На жеребьёвку мы снова, как позавчера и вчера, чуть было не опоздали. Но так же, как в два предыдущих дня, выступать нам выпало в самом конце — последней парой из восьмёрки счастливчиков, попавших в финальный этап турнира.

— Поздравляю, — ничуть не скрывал своего удовлетворения результатами жребия подошедший к нам дон Диего.

— Повезло, — пробурчал очутившийся случайно поблизости Панди Кристо.

— Не забудьте, ваш выход — в двадцать ноль-ноль. Опоздание даже на полминуты — дисквалификация без права обжалования, — проинформировал скучным голосом Сэбуро Кано. Как официальный представитель биотехнологической корпорации «Васаби Кано», он являлся формальным главой жюри фестиваля.

Все трое подозреваемых, собравшихся в одном месте — о таком ещё час назад мы и мечтать не могли.

— Зонья Стефани. Зотари Шеху. Удачи вам в состязании, — бросил Сэбуро дежурную фразу и уже было развернулся, чтобы уйти, но в этот момент моя спутница так же «дежурно пропела»:

— Спасибо, Сэбуро-сан. Удача нам, в самом деле, понадобится. Всякое состязание, хоть на танцполе, хоть в жизни — лучшая, а иногда и единственная возможность восстановить справедливость и получить, наконец, свою долю. Для этого, собственно, мы с Мехметом сюда и явились.

Пока она говорила, я незаметно, но очень внимательно следил за реакцией каждого из наших трёх «фигурантов». Выдержка у всех троих оказалась отменной. Никто не моргнул и не дёрнулся. Но это пока ничего не значило. Реакция, я был уверен, последует.

И я не ошибся. Нужная нам реакция проявилась спустя три часа, когда мы с Молли сидели в гримёрке и репетировали-проигрывали на словах наше сегодняшнее выступление.

— Зонья! Зотари! Прошу прощения, — сперва постучался, а затем появился на вызывной панели один из служащих фестиваля. — Меня просили передать вам посылку.

«Я открою», — отправил я сообщение Молли, поднялся, вынул на всякий случай игольник и, спрятав его за спину, пошёл открывать.

За дверью и вправду стоял посыльный. Один, без оружия и, похоже, даже не подозревающий, что если он сделает что-то «не так», то запросто может получить иголку в башку.

— Вот! Это вам, — протянул он мне небольшую коробку-футляр, перевязанную специальной тесёмкой с печатью, предохраняющей от «несанкционированного вскрытия».

«От кого?» — показал я жестом.

— Не могу знать, зотари Шеху, — отрапортовал посыльный. — Но, будьте уверены, никакой опасности нет, ни биологической, ни технической. У нас с этим строго. Посылка просвечена, ничего подозрительного не обнаружено.

«Свободен», — мотнул я ему головой, забирая коробочку.

В коробочке обнаружился стандартный одноразовый коммуникатор с двумя кнопками. Зелёная — вызов. Красная — отбой.

— Сработало, — удовлетворённо кивнула Молли.

— Звони, — указал я на гаджет.

Подруга нажала на зелёную кнопку и поднесла прибор к уху.

Я с помощью Гарти сразу же подключился к «эфиру».

— Зонья Стефани? — прозвучало в «наушнике».

— Сэбуро-сан? — с теми же интонациями ответила Молли.

— Нам надо встретиться, — продолжил братец Хитоми.

— Согласна. Где и когда?

— Прямо сейчас. У меня.

— У вас — это… в том самом особняке в лесопарке, с красными птичками на фасаде? — сделала Молли «заброс».

— Всё правильно. Там. У вас будет гостевой доступ. Идентификация по генокоду.

— Договорились. Я буду там… через тридцать минут.

— Жду, — сообщил абонент и отключился от «линии».

Спустя пять секунд одноразовый коммуникатор рассыпался прямо у Молли в руках.

— Подготовился, — процеди́ла она сквозь зубы. — Одна пойду или вместе?

Я покачал головой:

— Ни то, ни другое.

— В смысле?

— На встречу отправлюсь я, а ты останешься здесь.

— То есть, как⁈ — изумилась Молли. — Ты один туда не пройдёшь, твой генокод не сработает!

— Ну, это как раз не проблема, — позволил я себе короткий смешок.

— Боишься, я встречу там эту грудастую? — сузила Молли глаза. — Так ты не бойся! Меня ваши шашни не беспокоят. Меня беспокоит дело, и только оно.

— Э-э, ты чего⁈ Причём тут «эта грудастая»? — я буквально офонарел от таких подозрений. — К этому кадру Сэбуро я вообще под другой личиной пойду. А ты останешься здесь, чтобы отвечать, если что, всем тем, кто будет стучаться, вопросы там всякие задавать и так далее. Что, типа, мы оба в гримёрке, готовимся к выступлению, отвалите и всё такое. Короче, обычное алиби. Ведь Мехмет, он немой, ему надо дверь открывать, через дверь он не объяснит. Понимаешь?

Молли окинула меня хмурым взглядом, а затем проворчала:

— Ну, ладно. Уговорил. Раз надо, значит, останусь… Алиби, так уж и быть, тебе обеспечу… герой-любовник…

Из Бельведер-холла я вышел ни кем не замеченный. Пришлось, конечно, постараться, но всё удалось. Гарти следил по камерам за обстановкой и руководил мной, как опытный режиссёр. Когда надо, командовал быстро-быстро идти «от этой точки до той». Когда не надо, рекомендовал остановиться и подождать. Когда очень не надо, приказывал спрятаться за́ угол и не отсвечивать.

Так или иначе, с территории я выбрался и спокойно дошёл до стоянки роботакси. Личность поменял себе, кстати, сразу на выходе, превратившись из профессионального танцора Мехмета Шеху в Джулиана Додсона, торговца из Парса-Гоу с внешностью Квай-Гон Джинна, джедая из «Звёздных войн». Именно эта личина, судя по уже имеющемуся опыту, действовала на криминальный элемент наиболее эффективно.

К месту, указанному на карте, я прибыл через двадцать минут.

Сразу из роботакси вылезать не стал. Выждал положенные пару минут, остающихся до контрольного срока, обозначенного моей спутницей в разговоре с Сэбуро. Дал возможность искину полностью прошерстить округу на предмет охранно-следящих систем. И только, когда он наконец объявил, что всё под контролем, выбрался из машины. На всех нужных мне мониторах, куда уходил сигнал с камер, я выглядел как настоящая Лири Стефани. На мониторах «ненужных» не наблюдалось вообще ничего: ни меня, ни такси, ни даже тени от того и другого.

Калитка в заборе, окружающем территорию особняка, открылась без всяких проблем — стоило лишь приложить палец к специальной панели. Определение «правильной» ДНК заняло у местной системы контроля доступа не больше секунды.

То же самое повторилось и с входом в дом. Живых, к слову, в пределах периметра не наблюдалось. Только хозяин особняка, находящийся на втором этаже, в гостиной. Общая планировка — точь-в-точь как описывала моя спутница, когда вспоминала события семилетней давности.

Выходить мне навстречу, встречать «гостью» внизу Сэбуро не собирался — вероятно, считал, что опасности нет, любое несанкционированное действие будет тут же нейтрализовано вмонтированными в стены стволами: станнерами, игольниками, лучемётами, РЭБ-импульсаторами.

Про то, что всей этой машинерией его искины уже не управляют, владелец дома конечно не знал. Но, в принципе, это были только его проблемы и меня они не касались. Так что я просто поднялся по лестнице, толкнул дверь в гостиную и вошёл внутрь.

Моё неожиданное появление застало «четвёртого сына Кано» врасплох. Поначалу, я думаю, он даже не понял, что в гости к нему припёрся кто-то другой, а вовсе не Лири Стефани, которая, если верить следящим системам, как раз и вошла в гостиную, и кроме неё никто в резиденцию «Васаби Кано», хоть, тайно хоть явно, не проникал.

Сам господин Сэбуро в этот момент сидел перед камином с чашкой сакэ, спиной к входу, и ничего, похоже, не опасался. Так что когда, подойдя вплотную, я вежливо поздоровался: «Вечер в хату, Сэбуро-сан», он буквально подпрыгнул на месте, выплеснув содержимое чашки на шкуру какого-то зверя, валяющуюся на полу между ним и камином.

Секунды две он (Гарти не даст соврать) пытался отдать охранным системам приказ обездвижить незваного гостя, а после попросту выхватил из-за пояса лучевик и начал палить в меня напропалую.

Пробить мою шкурку из обычного лазергана он, конечно, не мог. Перед тем, как войти в гостиную, я вылил на себя второй флакон бронегеля, без собственной внешности, который использовал ещё, когда прибыл на Ур под именем Ангвара Рагеша, торговца из Королевства Сауда. На полчаса-час хорошего боя двух слоёв геля должно было хватить с головой.

Понятно, что столько времени я ждать не стал. Дал возможность хозяину дома испытать вполне предсказуемый шок (не всякий раз такое бывает, когда «не имеющий брони» человек выдерживает стрельбу в упор из лучевика), а затем просто шагнул вперёд и влепил этому самураю свой коронный хук слева. Чувак, как стоял, так брякнулся на ковёр, закатив зенки и даже не крякнув.

«Хороший удар, кэп! — похвалил подселенец. — Нокаут, без вариантов».

«Главное, чтоб не скопытился», — пробурчал я, присев над упавшим и проверив, а вдруг и вправду преставился, вот хохма-то будет…

В себя представитель «Васаби Кано» пришёл минут через пять. Уже накрепко связанный и усаженный в то же самое кресло возле камина. Помотав головой и болезненно сморщившись, он уставился на занявшего соседнее кресло «джедая»:

— Вы кто? Что вам нужно? Как вы сюда попали?

— А вы уверены, что имеете право задавать мне такие вопросы? — нахально вскинул я бровь. — И, кстати, бросьте уже взывать о помощи к своим охранным системам. Они уже перестали быть вашими. Надеюсь, вы понимаете, ЧТО я имею в виду, господин Сэбуро?.. Ага. Вижу, что понимаете. Великолепно…

Я подвинулся вместе с креслом поближе и сделал то, чему мечтал научиться ещё с тех времён, когда только-только попал на «гартрак». Протянул руку и ткнул пальцем в лоб сидящего передо мной человека, точь-в-точь как это делал Раул.

Технические характеристики бронегеля позволяли воздействовать на мозг любого живого разумного через тактильный контакт. Проблема заключалась лишь в том, чтобы знать, как именно это делать. Спасибо Гарти, я теперь это знал.

Центр эйфории, центр страха, центр вожделения, центр боли, центр сытости, центр глубокого сна… Точный и строго дозированный энергетический импульс легко приводил в возбуждение любой из этих участков гипоталамуса. Рассчитывать силу и точку, куда «уколоть», помогал подселенец. Он же, собственно, и производил за меня это действие. Мне оставалось только отдать команду, что я конкретно хочу, а дальше всё делал искин.

Сейчас я выдал ему приказ активировать «центр боли».

Четверть минуты мой указательный палец не отрывался от лба господина Сэбуро, и ровно четверть минуты тот орал не переставая. А после, когда моя рука опустилась, он еще полминуты обливался холодным потом, пытаясь прийти в себя и понять «За что⁈»

— Прекрасно. Похоже, теперь вы и, правда, готовы к беседе, Сэбуро-сан. Кивните, если согласны. А если нет, то… — я вновь поднял палец и сделал вид, что опять хочу ткнуть им в лоб визави.

Сэбуро тут же задёргался и принялся судорожно кивать.

— Значит, согласны. Отлично, — я удовлетворённо потёр рука о́б руку и неторопливо продолжил. — Вернёмся к вопросам. У меня их не так уж и много, но для начала… хм… для начала я всё же отвечу на ваши. Невежливо, знаете ли, отказывать хозяину дома в такой ерунде. Но отвечать на них, извините, я буду в обратном порядке. Итак, вопрос номер три: «Каким образом я здесь оказался?». Ответить на него достаточно просто. Я вошёл сюда через дверь, как все обычные люди. Вопрос номер два: «Что мне нужно?». Если не растекаться по древу, то от вас, господин Сэбуро, мне нужна информация. Последний… эээ… точнее, ваш первый вопрос, насколько мне помнится, касался конкретно меня. Вы спросили «Кто я такой?», не так ли?.. Кивните, если я прав, не бойтесь. Я не кусаюсь. По крайней мере, пока.

Сэбуро вновь закивал, но уже поспокойнее, чем минуту назад.

Мне показалось это хорошим признаком.

— Ну, вот. Ведь можете, когда захотите, — похвалил я его. — Ещё немного, и у нас с вами завяжется неплохой диалог. В наше сложное время, скажу вам, это большая редкость. О-очень большая редкость. А разговаривать надо. Да-с. Без разговоров, как правило, всё сразу же и заканчивается. Никто никого не слушает, все начинают стрелять, тоска, короче, зелёная, — изобразил я зевок. — Терпеть не могу таких торопыг. От них всё время проблемы…

Я сунул руку за пазуху. Достал бластер. Почесал им за ухом. Вернул обратно…

— Итак, вернёмся к вопросу «Кто я?». Не могу не спросить: вам это действительно интересно? Или же это просто дань вежливости?

— Д-да, — выдавил из себя владелец особняка.

— Да, в смысле «дань вежливости»? Или да, в смысле «действительно интересно»? — не мог я не уточнить.

— В смысле… действительно интересно, — просипел постепенно приходящий в себя Сэбуро.

— Ну, что же. Интерес — это хорошо. Интерес — это лучшее, что я ценю в людях, поэтому постараюсь ответить на ваш вопрос максимально развёрнуто. Первое: в Содружестве меня знают под именем «Янус». Второе: я — мусорщик… Да-да, из тех самых, про которых все слышали, но мало кто видел. Третье: я тот, кто стоит за Мехметом Шеху и Лири Стефани. Можно даже сказать, что они мои подопечные…

— Мусорщик?.. Как же я сразу… не догадался… — еле слышно пробормотал визави, вычленив из моей речи самое главное. — Появляется, когда хочет… Лазер и плазма его не берут… Ведь это же… очевидно…

Я усмехнулся:

— Вы правы. Это действительно очевидно. Но давайте всё же не отвлекаться. Вернёмся к Шеху и Стефани. Я совершенно случайно обнаружил их катер в гиперпространстве. Они болтались там больше месяца, были совершенно истощены и должны были умереть. Причина простая: кто-то вывел из строя их ГГП. Кто именно, я узнал от зоньи Стефани. Она рассказала мне всё. И про то, как вы, господин Сэбуро, склонили её к краже кристаллов бри-ши у её любовника Панди Кристо. И как обещали ей долю от уворованного. И как тормозили расследование по этому делу. И как заставили её и Шеху улететь, уверяя, что это только на время, пока шум не уляжется. Хотя в действительности вы таким образом попросту избавлялись от лишних свидетелей и спихивали всю вину на вашу подельницу… Увы, она поняла это слишком поздно. Женщины, даже самые умные, склонны верить мужчинам, которые обещают им райские кущи. Ну, вот она и поверила. Хотя, наверное, чувствовала, что это иллюзия, но до упора надеялась, что вы не такой, как другие. Ошиблась. И, если бы я случайно не обнаружил их катер, то всё бы, Сэбуро-сан, у вас получилось.

Я замолчал и выжидающе посмотрел на связанного Сэбуро. Проглотит он или не проглотит мой блеф? Признается или уйдёт в отрицаловку?..

— Что вы хотите… господин Янус? — в голосе джапа ощущалась усталость и какая-то, я бы сказал, обречённость.

— Я уже говорил, — пожал я плечами. — В первую очередь, мне нужна полная информация о том, что случилось в прошлом году, куда вы дели кристаллы, зачем на это пошли и так далее. Информация честная, без утайки. Лишь в этом случае, вы останетесь живы. Я обещаю.

— В первую очередь? — скривился Сэбуро. — То есть, вам тоже… нужна своя доля?

Я широко улыбнулся:

— Конечно. Ведь забесплатно работают только фанатики или идейные альтруисты. Ни к тем, ни к другим я, к вашему счастью, не отношусь.

— Почему к счастью? — удивился Сэбуро.

— Потому что если бы я был фанатиком или идейным, я б уже распотрошил вас до донышка, а потом кокнул. Смекаете?

— Догадываюсь, — наклонил голову владелец особняка. — Ведь даже идейным нужна компенсация за расходы. Иначе бы все они просто вымерли.

— Ну, что же. Друг друга мы поняли, а это уже половина дела, — я откинулся в кресле и положил руки на подлокотники. — Итак, ваша версия, Сэбуро-сан? Замечу ещё раз, полная версия, без купюр.

— А…можно ещё вопрос? Последний. Пока я ещё не начал выворачивать душу.

— Валяйте, — небрежно махнул я рукой.

— Вы… отправите эту информацию на Сатори?

— На Сатори? Зачем? — пришла моя очередь удивляться. — Ваши отношения с господином Кичиро и прочими из «Васаби» меня не волнуют… Единственно… — я сделал вид, что задумался. — О ваших делишках наверняка узнает кто-то из донов. Но с ними, уверен, вы сможете договориться.

— Донам расскажете вы?

— Им, скорее, расскажет тот, кому я передам информацию по этому делу… Хотите узнать, кто этот человек? — поинтересовался я с лёгкой усмешкой, заметив, как вскинулся визави. — Ладно, отвечу. Тем более что о нём вы и так всё узнаете, когда придёт время. Вмешаться в эти разборки меня попросили вовсе не Лири с Мехметом. Меня попросил об этом один мой старый знакомый. Не знаю, в чём тут его интерес, но я был ему должен, поэтому согласился. Кстати, его настоящее имя ничего вам не скажет, хотя в Синдикате этот товарищ — личность довольно известная. В Синдикате его называют «Тысячеликим».

После того как я произнёс это прозвище, Сэбуро вздрогнул практически так же, как давеча дон Рамиз.

— О! Я вижу, вы тоже про него что-то слышали. Надеюсь, что только хорошее? — позволил я себе пошутить. — А впрочем, без разницы. Вопросы закончились, настало время ответов. Я слушаю вашу версию, Сэбуро-сан. Говорите…