедали, а по возвращении в купе убедились, что Принци и Шанталь уже складывают наши вещи.

— Ух и радешенька же я видеть вас, мисс, — воскликнула Принци, снова забыв, как ко мне обращаться. — Напужалась я — словами не сказать. Всю ночь середь иностранцев ехала, так глаз и не сомкнула. А видели бы вы, какую пакость они едят — в колбасу столько чесноку напихано, что за милю чуешь. Никакой приличной еды не нашлось.

— Я надеюсь, приличная еда ждет нас в замке, так что веселее, — подбодрила ее я. — Мы уже почти добрались до цели, и вы держитесь молодцом.

— Знала бы, так не поехала бы, — пробурчала Принци. — Дайте мне обыкновенную чайную в Баркинге — и никаких замков не надо.

— Все готово? — В купе заглянула леди Миддлсекс. — Поезд сделает для нас специальную остановку, поэтому стоять слишком долго не будет. Как только он остановится, мы должны быть готовы высадиться.

Я посмотрела в окно на серые окрестности. Равнина снова сменилась горами. Падал снег. Никакого города и близко не было видно.

— Разве мы не едем в столицу? — спросила я.

— Да нет же! Свадьба состоится в родовом замке в горах. Потому-то я и должна доставить вас до места назначения и охранять в дороге. Как я поняла, от станции до замка путь неблизкий.

Поезд постепенно замедлял ход. Вот заскрежетали тормоза, и поезд встал. Нам открыли двери и учтиво помогли выйти на платформу маленькой железнодорожной станции. Закутанные крестьяне с любопытством разглядывали нас и наши чемоданы, которые носильщики выгружали на платформу. Раздался свисток, и экспресс скрылся в сумраке.

— Какого черта, где носит того, кто должен нас встречать? — громогласно возмутилась леди Миддлсекс. — Оставайтесь при багаже, я пойду отыщу носильщика.

Подкатил местный поезд, из него вышли пассажиры, потом они схлынули, и платформа опустела.

Вдруг холодок пробежал у меня по затылку — я поняла, что на меня кто-то смотрит. Обернулась — только безлюдная платформа и снежная поземка. Ну конечно, нас разглядывают, сказала я себе: Мы безумно интересуем крестьян, которые никогда не ездили дальше соседнего городишки. И все же мне по-прежнему было очень не по себе.

— Откуда им знать, что мы прибыли, — сказала мисс Розан. — Может, они перепутали и ждут нас в другой день. И нам придется ночевать в местной гостинице — боюсь себе представить, какие ужасы и опасности нас там поджидают. Клопы! Разбойники! Помяните мое слово, так и будет.

Тут возвратилась леди Миддлсекс и с ней несколько носильщиков.

— Дурень шофер ждал с машиной там, за станцией, — объявила она. — Я его спросила — откуда, по его мнению, нам знать, где он, если он не подъехал и не показался? Он что, полагал, будто мы пойдем его разыскивать? Но он, кажется, еще и по-английски ни бе ни ме. Уж казалось бы, княжна могла потрудиться и прислать за нами шофера, который говорит по-английски.

И обеспечить приличную и гостеприимную церемонию — чтобы выстроились крестьянские девочки в национальных костюмах и чтобы хор пел. В Англии мы именно так бы и встретили гостей, верно? Нет, решительно, иностранцы безнадежны. — Вдруг она крикнула во всю глотку: — Осторожнее с этим чемоданом, вы, болван! — Потом прыгнула вперед и стукнула носильщика по руке.

Тот что-то сказал своим товарищам на местном наречии, они разразились зловещим хохотом и понесли наш багаж прочь. Вот теперь опасения мисс Розан передались и мне. Я заподозрила, что носильщики сейчас умыкнут наши чемоданы, оставив нас в чем есть. Но, выйдя из здания станции на мощеную улочку, мы увидели носильщиков с багажом.

Нас ожидал внушительный автомобиль — длинный, черный, с затемненными стеклами. Перед ним стоял шофер в черной форме.

— Ах! — в ужасе воскликнула мисс Розан. — Да ведь они прислали за нами катафалк!