Божок хоть и устроил филиал мартеновской печи вокруг, но не обладал какими-то опасными для меня ближними атаками. Как воин он явно не специализировался на ближнем бою.

Я держался, но ситуация оставалась далека от вольготной. От мощи излучаемой энергии стены раскалились до малинового цвета. Многочисленные фрески будто ожили, а образ божка сиял особенно ярко. Энергия отражалась от них, закручиваясь в испепеляющий смерч.

«Надо продолжать держаться, — повторял я в голове лишь одну мысль. — Но чёрт возьми, это больно!»

Главной проблемой было наличие божественной энергии. В то время, пока повреждения от температуры восстанавливались, она оседала на энергетическом теле. Это ускоряло поражение и усиливало агонию. Но что ещё хуже, я не мог от неё избавиться.

«Через минуту эта дрянь может меня убить, — подумал я. — Что же мне сделать?»

Я ощутил неприкрытое самодовольство божка. Тот явно ощущал все происходящее, а потому никуда не спешил. Он желал изжарить меня на медленном огне.

Я остановился в центре зала, где давление было пониже, и прекратил попытки контратак. От божка в ответ повеяло самодовольством.

«Ты уже отмечен моей энергией и никуда не уйдёшь, мертвец, — произнёс он. — Тебе придётся до конца вкусить самую страшную казнь, названную Испепелением».

Последнее слово очень точно подходило. В реальном времени прошла лишь треть минуты, а я уже чувствовал жгучую агонию, которая продолжала усиливаться.

Несмотря на ситуацию, наличие Хищника продолжало оставаться козырем, останавливающим от бегства. Я сохранял спокойствие и ждал. Кроме того, сама ситуация мне показалась очень знакомой.

Пока зрение еще работало, я посмотрел на руку. Несмотря на фиолетовую ауру Покрова, кожа уже запекалась, придавая конечности уродливый вид. Благо я уже давно был спокоен к виду покалеченного тела.

«Долго я точно не продержусь, — пришло ко мне понимание. — Но долго ли нужно ждать, когда Хищник наконец созреет действовать?»

Я посмотрел на алтарь, где не происходило никаких перемен. Он продолжал исправно насыщать божка силой. В этот момент пришло понимание, что я жду напрасно. Хищник не того ранга существо, чтобы начать борьбу с богом единолично.

Мысль не имела доказательств. Но чем больше я о ней думал, тем больше понимал, что просто ждать нельзя.

Моя заминка не осталась незамеченной. Решив, что я заскучал, божок вскинул копьё и высвободил волну, наполненную энергией. Так быстро сгореть я не хотел, поэтому пришлось уходить в сторону.

В этот момент я заметил нечто, привлекшее мое внимание. То что позволило развить идею с Хищником.

Вернувшись в середину помещения, я сделал то, чего враг точно не ожидал. Продолжая чувствовать то самое Испепеление, я присел в медитативную позу. Здесь я закрыл глаза и полностью ушёл в себя. Остановка движения тут же пошла на пользу. Мне удалось усилить защиту, не пропуская энергию.

— Что? Сдался? — изумился бог и расхохотался. — Ты разочаровываешь!

И вновь он вскинул копьё и высвободил сияние пламенной волны, насыщенной божественной энергией. В этот момент я куда более отчётливо ощутил то, что заметил ещё в прошлый раз. Энергетическое тело моргнуло, на мгновение став тусклым.

«У него ограниченный запас божественной энергии! — понял я. — Это лишь аватар, и питается он от алтаря!»

В следующий момент мне стало не до умозаключений. Высвобожденная волна налетела на меня. Зрение и слух тут же пропали — органы чувств не выдержали повреждений. Я погрузился во тьму и тишину, оставшись наедине с бушующей испепеляющей мощью вокруг меня и агонией.

Тьма раскрыла энергетическое чутьё. Я ощутил, что нахожусь в энергетической буре, окружённой сияющими границами. Пришло понимание, что фрески здесь не просто так. Напитанные энергией, они превратились в энергетическую границу, запирающую меня в молельне. Но убегать я и не собирался.

Проблема оставалась в поражении божественной энергией. Чтобы задержать процесс, я обратился к своей. Благо хоть тут проблем не возникло. Стоило впустить её в сознание, как она тут же включилась в борьбу, будто ощутив вражескую силу. И, кажется, это стало неожиданностью для моего врага.

«Что… — произнёс тот. — Кто тебе дал эту силу⁈»

Казалось, это открытие взбесило его. Божок тут же вскинул копьё. На этот раз, продолжая наблюдать за моей неподвижной позой, он начал нагнетать ещё больше силы. Я увидел, как поток к алтарю стал ярче и плотнее, вытягивая из него всю мощь.

«Вот оно! — подумал я. — Если Хищник жив, это лучший момент дать ему действовать!»

Мне оставалось лишь максимально отвлечь врага на себя. Кажется, это получилось. Желая добить меня, божок начал черпать так много силы, как только мог. Его единственный и ненавистный противник застыл без движения.

Я невольно похолодел, наблюдая за тем, как энергетическое копьё в его руке наливается такой плотностью, что казалось, пространство вокруг него поплыло. Никакой уверенности, что я выдержу, не было. Как не было уверенности и в том, что в моей идее вообще есть смысл. Но это был момент, когда мне требовалось поверить в своего союзника.

«Пепел к пеплу! — разошлись мысли божка. — Я приговорю тебя к казни!»

Он выбросил руку вперёд, высвобождая силу. В этот момент я активировал самое мощное ускорение сознания, на которое только был способен. Время встало, застыл и божок в атакующей позе. Медленно с его копья выходила мощь, способная испарить металл за доли секунды и нанести вред даже божественной сущности.

Одновременно с этим я увидел, как его энергетическое тело теряет яркость, переходя в наиболее уязвимый момент. Если Хищник был жив, то как идеальный охотник он не мог пропустить это.

Мгновения проходили за мгновениями, а ничего не происходило. Мне оставалось лишь готовиться к удару и выжидать. Как оказалось, не зря.

Когда волна энергии начала набирать скорость, в момент наиболее уязвимого тела божка я почувствовал Хищника. Неслышным охотником он скользнул по энергетической связи к цели. Настал черед действовать и мне.

Некротическая энергия высвободилась, накрывая место вуалью из тьмы. Миг — и всё вокруг окутало Куполом Жнеца, в который тут же ударила сильнейшая пламенная волна.

Тут же оправдались мои опасения. Энергия света и пламени начала развеивать мою технику из-за превосходства в стихии. Однако с долю секунды купол все же продержался, я был полностью вне зоны чувствительности врага. И что не менее важно, я мог перемещаться мгновенно в границах тьмы.

Практически телепортировавшись в сторону, я ушёл от атаки. Используя последние крохи времени, я применил рывок, двигаясь прямо на божка.

Благодаря мгновенному перемещению в рамках купола, мой манёвр занял всего десятую долю секунды. Несмотря на это, божок успел что-то ощутить.

Двигаясь уже в искажённом от рывка пространстве, я едва вылетел из покрова тьмы, как ощутил на себе внимание. Он даже успел вскинуть копьё, ожидая моей атаки.

Чтобы максимально отвлечь врага, я не стал пытаться уйти от атаки, да и не успевал. Лишь смог сместиться, принимая удар плечом, и прошёл сквозь нематериальное оружие.

Несмотря на все попытки, меня ослепило от боли, сознание помутилось. Казалось бы сейчас сознание погрузится в вечную тьму, но Хищник все-таки нанес свой удар.

Я ощутил, как энергетическое тело божка дестабилизировалось. Это выглядело так, будто по его силуэту пошли помехи. Пришло время внести свою лепту.

Руки окутались фиолетовыми всполохами Пожирания. Используя их словно оружие, я пробил тело божка.

Наш бой перешёл в новую, незримую фазу. Все его участники сконцентрировались в одной точке — в энергетическом теле аватара. Божок рвал и метал, борясь с нами. И всё же атака стала слишком неожиданной в момент, когда он потерял силы.

«Точно, — подумал я. — Подпитка от алтаря».

Это было последнее, что удерживало бога. Хищник тут же понял меня, отвлекая моего врага. Тут же, вернувшись в реальность, я взмахнул рукой, разрывая сияющий поток энергии.

В ментальном фоне раздался вой божка, понявшего, что его загнали в угол. Обрыв подпитки стал решающим моментом. В следующие несколько секунд его сопротивление сходило на нет, в то время как мы с Хищником напирали. Пока я давил Пожиранием и ментальным давлением разума, мой союзник в энергетическом плане мощными импульсами вносил сумятицу в контроль божка, не давая ему ничего сделать.

Финалом стал поток энергии, пролившийся на моё обожженное тело, словно охлаждающий душ. Это была чистая энергия жизни.

Я мгновенно ощутил, как она насыщает меня, восстанавливая повреждения. Враг начал быстро сдавать позиции. Пришло ощущение, как Хищник, словно дикий зверь, отрывает от него куски и пожирает их.

«Ещё встретимся! — ударила по разуму хлесткая мысль. — Я обещаю, что найду тебя… Труп».

Эта мысль была последним, на что у божка хватило сил. Тут же его сознание развеялось. Ну а мы с Хищником приступили к поглощению освободившейся энергии.

В энергетическом плане тот выглядел совсем маленькой копией себя, но важнее было иное. Он пожирал энергию и при этом активно менялся.

«Надо будет проверить, кем он вообще стал», — ответил я.

Дальше мне стало не до наблюдений. Я вошёл в контакт с энергией божка. На этот раз Пожирание не просто разрушало её структуру, но расщепляло. Я наконец ощутил, что получается поглощать её.

Уже скоро вернулась та проблема, что настигла меня в битве со святыми. Энергии вновь ушло под потолок. Только на этот раз у меня была возможность решить её.

«Я чувствую, что могу сделать рывок в развитии», — подумал я.

Не нужно было искать какие-то новые направления, куда пустить силу. Мне просто нужно было уплотнить её настолько, чтобы стать сильнее. Этим я и занялся.

Помощь пришла, откуда не ждали. Полуразрушенное, выжженное божественной силой энергетическое тело куда лучше проходило через изменения. Я просто ощутил, как через меня прошёл импульс, после чего «потолок» поглощения отодвинулся куда-то вдаль. Энергия уплотнялась, позволяя поглощать ещё. Я почувствовал, как моё чутьё прошло через некоторые перемены.

Где-то внутри довольно бурчал Хищник. Мы оба знатно пообедали божком…

— Это был сытный обед, — мой голос прозвучал в тишине зала.

Открыв глаза, я осмотрелся. В воздухе всё ещё ощущался мощный жар. Сам зал стал неузнаваемым. Все стены покрылись чёрной копотью, а алтарь растрескался и словно поблёк.

«Погоди-ка, — подумал я. — Разве не он питает всю крепость⁈»

Только тут, вместе с вернувшимся слухом до меня дошло неистовое завывание откуда-то издалека. Вслед за ним громыхнуло. Где-то что-то разрушилось. Более не теряя ни секунды, я метнулся к выходу, где подхватил брошенную перед боем сумку.

Обратный путь по красным коридорам не занял много времени. Очень скоро я ощутил своих. К ним и направился. Освещение сдохло окончательно, но это не мешало. Я вышел из бокового прохода, намеренно позволяя заметить себя. Тут же в меня уперлись сразу несколько лучей света.

— Контакт! — рявкнули оттуда.

Я застыл на месте, и стрелять сходу никто не стал, что делало честь чужой выдержке. В ослепляющем свете сгустков света передо мной разворачивался штурмовой порядок: полтора десятка бойцов в тяжелой композитной броне, а за ними адепты в разномастной экипировке.

Стволы смотрели на меня со всей возможной недружелюбностью, и я прекрасно понимал их владельцев. Мрачная фигура в рваном саване, с некротической аурой и костяным серпом, да еще прямо посреди вражеской крепости доверия не вызывала.

— Свои, — произнес я, не делая резких движений. — Относительно.

— Серп… — сдавленно протянул кто-то из задних рядов. — Это же Коготь! Тот, что с Земли!

По отряду прокатился ропот, но оружие никто не опустил. Вперед протолкался командир — рослый ксенос в броне с офицерскими метками.

— Подтверждение личности, — потребовал он. — Быстро!

Вместо ответа я сконцентрировался на нем и отправил сообщение. Имя отправителя в системе Пути не подделаешь, и это знал каждый военный Содружества. Несколько секунд командир изучал Светляк, после чего шумно выдохнул и махнул своим. Стволы опустились.

— Тагор, командир абордажной группы, — представился он. — Мы думали, тут работает кто-то из наших. Фон впереди рвало в клочья. Ваша работа, офицер?

— Моя. Молельный зал можете вычеркнуть, алтарь обесточен, местный бог сбежал, — отчитался я. — Что у вас?

— Пробиваемся к залу управления. Приказ — взять летающую крепость под контроль или увести ее подальше от врат, — Тагор мотнул головой за спину, где виднелись следы боя. — Только ублюдки эти зубастые.

— Тогда нам по пути, — я повел плечом, разминаясь. — Возражения есть?

Возражений не нашлось. Наоборот, по отряду прошло оживление, а пара адептов посмотрела на меня с откровенным восторгом. Репутация помогла быстро влиться в чужой отряд.

Дальше мы двинулись вместе, и я быстро оценил чужую выучку. Штурмовики работали связками — тяжелая пехота держала фронт и вязала врага огнем, а остальные били на дистанции. Поддержка защищала от неожиданных ударов.

Мне отвели роль тарана, и роль пришлась впору. На первом же перекрестке, где засела вражеская заслон-группа, я ушел в рывок, вынес высвобожденной волной баррикаду вместе с защитниками, а подоспевшие бойцы Тагора зачистили остальное.

— Однако, — только и выдавил командир, оглядывая результат. — Кажется, так пойдет быстрее.

Спустя пару коридоров и три схватки мы вышли к залу управления. Точнее, к его воротам, за которыми враг решил дать последний бой.

Зал оказался под стать молельне: гигантское помещение под куполом, по стенам ярусы со стрелковыми постами, в центре возвышение с главным пультом, если это слово вообще применимо к конструкции из золота и резного камня. Обзорные сферы под куполом транслировали внешний мир, и по картинке в них было видно, что крепость уже ощутимо кренится.

Гвардия встретила нас стеной. Четыре десятка воителей в золоченых доспехах выстроились в плотный заслон, сомкнув ростовые щиты. За их спинами держали щиты монахи. Кто-то надрывно голосил молитву, и с каждым куплетом по доспехам гвардейцев пробегали отсветы благословения. Пробегали и гасли, не задерживаясь. Алтарь был мертв, божок сбежал, но враг еще не осознавал тяжести ситуации.

По команде Тагора штурмовики рассыпались по укрытиям, и началось то, что я записал как очередную трансляцию себе на память. Существа двух непримиримых типов развития сошлись в смертельной схватке.

Гвардейцы бились так, как их учили веками: держали строй и лупили синхронными залпами молний из-за щитов, перестраиваясь по единой команде. В чем-то это было даже красиво.

Адепты Содружества на их фоне казались сборной солянкой никак не связанных друг с другом сил. Каждый будто вел собственную войну. В ход шли разномастные стихии и способности. В воздухе визжали штурмовые дроны. Бойцы ближнего боя умудрялись метаться, не попадая под атаки своих. И только воины в тяжелой броне действовали методично, удерживая на себе врага.

Я обошелся без изысков, тем более встреча с божком не прошла даром. Рывка и кинетических волн хватало с лихвой, чтоб ломать строй противника и вырубать зазевавшихся врагов. Все это с минимумом риска для жизни.

Таким образом я пробил монолит защиты, дальше позволяя действовать союзникам. Кинетическая волна разметала щитоносцев, в пролом хлынули штурмовики, и организованная оборона рассыпалась на десятки одиночных схваток, где у гвардии не осталось шансов.

Наконец дело дошло до тыла. То ли монахи, то ли жрецы держались до последнего. Они взывали к своему покровителю, прося силы и покровительства.

— Харнакис!

— Яви мощь свою!

— Покарай нечестивых!

Удар моей ментальной волны заткнул бессмысленные просьбы. Молитва оборвалась, и в наступившей тишине жрец смотрел на свои ладони, в которых не рождалось ни искры. Всю жизнь он ощущал за спиной бога, а сейчас остался один.

— Он не придет, — произнес я. — Твой бог сбежал первым.

Убивать его я не стал, только погасил сознание ударом. Пусть Содружество допрашивает — живой жрец стоит дороже мертвого.

Додумать мысль о ценности пленных мне не дали. Пол ощутимо накренился, с ярусов посыпались незакрепленные артефакты, и по залу разнесся тоскливый вой перегруженных конструкций. В обзорных сферах горизонт пополз вбок. Крепость, кажется, быстро сдавала позиции в споре с гравитацией.

— Куда⁈ — заорал кто-то. — Куда она валится⁈

Ответ я увидел в центральной сфере сам, и он был хуже некуда. Махина заваливалась по пологой дуге, продолжая ползти по инерции прежним курсом. Разумеется, прямо к арке планетарных врат.

— Тагор! — рыкнул я, взлетая на возвышение к главному пульту. — Твои умеют управлять этим корытом⁈

— Никак нет! — командир уже расшвыривал тела от боковых постов. — Тут все на их энергии завязано. Наши техники даже интерфейс не вскроют!

Его слова подтвердились, стоило мне взглянуть на пульт. Ни рычагов, ни экранов, только массив золотых пластин с углублениями под ладони и вязью незнакомых символов. В энергетическом чутье от пластин уходили вглубь крепости десятки каналов. Все это работало на энергии с примесью божественной силы.

«Мои запасы пополнились, — пронеслось в голове. — Только подойдет ли она?»

Я вложил ладони в углубления и пустил в пластины собственную божественную сущность.

Пульт отозвался неохотно. Моя энергия была божественной по природе, но видимо, чем-то отличалась. Приходилось додавливать волей. В сфере росла арка врат. Мы быстро заваливались на планетарный портал.

В этот момент крен стал резко нарастать. В зале управления все повалились в разные стороны.

— Ну же, зараза, — прошипел я сквозь зубы. — Поворачивай!

Остатки чужой сущности я выжег одним усилием. Тут же где-то в глубинах крепости отозвались уцелевшие гравитационные контуры. Махина застонала всем корпусом, и дуга падения начала загибаться в сторону, отвоевывая у прежнего курса метр за метром. Дальше оставалось самое важное.

— Всем готовиться к приземлению! — вскричал я.

Тагор тут же продублировал слова. Это стало последним действием перед сильнейшим ударом.

Крепость рухнула на выжженную пустошь, пропахала в ней борозду длиной в пару километров и с оглушительным скрежетом замерла. Удар был такой силы, что меня сорвало с возвышения и швырнуло через половину зала.

Когда пыль осела, я поднялся из груды обломков и первым делом глянул в чудом уцелевшую обзорную сферу. Арка стояла целая и невредимая в полукилометре от исходящего дымом борта крепости.

— Сели, — прохрипел откуда-то из-под перевернутого поста Тагор. — Мягче, чем я думал.

— Не благодари, — отозвался я. — Хотя нет, вру. Благодари.

По залу прокатились нервные смешки, быстро переросшие в откровенный хохот. Выжившие выбирались из завалов, кто-то уже орал в коммуникатор о захвате крепости, кто-то просто сидел, привалившись к обломкам, и улыбался. Напряжение последних часов выходило из людей самым древним из способов.

Я посмотрел на арку в сфере и позволил себе выдохнуть. Врата отстояли, крепость взята, а местный бог сбежал. Это был неплохой результат даже по моим меркам.

И в этот момент яркая вспышка ослепила проектор. Сначала все происходило беззвучно: колоссальная арка налилась белым светом, будто внутри нее зажгли звезду. А потом все это разошлось в стороны ярчайшей волной.

Через несколько секунд взрывная волна докатилась до крепости, тряхнув многотонный корпус, и в обзорной сфере на месте врат вырос столб огня и пыли, уходящей в небо.

Что за…?