Я решил дать ей время немного остыть. К тому же у меня еще осталось несколько рабочих задач. Вечером я расположился в своем домашнем кабинете, который несколько лет назад сам устроил по своему вкусу. Мне очень нравился оттенок стен – глубокий приглушенно-зеленый, одновременно брутальный и расслабляющий.

Еще одним обязательным условием для моего кабинета стало многообразие встроенных шкафов и открытых стеллажей, где я мог бы хранить первые издания книг, которые коллекционировал.

В глазах я ощущаю сухость и дискомфорт от того, что последние четыре часа пялился в экран. Я делаю большой глоток виски и борюсь с желанием понаблюдать за Мисти.

На телефон приходит уведомление о новом сообщении, и я провожу пальцем, чтобы разблокировать его.

Маттиас. Ты что, отпустил ее погулять?

Я. О чем ты?

Маттиас. Тебе следует получше присматривать за ней.

Я. Для этого у меня есть ты. Где она?

Маттиас. Сорвалась с поводка. Позвони Николасу. Аккуратнее, иначе его удар хватит, когда он поймет, что она сбежала.

Сбежала? Твою мать, мне плевать, сколько старик работает на меня. Если с ней что-то случится, он за это заплатит.

Маттиас. Расслабься, она в Элизиуме. Я слежу за ней.

Маттиас. Но лучше бы тебе поторопиться.

Я. Брось свои игры, чем она занимается?

Вместо ответа Маттиас присылает фото. Я открываю вложение, и кровь бешено стучит у висков, когда я вижу, как моя будущая супруга опрокидывает шот с засранцем-хоккеистом, которого я видел сегодня утром. Но, что более омерзительно, его рука покоится у нее на бедре.

Я. Буду через 10 мин.

Маттиас. Но добираться тебе 20.

Я. Проследи, чтобы она не ушла ни с кем из этих придурков.

Маттиас. Черт, такой Деймон мне нравится больше.

Я. Это какой?

Маттиас. Отчаянный. Это так мило.

Я. Иди к черту.

Наверное, в любое другое время я бы обрадовался тому, что Маттиас вообще способен шутить после всего пережитого. Но сейчас все, о чем я мог думать, – это грязные руки, обвивающие талию Мисти.

Маттиас. Правда, поторопись. Я думаю, этот парень хочет затащить ее в постель.

Я стиснул зубы и сжал телефон так крепко, что он мог вот-вот лопнуть прямо в руках.

Я. Тебе что, жить надоело?

На экране высвечивается надпись «Печатает…».

Маттиас. Может быть.

Черт. Какой же я придурок.

Я. Не забывай, что она моя жена.

Маттиас. Еще нет.

Я. Она МОЯ.