Она не этого хотела.

Мика металась взад-вперёд по лестничной площадке перед дверью. Дверью на школьную крышу, где происходили все чайные поединки со дня основания Академии чаеварения Маргариты. До неё доносились возбуждённый гомон и хруст коричного попкорна, пока она нервно терзала край передника.

Она этого не хотела.

У Мики становилось тесно в груди, стоило вспомнить, с каким лицом Эмери читала вызов на поединок в своём хрустальном шаре. Вызов, посланный Микой до того, как она узнала, кто такая Эмери. Из глаз снова полились слёзы, и Мика смахнула их с досадой.

Затаив дыхание, она подошла к двери, поднялась на цыпочки и заглянула в небольшое окошко. По всем сторонам крыши выросли деревянные трибуны, заполненные учениками: они передавали друг другу блюда с закусками и потягивали чай из термосов. Между украшавшими крышу школы башенками были растянуты верёвки, увешанные передниками золотого, зелёного и серого цветов, тихо колебавшимися на ночном сквозняке. В центре всего этого стояли два рабочих стола, обращённые друг к другу через крышу. И за одним из столов, погружённая в беседу с директрисой, стояла Эмери.

Мика с трудом сглотнула, машинально выдернув из передника ещё одну нитку. Она этого не хотела. Ей ни за что не взять верх над Эмери. Ей нужна помощь.

Мика оглядывала трибуны. В первом ряду сидел мальчик в черно-белой судейской мантии с вороном на коленях. Персиваль. Вот у кого всё в жизни гладко. Прошёл чайную церемонию без сучка без задоринки, никогда не срывал уроки, и даже умудрился выбиться в судьи… Она невольно шмыгнула носом и снова принялась рассматривать публику.

Хоть бы Джун была здесь – вдруг она бы придумала какую-нибудь новую выходку вроде вонючего чая, чтобы помочь Мике выкрутиться! Но сколько она ни смотрела, спутанной шевелюры и шестиугольных очков нигде не было видно. На месте выдранной нитки получилась дырка – как раз чтобы сунуть палец.

Она задумалась. И правда: кроме тех серых передников, что болтались на ветру, здесь не было видно никого из серых. Ни Андре, ни Райн…

Её пальцы что-то нащупали, и она достала из складок передника кусок пергамента. Он оказался здесь не случайно – кто-то нарочно спрятал пергамент в шов. Он выглядел старым – как будто находился здесь уже не один год. Мика повертела пожелтевшую от времени трубочку в пальцах, не сразу решившись её расправить. И широко распахнула глаза при виде мелких убористых строчек. Это был рецепт.

У Мики гулко забилось сердце, и тут же шум толпы на крыше стал громче. Это был очень сильный рецепт, с ним есть надежда выиграть поединок. Она зажмурилась. Нет, так нельзя. Мика сунула рецепт в карман, где уже лежали записанные Персивалем правила поединка и ручка из библиотеки специй. Она же не знает, кому принадлежит этот рецепт. Это будет нечестно!

– Мне это не нужно – мне нужно, чтобы кто-то меня понимал, – прошептала Мика, доставая свой хрустальный шар. – Мне нужна профессор Марипо…

– Мандраж перед началом? – прошелестел голос у неё за спиной.

Мика резко обернулась. И едва устояла на ногах.

Потому что на лестничной площадке, неотразимая в своей переливающейся мантии и с серьгами-полумесяцами, стояла сама Чайная Ведьма. Постер не мог отразить всё её великолепие и то, как она двигалась вперёд, словно пар над чаем, а её глаза цвета молотой корицы жадно впивались в лицо Мики. Наряд со складками и оборками покрывали розовые и золотые бабочки.

Мика покраснела, у неё горели уши, а сердце готово было выскочить из груди. «Это лучшее мгновение в моей жизни!» – мысленно вскричала она. И сразу, буквально в ту же секунду, сердце стиснуло отчаяние.

Чайная Ведьма увидит, как её победит Эмери. Чайная Ведьма увидит поражение Мики. Это не лучшее мгновение в её жизни. Это худшее мгновение.

– Представь себе, когда-то я была как ты, – заговорила Чайная Ведьма, и с каждым вдохом лёгкие Мики наполнялись запахом молотого кардамона. – Я была… одинока.

– Но я не… – попыталась пискнуть Мика.

– Это хорошо, – продолжала Чайная Ведьма, и её глаза ярко сверкнули. – Быть одиноким – значит, не иметь рядом никого, кто мог бы тебя остановить. Это значит быть свободной сделать всё ради своей мечты. Чтобы стать… великой.

Мика сглотнула и уточнила:

– Вы считаете, я могла бы стать великой?

– Да, я очень на это надеюсь, – Чайная Ведьма поправила свою островерхую шляпу и улыбнулась. – Потому что я болею за тебя, Мика Дайаан.

У Мики чуть не остановилось сердце. Чайная Ведьма болеет за неё? За неё? Это же даёт шанс, хотя и совсем маленький, на то, что ей удастся выиграть место ученицы!

Но не успела она и рта открыть, чтобы задать новый вопрос, как Ведьма шагнула вперёд в своих расшитых бисером туфельках и в мгновение ока проскользнула мимо Мики через распахнувшуюся дверь на крышу.

– Вы готовы? – громко спросила директриса.

Она стояла в центре крыши, и её бежевую тунику и шарф теребил ветер. Над их головами реял в вышине ворон Персиваля, размеренно каркая, как будто отсчитывая секунды до начала поединка. На самой верхней трибуне в окружении почитателей из числа учеников устроилась Чайная Ведьма в расшитой звёздами мантии. Та, что могла своей властью изменить жизнь Мики.

Мика сосредоточенно обвела взглядом трибуны ещё раз. Здесь не хватало не только серых. Здесь также не было и профессора Аклхака.

– Готова, – отвечала Эмери с дальнего края крыши, и Мика посмотрела на неё.

Она так и осталась в пурпурном платье в горошек. Мика даже могла разглядеть остатки прилипшей муки после недавнего разгрома. Разгрома, устроенного Микой у неё в кондитерской. От специй на столе перед нею шёл такой острый запах, что у Мики защипало в носу.

Директриса обратила на Мику такой взгляд, словно хотела сказать: «В голове не укладывается, что тебе хватило глупости вызвать Эмери».

– Готова, – ответила Мика.

Директриса кивнула и обратилась к трибунам:

– Условия простые, – громко объявила она. – Каждая ученица должна заварить чай, который вызовет волшебное существо, – Мика тут же вцепилась в косичку, а с трибун донёсся хор испуганных восклицаний. Задание было ужасно сложным. Директриса прочистила горло и продолжила: – И поскольку обе участницы носят золотые передники, вместо обмена передниками победительница будет объявлена лучшей в классе.

– А проигравшая? – послышался голос из толпы. Мика сразу же поняла, что это был Персиваль – по его гаденькой ухмылочке. – Разве правила не требуют исключения из школы?

Мика застыла, покраснев от напряжения.

– Это мы решим в своё время, – директриса погрозила пальцем и снова обратилась к соперницам: – А вам советую показать лучшее, на что вы способны. За вами наблюдает особенный почётный гость.

Мика потупилась, не отрывая взгляда от коробок со специями и чайника перед собою. Ей не требовалось оглядываться, чтобы узнать, что за ними наблюдает Чайная Ведьма. «Я болею за тебя, Мика Дайаан».

– Начали!

Под чайником зажглась горелка, и Мика развила активную деятельность, наполняя чайник молоком и сухими чайными листьями. Именно с этого начинала готовить свой чай кузина Аахори, и то же советовали все прочитанные ею книги по чаеварению. Уж если это работало у них, то сработает и у Мики! Заварка быстро нагрелась, и содержимое чайника побурело.

Толпа разразилась приветственными криками, но Мика не отважилась поднять взгляд. Нет, ей необходимо сосредоточиться на себе и только на себе. Точно как сказала Чайная ведьма.

Мика зажмурилась, стараясь вспомнить один из уроков у профессора Хомяка – один из тех немногих, которые она не проспала. Она набрала пригоршню специй и неловко поёжилась, почувствовав, как хрустит пергамент с рецептом в кармане передника. Ей нужна победа. Чтобы стать ученицей. Чтобы спасти семейную лавку. Чтобы доказать всему свету, что она не безнадёжна…

В нос ударил запах чая, и Мика вдохнула глубже. Она выдохнула и наконец-то отважилась покоситься на Эмери, криво улыбнувшись уголком рта.

Победа нужна ей была особенно для того, чтобы раз и навсегда взять над ней верх.

Стол громко заскрипел, и Мика отскочила. Началось! Волшебное существо уже в пути! Чайник зашумел, и лёгкое посвистывание сменилось неистовым кипением. Зрители подались вперёд, директриса вопросительно подняла брови, а Мика стиснула зубы.

Что-то приближалось. Что-то протискивалось на волю из чайника, высовывая по очереди одну мощную конечность за другой. Что-то ростом почти с директрису, с выпученными глазищами и липкой мордой. Что-то совершенно… зелёное?!

– Глеб?! – ахнула Мика.