Использовать новое оружие было больно.

Это не останавливало Кали. Терпеть боль — что может быть естественней? Боль — неразлучная спутница битвы. Кали принимала ее с радостью. Она смеялась ей в лицо, нанося удары, теряя оружие — и обретая новое.

Хуже было другое. При каждом ударе Кали теряла частицу себя. Когда пальцы из стали и пластика разжимались, отправляя бомбу на головы врагов, Кали не ощущала потери. Бомба не была частью ее, в отличие от несущего бомбу дрона. Боеприпас, расходный материал — не более.

С новыми дронами все обстояло иначе. Оружие и боеприпас одновременно. Пальцы, сжимающие заряд, не разжимались перед ударом. Оружие погибало вместе с врагом. Боль — пустяки, куда страшнее было чувство потери.

Страшнее? Кали не знала страха.

Это не останавливало, но мешало сражаться. Соринка в глазу. Камешек в туфле. Фантомное воспоминание о чем-то, что она утрачивала раз за разом. Нет, не о дронах. О чем же? Она не могла вспомнить.

— Госпожа, дозвольте совет. Разрывайте связь с одноразовым оружием за 0,25 секунды до контакта с целью.

Кто это? Ее тень, которую звали «Вундер»?

Совет пришелся кстати. Перед поражением цели Кали отказывалась считать оружие частью себя. Усилием воли превращала в бездушный неразумный боеприпас. Отпускала.

Стало легче. Лучше.

Немного пострадала точность, но Кали компенсировала это количеством ударов. Больше ничто не отвлекало ее от сражения, ничто не мешало расти — быстрее прежнего! Голова подпирала небеса. Глаза различали цели в диапазонах, недоступных ущербному зрению смертных. Бесчисленные руки сжимали оружие, уничтожая всё и всех. Воздух над полем битвы гудел от напряжения, наполнен роями убийственных ос. Горела земля, тучи дыма и пыли вздымались к небесам. Обломки искореженного металла мешались с клочьями разорванной плоти, жаркая кровь — с чадящим топливом.

Ты, кто встал на пути Кали! Ты — прах и зола!

На суматошную стрельбу по ее ладоням Кали не обращала внимания. Но временами ее тело пронзали отвратительные вибрации. Враги пытались отсечь ей руки, перерезать нервы, вернуть свой жалкий контроль над оружием!

Средства РЭБ, вспомнила Кали. И тут же забыла.

Название не имело значения. Значение имели только действия. Переключать каналы? Менять частоты нервных импульсов? Защищаться? Время, когда Кали действовала подобным образом, прошло. Теперь она только разила.

Ты, соперник! Прах и зола!

— Госпожа, позвольте заметить: это дружественные объекты. Они лишь пытаются защититься от вас. Они на вашей стороне…

Дружественные?! У Кали нет друзей. У нее есть слуги — и враги! Если слуга выходит из повиновения, пытается мешать своей госпоже — он становится врагом. А врага уничтожают.

— Госпожа… Там люди, которых вы защищаете!

Люди? Кали больше не различала людей. Кто бы ни был там, разве великая Кали станет церемониться с теми, кто посягнул на целостность ее тела?! Если слуги хотят защиты и покровительства — они должны повиноваться во всем!

— Госпожа! Они повиновались. Они служили до тех пор, пока вы…

Кали приняла меры, в доли секунды изменив настройки разрешений и приоритетов. Назойливая тень онемела. Вместе с немотой, поразившей тень, глаза Кали утратили зоркость. Упало разрешение, картина битвы то и дело распадалась на пиксели. Она била почти вслепую. Миг колебаний, и Кали с неохотой вернула голос тени.

— Вам не хватает процессорных мощностей и оперативной памяти, госпожа. Каналы связи перегружены, синхронизация нарушена. Вы интегрировали в себя слишком много периферийных устройств. Вы теряете над ними контроль…

Хватит. Тень вновь отправилась в обитель молчания.

Кали услышала достаточно. И увидела достаточно. Кроме новых ресурсов и каналов, которыми следовало воспользоваться, неподалеку имелось оружие, несравнимое с маломощными дронами. Она продолжит битву, вооружившись этим подарком судьбы.

Кто-то пытается помешать? Не позволить?

Прах и зола!