Застыв без движения, я наблюдал, как за обзорным стеклом проплывает местность. С высоты природа чужого мира почти не отличалась от родной. Только когда показывалась паутина дорог и населенные пункты, различия становились явными. Уж слишком отличались белые куполообразные строения, отсутствие привычного транспорта и инфраструктуры в виде линий электроэнергии.

— Милостивый господин, — отвлёк меня голос на местном языке. — Мы преодолели две части пути из трёх!

Отвлекшись, я посмотрел на захваченного в плен аборигена по имени Тириус. Как обладающий высоким армейским званием тот обязан был уметь управлять посудиной, а потому и был «прихвачен» с собой. По моему указанию он и дал понять о скором приближении.

— Благодарю, — произнёс я. — Теперь гони эту лоханку на максимум.

— Но… — Тириус показал на тревожно мигающий датчик. — Мы уже выжигаем пределы допустимых норм!

— Исполняй приказ, — произнёс я.

Пленник, не смея более возражать, приступил к делу. Что-то угрожающе запикало, а сзади, со стороны двигательного отсека, послышалось завывание. Дернуло, и мы ощутимо ускорились. Этот режим явно изнашивал ресурс двигательный установки, но его сохранность не имела значения.

«Так-то лучше», — подумал я.

На самом деле я не знал, что есть возможность ускорения, и понял это только по ответу пленника. В то же время, чтобы убедить его, не понадобилось ни ментального давления, ни каких-либо иных манипуляций.

Всё делала божественная энергия, схватывая на лету любое желание. Вероятно, помогло и то, что я действовал среди паствы Харнакиса, чьей энергией и оперировал.

«Все больше причин для овладения божественной энергией, — подумал я. — Она слишком могущественна».

Более того, чем больше я изучал её, тем больше понимал, что божественная энергия всё же уровнем выше, чем атрибутивная. В голове медленно зрела и ещё одна догадка — не имел ли Путь божественное происхождение?

Божественная энергия была буквально квинтэссенцией разумной жизни, чаяний, надежд, устремлений и проявлений воли. Даже я сам, хоть и обрёл возможность манипулировать ею, но не обладал возможностью генерировать её, впрочем, как и боги.

Самую существенную силу могли генерировать лишь самые слабые существа — смертные. В то же время существа силы этого были лишены. В этом был весь абсурд, а может наоборот, некий вселенский баланс.

«Не утратил ли я нечто важное, отказавшись от своего смертного начала? — подумал я. — Что, если есть совершенно иной тип развития?»

Я опустил взгляд на свою руку, выглядывающую из савана. Обычная ладонь, тёплая, покрытая мягкой кожей, с гибкими ногтями и уникальным узором на кончиках пальцев. Как и всё моё тело, она ничем внешне не отличалась от обычной человеческой. Я даже не выглядел сверхнакачанным, как фитнес-модели из моего мира, но вполне простым обывателем из города.

Однако стоило использовать чутьё, как открывалась иная картина. Всё моё тело было лишь фикцией. У меня были органы, я мог переваривать пищу, дышать, иметь близость с женщиной. Сердце перегоняло кровь, а лёгкие насыщали её кислородом. И в то же время прерывание любой жизненно важной функции не принесло бы даже капли дискомфорта.

Облик, в котором я пребывал, давно уже не имел никакой нужды. Наоборот, придав себе иную форму, я возможно стал бы даже сильнее в бою. Несмотря на это, я даже не рассматривал эту мысль всерьёз. Почему?

Потому что я должен оставаться человеком.

Я и раньше придерживался этого принципа, считая, что это важно, чтобы не сойти с ума. Однако именно сейчас мне пришла в голову новая идея.

Хватило одного мысленного приказа, чтобы ладонь изменила свой вид. Кожа побледнела и начала трескаться. Плоть под ней потеряла объём, переходя в мёртвое состояние. Хватило пары секунд, чтобы кисть прошла через некротизацию.

Тут же я попробовал пропустить через неё божественную энергию и сразу заметил перемены — божественная энергия с большим трудом проходила через ладонь. Более того, едва заметно манипуляция усложнилась в целом.

Уже догадываясь, в чём дело, я перевёл в некротическое состояние половину тела. При этом контроль над божественной силой еще больше испортился.

«Когда отказываешься от своей человеческой сути, усложняется манипуляция, — подумал я. — Но как это работает? Ведь моё тело всё равно уже давно отличается от человеческого».

Смертная форма — вид, в котором существо приходило в этот мир. Изначально я сохранял её из психологических соображений. Однако сейчас, оперируя божественной энергией, мне пришло в голову, что есть связь между ней и изначальной формой существа.

Возможно, я впервые коснулся сфер бытия, для осознания которых мне ещё чего-то не хватало. И дело было не в силе. Интуиция подсказывала, что это нечто более тонкое. Я перешёл к этапу развития, где для последующего роста мне нужно было обрести новое понимание. Развитие, совершенно новое и для Пути, и для божков.

Мне надо было вывести знание, но время отсутствовало. Раздался громкий писк. На переход от некротической формы к обычной я потратил мгновение. Повернувшись, я встретился с взглядом моего пленника.

— Мы приближаемся, — сказал он. — Скоро у нас запросят проверку.

— И что? — спросил я.

— Главный храм является охраняемой зоной, — пояснил он. — Если мы не пройдём проверку, нас мгновенно сожгут.

Я внимательно присмотрелся к пленнику. Несмотря на давление, исходящее от меня, он сохранял спокойствие и самоконтроль. Это означало, что он мог ещё выкинуть что-нибудь. И всё же подавлять и ломать его волю я не стал.

— Возможно, они уже разобрались, что произошло у Портала, — добавил пленник. — Тогда нас могут атаковать сразу.

Он показал вперёд. Я уже и сам видел, как на горизонте появилась белая полоса со множеством строений. То был Маль Алайир, что с местного переводилось как Матерь Богов — один из самых больших городов этого мира, чьё главное назначение было — обслуживать гигантский храмовый комплекс Высшего Пантеона. Религиозная столица и мекка для верующих, коим и было всё население планеты.

К сожалению, помимо этих помпезных знаний, чего-то более приземлённого, но нужного, из памяти жреца я не ухватил. Например, о вышеупомянутых проверках.

— Если ты хочешь не сгореть вместе с этой посудиной, то найди способ, — велел я. — Как только я окажусь где надо, ты будешь свободен.

— Но… — вскинулся тот и осёкся. — Дайте мне, пожалуйста, золотой жетон Жреца, я попробую обойти охрану.

Мысленно я похвалил этого военачальника за быстрое понимание. Одним движением я перекинул медальон ему. Тот немедленно приложил его к какому-то считывателю и нажал кнопку. Пошёл звуковой сигнал.

— Алайир, — послышался голос на местном наречии. — Особая связь, докладывайте.

— Я Тириус, тысячник гвардии Харнакиса! — тут же быстро заговорил пленник. — Чрезвычайная ситуация! Везу смертельно раненого жреца Кратия! Срочно требуется пропуск к внутренней зоне!

— Это вы двигаетесь со стороны Портала? — тут же оживился диспетчер. — Срочно доложите, что там произошло!

— Произошло нападение вторженца! — невольно пленник покосился на меня. — Жрец тяжело ранен. Повторяю, нет времени!

— Только Нижняя дорога! — настоял диспетчер. — Вы же знаете, сейчас идёт всеобщий молебен.

Тириус вопросительно посмотрел на меня, видимо, ожидая моего решения. Я же услышал названия и все-таки выловил из верхних воспоминаний жреца некоторые образы.

Религиозная столица была разделена на Верхний и Нижний путь. Верхний был внутренней частью города, прилегающей к основному храму. Это были роскошные дороги и парки, по которым знать шла для службы своим богам.

Нижние пути начинались по краям города и предназначались для всех остальных. Они уходили под землю, где по подземным коридорам сотни тысяч паломников двигались к храмам. Таково было классовое разделение. Соответственно, нам предлагали приземлиться дальше от центральной части.

Дальнейший спор вряд ли привёл бы к чему-то полезному. Я уже собирался дать Тириусу приказ принять предложение, как местный диспетчер заговорил вновь.

— Внимание, ситуацией заинтересовался божественный господин, Вечный защитник! — произнес он. — Вы можете двигаться к центральной части, где он перенесется к вам для допроса!

Услышав это, Тириус обеспокоенно посмотрел на меня. В его взгляде попеременно брали верх страх за жизнь и желание сдать меня. Однако фанатиком он не был, а потому жизнь свою берег. Однако внезапно для него я кивком позволил принять предложение.

— Мы принимаем запрос, — ответил он. — Двигаемся к центральной части.

— Отлично! — довольно произнес диспетчер. — Владыка ждет вас!

На этом связь прервалась, а салон гравилета вновь погрузился в тишину. Следуя назначенному маршруту, Тириус чуть повернул к центру. Белая полоса на горизонте разрослась до сияющего белизной города. По мере приближения я видел большие куполообразные строения, белые площади и парки. В центре всего этого возвышался гигантский комплекс строений, который и был храмом главного пантеона, моей целью.

— Вечный защитник — это бог малого пантеона, — внезапно заговорил Сириус. — Смысл его существования кроется в защите Маль Алайир.

— Знаю, — ответил я. — Сейчас я справедливо дам ему исполнить предназначение.

— Вы его убьете? — спросил Тириус.

Я с новым любопытством посмотрел на этого военачальника. Видимо преклонный возраст сбил фанатизм, позволяя ему спокойно смотреть на такие вещи. А может, дело крылось в том, что он оставался верующим другого бога.

— На войне как на войне, — ответил я. — Или я его, или он меня.

Возможно, что-то в моих словах показалось воину справедливым. Я ощутил, что он перестал сопротивляться. А дальше стало не до разговоров.

Пришло неприятное предчувствие. Обернувшись назад, к отсеку для пассажиров, я ощутил, как пространство там искажается. Похоже, местный защитник пришел узнать, в чем дело.

— Отвлекай его, иначе нас испепелят! — велел я.

Тут же я покинул кабину с пилотом, миновал пассажирский отсек и одним ударом вынес дверь в двигательное помещение. Среди гудящих приборов я окружил себя Покровом, максимально скрывая своё присутствие среди мощного фона двигательной установки.

В это время пространство в центре словно исказилось. Тут же, во вспышке бирюзового света начала проступать фигура, овеянная потоками энергии.

Я уже ни капли не удивился, чувствуя божественную энергию. Тем временем незваный гость закончил перемещение. Вскочивший с кресла Тириус обозначился не слишком глубоким поклоном, но опустил голову, будто не смея смотреть божеству в глаза.

— Раб Золотого бога! — без приветствия воскликнул аватар. — Объясни мне, что происходит у врат и зачем ты здесь, немедленно!

Стараясь не выдать себя вниманием, я подтвердил выводы. Это был аватар бога из малого пантеона.

— Я лишь выполняю чужую волю, — нашёлся Тириус. — Прошу быть милостивым!

Тысячник не сдал меня мгновенно. Хотя это уже не имело большого значения, но дало мне крохотный люфт для поиска удачной атаки.

— Тогда отвечай на вопросы! — велел аватар. — Где жрец…

Едва я услышал это, как понял, что моё время заканчивается. Полученных крох времени хватило, чтобы наметить атаку.

Пространство исказилось одновременно с тем, как ледяной поток ментальной энергии наполнил моё существо. В замедленном времени я настиг противника сзади. Вся инерция ушла в первую атаку. Серп кристаллического клинка обманчиво медленно прошёл сбоку, грозя лишить божка головы.

Казалось, первая же атака удалась, но у врага с божественной энергией нашлось, чем удивить. Его окружило бирюзовое марево, превращаясь в щиты, окутавшие тело. Тут же моя атака полностью потеряла импульс. Я просто ощутил, как лезвие остановилось и застряло.

Не теряясь, я напитал кулак золотистой энергией Харнакиса и нанёс прямой удар.

Раздался треск и звон. Хрустнули мои кости, треснул щит врага, высвобождаясь силовым ударом. Мою руку просто разорвало на куски. Не обращая на это внимания, я действовал оставшейся.

Словно из ниоткуда в моей руке появилось ещё одно кристаллическое лезвие. И вновь я не успел. Хоть и ослабшая, защита каким-то образом заблокировала мою атаку. Клинок застыл в считанных сантиметрах от врага.

— Предатель, вторженец! — аватар взвыл от обуревавших его эмоций. — Вы будете наказаны!

«Хищник! — мысленно вскрикнул я. — Сейчас!»

Клинок оставался заблокирован, но не его «начинка». Из артефакта высвободился поток субстанции, похожей на смесь золотых и серых потоков. Образовав зубастую голову, он впился в бок аватара.

По ментальному спектру пространства разнесся истошный крик. Я ощутил, как энергия словно вскипела в теле моего врага. Я понял, что сейчас он высвободит очень мощный удар.

Не особенно впечатлившись, я подхватил ранее застывший клинок и, развернув его, вонзил во врага. Продолжая движение вперёд, я перехватил руку, отводя её в сторону.

Яркой вспышкой энергия ударила в сторону, мгновенно пробивая обшивку нашего гравилета. Послышался гул сминаемого металла, а потом целый кусок гравилета куда-то исчез, открывая здоровенную пробоину, за которой виднелась бездонная синева.

С воем в салон ударила плотная волна воздуха, мгновенно превращая ситуацию в хаос. Нас швырнуло в сторону, но мы лишь помяли перегородку между пассажирским отсеком и кабиной пилота.

Мой враг судорожно задергался, но отпускать я его не собирался. В схватке уже фактически определился победитель.

Превратившийся в настоящего нематериального пожирателя, Хищник пронзил суть божка и вносил сумятицу, не давая использовать силу. К этому я присоединил ядовитый коктейль из некротической энергии и атрибута Пожирания. Схватив кинжал, я ударил в грудь и направил через проводник этот яд.

Первые мгновения божок сопротивлялся, отчего мне пришлось попотеть. Это была чистая борьба силы и воли. Наконец я ощутил, как мой враг сдаёт позиции. Тут же вся сила, составляющая его, словно пошла трещинами. Я увидел, как Хищник начал пожирать её куски, словно дикий зверь.

Еще пару раз противник попробовал освободиться, а потом обмяк. Это был его конец.

Продолжая контролировать его, я все же обратил внимание на окружающую реальность. В сознание ворвались болезненное завывание двигателя и шум воздуха. В образовавшейся пробоине виднелась приближающаяся земля.

Я обернулся к Тириусу. Абориген выглядел плохо. Из ушей и глаз его шла кровь от последствий ментального крика аватара. И всё же военачальник пытался выровнять падение.

Больше терять время я не мог. Ставя окончательную точку, я одним ударом пробил грудь божка. Сопротивление почти сошло на нет, а Хищник взвыл, ощущая удачный исход.

Тут же оставив тело, я вскочил и подбежал к ещё живому Тириусу. Положив руку на плечо, я подал толику жизненной энергии, подпитывая его. Это сработало, абориген начал действовать живее.

Я увидел, как он направил падающий гравилет куда-то в сторону центра города. Только там были ровные поверхности, где можно было приземлиться в таком падении.

— Нас не собьют? — спросил я его.

— Пока аватар на борту, они не будут этого делать, — ещё произнёс он.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда садись там…

* * *

Очередной день религиозной столицы был отмечен необычной активностью. Последние дни десятки тысяч верующих стекались со всего мира к центру религиозной мекки. В бесчисленных молебнах верующие отдавали все что имели до последней капли своим божественным владыкам.

Сегодняшний день не был исключением. По Верхним Путям, среди белокаменных улиц, проходили толстые, богато одетые господа, чтобы вновь присоединиться к молебну. В то же время через перила они снисходительно поглядывали на Нижние пути, где в коридорах двигалась чернь.

В этот момент приближающийся гул привлёк всеобщее внимание. Обернувшись, все увидели золотой силуэт летящего гравилета. Оставляя за собой энергетическое сияние, тот снижался по пологой траектории.

— Жрец! — крикнул кто-то. — Это его экипаж!

Из знати многие знали друг друга, поэтому транспорт жреца быстро идентифицировали. Однако дальше стало не до обсуждений. Золотой болид с грохотом приземлился прямо в центре улицы. Двигаясь по инерции, он тут же начал сметать всё, что попадалось на его пути.

Знать и их слуги успели лишь вскрикнуть, прежде чем десятки несчастных были раздавлены тяжелым кузовом летающей машины. Продолжая двигаться, она оставляла за собой глубокий ров и изломанные тела погибших.

В этот момент мост, на который выбросило антиграв, не выдержал и обвалился. Металлическая машина полетела на нижний этаж, где раздался гулкий звук удара. Несколько мгновений стояла тишина, а потом над городом завыл оглушающий гул. Тревога высшего уровня опасности.

В столицу проник Враг.