Судя по присутствию жизни, за дверью явно находился охранник. Благо плотный фон забивал не только моё чутьё. Не боясь быть обнаруженным, я подошёл вплотную.

Молитвенные песнопения вблизи стали заглушать звуки взрывов. Словно назойливое насекомое, они лезли в уши и давили на разум. Без особого удивления я ощутил неслабое ментальное давление.

«Щас я вас, засранцы, научу тишине, — промелькнула мысль. — А то уж больно громкие».

Небольшая щель от приоткрытой двери позволила заглянуть внутрь. Как и я заметил, у входа застыл охранник. Несмотря на серьезный уровень силы, он застыл в молитвенном экстазе.

Уже не опасаясь быть замеченным, я осмотрел само помещение. Благо вход находился на втором ярусе, откуда открывался отличный вид на молельню.

Это был просторный зал с высокими сводами. Все пространство заливал ровный золотистый свет без видимого источника. По периметру тянулись колоннады из красного камня. На стенах виднелись искусно расписанные фрески. На каждой в центре композиции находился статный воин с копьем, за спиной которого изображалось светило.

«А вот и наш сиятельный, — я мгновенно понял, кого вижу. — Чую, наша встреча всё ближе».

Центр помещения занимала колонна-исполин. Обхватом она была с хороший дом и уходила сквозь потолок вверх, к разрушенной вершине алтаря. Именно по ней шли потоки энергии, питавшие молнии и щиты крепости. Сейчас потоки заметно ослабли, но не иссякли.

Мой взгляд скользнул по трону, искусно вырезанному в основании алтаря. Несмотря на то что он пустовал, при виде каменного «седалища» в памяти тут же всплыли знакомые образы. Очень уж этот трон напоминал те, на которых восседали бесчисленные иссохшие мертвецы в видении Пути.

Несколько десятков фигур в белых одеждах расположились кругами, и от каждой к подножию тянулась тонкая золотистая нить. Святые молились, раскачиваясь в едином ритме, и их голоса сливались в речитатив, который я слышал ещё из коридора.

Каждый из них ощущался как яркое ядро из энергии. Их мощь не уступала бы убитому мной паладину, но в отличие от него эти не были боевыми адептами. Они не обладали мощным телом и энергосистемой. Последняя была гипертрофирована только в возможностях выработки и хранения энергии.

«Им и незачем воевать, — подумал я. — Это чистые генераторы силы».

Уже пора было заняться их утилизацией, но какой-то неуловимый момент не давал мне начать. Ответ нашёлся в ментальном спектре. Здесь я ощутил, что все существа опутаны единой сетью, а их разумы пребывают в едином состоянии. Вернее, они были будто синхронизированы.

«Будь они боевиками, то могли бы стать очень опасным врагом, — подумал я. — Ничего, предупрежден — значит вооружен».

Сквозь хор вновь прорвался отдалённый звук взрыва, и каменный пол под ногами содрогнулся. Это стало отчётливым напоминанием, что больше ждать нельзя. Тут же я и начал действовать.

Ментальная энергия ледяным потоком прошлась по позвоночнику к затылку. В замедлившемся времени я рванул вперёд.

Охранник даже не заметил, как из молитвенного экстаза перешел к прямой встрече со своим богом. Костяной клинок вошел через бок в грудь, передавая заряд некротической энергии.

Оставив за собой его тускнеющее тело, я одним движением запрыгнул на перила и, оттолкнувшись от них, ушёл в рывок. Пространство исказилось, словно само подхватывая меня к самым крайним рядам святых. Прошли лишь десятые доли секунды с начала, и я уже был у цели.

Взмах клинка — и замотанная в капюшон голова покатилась по отполированному полу, оставляя за собой светящуюся от энергии кровь.

Удар я нанёс, уже двигаясь к следующей цели. Гибель второго ксеноса произошла тут же, а за ней и третья. Только тогда я ощутил возмущения в силе. Враг наконец осознал мое присутствие.

Энергия всколыхнулась, закручиваясь в щиты, но против меня этого было недостаточно. Я ощущал себя хорьком, забравшимся в курятник. Тут же разбив щиты, я рывком настиг очередную жертву, которую убил мгновенно, а за ней и следующую.

Уже здесь я ощутил, что что-то идёт не так. Вместо того чтобы насыщать меня, энергии почти не было. Вместо этого она распределялась от убитых по энергетической сети к другим, а часть уходила на алтарь.

«Приехали, — мысленно ругнулся я. — Я их убиваю, а обед достаётся хозяину».

Тактику пришлось менять на ходу. Тем более мои враги начали действовать, что усложнило бой.

Энергия вокруг всколыхнулась, закручиваясь в протуберанцы. Это ощущалось так, будто вокруг меня сжимается невидимая ладонь, желая раздавить на ходу. Однако улучшенное Пожирание легко справилось с разрушением конструкта.

Добравшись до очередных врагов, на этот раз я вскинул руку, высвобождая поток фиолетовых молний. Вспышка тут же разрушила энергетическую сеть, объединявшую святых.

Только после этого мне пришлось уходить от высвобожденной силы. Отрезанный от сети святой будто пришёл в себя и начал сопротивляться. Я ушёл от атаки, пробил щит и, схватив его за шею, буквально насадил на костяной клинок, передавая заряд некротической энергии.

Только после этого я дал волю некротической сути. Жизнь святого хлынула в меня полноводным потоком, по телу разлилось блаженное тепло. Я ощутил, как похищенная мощь наполняет меня.

«Так-то лучше, — удовлетворенно подумал я. — А теперь попляшем!»

Похоже, смена тактики и потеря энергии пришлась святым не по вкусу. Они отреагировали мгновенно: речитатив оборвался на полуслове, и наступила тишина.

Десятки голов повернулись ко мне единым слитным движением. Их глаза сияли золотым светом, делая вид неживым. Пустые лица без эмоций только усиливали это впечатление.

Святые поднялись с колен разом, без единого лишнего движения. Следом хор грянул вновь, только тональность сменилась. Низкий гул ввинтился прямо в сознание, и я ощутил, как ментальный фон вокруг словно уплотнился. Хоть эффект не приносил вреда, но интуиция подсказывала, что это лишь начало.

Концерт нужно было заканчивать быстрее, чем я и занялся. Святые, конечно, были против.

Ближайшая тройка вскинула руки. Вокруг меня начали материализовываться цепи из золотого цвета. Они не стягивались в попытке связать. Скорее это была визуализация эффекта.

Я ощутил невидимый сковывающий эффект и вспомнил стазис-поле божка из Обители. Второй раз наступать на эти грабли не хотелось.

Рывок унёс меня с траектории, но сковывающие конструкты потянулись следом, охватывая все больше пространства. Продолжая перемещаться рывками, я обошел опасную зону и ударил по застывшим святым. Кинетическая волна разметала белые фигуры, ломая построение, а потом заработал клинок.

На этом я сломил врага. Бой превратился в однообразную работу: сначала Пожиранием я разрушал сковывающую сеть этих святош, после чего убивал их некротической энергией.

Энергия лилась таким потоком, что в какой-то момент пришло ощущение, что я свечусь от пресыщения. С очередным убийством ощущение перешло в почти болезненное. Казалось, ещё немного — и меня разорвёт от столь быстрого насыщения.

«Пришла проблема, откуда не ждали», — подумал я.

Загвоздка была в том, что энергия поступала быстро, и я не мог её усвоить. Однако и оставлять её тоже не мог.

И без этого та часть энергии, что имела божественное начало, не подвергалась Пожиранию. Вся она по мере боя втягивалась в Алтарь. Гигантский столб уже начинал светиться и мерцать от такого быстрого насыщения. Не требовалось быть гением, чтобы понимать опасность этого.

«Ещё немного, — мысленно я сжал зубы. — Терпи, Коготь».

Я метался между белыми фигурами, на ходу выжигая нити и собирая жизни. Попытки захватить меня продолжались, но враг был не того ранга, чтоб достать меня. Даже когда меня зацепило, силы хватало, чтобы продавить контроль.

Я перешел в лигу силы — достаточно, чтобы действовать на территории другого божества. Единственной проблемой оставалось пресыщение.

Святые были «батарейками» божества. Каждый из них являлся существом, ценность которого в десятки раз превосходила тех же гениев корпорации.

Энергии было так много, что я чувствовал какие-то процессы, запустившиеся в моём существе. Странное происходило и с некротическими реликвиями. Саван светился, маска на лице будто поплыла и раскалилась. Это было абсурдно, но даже они не справлялись.

Мне оставалось лишь уплотнять энергию, насколько это было возможно, и надеяться, что странные перемены в теле не во вред. По крайней мере за реликвии я был спокоен. Нежить точно не умрёт от переедания.

Однако я неизбежно стал меньше поглощать энергию. Неудивительно, что и насыщение алтаря ускорилось. Несмотря на то, что святые гибли, и в будущем ему грозило иссыхание, сейчас в момент быстрого выброса энергии это перевешивало. Мне оставалось лишь следить за ним и готовиться к тому, во что это выльется.

Ситуация изменилась, когда на ногах осталось четверо последних святых. Убивая одного из них, я пошел на хитрость и высвободил часть энергии.

Тут же уловка сработала. Враги так же, как и я, страдали от перегрузки. Моя уловка вызвала золотую волну, цепью прошедшую от одного к другому, перегружая их и сжигая.

Когда откат настиг последнего, тот вспыхнул ярким светом. Дальше произошло нечто неожиданное.

Пространство исказилось, уплотнилось. Это ощущалось так, будто появился кто-то столь мощный, что пространство «подвинулось».

На моих глазах с последним святым происходили перемены. Он сиял ослепительным светом. Вместе с тем его силуэт увеличился, а в его руках появилось копье.

«В нем воплощается божество, — понял я. — Черт возьми, вот же удобная у них система».

Моя догадка тут же нашла подтверждение. Переродившийся в аватара святой спокойно отошел к алтарю, где сел на трон. Стоило ощутить его внимание, чтобы понять: передо мной самый сильный бог, которого я видел.

«Аватар, — мысленно поправился я. — Эти ублюдки не любят вылезать своей истинной сущностью».

Правда, сейчас это было однозначно к лучшему. Даже навскидку оценив его мощь, я понял, что мне и аватара хватит «за глаза».

Божок сидел неподвижно, будто нарочно давая мне рассмотреть и осознать всю его мощь. В нем продолжали происходить перемены, но я не стал пытаться атаковать. Вместо этого я изучал врага великой силы, даже наблюдение за которым давало ценный опыт. Это была совершенно иная школа обретения силы, о которой я знал очень мало.

Казалось, гибель самой важной паствы его не трогала, но каким-то подсознательным чутьём я ощущал его ярость.

В это время тот, рассматривая меня словно диковинное животное, опустил голову на бок.

— Оказывается, в моей вотчине завелся падальщик, — прозвучало прямо в сознании, минуя уши и перевод Помощника. — Ты выбрал хороший момент, но слишком поздно. Командование вашего последнего оплота обороны уничтожено.

Едва ли он лгал. Похоже, во время схватки крепости и антигравитационного титана произошел размен. Меня это не слишком беспокоило.

— У меня командование на месте, — я постучал пальцем по виску. — Ну так что, сядем за стол переговоров?

Я не сдержал насмешки в голосе. Пространство вокруг врага словно моргнуло, и я почувствовал затаённую ярость врага.

— Ты пришёл в мой дом, тварь Пути, — голос заполнил молельню до краёв. — Убил моих детей. Сжёг мою паству.

— Твоих детей? — я рассмеялся. — Это не дети. Это посуда, из которой ты жрёшь.

Мысленно я отметил что сегодня в ударе. Если бы у нас был бой в «стендапе», то победа была бы безоговорочной. К сожалению, в реальности я добился только того, что божок лишь сильнее разъярился.

— Я видел, что у них осталось внутри, — добавил я. — Святые в вашем понимании — это пустые существа с выжженной личностью.

— Они вознеслись, — в голосе прорезалось искреннее удивление. — Высшая доля смертного — в том, чтобы стать опорой престола.

— Знаешь, а ведь вы даже хуже Пути, — хмыкнул я. — Он даёт выбирать, где сдохнуть, а вы своих лишаете даже этого.

— И тебе тоже выбирать не придётся, — ответил бог.

Фигура на троне шевельнулась впервые за всё время, и молельня взорвалась светом.

Это был мой первый бой с существом такого уровня силы. Несмотря на это, я сделал то, что считал самым простым и в то же время эффективным.

Ускорение сознания включилось на рефлексе. Мир загустел. Тут же я ушёл в рывок — сначала вбок, а потом на божка. Обычная прямая атака стала самым простым способом проверить врага.

Встретила меня сеть из золотых молний, растянутая поперёк всей траектории. Уклониться в полёте было уже нельзя. Пришлось прожигать проход: Пожирание сожрало кусок сети, пусть и подавившись, а остаток разрядов я принял на себя. Тело прошило дикой болью, точнее, её энергетическим эхом, но регенерация уже затягивала повреждения.

Клинок обрушился на сияющий контур и провалился. Фигура растеклась, пропуская лезвие сквозь себя, а затем собралась вновь в паре метров в стороне. Бить чистую энергию физическим оружием было бесполезно, это я понял с первой же попытки. Однако и расщепить ее не получалось. Пожирание не достигло того уровня, чтоб расщепить аватара божества.

«Ладно, — мелькнула мысль. — Поиграем по-другому».

Начался весьма странный бой. Я не мог нанести врагу урона, в то время как он для меня был очень даже опасен.

Божественная энергия мгновенно раскалила всё вокруг так, что всё пространство охватило пламя. Вокруг не просто поднялась температура — она ещё была насыщена обжигающей энергией.

Я окружил себя улучшенным Покровом, но пришлось признать, что против стихии пламени моя защита была совсем слаба. Тело начало гореть, и только регенерация, заполненная энергией под завязку, спасала меня. Я понял, на этот раз меня не спасет и некротическая форма. Огню было плевать, что жечь.

«Надо заканчивать поскорее, — подумал я. — Иначе этот ублюдок меня точно испепелит».

Я со злобой посмотрел на поток энергии, идущей от алтаря к аватару. Он походил на тот, что связывал святых. Я уже использовал его, чтоб убить их. Сейчас нужно было продолжить этот эксперимент.

— Даже не пытайся, — выдохнул божок. — Это не в твоих силах — одолеть меня.

Продолжая перемещаться по залу, я дождался момента, когда алтарь окажется точно за божком. Намечая очередную атаку, я разбил нематериальную сущность, за что получил очередной ожог.

Но даже не пытаясь защищаться, я переместился вперед к алтарю. Тут же я достал из глубин плаща кристаллический кинжал, приложил всю силу и вбил его в алтарь, словно гвоздь.

«Хищник! — мысленно позвал я. — Твоя очередь».

Пришло ощущение, как из глубин сознания скользнула едва осознаваемая тень. Через руку она направилась в кинжал, после чего провалилась куда-то в недра Алтаря.

Закрывшись плащом, я не позволил божку увидеть мой маленький грязный фокус. Когда я ощутил опасность, пришлось уходить в сторону. Тут же переместившийся на моё место противник отогнал меня от кинжала.

Прервав бой, он осмотрел оружие.

— Это инструмент Арфавила, — произнес он. — Даже отнятый у хозяина, он сеет смуту.

Полыхнула мощная вспышка, расщепляя кинжал на моих глазах. Божок же повернулся ко мне.

— Ты никогда не встречался со старшим Богом Пантеона, — произнес он. — И похоже, пора преподать тебе пару уроков.

Ранее неиспользуемое копье в его руках вспыхнуло мощью. Я же осознал нечто важное. Неудивительно, что враг показался намного превосходящим прежних врагов. Это было божественное существо совсем иного ранга.

Я посмотрел за его спину, на Алтарь. Мысленно я выругался — Хищник пока не отвечал. Что, если мощь алтаря сильнее, чем-то, что ему по зубам?

Следующие полминуты божок гонял меня по полыхающему святилищу. Мне пришлось забыть об атаках. Делать вид, что я убегаю, так же не понадобилось. Вокруг полыхал ад. Чтобы выживать, приходилось носиться как угорелый и расходовать жизненную энергию на регенерацию.

Каждую секунду жизни приходилось выбивать с трудом. Я продолжал пристально следить за потоком энергии, связывающим алтарь и божка…