Ну а следующей же ночью «портовые сидельцы» решились на штурм. Последний, большой, решающий. Тут их понять можно вполне: каждый день ухудшал положение запертых на достаточно узкой полосе между скалами и морем людей. И продовольствия становилось меньше, и топлива для обогрева. А ещё люди роптать начали, которым грызня за власть была интересна меньше, чем «честный» торговый заработок.

И короче говоря, оставшиеся вне отческого пригляда графа городские советники не придумали ничего умнее, чем махнуть в Питран — вот так оно обычно и бывает: вчерашний враг становится твоим торговым партнёром, как только политический расклад немного меняется — и набрать там дополнительно наёмников на короткий контракт. Там как раз избыток «рабочей силы» наметился: война с тем же Карландом — вот ведь ирония — как раз закончилась, а ходить в набеги на орков зимой Касские ханы не любили, предпочитая делать это в теплое время года — и вот их как раз для штурма стен города и подписали. Как опытных в этом деле людей, что опять же вызывало только улыбку.

— Бабах! — здоровенный огненный шар вылетел откуда-то из-за портовых пакгаузов и, словив по дороге несколько молний — это защитники активно применяли контразклинания, — влетел в массивные деревянные городские ворота с портовой стороны. Мигнула ярчайшая вспышка, пустив в глаза «зайчики», но вот с практической стороны результат как-то не особо впечатлил защитников.

Да, обшивка ворот слегка подуглилась, но и только.

— Панцири бурых ровензавров, — пожал плечами ан-Здинг, стоящий рядом с графом на вершине угловой башни, с которой открывался отличный вид на всё происходящее. Забавно, но теперь, учитывая, что большая часть совета находилась внутри Карланда, а снаружи город штурмовали «иностранные наёмники», формально гильдия магов получила возможность участвовать в конфликте на стороне Серова без всяких ограничений. — Неплохо блокируют вот такие ударные заклинания.

— О да, я знаю. Доводилось сталкиваться, — кивнул попаданец, припомнив старую историю с доставкой груза в герцогство Тавар, которая стала прологом к его участию в рыцарском турнире. С герцогом, кстати, они потом «помирились», тот даже «извинения» прислал по поводу «излишней инициативы нерадивых подданных», но больше к себе в гости графа не приглашал. Да Александр бы и не поехал, дураков нет. Что впрочем не мешало двум небольшим государствам вести взаимовыгодную торговлю. — Здоровенные хреновины. Недешёвые.

— Да, придётся потом их менять. Штука полезная, но практически одноразовая, — маг сделал паузу и добавил: — А ещё хорошо бы в целом магической защитой города заняться… Перепроверить заложенные ещё при строительстве плетения, их давно не обновляли. А кое-где придётся, видимо, вообще заново их формировать по причине общей обветшалости. Синоры на этом деле изрядно экономили последние полвека, впрочем теперь понятно, почему.

Серов только хмыкнул на это аккуратное прощупывание и кивнул. Ну а как же: получив «государственную» должность, не начать тут же перераспределение госзаказов? В свою, естественно, пользу, иначе зачем было бы так активно рваться в состав Совета? Миры разные, а люди везде одинаковые. Даже если не совсем люди — вот такой парадокс.

— Обязательно займёмся, — не стал спорить Александр, хотя в голове тут же машинально прикинул, во сколько может встать подобное «обновление инфраструктуры», по опыту работ в Александрове выходило очень прилично, и сколько из названной суммы в итоге осядет в карманах заинтересованных лиц. — Если, конечно, для начала город не спалим в этой драке.

Внизу, под стенами, штурмующие меж тем не стояли без дела. Огнешар по воротам был не более чем проверкой. Настоящая работа шла по двум направлениям: во-первых, сразу несколько отрядов тянули к стене лестницы; во-вторых, вдоль линии на специальные колёсные тележки солдаты устанавливали здоровенные, обитые сырыми шкурами щиты. Под их прикрытием, по всей видимости, собирались подвести под ворота что-то более «тяжёлое». Таран полноценный или, чего доброго, готовую заранее телегу с алхимией.

— А вон те у пакгаузов? — Серов указал вниз, где между тенями складов мелькали люди в более тяжёлом доспехе. Благодаря алхимии он мог видеть в темноте достаточно прилично, а вот простым стрелкам на стенах выуживать мелькающие внизу силуэты было, мягко говоря, несподручно. — Это кто? Не кассцы.

— Нет, — ан-Здинг прищурился, видимо, у мага тоже с ночным зрением проблем не имелось, и предположил. — Скорее южные наёмники. По оснастке судить, по щитам. Из тех, кто по городам западного побережья болтается и продаёт меч тому, кто больше заплатит. У кассцев доспех полегче, они степь любят, а эти… Эти явно знают, с какой стороны к осадной лестнице подходить. Пожалуй, не худших привезли.

— Ну и ладно, — буркнул граф. — Глядишь, они все сегодня под стенами лягут, и можно будет уже закончить этот цирк с конями.

Впрочем, храбриться можно было сколько угодно, а расклад выходил неприятный. Со стороны порта на Карланд шло, грубо прикидывая, не меньше пяти сотен человек. Может, шесть. Внутри у Серова всех реально надёжных сил было чуть больше: три с половиной сотни ан-Грейна, его собственные перевёртыши и спецназовцы, часть городской стражи, которую удалось перетянуть на свою сторону обещаниями хороших премий, плюс какое-то число «добровольцев» из числа особо вдохновлённых прихожан, которых в случае реального штурма на передовую всё равно никто бы не выпустил. Они для другого нужны: раненых таскать, воду носить, пожары тушить, камни подавать. Тоже, кстати, работа важная.

И в такой ситуации штурм выглядел совершеннейшим самоубийством. Со стороны порта у Карланда имелись пусть и немного потрёпанные временем, но действительно мощные укрепления, высокие скалы, неудобные для штурма подходы к воротам, маги в конце концов. Тут не трёхкратное преимущество нужно, а десятикратное, и то на месте вражеского полководца он бы три раза подумал, прежде чем штурм лобовой затевать. А тут — нате, получите и распишитесь. Что это значит? Что Серов что-то не учитывает, где-то его «обошли», нашли вариант. Ну не принимать же за рабочую версию, что прагматичные торгаши решили устроить групповой суицид в самом деле?

— Бабах! — На этот раз взрыв визуально выглядел не таким эффектным, но, судя по полетевшим во все стороны кускам камня, мощностью он вышел сильнее предыдущего. Снизу кто-то заорал, явно довольный результатом; сверху на стене послышались ответные маты защитников.

— Алхимия, — поморщился ан-Здинг. — Похоже, они подтащили горшки с взрывающейся дрянью.

— Плохо? — Серов за все свои годы обитания в этом мире именно с этой стороной магического искусства сталкивался крайне редко и слабо себе представлял возможности боевой алхимии.

— Если много — да, может быть опасно, — маг задумался на секунду и добавил: — Хотя такими темпами стену они будут ковырять очень долго, и встанет это им по деньгам просто неприлично дорого. Так что вряд ли это самый главный козырь.

Видимо, глава гильдии магов схожим образом оценивал тактические расклады и пытался определить, откуда же последует тот самый «главный удар».

— А если мы по ним шарахнем? Что ваши ребята могут нам «предложить»?

— Мы уже шарахаем, — маг кивнул вниз. И действительно, от соседней башни к скоплению штурмующих ударил зеленоватый луч, после чего один из щитов вдруг лопнул, а трое несших его бойцов повалились как скошенные. Не слишком эффектно, но вполне эффективно. — Но у них, сволочей, амулеты. Не полноценная защита, конечно, однако часть урона гасят. Богато живут. Вы, граф, заставили наших торгашей изрядно встряхнуть мощной, можете собой гордиться.

— Было бы чем, — поморщился попаданец. — Я бы предпочёл видеть этих людей своими союзниками и торговыми партнёрами…

В этот момент всё и произошло: откуда-то из центра портовой застройки — в темноте было плохо видно, да и не видно это в самом деле — в небо взлетела яркая красная ракета. Взлетела и… Описав дугу, потухла, не причинив никому вреда.

— Сигнал, — прокомментировал очевидное ан-Здинг. К чему именно этот сигнал, стало понятно буквально через секунду, когда за спиной у мужчин где-то в глубине города что-то громогласно ухнуло.

— Бабах! — Упругая ударная волна врезала по барабанным перепонкам, как бы намекая на мощь взрыва, а откуда-то из-за городских крыш в небо начал подниматься красивый — и страшный — на фоне тёмного неба огненный шар. Кажется, бойцы с обеих сторон «фронта» на секунду даже перестали пытаться убить друг друга и заворожённо проводили взглядом поднявшийся куда-то вверх «гриб».

— А вот и ответ на самый главный вопрос, — буркнул Серов уже на бегу: нужно было отдать распоряжение по поводу возможного отражения атаки с тыла. Конечно, Александр предполагал подобный вариант, всё же имелось у него внутри города немало недругов, скрытых и явных, да и просто контролировать тридцатитысячный город, имея под рукой три-четыре сотни наёмников, сложно. Невозможно — правильнее будет сказать. Но вот что начало этого действа получится настолько феерическим, он не ожидал.

— Куда⁈ — крикнул ан-Здинг уже вслед удаляющемуся графу, но тот только отмахнулся, не оборачиваясь.

Куда-куда… Странный вопрос. Затыкать собой дыры в боевых порядках. Туда, где сейчас или всё решится в его пользу окончательно, или, наоборот, весь этот держащийся исключительно на соплях карточный домик сложится к демонам под хвост.

Серов слетел с башни чуть ли не кубарем, едва не снеся по дороге пару не слишком расторопных бойцов из числа стражи, и уже внизу, дёрнув первого попавшегося бойца, принялся отдавать команды.

— Ты! К ан-Грейну! Немедленно! Пусть полусотня из резерва выдвигается к центру города. Нельзя позволить им зажать нас у стены. Быстро, мать вашу! Стражу — к ратуше и храму. Остальным держать стены и не дёргаться без приказа!

Самое важное в таких вот случаях — не паниковать. Но одновременно и добиться этого сложнее всего. Когда ты простой солдат, «тянущий лямку» за небольшую в сущности деньгу, стоишь на стене в отрыве от командиров, а тебя пытаются с двух сторон при этом «достать», поневоле в голову начнут дурные мысли лезть. Может, и не происходит ничего страшного, командиры в курсе происходящего, и угроза уже отражена, но вот паника… Не зря же армии тысячелетиями сражались, стоя в тесном строю плечом к плечу, — чувствуя рядом товарищей, идти в бой гораздо проще.

— Где рвануло? — схватил граф за рукав какого-то мальчишку-гонца, прибежавшего как раз из центра города.

— Храм! — Даже в темноте было видно, что в глазах пацана плещется настоящий ужас. — Они уничтожили храм. Там всё горит, одни обломки и дыра в земле.

— Твою мать! — Новость о взрыве «центра его силы» на несколько мгновений выбила Александра из колеи. Он вытаращил глаза и беззвучно несколько раз открыл-закрыл рот. С другой стороны, атака именно на храм была очень логична: не ратушу ведь взрывать в самом деле, она ещё пригодится любой власти. — Вперёд, вперёд, беременные черепахи! Те, кто с лампами, — вперёд, светите остальными!

А ещё Серову очень не хватало перевёртышей. Их он ещё днём отправил за стену на разведку и чтобы в качестве «засадного полка». Много ли могут сделать два оборотня во вражеском тылу? Много, всех вражеских бойцов они сами не перережут — тут чуда ждать глупо, но вот найти, например, магов и устроить им Варфоломеевскую ночь на отдельно взятом участке земли — запросто. И вот сейчас граф уже жалел, что позволил себя уговорить на эту авантюру: именно сейчас, посреди гудящего, как улей, ночного города, в котором совершенно невозможно понять, где свои, а где чужие, пара разведчиков были бы очень не лишними.

Взрыв произвёл на жителей города интересный эффект. Бежать наружу в ночь никто не торопился — дураков, желающих подставиться под солдатские клинки, особо не наблюдалось; загруженные днём горожанами улицы сейчас как будто вымерли. Зато на пробегающих мимо наёмников, казалось, смотрели из каждого окна и из каждой щели. Александр прямо физически чувствовал на себе эти взгляды, они давили, оставляли после себя «липкое» ощущение.

Пару раз на пути попадались чьи-то трупы. Разглядывать мертвецов времени не было — откуда-то издалека уже слышны были крики и лязг клинков, — но общее ощущение такие находки вызывали тоже достаточно неприятное.

— Командир! — навстречу отряду из-за угла выскочил ещё один «гонец». Совсем мальчишка, лет пятнадцати, с располосованной щекой и дикими глазами размером с блюдца. — У ратуши порядок, там только тревога была! А вот к храму… К храму ЭТИ с рынка прорвались! Там бой!

— Молодец, — кивнул граф: он уже и сам догадался, откуда доносятся звуки сражения. — А теперь беги к воротам и не лезь в драку.

Отослав таким образом юнца подальше от самого опасного места, Серов криком взбодрил наёмников и двинул их навстречу противнику. Ещё через две минуты они наконец достигли храмовой площади и, высыпав из переулка на открытое пространство, даже немного опешили от увиденного. Ну во всяком случае сам попаданец опешил; за остальных сказать сложно, наёмники — люди вообще не слишком впечатлительные.

Сам храм — вернее, то, что от него осталось после взрыва, — действительно выглядел так, будто в него кто-то не просто бочку с алхимией закатил, а натурально небольшую преисподнюю открыл внутри. Один из боковых приделов осел внутрь себя, часть стены рухнула, статуя какого-то животного над входом лишилась головы, а крыша местами горела, местами просто обвалилась внутрь. Вместо входа зияла здоровенная дыра, а тяжёлые створки, которые одному человеку не так-то просто было бы открыть, взрывом отбросило на несколько метров и «воткнуло» торчком в фасад дома напротив. Ничего себе подарочек.

Сам бой шёл на площади перед храмом. Опять же в темноте и суете разобрать, кто дерётся против кого, было сложно, но тут «свои» — пара оставленных прикрывать стратегическую точку десятков и, судя по всему, какие-то присоединившиеся горожане — сами обозначили себя призывными криками.

— Вперёд! — Серов махнул клинком и сам бросился в сторону противника.

Ночной бой — это всегда неразбериха. Если ты нихрена не видишь в темноте, как и полагается вообще-то нормальному человеку, не имеющему магических способностей, не накачанному зельями или хотя бы не имеющему специального амулета, то единственный вариант различать своих от чужих — это строй. Справа и слева — свои, впереди — враги, вот и вся тактика. Александр же, бросив свой отряд в лобовую, сам заложил дугу вокруг и врубился в противника с фланга.

Удар — голова не ожидавшего такой подставы бедолаги слетает с плеч, а тело, ещё пытаясь выполнить предыдущий приказ, заваливается вперёд. Удар, ещё удар. Сталь практически беспрепятственно входит в беззащитную человеческую плоть, лишая вражеских бойцов жизни одного за одним.

— Он здесь, справа, прикройте фланг! — Только на четвёртом человеке там поняли, что их тупо вырезают, и попытались как-то отреагировать, но было уже поздно. Последние человек шесть-семь, понимая, что ловить тут уже нечего, просто бросились врассыпную, пытаясь скрыться на тёмных городских улицах от погони.

— Догнать, живьём брать! — скомандовал граф, заодно обозначая себя для своих же бойцов (а то они ведь тоже в темноте видят не слишком хорошо, ещё не хватало от союзников отхватить). Ну а живьём — потому что информация была нужна как воздух. Как-то эта вылазка не тянула на того самого «туза в рукаве», который должен был переломить ход осады. Да, неприятно, но всё же мелковато. — Как-то слишком легко всё вышло.

— Не так уж и легко, — откуда-то из-за мужских спин появилось знакомое лицо Аолены, которая за прошедшее время фактически стала такой себе «первой последовательницей» Серова по религиозной линии. — Храм твари уничтожили очень качественно.

— Камни не важны, — не упустил Александр ввернуть толику «божественной мудрости», — камни восстановим легко. Самый главный храм каждый человек носит в своём сердце.

И в этот самый момент Серов почувствовал удар, который пришёл как будто не снаружи, а изнутри: его сознание выдернуло из тела и рвануло куда-то вверх, чувствуя себя мелкой песчинкой и одновременно растворяясь в бурном потоке. Он ещё успел осознать, что удар этот нанесли не по нему, а по его «второй божественной части», и для этого использовали алтарь во взорванном храме, но потом Александр окончательно потерял ощущение собственного «я» и растворился в чём-то большем.