Итан. Буду через десять минут.

Мое сердце бешено колотится в груди. Я провожу карандашом для глаз по правому веку, но кончик вновь смазывается, и мне приходится вытирать его в третий раз.

Последние двадцать минут я пытаюсь накраситься перед крошечным зеркальцем в ванной, стараясь не попадаться на глаза своему беззаботному муженьку. Когда я вернулась домой, он пристально проследил за мной, но не сказал ни слова.

Этого было достаточно. Дразнить Деймона – все равно что дразнить дикое животное. Я заявила, что мы не будем делать исключений даже для наших брачных отношений, а затем пулей выскочила из его кабинета. По дороге я пригласила на свидание первого же попавшегося на моем пути хоккеиста. А затем просто спряталась в одной из пустующих переговорных, молясь, чтобы Деймон не мог отслеживать меня по браслету.

Но он так и не пришел за мной. Вместо этого Николас, как обычно, ждал меня у выхода. По его опущенным бровям и спокойствию я поняла, что он чем-то раздосадован.

Впрочем, мое настроение было не лучше. И уж конечно, я не могла признаться ни Николасу, ни даже самой себе, что ревную. Не стоило надеяться, что Деймон восстанет против фальшивых свиданий. В конце концов, я сама просила его об этом. И сама во всем виновата. Вопреки здравому смыслу, когда он спросил, как скоро мы начнем, что-то внутри меня оборвалось.

Это было некое пронзительное чувство, от которого у меня внутри все перевернулось, а в груди горело от желания запретить ему. Мне отчаянно хотелось накричать на него, что он женат и как он смеет даже притворяться, что готов встречаться с другими женщинами. Как могла едва заметная ухмылка сделать это со мной? Какой силой он обладает, чтобы вот так разрушить мой контроль?

Я хотела, чтобы он почувствовал то же, что и я.

Поэтому сказала то, что сказала, а потом убежала и спряталась.

Да, я хотела, чтобы он нашел меня. Хотела, чтобы доказал, что между нами никто не посмеет встать. Может быть, это все ненормально, извращенно и неправильно. Но после того, что случилось со мной в прошлом, я хочу, чтобы кто-то был одержим мной по-настоящему и доказывал это снова и снова.

Мне нужен был мужчина, который будет наслаждаться игрой так же, как и я.

Не знаю, когда это произошло, но Деймон заставил меня почувствовать себя смелой, понять, что я могу быть такой дерзкой, какой захочу, и он все равно никогда меня не отпустит.

Раздается звонок в дверь, и я делаю глубокий вдох, внезапно забеспокоившись, что Деймон ушел и я неправильно истолковала ситуацию между нами.

Но нет, напротив, – он стоит, прислонившись к стене прямо у входной двери, и ждет меня. Его руки скрещены на груди, рукава белоснежной рубашки закатаны, отчего открывается вид на яркие линии татуировок.

Я медленно поднимаю взгляд, останавливаясь на его шее, и только потом осмеливаюсь встретиться с ним глазами. Меня охватывает трепет, когда я замечаю обжигающий жар в выражении его лица. Его челюсть сжата, одна бровь слегка приподнята.

Он проводит пальцем по нижней губе и произносит:

– Ты прекрасно выглядишь, жена. – Его голос предупреждающе низкий, скрипучий.

По моей коже пробегают мурашки, он как ни в чем не бывало расцепляет руки и указывает на дверь рядом с собой:

– Ты не собираешься открыть нашему гостю?

Я с трудом сглатываю:

– Может, тебе лучше подождать в другой комнате? Тебе не кажется, что это будет выглядеть странно, если он увидит тебя прямо здесь?

Деймон пронзает меня острым взглядом и склоняет голову набок, как хищник:

– Открывай, фея. Давай посмотрим, кого ты пригласила мне на замену.

Деймон выглядит опасным, расстроенным, но по моим венам течет не страх. Во мне заложена стойкая уверенность, что он никогда не причинит мне вреда и защитит любой ценой. О, это делает нашу игру еще более увлекательной, потому что я поймала дракона и заставляю его плясать под свою дудку.

Я не схожу с места. Он улыбается:

– Хорошая девочка.

Затем он сам открывает дверь. За широкими плечами Деймона я едва могу разглядеть Итана, но отсюда мне его прекрасно слышно.

– Я пришел за Мисти.

Я вздрагиваю, чувствуя себя немного неловко из-за того, что втянула его в это. Ну, по крайней мере, слабым утешением служит то, что я выбрала подонка, чья репутация в области общения с девушками напрочь подмочена.

– Ваше свидание отменено, – сухо отвечает Деймон.

– Мы только что говорили с ней. Я знаю, что ты ее начальник, но ты не имеешь права донимать ее в свободное время.

Я вижу, как мышцы на руках Деймона напрягаются. Он прислоняется к двери, но в этой позе нет ничего непринужденного.

– Да нет, это у тебя не будет свободного времени. Позвони своему агенту, вдруг у него для тебя какое-нибудь задание? И не забудь извиниться перед Мисти за сорванное свидание.

– Что это все значит? – спрашивает Итан с нескрываемым замешательством в голосе.

– Мне кажется, тебе пора освежиться. Пока.

Деймон закрывает дверь, запирая ее изнутри. А затем оборачивается ко мне.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я, хотя мой голос едва ли громче шепота.

Он подходит ко мне и протягивает руку, чтобы схватить за подбородок, хотя его пальцы делают это с осторожной нежностью.

– Ты этого хотела, верно? Чтобы у тебя была власть надо мной? – Деймон проводит большим пальцем по моей нижним губе. – Тебе понравилось дразнить меня? Заставлять ревновать?

– Я… я этого не делала, – вру я довольно неумело.

Он приближается так, что я могу почувствовать его обжигающее дыхание на своей щеке, а потом Деймон прикусывает меня за нижнюю губу.

– Ну еще бы, – шепчет он. – Что ж, я всегда рад поиграть с тобой, но мы же условились, что ты моя. А я никогда не делюсь тем, что принадлежит мне. Итак, ты уже определилась с наказанием?

– Что? – Я задыхаюсь от удивления.

– Я ведь просил тебя так больше не делать, но ты снова вела себя плохо. Видимо, ты хочешь, чтобы тебя наказали.

Жар растекается между моих бедер, и я пошатываюсь, не в силах удержаться на месте. Деймон обхватывает меня за талию, но его лицо остается бесстрастным в ожидании моей реакции. Разум кричит о том, что я не хочу наказания, но тело просто воспламеняется от этой идеи. Что-то в голосе мужа, движениях и настроении подсказывает, что он делает это скорее для меня, а не со мной. Я начала игру, и теперь только от меня зависит, доведу ли ее до конца.

Ногтями я вожу по твердым линиям его груди, стараясь дышать ровно и подготовиться к тому, что собираюсь сделать.

– Я… – Мои пальцы сжимают его рубашку, когда я начинаю бороться с дрожью в голосе.

Его серые глаза гипнотизируют.

– Ты не должна бояться меня. Я никогда не сделаю того, чего ты не захочешь. И никогда не причиню тебе боль, Мисти. Позволь мне доставить тебе удовольствие, – шепчет Деймон, и его слова звучат как клятва.

– Хорошо. – Слово вырывается одним вздохом, и я чувствую, как между ног разливается океан желания.

Он издает звук, похожий на довольное мурлыканье.

– Хорошая девочка, – говорит он, его пальцы зарываются в мои волосы и приподнимают мой подбородок. – Теперь встань на колени.

Дрожь пробегает по мне в предвкушении того, что же будет дальше. Я опускаюсь на гладкий прохладный линолеум. Прямо на уровне глаз через плотную ткань брюк вижу его очертания. И внутренне радуюсь, когда он подергивается от моего пристального внимания.

– Вот так. А теперь достань его, – тихо приказывает Деймон.

Я тяну за кожаный ремень, но маленький серебряный язычок на пряжке никак не хочет поддаваться. Мне приходится наклониться ближе, чтобы рассмотреть, в чем дело. А затем я краснею от того, что не могу справиться даже с такой простой задачей.

Деймон проводит большим пальцем по линии моих волос, и я поднимаю на него взгляд, глубоко выдыхая. Он не осуждает меня и не разочарован; он смотрит на меня сверху вниз, и в его черных глазах читается неприкрытое вожделение. Я не разрываю зрительный контакт до тех пор, пока Деймон сам не помогает мне с брюками и я наконец не добираюсь до желаемого.

В руке он ощущается тяжелым и довольно широким – мне едва удается обхватить его пальцами.

Когда я вижу покрывающий его влажный блеск, у меня буквально текут слюнки. Я не могу удержаться и провожу языком, ощущая солоноватый вкус, а затем полностью обхватываю губами.

Из груди Деймона вырывается глубокий стон, но он не торопит меня, наоборот, позволяет играть с ним так, как я хочу. Меня наполняет сладкое чувство власти, полного контроля над ним, когда я провожу языком, с каждым движением обхватывая все глубже.

– Черт… – он отстраняется, – ты даже не подставляешь, что со мной делаешь.

Я всхлипываю из-за внезапной потери и впиваюсь пальцами в его бедра. Я сама хочу этого… Даже отчаяннее, чем кажется на первый взгляд.

Он проводит самым краем по моей нижней губе.

– Открой рот, – командует он низким скрипучим голосом.

Я делаю то, что он говорит, не колеблясь.

– Высунь язык.

Деймон проходит им по моим губам, и я тут же тянусь вперед, испытывая сильную жажду.

– Нет, – ему явно не понравилось мое своеволие. – Я сказал «открой».

Я вновь повинуюсь, ожидая того, что он придумал.

Деймон проникает глубоко, и я даже слегка задыхаюсь, когда ощущаю давление в горле. Слезы наворачиваются на глаза, но он не останавливается. Его ствол увеличивается в размерах, достигая наибольшей степени.

Моя челюсть даже начинает болеть от того, насколько широко мне приходится держать ее открытой. Но его движения восхитительны. Он продвигается все дальше на всю длину и зарывается рукой в мои волосы. От того, что я чувствую в горле, у меня текут слюнки. Никогда и ни с кем я не делала ничего подобного.

Я в очередной раз кашляю, но Деймон не отстраняется, даже, напротив, двигается настойчивее.

– Вот так, жена. Ты выглядишь прекрасно. – Он проводит пальцем вдоль моего горла. – Попробуй сглотнуть.

Я бросаю на него взгляд, неуверенная в том, что смогу это сделать.

– Просто доверься и попробуй.

Я сглатываю, и он проталкивается глубже, не вызывая рвотных позывов. Так действительно легче.

– Черт… – Его движения становятся более резкими.

У меня начинает кружиться голова от недостатка кислорода, но останавливаться я не планирую. Я жажду, чтобы он проникал как можно глубже и терял контроль. Беру инициативу на себя и хватаю Деймона за бедра, чтобы потянуть их прямо на себя.

Он стонет, когда его влага наполняет мой рот.

– Очень хорошо, – подытоживает он, следя за моим языком, облизывающим пальцы и губы.

– И это все мое наказание? – спрашиваю я, после чего замечаю его зловещую улыбку.

Он стирает пальцем краешек моей размазанной подводки для глаз.

– И не надейся.

Деймон отступает к дивану, а затем усаживается на него, похлопывая себя по ногам.

– Ложись ко мне на колени. Будет тебе наказание, которого заслуживает любая хорошая девочка, если он вела себя плохо.

Меня охватывает трепет, смешанный со страхом. Его темные глаза словно призывают меня преодолеть границы дозволенного. Я пытаюсь приподняться с затекших колен, но он жестом останавливает меня:

– Ползи.

Я вновь опускаюсь, потрясенная его требованием.

– Но я… я не могу.

– Ты же сама хотела заставить меня ревновать?

Мне стоило бы все отрицать, но в голове помутилось, и я только и могла, что выполнять все, что он хочет в этот момент.

– Да, – шепотом признаю я.

– Как думаешь, такое поведение заслуживает наказания?

Я чувствую, что мои трусики намокают еще сильнее.

– Да, – повторяю я.

– Тогда ползи. Заслужи мое прощение.

Последние крупицы здравого смысла и женского самоуважения теряют надо мной всякую власть. Я по-кошачьи изгибаюсь, опускаю ладони на пол и начинаю медленно ползти на четвереньках в его направлении. Деймон смотрит на меня черными как смоль глазами, зрачки которых сейчас, кажется, полностью покрыты серебром. Его руки сжимают обивку дивана с такой силой, что костяшки пальцев белеют, а на скулах проступают желваки.

По моей спине пробегает дрожь от осознания того, что это я так влияю на него. И, хотя он отдает команды, решения здесь принимаю я.

Я уверенно сокращаю расстояние между нами и встаю на колени у его ног.

Он вновь похлопывает себя по ногам.

– На живот, жена.

Дрожа от предвкушения, я приподнимаюсь и ложусь на его ноги. Даже животом я чувствую стальные мышцы его бедер.

Он задирает мою юбку и рассматривает розовые кружевные трусики. Через мгновение Деймон срывает их с меня, сминая ткань в кулаке.

– Ты надевала это для него? Что ж, ты заплатишь за это, дорогая.

Он подносит белье к моему закрытому рту, но я наотрез отказываюсь открывать его. Свободная рука Деймона с силой ударяет по моей обнаженной заднице, и я просто задыхаюсь от шока и резкой волны боли.

Он не теряет времени даром и, пока я хватаю ртом воздух, запихивает в него трусики. Я чувствую солоноватый вкус и пытаюсь выплюнуть, но он предостерегает меня:

– Держи их, иначе сильно пожалеешь и только продлишь свои муки.

Похоть смешивается с гневом, и я больше не могу разобрать свои чувства.

Я ерзаю на его коленях, уже готовая к новому удару. Напряжение нарастает внизу живота, и я отчаянно желаю, чтобы оно усилило мой гнев.

Деймон прижимает меня к себе одной рукой, в то время как другая уже гладит мои чувствительные ягодицы. Мне отчаянно хочется трения, хочется, чтобы он коснулся самых потаенных уголков моего тела, поэтому я сама льну к нему.

– Умоляй меня, – говорит он.

Я свирепо смотрю на него, демонстрируя рот, заткнутый моим же бельем. Ну и как я должна умолять, по-твоему?

Он тихо смеется, но медленное движение его пальцев вверх по моим бедрам заставляет меня стонать, требуя большего.

– Пожалуйста. – Я решаюсь на мольбу, но слова звучат приглушенно из-за ткани во рту, поэтому он вынимает ее.

– «Пожалуйста» что? – Он вопросительно приподнимает бровь.

Я издаю разочарованный стон.

– Отшлепай меня.

Он раздвигает мои ноги еще шире, оставляя меня полностью обнаженной. Уязвленная, я пытаюсь сдвинуть их, но, конечно, попытки оборачиваются провалом. Деймон громко смеется.

– Хорошая девочка.

Резкий шлепок вновь наполняет комнату звуками удара и моих стонов. Все мое тело оживает, боль быстро переходит в удовольствие, заставляя мой центр пульсировать. Так продолжается несколько раз.

Его пальцы зарываются в мои волосы, откидывая мою голову назад, чтобы ему было удобнее заглянуть мне прямо в глаза.

– Так что, тебе это нравится? Тебе нравится, когда тебя наказывают, женушка? – спрашивает Деймон.

Дыхание сбивается, и я не могу вымолвить ни слова. Но, должно быть, он и так прочел ответ в моем взгляде, потому что вновь легонько шлепнул меня. На этот раз уже по промежности. Тело переполняется новыми ощущениями, и я изо всех сил пытаюсь вдохнуть, прежде чем это повторится. Мой центр пульсирует в такт биению сердца, и каждое прикосновение Деймона словно ускоряет меня. Я полностью растворяюсь в ощущениях как в тумане. Деймон опускается ниже и шлепает меня прямо по чувствительной точке.

Экстаз накрывает с головой, и все тело содрогается от наслаждения, которое пронзает меня до кончиков пальцев. Но это не останавливает Деймона, поочередно ласкающего и шлепающего меня по самым чувствительным точкам. Это создает ощущения, которые мне никогда раньше не доводилось испытывать.

Он не отпускает меня, приближая к пику блаженства. Я взрываюсь и чувствую, как теплая волна вырывается из меня. О боже, что это было?

– Вот так, умница. Ты идеально подходишь мне, жена.

Я прижимаюсь к нему, слишком измученная, чтобы сопротивляться, и пытаюсь сосредоточиться на своем дыхании, чтобы не потерять сознание.

Деймон не дает мне времени прийти в себя и кладет на диван. Сам садится сверху и разрывает шов моего платья.

В этот момент по моим венам проходит волна холода. Эти безобидные движения, о которых он даже не задумывается, пробуждают во мне воспоминания о совершенно другом времени и мужчине, который так же прижимал меня сзади. От этих мыслей мышцы сводит судорогой, а дыхание перехватывает. Нет, нет, только не это. Пожалуйста, не надо. Я хватаюсь за краешек дивана, пытаясь привязать себя к этой реальности.

Я в безопасности. Я в безопасности. Я в безопасности.

Я повторяю про себя эти слова как мантру, пытаясь побороть страх. Но вдруг я будто чувствую липкие руки Томаса, удерживающие меня, и холодное острое лезвие его ножа, надрезающего мою кожу.

Это неправда. Я в Бостоне. Он не сможет найти меня. Я в Бостоне. Бостон. Бостон.

Это маленькое заклинание постепенно возвращает меня в окружающую действительность. Я начинаю понимать, что лежу, уткнувшись лицом во что-то теплое и твердое, а носом слышу аромат сигар и одеколона. Сильные руки поддерживают меня, чтобы я не скатилась, и эти объятия не похожи на ловушку. Наоборот. Я чувствую себя лучше.

Деймон.

– Все в порядке. Ш-ш-ш, Мисти. Ты в безопасности. – Деймон нежно проводит пальцами по моей спине, от ребер к плечам, шепча слова утешения на ушко. – Я рядом. И я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Со мной ты в безопасности.

Его сила и энергия окутывают меня, вытесняя воспоминания о Томасе. Деймон никогда не отдаст меня ему.

С другой стороны, сейчас я крайне напугана тем, что именно с Деймоном могу чувствовать себя свободной. Я намеренно хотела вызвать ревность одного из самых опасных мужчин в городе, не задумываясь о последствиях. Не знала, что мне это так понравится. Мое сердце не знает, как с этим справиться.

Я отстраняюсь, чтобы встретиться с ним взглядом. Очевидно, сейчас я выгляжу хуже некуда: красный от слез и соплей нос, мокрое заплаканное лицо.

– Извини меня.

– Истинная канадка. Извиняешься, даже если не виновата, – бормочет Деймон, нежно проводя большим пальцем по моей щеке и ловя случайную запоздавшую слезинку. Со мной он нежен. Но его взгляд холоден, что только подтверждает напрягшееся от нарастающего раздражения тело.

– Ты должна рассказать мне все, чтобы я мог помочь. – Серебро его глаз завораживает, когда он испытующе смотрит на меня в ожидании ответа.

– Все… хорошо, – выдыхаю я.

Внутри меня идет борьба: с одной стороны, идея, что Деймон выследит Томаса и воздаст ему должное, очень привлекательна, с другой же – я боюсь того, с чем мне предстоит столкнуться. Я больше не хочу погружаться в эту грязь.

От размышлений меня отвлекает движение Деймона, он пытался приобнять меня за спину, но я дергаюсь, тут же поправляя разорванный шов платья. Сама мысль о том, что он увидит шрамы, вызывает тошноту. Я хватаюсь за оборванные части платья, соединяя их вместе. Почему-то мне не хочется, чтобы он увидел, насколько сломанной я была когда-то.

– Не нужно. Просто… не трогай платье, прошу.

В глазах Деймона читается боль. Его лицо сразу же бледнеет. Еще несколько секунд он смотрит на меня, прежде чем кивнуть и притянуть к своей груди. Я слышу биение его сердца и чувствую, как он дрожит. Затем, не сказав ни слова, он отпускает меня, оставляет легкий поцелуй на макушке и уходит в комнату.

Я бессильно падаю на диван. Понимаю, что расстроила его, но не знаю, что сказать, чтобы все стало как раньше. На самом деле мне небезразлично, что он чувствует. И я начинаю это понимать.

Я хочу, чтобы он видел меня такой, какая я есть сейчас. А не сломленной девочкой, которой когда-то была.