Мангал на танке был шикарный.

Царь-мангал! Всё, заразы, прикрыли: и башню, и задницу, и передок. На полтора метра вверх подняли, на метр за борта вынесли. Т-72 смахивал на горбатую жабу, всю в камуфляжных бородавках.

На позицию ползет, курва! Третий день по посадке, где окопалась рота, отрабатывает.

— Жаба, что мне с тобой делать? — вслух спросил Куркуль.

«Стугной» не достать — танк бьет с закрытых позиций. Арта на соседнем участке занята. FPV-камикадзе закончились, новых не подвезли. Остались только бомберы. И как прикажете управляться? Была бы парочка камикадзе, зашли бы под мангал спереди. Или дрон на несколько сбросов: проломить дыру в мангале и всадить в нее кумулятив…

Куркуль повел беспилотник вокруг танка, высматривая прореху в защите. Сбросом сверху — без шансов. Только по горизонтали, а по горизонтали — нечем.

Ладно, пробуем.

Он «подвесил» дрон над танком, выровняв скорости. Начал выбирать место, где лучше продырявить мангал.

— Что за херня?!

Вместо того, чтобы зависнуть над кормой танка, дрон рванул вперед и вверх.

— Куда?! Стоять!

Ага, как же! Стикам дрон больше не подчинялся.

— Чтоб я сдох! — с чувством произнес Куркуль.

Вражеская РЭБ? Тогда бы зарябило и пропало изображение. Картинку камера давала исправно — едва ли не лучше, чем раньше. Что происходит?

Перехват управления?!

Куркуль живо представил, как беспилотник, повинуясь кацапскому оператору, разворачивается, идет на позиции роты, выцеливая «Стугну» или блиндаж…

Дрон набрал высоту. Развернулся и, закладывая глубокое пике, понесся на танк в лоб. На таран идет?! Превратить бомбер в камикадзе, пожертвовать дроном, но достать-таки чертову жабу?!

Нормальный размен.

Самому Куркулю это, увы, в голову не пришло. Человек от природы запасливый, полностью оправдывая свой позывной, Куркуль дроны берег. А неведомый перехватчик, похоже, был лишен сантиментов.

Ну да, не свое — не жалко!

— Ниже, ниже! — шептал Куркуль, кусая губы до крови. — Ниже давай!

Замысел перехватчика дошел до него за секунду до того, как все произошло. Кумулятивный заряд высвободился из захвата, дрон резко пошел вверх. Бомба пропала из поля зрения. Когда дрон сделал разворот, танк уже полыхал: пламя рвалось наружу из-под башни, из распахнутых люков, из ствола пушки.

— Ну ты бог!

Расчет перехватчика был ювелирно точен. Скорость танка. Скорость атакующего бомбера. Высота сброса. Высота мангала. Высота танка. Ускорение свободного падения. Расстояние по горизонтали… Бомба по инерции пошла вперед, навстречу танку, нырнула под козырек мангала — и угодила точняком под башню, судя по результату.

Экипаж танка судорожно лез наружу.

Не успел.

Огненный гриб взметнулся на добрый десяток метров. Сорванная башня, кувыркаясь, полетела в зависший сбоку беспилотник, стремительно вырастая в размерах. Сработали рефлексы, Куркуль отшатнулся от дисплея. Но дрон с легкостью мотылька порхнул в сторону, пропуская башню мимо. Камера проследила за ее падением. Картинка утратила резкость, цвета поблекли — и Куркуль едва успел перехватить управление: дрон снова его слушался.

— Ас, блин! — бормотал Куркуль, возвращая дрон на базу. — Снайпер!

Восхищение чужим мастерством мешалось с откровенной завистью. Ладно, проехали. Главное — результат. Если танк горит — кто б там ни был, пусть перехватывает на здоровье.

Не жалко.