Глава 20

— Стоять!

Двое курсантов остановились. Застыли на месте. У одного из них изо рта почти выпала сигарета, повиснув на нижней губе.

— Кругом! — последовала очередная команда от Волконского.

Сокурсники Сергея синхронно выполнили разворот через левое плечо.

— Шагом марш!

Парни судьбу испытывать не стали. Одного взгляда на Павла хватало, чтобы понять, насколько тот взбешён.

— Странно, я думала, что эта привычка себя давно изжила, прокомментировала Светлана.

Нет, человека с сигаретой легко представить где-нибудь в районе «Бараков». Или среди мелкого криминалитета. Но чтобы в элитной части курсантов… Нет, никто не запрещал, конечно. Но сверхнагрузки и высочайшие требования к физическим кондициям диктовали свои правила. Правда, как оказалось, некоторые умудрялись совмещать.

Волконский резко втянул прохладный воздух и негромко хмыкнул. Наличие курилок во временных лагерях и иных воинских расположениях он почитал за дань традиции и не успевшие смениться боевые уставы организации подобных мест. Вроде как по плану полагается. И выделить определенную зону для курения гораздо проще, чем пробить головой стену уставов и наставлений армейской бюрократии, чтобы изменить требования.

Ан нет, оказалось, что подобные места до сих пор используются и по назначению.

— Можно, мы уже?.. — донеслось из-за спины.

Возможно, кое-кто пытался давить на жалость. И, судя по выдоху Кошкиной «Ой, дура!», умом и сообразительностью отличилась Орлова.

— Стоять! — рявкнул Павел.

Он и впрямь был в ярости.

— Охоту они устроили! Вы головой своей думали или чем? — вновь завёлся парень, тактично умалчивая о том, что операцию он всё-таки одобрил. А значит, и часть ответственности за результат лежит на нём.

Впрочем, клановец её со своих плеч и не сбрасывал. В конечном итоге отвечать за произошедшее придётся. Но и «наказывать невиновных и награждать непричастных» тоже предстоит ему. Вот с затейниц парень и начал.

— Один человек в больнице, один в реанимации, и неизвестно, выживет ли, — вновь обернулся к охотницам Павел. — Сами чудом живы остались. Если бы тебя Колька не прикрыл, сейчас ты бы лежала в интенсивной. А Сашка умер бы, потому что целителя порвали долбаные твари.

Девушки молчали обе, уткнувшись носами в углы. Обернуться им запрещал прямой приказ. Одной — сюзерена, второй — командующего группой курсанта на время прохождения «учебной практики». По несчастливой для провинившихся случайности, обладателем обеих должностей был один и тот же человек.

— Можно, мы уже выйдем? — негромко спросила Марика.

Светлана насмешливо вскинула бровки. Мол, вот дура. На третий «залет» девушка пообещала объявить об этом вслух.

— Стоять, я сказал.

Провинившиеся услышали что-то такое в голосе Павла, после чего спорить обеим расхотелось.

— Стоять смирно, — ещё раз добавил Волконский.

Скорее для того, чтобы самому успокоиться.

Девушки застыли, уткнувшись носами в бетонные углы, каждая в свой. Раньше на месте курилки, обозначенной соответствующей табличкой, располагалось какое-то здание, но от него осталось всего три стены. Пару углов как раз хватило для того, чтобы расставить по ним охотниц думать о своём поведении. В палатке бы как-то не то получилось. Да и подрывать авторитет девиц клановцу вовсе не хотелось. Так что нашёл он, так сказать, удалённую локацию.

— Надеюсь, больше про охоту я от вас не услышу, — рявкнул Волконский.

Да, негромко. Да, сдержанно. Но обе прочувствовали его тон как полноценный разнос.

— Но химера нам всё-таки нужна, — негромко прокомментировала Светлана и тут же замолчала, наткнувшись на твёрдый взор брата.

«Кото-то же должен отыгрывать за 'хорошего копа!» — взглядом дала понять девушка.

Однако клановцу сейчас нужна было не очередная тварь, а выпустить пар, потому что он и впрямь переволновался, наблюдая со спутника за лагерем. Хаос и дульные вспышки прекрасно были видны из космоса даже несмотря на ненастную погоду. Но всё, что им оставалось, это сходить с ума от беспокойства, сидя перед мониторами. Пусть брат с сестрой и пытались скрыть эти чувства друг от друга, да и от остальных тоже. Командир всегда должен быть уверен в себе и собран.

Это уже потом, едва эвакуационный глайдер коснулся опорами земли, и Павел убедился, что Кошкина не пострадала от лап рукотворных хищников. И тогда он приступил к «наказанию невиновных и награждению непричастных».

В наградных листах не оказалось никого. Разве что Николай-Молот. Павел пообещал себе, что у Николая Молота в жизни скоро случится что-то хорошее — за то, что прикрыл целительницу своим телом от когтей химеры. Тем более у него хороший прогноз на полное выздоровление. А вот остальным будут доставаться исключительно шишки. Хотя нет. Конечно же, рядовых бойцов гнев Павла не коснётся. Ну вот обе девицы, спланировавшие операцию, получат своё по первое число. Сначала от Волконского, а затем и от Тишь.

— А ты лучше помолчи, защитница, — негромко потребовал парень.

Светлана сделала красноречивый жест, словно застегивает себе рот… И тут же подлила масло в огонь:

— Цесаревич требует результата, — ровно напомнила она.

В этот раз полный ярости взгляд на девушку не подействовал. Она просто пожала плечами: мол, фактам пофиг на твои эмоции. Долгорукий отдал приказ — нужно выполнять.

— Прекрасно, — кивнул Волконский. — В этот раз я возьмусь за дело сам.

И сказал это Павел вовсе не для красного словца. Клановец прекрасно понимал, что цесаревичу нужен результат. И теперь придется пойти и добыть оный.

— У меня есть план, — негромко объявила Кошкина.

Её голос прозвучал глухо из угла. Обернуться она не рискнула.

— Достаточно, — решил клановец, отказавшись слушать. — Больше никаких планов.

— Но в этот раз действительно… — сделала ещё одну попытку целительница развернувшись.

Впрочем, одного взгляда на Светлану ей хватило, чтобы осечься и вновь взять носом на прицел указанный ей в качестве наказания угол. Команды об окончания наказания не поступало.

— Хватит, — глухо потребовал парень. — Напомни мне основную задачу целителя на поле боя.

Девушка задумалась. Начальная военная подготовка у нее была. Но ее учили больше выживать, а не теории.

— Спасение раненых… — попробовала она неуверенно.

— Нет, — последовал жесткий ответ.

— Организация медицинской службы и сортировки… — вновь попытала удачу Лена.

От чего-то отмолчаться — идея и в голову не пришла. Слишком раздражён был Волконский. Да и повод у него, если честно, был.

Нет — перебил Павел.

Девушка задумалась еще на миг.

Тогда Волконский отрывисто рявкнул:

— Главная задача целителя — не оказаться на поле боя. В принципе!

Специалисты этого направления слишком ценны, чтобы использовать их в тактическом звене. Как правило, несколько одарённых с этим аспектом присутствуют в тыловых госпиталях. Ну и то с большой осторожностью. И людей на их охрану выделяется не меньше, чем на сопровождение какого-нибудь не самого плохонького генерала. Всё-таки таких специалистов у любой страны мира довольно мало. Потому и берегут буквально каждого. Согласно страшной математике бездушной военной машины, жизни раненых, которых могли спасти на поле боя целители, не стоили риска потерять самого целителя. Просто потому, что последствия будут хуже.

— И Молот об этом знал, — припечатал Волконский. — Именно поэтому он встал между тобой и химерой. Если бы этой твари удалось дотянуться до единственного целителя в группе, было бы два трупа. Сейчас у парней есть шансы. И даже на то, чтобы вернуться в строй.

— Я поняла, — глухо ответила Лена.

В целом она не возражала. Павел был прав. Тем более злился он скорее на себя: ведь именно его слово могло отменить всю эту авантюру. Однако он согласился.

— Но химера нам всё-таки нужна, — вновь бесстрастно напомнила Светлана.

Павел обернулся к сестре. Та ответила невозмутимым взглядом.

— И к чему ты это? — спросил парень.

Аналитик Ветви не имела привычки повторяться. Стало быть, раз это происходит, значит, она пытается донести до брата какую-то мысль. Осталось лишь понять, что именно хочет сказать сестра.

— Стоит хотя бы выяснить мнение единственного одаренного в аспекте Крови специалиста, — ровно констатировала Волконская.

Павел помолчал. Дважды качнулся с пятки на носок. После чего махнул рукой.

— Выкладывай, — вздохнул Волконский.

— У меня нет идей, — тут же открестилась Светлана. — Но, может, нам всё-таки выслушаем Лену?

Павел с очевидным трудом подавил волну ярости, вновь попытавшуюся выплеснуться наружу. Некоторое время он боролся с собой и даже не скрывал своих чувств. Отчего, пусть она и не показывала виду, неуютно рядом с ним становилось даже сестре.

— Допустим, — наконец решил молодой человек. — Орлова, Кошкина, идите сюда.

Девушки тут же развернулись и сделали по одному шагу к своему сюзерену.

— Ты говоришь, у тебя есть план? — обернулся тот к целительнице.

Кошкина скромно кивнула. Она прекрасно понимала, что по-настоящему Павел на нее не злится. Но «воспитательный эффект» своим норовом смазывать не стала. Напротив, всеми силами демонстрировала вид виноватый и раскаивающийся.

— Рассказывай, — отрывисто потребовал Волконский.

Девушка ждать себя не заставила. Тем более, возможность отрепетировать свою речь во время стояния в углу у нее было в избытке.

— Во время боя я успела накинуть на одну из химер диагностический конструкт и даже получить отклик. Думаю, я смогу расшифровать сигнал управляющего ядра и даже попробовать на время прервать не только связь с оператором, но и затормозить внутреннюю иннервацию создания.

Павел задумался. Размышлял он долго. Тем более, время у него было.

— Секунды на три-четыре… — продолжила целительница.

Молодой человек качнул головой, разглядывая кудрявую красавицу. Ему приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы рационально воспринимать слова целительницы. Уж больно хотелось ограничиться эмоциональной трёпкой обеих. Но Волконский заставил себя собраться, мысленно обратившись к нескольким мнемоническим формулам расслабления.

— Что это значит для нас в практическом плане? — спросил он ровно.

Короткий аутотренинг сработал. Не то чтобы Павел совсем успокоился, но хотя бы мог воспринимать информацию эффективно.

— Парализация. На те самые три-четыре секунды. После возможна легкая дезориентация, — произнесла за спиной брата Светлана.

Даже ей было понятно, что ступор противника на четверть минуты во время боя будет означать…

— Хм… Допустим, — согласился Павел, рассматривая целительницу. — Правильно ли я понимаю…

Молодой человек оборвал себя на полуслове и, поразмыслив, задал иной вопрос:

— На какой дистанции может сработать эта техника?

Лена отвела взгляд буквально на мгновение. Однако клановцу больше не нужно было ничего объяснять.

— То есть ты снова хочешь отправиться на «охоту», — констатировал Павел.

Да еще и выйти на дистанцию клинца с едва не отправившим их на тот свет противником.

Целительница не отвела взгляда. Напротив, глянула на сюзерена серьезно и строго. Словно лекцию читала нерадивому студенту.

— Мне нужно сблизиться с целью, чтобы воздействовать на её управляющее ядро, — четко и раздельно объяснила Кошкина.

— И ты полагаешь, что я на это пойду?

Теперь в тоне ВОлконского звучало искреннее любопытство. Даже почти не приправленно легким сарказмом.

— Я же сказала, что смогу расшифровать сигналы управляющих структур! — чуть громче, чем стоило бы, возмутилась Елена.

— И что это даст нам? — вкрадчиво поинтересовался Павел.

— Секунд пять форы при их приближении.

В этот раз Волконскому понадобилось некоторое время, чтобы решиться. В конце концов, цесаревич действительно дал понять, что заинтересован в как можно более скором решении вопроса. Его исследовательская структура уже была готова подключиться к работе соответствующего центра Ветви в изучении химер. Вот только с объектом исследований пока был напряг.

Кстати, было у Павла сильное подозрение, что этот интерес вызван появлением подобных тварей в других регионах Империи.

Волконский в тишине мерил небольшую площадку секунд двадцать. С одной стороны, ему хотелось банально схватить целительницу за шкирку и хорошенько встряхнуть для прояснения ориентиров. Однако рациональная часть его просчитывала ситуацию. И по всему выходило, что Кошкина действительно может помочь в добыче ценного материала для изучения.

— В этот раз силовую поддержку обеспечит моя команда, — поставил условия Волконский.

Продолжение «Со мной во главе» осталось за скобками, но все всё поняли правильно.

— Глупо, — прокомментировала сестрёнка без какой-либо попытки давления. Просто констатировала факт.

В этот раз парень ограничился пожатием плечами.

— Пожалуй, ты права, — легко согласился с претензией Волконский. — Но мне всего девятнадцать. Не забыла? Когда творить глупости, если не сейчас?

Аналитик Ветви на такое только головой покачала, но и возражать не стала. В конце концов, отчего-то ей иррационально спокойнее будет за Кошкину, если брат и впрямь будет рядом.

Тем более, лучшая команда, состоящая из спецов СИБ, сейчас действительно у брата.

— Есть возражения? — только и уточнил парень, старательно всматриваясь в лица охотниц.

— Возражений нет, — хором откликнулись девушки.

Тем более, первоначальный план, на который натаскивалась группа поддержки, все равно пришел по звезде. Так что теперь не имеет значения, кто именно будет прикрывать.

Убедившись, что вопросов больше нет, молодой человек щелчком пальцев привлек внимание к себе.

— По углам, — скомандовал Павел, едва все взгляды скрестились на нем.

Воодушевленные возможностью очередной попытки охотницы чуть промедлили, не сразу поняв, что именно от них требуется. Однако уже через секунду вновь заняли свои углы.

— Полдень через час, — глухо проинформировал Волконский. — Так что стоите отсюда и до обеда.

Больше он не сказал ничего. Просто развернулся и отправился на поиски Сергея. Светлана шагнула следом за ним.

— Легче, чем ожидалось, — прокомментировала Марика, едва убедившись, что Волконские скрылись из виду.

Однако отворачиваться от стены она не собиралась.

— Могло быть и хуже, — согласилась целительница, изучая сеточку потрескавшегося бетона.