– Да, Маша прибудет со всем семейством. Тема, хотя я не являюсь специалистом по маленьким детям, у меня другое мнение. Прикинь, малышам в любую погоду будет хорошо, дождь и лужи детям только в радость.

– Вик, ты, как всегда, права.

– А ты, как был оппортунистом, так им и остался. Тема, меня особенно радует, что у Алины с Олегом, похоже, срослось. Подруга уже мечтает о третьей свадьбе. Я ей в шутку говорю: «Не забудь фату одеть». И что ты думаешь? Она мне на полном серьезе отвечает, что без фаты, считай не невеста. Алина до сих пор мне пеняет, что мы с тобой свадьбу зажали. Она утверждает, что мы с тобой -полные профаны, в свадьбах ничего не смыслим. У нее из предыдущих двух браков самые светлые воспоминания – именно свадьбы.

– Именно здесь твоя подруга ошибается. Легко могу доказать: прослеживается верный признак – фата и свадьба не принесли Алине счастья. Атрибуты не помогли, зачем же опять наступать на те же грабли. Лично я бы посоветовал ей сменить в корне свадебный ритуал. Может тогда, третий брак окажется не бракованным, а счастливым.

– Тема, ты оказывается можешь работать не только МЧС, хорошим психоаналитиком, но еще и свахой. Я обязательно передам Алине твой совет. Вдруг, она к тебе прислушается?

– Вика, а как Юрий Ильич относится к такому скоропалительному роману Олега? Не смущает его, что Алина уже два раза замужем побывала?

– По- моему, очень рад, Олег «в девках» явно засиделся. Но ты сам сможешь убедиться в этом, Юрий Ильич тоже приглашен в нашу компанию.

– Вик, что-то вспомнилось: а, ведь, майор Смехов после последнего нашего к нему нашествия на выручку Олега что-то совсем заглох. Может, наконец, нашел настоящего убийцу. Уже много времени с того дня прошло – Олега вызволяли в апреле, а сейчас уже июнь на дворе.

– Тема, я думаю, сыщик еще в поиске, он мне обещал «по знакомству», когда найдет преступника, сообщить. И вообще «не буди лихо, пока оно тихо».

– Неужели, и сейчас он найдет повод опять к нам прицепиться?

– Смехову, ради смеха, и повода не нужно, придумает что угодно, лишь бы людям нервы щекотать.

– Не волнуйся, дорогая, если так долго нас не тревожил, значит, нашел другую жертву.

– Тема, я и диктофон специально не брала, и белое пальто подальше засунула, короче, убрала с глаз долой все, что ассоциировалось каким-то образом с ужасным убийством и следователем Смеховым (ха-ха, совсем не смешно). А вот сегодня ищу крокодильчика, наверняка, опять, как черт из табакерки, выпрыгнет дотошный сыщик. Эврика! Я вспомнила! Потрясающе, разговор с тобой помог мне восстановить, куда я спрятала диктофон. Бедненький крокодильчик с тех пор, как я ездила в химчистку, так и валяется в бардачке моей «Тойоты». Скажи, ты специально хитрым психологическим приемом выудил из моей памяти место схрона зеленого друга?

– Вик, я же тебе сразу честно сказал: «Я – лучший сыщик в мире». Все остальное дело техники: просто попытался узнать, когда ты последний раз общалась с крокодильчиком. Таким образом направил твой мозг самостоятельно идти по следу потери.

– Выходит, зря старалась – весь дом верх дном перевернула, надо было к тебе сразу обратиться. Господи, мне теперь придется добавить к твоим специальностям: МЧС, психоаналитика, свахи еще и сыщика (скоро со счету собьюсь). Ладно, что-то мы разболтались. Ты готов, Тема? Я с поисками совсем закопалась, а мне нельзя опаздывать на новую работу.

– Всегда готов!

– Тогда по машинам, едем на работу.

Когда Вика села в свою «Тойоту», конечно, первым делом полезла в бардачок. Точно, крокодильчик терпеливо дожидался, когда о нем вспомнит хозяйка! Вика торжествующе из окна машины помахала мужу, открывающему ей ворота, зеленым талисманом. Девушка тут же сделала в памяти зарубку: как только окажется в редакции, сразу поставить на зарядку свой диктофон. Поскольку очень спешила, не стала дожидаться Артема, все равно на выезде из поселка у них почти сразу маршруты разъезжаются в разные стороны.

По дороге в автомобиле Вика еще раз перебирала в памяти утренний разговор с мужем. Вспоминала, как поначалу семейной жизни, перепробовав все варианты жилья, они остановились на доме Артема. Вике даже нравилось, что дорога до работы не близкая, есть время все обдумать. Ей теперь казалось, что она всегда здесь и жила, вся прошлая жизнь растворилась в каком-то призрачном тумане.

Постепенно, незаметно, вроде само собой стало налаживаться общение Вики с отцом, девушка теперь не была такой категоричной к выбранной родителями весьма странной схеме отношений. Она приняла доводы Артема, считающего, что отец не виноват, их жизнь – общий с мамой выбор. Конечно, если смотреть в сравнении, семейный уклад родителей сильно контрастировал с совершенно идиллической супружеской жизнью Вики. Раньше она думала, что такое бывает только в слащавых книжках. И вот сейчас в машине девушка очередной раз недоумевала, за какие такие заслуги ей привалило такое счастье?

– Как можно, каждый день находить в любимом все новые достоинства, и ни одного недостатка? Но, это так, как ни уговариваю себя не делать культа из Темы, ничего не получается. Я же – не восторженная барышня, а вполне зрелая женщина. До встречи с Артемом меня подруги ругали, что я слишком критично воспринимаю мужчин. Еще они считали меня особой начисто лишенной флера романтики. А теперь, мало того, что я начала обожествлять Тему, еще в придачу вдруг обнаруживаю в себе весьма необычные бурлящие процессы перемен. У меня появилось совершенно новое восприятие мира. Даже самой смешно и немного непривычно, но мне нравится это совсем незнакомое мне мироощущение. Например, в первой половине мая я просто с ума сходила от красоты буйного цветения разных деревьев на фоне яркой, еще не заматеревшей зелени. Пока с дачи до работы доберешься вокруг такая красота, дух захватывает! Скажи мне это раньше, я бы назвала подобную чушь «комическими куплетами». Да, что говорить, раньше я вообще не выглядывала в окно, вовсе не интересовалась природными метаморфозами, даже температуру, чтобы одеться по погоде, брала из интернета. А теперь, когда еду в машине, по дороге подмечаю все, что творится вокруг. Вот сейчас, например, вижу: пилят сухие деревья. Радуюсь, потому что только вчера заметила, как портят ландшафт, в прекрасной липовой аллее больные деревья. Да, точно, Тема слепил из меня сентиментальную барышню. Вот возьму сейчас и от избытка чувств в обморок грохнусь. Нет, с обмороком придется подождать, сегодня у меня ответственное задание – взять интервью у знаменитого ученого из Курчатовского Института. Надеюсь, академик не будет подлавливать меня на незнании фундаментальных законов физики, которые в академической сфере считаются элементарными. Я, честно говоря, хоть школу с золотой медалью окончила, сейчас точно не сформулирую ни одного школьного закона по физике. Ладно, въезжаю в мегаполис, здесь природа красотой не радует, надо не по сторонам смотреть, а беречься от лихих водителей.

Вика быстро взбежала по ступенькам парадного входа в редакцию. Было раннее утро, но перед дверьми уже толпились сотрудники. Кто-то с бумагами в руках вычитывал свой текст, кто-то исподтишка курил (хотя над головой висело грозное объявление – «курить воспрещается»), кто-то громко спорил. Как же Вике нравилась эта бурная атмосфера настоящей журналистской жизни, здесь она чувствовала себя, как рыба в воде. Девушка вспоминала свое ничего не деланье в фармацевтической компании отца. Теперь она воспринимала ту работу, как испытание, которое, наверно, было ей дано, чтобы окончательно осознать – ее стезя – живая журналистика. На площадке перед дверью Вика растворилась в толпе коллег, чтобы поздороваться, переброситься парой вежливых слов. Неожиданно из парадной, выпучив глаза, выбежал фотограф Володя Абрамов по прозвищу «Колобок» с истошным криком:

– Кто видел Градову, она мне срочно нужна?

Именно Абрамов должен был запечатлеть интервью академика с Викторией.

– Володя, привет! Я здесь, что за срочность с утра пораньше? Еще все приличные люди спят, кто тебя так растревожил? На интервью едем после обеда, у нас еще в запасе «куча времени».

– Привет, Виктория! Как хорошо, что ты уже приехала, «главный» тебя срочно требует.

– Уже по дороге в кабинет главного редактора Вика спросила фотографа, который из-за своих тучных форм едва поспевал за ней:

– Володя, ты сам-то знаешь, что за тема?

– Я так понял, что-то изменилось в планах, связанных с интервью в Курчатовском.

– Неужели отменили?

– Не могу знать, мне велено тебя позвать.

Вика предложила Володе зайти к редактору вместе, но он наотрез отказался, почему-то решил подождать под дверью.

Когда Вика вышла из кабинета редактора, «Колобок» тут же подкатился к ней и с тревогой в голосе спросил:

– Ну что, интервью отменили?

– Нет, все, как договорились. Просто академику некогда, и он решил подключить к нам еще телевизионщиков, которым он тоже обещал интервью. Вот ученый ум в целях оптимизации своего времени, решил объединить два интервью – телевизионщики будут снимать нашу работу.

– А мне нужно фотографировать? Можно же взять пару кадров из их съемки.

– Володя, не бузи, у них своя работа, а ты – лучший фотограф нашей редакции. Конечно, ты точно знаешь, что нам нужно для печати, сделаешь несколько ракурсов, редактор отберет сам, какой пойдет в газету. А на телевизионщиков не обращай внимания, не мы же к ним пристраиваемся, а они к нам. Представляешь, мне «главный» вручил для записи тот самый элитный диктофон, про который у нас в редакции анекдоты ходят.

– Виктория, дай посмотрю. Я много слышал про это чудо техники, но никогда не держал его в руках.

– На смотри. По-моему, ничего особенного он из себя не представляет. По мне так лучше бы я на своем все записала, такой же японский, но звуковые характеристики у моего, конечно, уступают.

Вечером Вика приехала домой раньше мужа. Только она вылезла из машины, к ней стремглав бросился соскучившийся за день в одиночестве Фил. Не успела девушка пообщаться с собакой, раздался звонок телефона.

– Фил, представляешь, Тема только недавно выехал с работы и, кажется, но это не точно, попал в пробку. Говорит, что оказался в удачном месте, знает, как дворами объехать затор.

Вика села на скамейку у дома, пес пристроился в ногах, при этом так и норовил лизнуть ей руку. Девушка стала рассказывать умной псине, как у нее прошел сегодняшний день. Фил буквально с обожанием смотрел на свою хозяйку, внимательно слушал и даже (как казалось Вике) по делу кивал ей своей собачьей головой.

– Ладно, Фил, не обижайся, но я пойду прослушаю свое интервью с академиком. По моим расчетам до приезда Темы приблизительно часа полтора, как раз мне хватит, чтобы все успеть. А в первую очередь хочу принять душ, сегодня такая жара, будто мы живем в тропиках.

Вика вышла из душа в прекрасном настроении, размышляя на ходу:

– Как хорошо, что утром, хоть и потратила кучу времени, а все же с помощью Темы отыскала своего крокодильчика, будто знала – помощь зеленого друга мне обязательно пригодится. Кто бы мог представить, что в этой редакции такие причудливые порядки.

Вика вспомнила, как сразу по приезду в редакцию «главный» отобрал у нее свой знаменитый супер-пупер диктофон с записанным интервью. Редактор вежливо объяснил, что у элитного диктофона имеется дополнительная опция с голоса распечатывать текст. Именно поэтому, «их величество» сразу огласил свою волю: сдать чудо техники. Видите ли, он желает лично ознакомиться с материалом, сам будет кроить текст для газеты.

– Странно, раньше я самостоятельно редактировала свои интервью, непривычно, прямо скажем, чтобы за меня кто-то, хоть и «главный» выполнял мою работу. Наверно, мне, как новенькой, еще не очень доверяет редактор.

Вику немного расстроила последняя мысль, но она долго заморачиваться не стала и решила:

– Что ж, получается, мне так и не удалось самой интервью прослушать, а интересно со стороны оценить, как вышло. Но мы, как говорится: «не лаптями щи хлебали» – во время записи я незаметно параллельно включила своего зеленого друга. Смешно сказать, интервью, которое сама брала, должна с помощью ухищрений прослушивать. Ладно, что-то я разворчалась, как старуха, тем более – вот оно интервью (слушай, не хочу). Помнится, когда прощалась со старой редакцией, флешку из крокодильчика отдала Виталию, поскольку там материалы делались для его газеты. А в свой диктофон вставила новую флешку, так что сейчас на ней, кроме интервью с академиком ничего еще нет, поэтому ставлю запись на самое начало.

Рассуждая так, Виктория бодро принялась за дело, уютно устроилась на диване и включила запись. Каково же было удивление журналистки, когда вместо интервью она услышала свой диалог с убитым одноклассником, где он рассказывал ей, как вляпался в шпионскую историю. Услышанное повергло Вику в полный ступор, она остановила запись.

Через некоторое время, едва придя в себя от услышанного, девушка стала вспоминать, как в тот роковой день, приехав на дачу, в сердцах бросила крокодильчик в вазу с сухими цветами, думая, что теперь диктофон не скоро ей пригодится. А потом, когда Артем вез ее к маме в больницу, до нее неожиданно дошло, что она забыла зеленого друга, пришлось возвращаться за ним. Как назло, в это время следователь дежурил у дачи, она вынуждена была показать майору, что выносит. Сыщик еще заподозрил ее в уничтожении улик, поэтому ничего не оставалось, как на ходу сочинить легенду- мол, крокодильчик просто игрушка – талисман. На самом деле, выдумка близка к правде, поскольку ей реально везло, когда диктофон был в кармане.

– Господи, выходит, перед тем как бросить крокодильчик в вазу, я его либо машинально включила, либо при падении в вазу тумблер задел за стебли сухих цветов и включился сам. Точно, когда я вернулась, чтобы забрать диктофон, я еще удивилась, заметив тумблер на положении «включено». Но поскольку за ночь прибор, работая на записи, благополучно разрядился, световой датчик не работал. Тогда я не придала этому факту особого значения, потому что в тот момент у меня в голове сверлила только одна мысль: