Глава 3

Михаил Павлович замер и оглянулся. За невесёлыми размышлениями он и заметить не успел, как дошёл от одного из конспиративных кабинетов Главы до лифтовой площадки.

«Чёртов мальчишка», — мелькнула раздражённая мысль в голове. Однако уже в фоновом режиме. Эмоции улеглись.

Почти.

— Чертов мальчишка, — одними губами для острастки артикулировал он.

Это стало точкой. Концом переживаний. Спикер взял себя в руки.

Да, его сделали. Грубо и жёстко. И на большую часть требований правящей семьи клана придётся согласиться. Возможно, даже на какое-то время поумерить амбиции. Нет, не навсегда. Он слишком долго шёл к своей цели, чтобы отказаться от неё. Но паузу сделать придётся. Впрочем, не в первый раз.

— Чёрт, — негромко выдохнул сквозь зубы Михаил Павлович.

Где-то даже восхищенно.

Привычки разговаривать с собой он не имел. Однако и обстоятельства были исключительными. Давно спикер не знал столь сокрушительного провала. В кои-то веки можно и выругаться вслух.

«И даже выпить грамм пятьдесят.».

Мужчина потянулся к кнопке вызова лифта и замер. Палец, увенчанный холёным ногтем, так и не нажал пиктограмму вызова лифта. Несколько секунд Спикер постоял, о чём-то размышляя. После чего резко развернулся и отправился на лестничную площадку. Однако и пешком он не поднялся на свой этаж, а свернул к неприметной двери, оказавшись на сервисном балконе, который использовали техники из службы обеспечения.

Здесь даже энергетического щита не было.

Свирепый порыв ветра едва не втолкнул мужчину обратно. Однако спикер справился и прикрыл за собой дверь. Ветер тут же ударил его в лицо холодной струёй. Несколько секунд мужчина молчал, чувствуя, как злые «накаты» пробирают до костей.

Он так давно не делал этого. Нужно было решиться.

— А-А-А!

Хриплый крик вырвался их его горла. Михаил Павлович орал громко. На разрыв аорты.

Через несколько секунд стало легче.

Постояв какое-то время, спикер воровато оглянулся. Хотя кто бы его здесь услышал? Злые порывы буквально сносили такой слабый и незначительный на фоне могучего гула движения воздушных масс крика.

Как же давно он этого не делал…

— Так, — решил Михаил Павлович вслух, доставая из внутреннего кармана гарнитуру. — Пора заняться делом.

Активное шумоподавление — замечательная штука. В такой и рядом со взлетающим глайдером разговаривать можно. Собеседник не услышит лишнего звука.

Кроме того, здесь прослушать разговор будет еще сложнее, чем в тире.

Да, спикер понимал, что этот раунд проиграл. Не первый и не последний раз. Какое-то время он на крючке у головы и его подпевал. Но это не значит, что он добровольно сложит руки. Связи есть, возможности тоже. Нельзя победить — нужно минимизировать ущерб.

С этими мыслями спикер ставил гарнитуру в ухо. Был в его жизни список особых номеров, которые он никогда и ни при каких условиях не записывал в память электронных устройств. Один из таких он и набрал.

Абонент ответил на четвёртом звонке.

— Да, господин, — донёсся из динамика гарнитуры голос издалека.

Вот только почтения в нем было куда меньше, чем вопроса: «Какого хера тебе от меня надо⁈».

— Есть задача, — коротко выдохнул Михаил Павлович.

«Глупо», — тут же оценил спикер собственные же слова. Будто бы он стал звонить этому человеку просто потрепаться.

— Я так и понял, — раздраженно ответил собеседник, но тут же чуть презрительно хмыкнул. — Вот уж не думал, что кто-то вроде тебя обратится к таким отбросам, как мы.

В слове «отбросы» в голосе явно послышалась ирония и даже намёк на какой-то прошлый разговор. Удивительно, но в этот раз столь дерзкий ответ не вызвал особых эмоций. Напротив, Михаил Павлович отчего-то остро почувствовал, что жив. Перед тем как что-то сказать, спикер окинул взглядом огни столицы.

«Красота.» — решил он, дыша полной грудью довольно свежий воздух.

Собеседник же продолжил изощряться в остроумии, всеми силами давая понять, что звонку не рад.

— Всё сказал? — неожиданно спросил Михаил Павлович, решив, что любоваться видами ему надоело.

— Сказал, сказал, — хмыкнул собеседник.

Однако в его голосе больше не осталось иронических ноток.

— Слушать готов?

— Да, — тут же прозвучал короткий ответ.

Как бы эти двое ни относились друг к другу, но у них было общее прошлое и не совсем законное. Человека, в иных кругах, известного под прозвищем Топаз, было чем надавить даже на столь влиятельного клановца. Нет, он вряд ли смог бы нанести неприемлемый ущерб спикеру Правления не последнего клана. Но исполнявший иные не самые благовидные поручения главарь довольно крупной банды смог сделать главное: цена его уничтожения оказалась выше выгод от вычёркивания его из мира живых. По крайней мере, для Михаила Павловича. Однако оба прекрасно знали: если небожитель решит, что кое-кто на этом свете зажился, то рано или поздно подручным Топаза придётся организовывать похоронную церемонию.

Скорее поздно, чем рано. Все-таки задача достать не самого последнего криминального босса столицы по определению не может быть простой. А без ресурсов клана — так и невозможный в некоторых случаях.

Гипотетический же удар криминального воротилы вряд ли стал бы смертельным. Однако ущерб бы нанес. И серьезный. И тех, что измеряется не просто деньгами. Именно это взаимное сдерживание и примиряло двух жителей разных миров с существованием друг друга.

— Мне нужны твои люди, — негромко сообщил спикер.

Собеседник промолчал. Начался серьёзный разговор, который лично ему хотелось как можно быстрее закончить. И желательно с минимальными потерями.

Отказать без последствий «небожителю» он тоже не мог.

— Найди для меня одного человека, — потребовал Михаил Павлович.

Топаз не стал задавать уточняющих вопросов.

— Курьер скоро будет у тебя, — просто ответил он.

Спикер Правления вовсе не собирался встречаться с посыльным воротилы лично. Но был согласен с тем, что подобную информацию по открытым сетям не передают. А потому почти сразу же ответил:

— Мои встретят по обычному варианту.

— Тогда подробнее после разговора.

Отбой Топаз дал без прощания. О теплых чувствах между этими двумя речи не шло и близко. И о вежливости тоже.

* * *

— Как она? — вернувшись в комнату, Павел обнаружил ровно на одну девушку больше, чем оставлял во время своего ухода.

— Жить будет, — коротко ответила Лена Кошкина, не отрываясь от манипуляций со спиной канцеляристки.

Той и впрямь досталось.

— Чё принёс? — тут же отозвалась слабым голосом Настя, судя по чуть глухому произношению звуков, явно сжимавшая зубы от боли.

— Не дёргайся, — тут же отреагировала целительница. — Я скоро закончу.

В этот раз Кошкина работала не при помощи современных средств или артефактов, а обратившись к своему дару — напрямую воздействовала энергиями на повреждённые участки организма. Мыши она не соврала. Буквально через несколько секунд канцеляристка растеклась по кровати — её явно отпустило.

— Красота, — выдохнул штатный снайпер группы и «око императора». — Так чего принес⁈

Павел хмыкнул и выложил на перед Мышью шоколадку.

— Дары приняты, — умильно-серьезно кивнула девушка и вновь отдалась умелым рукам целительницы

— Ещё пять минут, — не оборачиваясь, доложила Кошкина.

— Отойди. Не мешай, — протянула Настя лениво.

Даже рукой махнуть попыталась, но тут же по этой самой руке и получила ладошкой от Кошкиной.

— Ещё раз повторяю: не дёргайся, — потребовала Лена.

Павел хмыкнул и, полюбовавшись на идиллию ещё секунд тридцать, отошёл к рабочему столу. Некоторое время он просто смотрел перед собой. Затем взял из подставки лист формата А4 и карандаш. Порой ему действительно размышлялось лучше, когда была возможность начертить схему происходящего. Минут пять он задумчиво покрывал лист мудрёной блок-схемой в попытке понять, что именно сейчас может предпринять спикер Правления.

Да, у него под носом был уже готовый доклад от сестрёнки, который она не стала озвучивать на общем собрании. В конце концов, Света — аналитик Ветви, а не клана. Пусть временно сотрудничает с научным отделом последнего. Но ведь надо и самому мозг развивать, верно? Тем более сейчас был тот редкий случай, когда можно было не сильно торопиться в принятии решений. Благо большую часть приказов он отдал, поднимаясь из кабинета главы.

— Ау, — донёсся полный боли стон со стороны кровати.

Кажется, повреждения были несколько серьёзнее, чем Павлу показалось сначала. Лена приступила к следующему этапу восстановительных процедур. Боль вернулась.

«Вот тварь», — мелькнула неожиданная мысль, сбивая с рабочего настроя.

Волконскому сейчас совершенно не хотелось быть рассудительным и умным. Больше всего он желал поставить рифлёную подошву десантного берца на горло ублюдка, стрелявшего в них.

Впрочем, успокоился он быстро.

— Сам виноват, — выдохнул парень вполне справедливо.

На лист тут же легли еще несколько пунктов.

«Ошибки. Учесть на будущее. Возомнил себя…» — ещё раз мысленно прокомментировал парень с лёгкой усмешкой над самим собой, перечитывая записи.

Нет, правда, просчетов он допустил массу. Про Иллюзии так и вообще забыл. Напрочь. Всё-таки в первую очередь его натаскивали как боевика. И от части рефлексов он до сих пор не мог избавиться полностью. Хотя и предполагал, что ныне очень многие озаботятся тем, чтобы подобное не повторилось. Но если даже отбросить в сторону Иллюзии, то он как командир обязан был пустить бойцов силовой поддержки вперёд. Тогда бы удар приняла на себя охрана. Парни, скорее всего, не выжили бы. Всё-таки амулеты их уровня — очень редкие вещи. И оснастить ими каждого оперативника ГБР просто не представлялось возможным. Конечно, клановец достал для своих людей лучшее снаряжение, какое имелось в доступе при его статусе. Однако никакой бронежилет и стандартный амулет СБ не выдержат удара спецпатрона.

— Ещё одна загадка, — выделил очередной пункт молодой человек. — Что это вообще было-то?

Явно не отечественная разработка. А когда в деле фигурирует иностранная спецтехника, вопросов неприятных становится всё больше. Одно радует — лично ему не нужно задумываться о таких вещах. «Око императора», если сочтет необходимым, сама известит их общего сюзерена. Однако вмешивать департамент контрразведки в нынешнюю ситуацию Павлу вовсе не хотелось.

Глянув на часы, молодой человек достал комм и набрал номер.

— Всё хорошо, красавица? — негромко спросил он.

— Великолепно, господин, — ответил ему собранный голос продолжавшей отыгрывать Идеального Секретаря Катерины. — Бойцы докладывают, что поиски развёрнуты. Техотдел старательно отслеживает контакты. Разведка сообщает о связи фигуранта с криминальным авторитетом, известным как Топаз.

Павел задумался. Возможно, этот человек в сводках ему и мелькал. Однако пути их пока не пересекались. Следовательно, на вскидку он Топаза не вспомнил.

— Справка по нему у вас на почте, — продолжила доклад блондиночка.

Да, буквально за несколько минут она собрать полного массива не смогла. Но хотя бы какое-то представление о «контакте» её сюзерен иметь должен.

— Остальное — без происшествий, — закончила Катерина.

— Умница, — негромко ответил Павел и, подумав секунду, добавил: — И красавица.

Девушка, покончившая с работой, тут же вышла из режима Идеального Секретаря.

— Ты скоро вернёшься? — спросила она.

— Не сегодня точно, — чуть виновато произнес клановец.

В ответ ему раздался мелодичный смешок.

— Сегодня и не нужно, — развеяла мысль девушка. — Не моя очередь. Но завтра жду.

Парень прямо представил лучезарную улыбку собственного секретаря.

— Тогда спокойной ночи, — негромко сказал Павел и разорвал связь.

— Закончил? — тут же спросила Лена, явно дожидавшаяся, пока Волконский завершит разговор.

Павел обернулся и окинул Кошкину долгим изучающим взглядом. По лицу девушки расплывалась улыбка. Многообещающая. Про очередь она тоже помнила.

— Как она? — негромко уточнил Павел, рассматривая раскинувшуюся на весь его диван канцеляристку, погруженную в глубокий исцеляющий транс.

— Спит, — доложила целительница. — Я решила, что ее витальным системам просто…

— Короче… — потребовался сюзерен.

Улыбка девушки стала шире.

— Не помешает, — подытожила целительница и первая сделала шаг навстречу, расстёгивая рубашечку.

Свою очередь она пропускать не собиралась ни в коем случае.