Дарья

Леша снова не сдержал слово. Вчера он обещал оставить меня в покое, чтобы я могла все обдумать, но сегодня вечером я увидела его возле своего офиса и поняла, что он передумал.

Избегая встречи, я быстрым шагом пошла прочь от здания и вскоре оказалась в кофейне. Я уже не помню, сколько времени здесь сижу, но на экране идет второй фильм.

Пытаясь успокоиться и согреться, я не сразу понимаю, что плачу. Разрыв с Лешей дается мне тяжело. Я напоминаю себе, что мое решение расстаться с ним не было спонтанным.

Отпиваю горячий кофе и смотрю на симпатичного парня рядом.

Марк.

Я даже не помню, как сказала ему, где я, все было как в тумане. Но он здесь, смотрит на меня с удивлением, после того как я внезапно вывалила на него новость о расставании. Я долго сомневалась, стоит ли ему рассказывать, но его искренний взгляд сожаления подкупил меня.

– Сочувствую. Он тебе изменил? – спрашивает Марк.

– Вроде нет, – пожимаю плечами и ставлю чашку на блюдце.

– Что значит «вроде нет»?

Я негромко вздыхаю.

– Леша говорит, что никогда не изменял, но стоило бы, – отвечаю, сглатывая горечь.

– Он так и сказал? – он приподнимает бровь.

– Да, но думаю, он сказал это из-за обиды.

– Ты его оправдываешь?

Я молчу, не зная, что ответить.

Возможно, Марк прав. Я подсознательно оправдываю Лешу, но не понимаю почему. Возможно, мне кажется, что так будет правильнее.

– Почему ты от него убегала? – его вопрос возвращает меня в реальность.

– Потому что я могу сдаться, – выпаливаю быстрее, чем следовало бы.

– Сдаться?

– Он хочет все начать сначала.

– А ты, как я понимаю, не хочешь? – Марк скрещивает руки на груди.

– Больше нет.

– Почему?

Этот вопрос, сорвавшийся с его губ, ставит меня в тупик. Кроме моей подруги, никто не знает о нашем разрыве. Какими бы понимающими ни были мой папа и Юля, они замучают меня вопросами, а я пока не готова к этому эмоционально. Мне хочется спрятаться в своем мирке и переждать бурю.

– Ты слишком громко думаешь.

– Что? – мой встревоженный взгляд встречается с его спокойным.

– Говорю, ты слишком громко думаешь. Я прямо слышу, как вращаются твои шестеренки, – Марк слегка улыбается. – Даша, может, расскажешь, что произошло?

Не спеша прохожусь взглядом по его лицу, обдумывая ответ.

– Я не хочу говорить об этом, – почти шепотом произношу я.

– Нет уж, поздно, – он качает головой. – Не вариант. Ты уже начала.

– Марк.

– Дарья.

Эта маленькая перепалка заставляет уголки моих губ приподняться.

– Знаешь, я где-то слышал, что малознакомому человеку проще рассказать, чем близкому. Так что я весь во внимании, – Марк снова улыбается своей фирменной улыбкой.

– Боже, все ведутся на эту улыбку? Если да, то на меня она не действует.

– Это пока, ты погоди, – он подмигивает, и его серьга вспыхивает в свете настольной лампы. – Что случилось, Даш?

От его мягкого и спокойного голоса что-то внутри меня тает и посылает теплую волну по всему телу.

– Ты же знаешь, что я не обязана это делать? – смотрю прямо ему в глаза.

– Конечно. У меня всегда все по взаимному согласию.

– Поэтому ты сейчас заставляешь меня все рассказывать?

– Я тебя не заставляю. Ты сама хочешь, но боишься.

Действительно ли я боюсь ему рассказывать?

С Полиной я поделилась без колебаний, потому что знала, что она поддержит меня и не осудит. А сейчас, сидя рядом с парнем, которого знаю чуть больше недели, я сомневаюсь.

Сомневаюсь, что причины, послужившие поводом для расставания, окажутся не вескими и люди просто сочтут меня сумасшедшей.

Как это можно расстаться с парнем только потому, что чувствуешь себя одиноко, нет внимания и поддержки? Мы ведь как-то живем без этого.

Вот только парадокс.

Почему мнение малознакомых людей должно иметь для меня хоть какое-то значение?

Почему я робею при одной только мысли об этом?

Почему я должна все это выслушивать?

Почему я сомневаюсь в своем решении?

В голове всплывают слова моей Полины:

– «Запомни, Даша, никто, слышишь, никто не должен позволять обесценивать твое решение или твои чувства. Ты имеешь на это полное право. Это только твоя жизнь, и ничья другая».

Она права.

Это моя жизнь, и я должна быть готова к любой реакции.

И поэтому начинаю рассказ.

Спокойно и тихо, не упуская ни одной детали. Рассказываю все с самого начала: о знакомстве, свиданиях, о нехватке внимания, плавно переходящей в ощущение одиночества, об отсутствии поддержки и о первых обманах, о попытках что-то изменить. Я не говорю ничего плохого о Леше, я говорю только о своих эмоциях и чувствах.

Марк слушает меня внимательно, иногда лишь приподнимая бровь, в которой поблескивает небольшая металлическая сережка.

– И теперь я не знаю, почему рассказываю это тебе. Тебе, которого знаю всего ничего, – смотрю на свои руки. – Поверь, меньше всего хочу, чтобы меня жалели.

– Ты закончила? – слегка грубовато спрашивает Марк.

Я киваю и нервно сглатываю.

– А я тебе говорил, что отношения – это отстой.

– Что-то такое говорил, и о том, что ты против них.

– Нет, я не против отношений, но когда в них вступают два незрелых человека, которые не знают, чего хотят от жизни и друг от друга, то неосознанно могут нанести друг другу психологические травмы или, что еще хуже, стать зависимыми друг от друга, – он качает головой и мягко смотрит на меня. – Я к тому, что нормально расходиться, если отношения не делают тебя лучше, а партнер – счастливее.

– Ты так думаешь? – я даже не пытаюсь скрыть сомнение в голосе.

– Конечно, думаю, – на его лице появляется легкая улыбка. – Какой смысл в словах, если за ними ничего не стоит?

– Никакого.

– Вот именно. Если я правильно понял, твой парень соглашался с тобой, но ничего не менялось?

Я киваю.

– Значит, ты все правильно сделала.

На моем лице появляется слабая улыбка, а внутри зарастает маленький огонек уверенности в своих действиях.

– Да, но как бы правильно я ни поступила, – на глаза снова наворачиваются слезы, – мне больно, и я чувствую себя опустошенной. Когда я вижу лицо Леши, полное жалости и сожаления, все мои внутренние стены рушатся.

– Ну и мирись с ним тогда, – Марк делает глоток кофе.

– Что? – удивленно спрашиваю я.

– Дарья, ты забавная. Если тебе жалко этого парня, то мирись и мучайся дальше. Ты думаешь, это примирение что-то изменит?

– Я не знаю.

– Да все ты знаешь. Конечно, поначалу все будет по-другому. Он, скорее всего, будет больше проводить с тобой времени, стараться заполнить твое свободное время собой, но это продлится недолго, и все вернется на круги своя.

Я поджимаю губы.

– Можешь даже не отвечать, я и так все понял. Мой тебе совет: прими решение и, несмотря ни на что и ни на кого, следуй ему, а я тебе помогу.

– Как это – поможешь? – озадаченно смотрю в его карие глаза.

– Слышала, что клин клином вышибают?

– Слышала, но при чем тут ты?

– Я предлагаю себя в качестве другого клина, – он широко улыбается, демонстрируя свои белые зубы. – Так ты быстрее отойдешь от расставания.

– Ты предлагаешь мне встречаться? – удивленно смотрю на него.

– Ты же помнишь, что я не завожу серьезные отношения? – спокойно отвечает он. – Я предлагаю тебе дружбу.

– Еще раз?

– В этот раз все серьезно.

– Снова? – мне хочется провести рукой по своему лицу и закрыть глаза от усталости, но я сдерживаю порыв.

– Будет здорово. Ты только представь.

– Боюсь такое представлять.

– А вот и зря, – Марк снова делает глоток кофе. – Будем просто тусоваться вместе, помогать друг другу и поддерживать. Все, что ты вкладываешь в понятие «друзья», это про нас.

– Но я не верю в дружбу между парнем и девушкой, – скептически отзываюсь я, переводя взгляд на экран на стене.

– Необязательно верить в какую-то дружбу между какими-то парнем и девушкой. Ты верь в нашу.

– Это была шутка? – пытаюсь сохранить нейтральное выражение лица, но уголки губ предательски ползут вверх.

– Да. Как у меня получилось?

– Потренируйся еще.

Снова поворачиваюсь в сторону Марка. На его лице снова фирменная улыбка.

– Как скажешь, подруга, – он мне подмигивает.

– Я уже подруга? Ты в курсе, что я еще не согласилась?

– Так давай, Дашка, соглашайся.

От этого забавного обращения странная волна проходит по телу, заставляя сердце пропустить удар. Кажется, я уже согласна. Но внутри мне не хочется просто так сдаваться.

– Назови мне хоть одну причину, по которой я должна согласиться.

– Я могу назвать миллион, – Марк уверенно смотрит мне в глаза. – Но если ты хочешь одну, то я назову. В моем присутствии ты всегда улыбаешься, а это хороший признак того, что я поднимаю тебе настроение, даже в те моменты, когда ты хочешь плакать.

В моей голове проносятся наши встречи. Прогулка до моего дома с кофе, экскурсия по его комнате, игры в приставку и встреча в субботу, когда я совсем не хотела улыбаться и смеяться, но этот парень меня смешил, пусть и неосознанно.

– Давай, Даша, соглашайся.

Я недоверчиво мотаю головой.

– Ой, да ладно, не такой уж я и плохой друг.

Марк терпеливо ждет моего ответа. Я не имею ни малейшего представления, на что подписываюсь, но мысль о том, что рядом с этим человеком я улыбаюсь в минуты, когда внутри меня рушатся скалы, вселяет надежду на искренность его желания помочь мне. Хотя я не понимаю, зачем ему это, я сдаюсь.

– Хорошо. Давай попробуем дружить, – шепчу я.

– Что? Я не слышу. Можно погромче.

Да он издевается.

– Хорошо, давай попробуем, – чуть громче и увереннее отвечаю я.

– Отлично, – Марк протягивает мне свою большую ладонь. – Дарья, только интим не предлагать.

– Об этом не переживай, хоть ты и привлекателен, но не в моем вкусе, – я вкладываю свою ладонь в его, и он слегка пожимает ее. – Детский сад какой-то.

– Ага, трусы на лямках.

– Что? Какие трусы? – я аккуратно высвобождаю свою руку.

– Ты никогда не слышала эту фразу? – он удивленно таращится на меня. – Детский сад, трусы на лямках?

– Нет, не слышала, – я коротко смеюсь.

– Тебе еще многому предстоит научиться, но не переживай, с таким другом, как я, ты быстро всему научишься.

– Пока ты это не сказал, я особо не переживала.

Остаток вечера мы не затрагиваем тему моего расставания с Лешей, а просто наслаждаемся приятным молчанием в компании друг друга.

Когда фильм заканчивается, Марк предлагает подвезти меня до дома, и я с благодарностью принимаю его предложение. Поднимаясь в квартиру, чувствую легкость и уверенность в том, что, несмотря ни на что, я буду верна своему решению. Так будет правильно.

* * *

– Он уже второй раз предлагает тебе эту свою «дружбу», – Полина делает в воздухе кавычки пальцами. – Какой-то он все-таки странный.

Я не тороплюсь с ответом и машинально ковыряюсь вилкой в салате. Мы сидим с ней за дальним столиком в университетской столовой.

– Я сразу говорю: в дружбу между парнем и девушкой не верю, – безапелляционно заявляет подруга. – Но, зная тебя, ты, конечно, согласилась. Ведь я права?

– Согласилась, – тихо подтверждаю я.

– Почему? – спрашивает она мягко, без тени насмешки.

Я на секунду задумываюсь.

Вчера вечером мне казалось, что это хорошее решение, способ отвлечься после расставания. И сейчас мне почему-то кажется, что, когда я выплачу все слезы, перегорю, мне захочется заполнить жизнь чем-то новым, никак не связанным с Лешей. А новые люди и хобби – это словно свежий воздух.

– Не знаю, мне показалось, что это неплохая идея.

– А секс между вами тоже будет считаться неплохой идеей? – подруга еле сдерживает улыбку.

– Полина! – возмущаюсь я. – Даже думать об этом не хочу. Он совершенно не в моем вкусе как парень.

– Это пока, – она все же заливается смехом.

– Полина Романовна! – строго смотрю на нее. – Прекрати озвучивать свои похотливые мысли.

– Да ладно тебе, подруга. Неужели тебе никогда не хотелось повеселиться с хоккеистом?

– Нет, – твердо отвечаю я и спешу сменить тему. – Раз уж ты сама заговорила о хоккеистах. Как там твой капитан? Отстал от тебя?

– Даже не начинай, – тут же устало отзывается Полина. – Это какой-то кошмар.

– Все настолько плохо?

– Ну почему парни иногда бывают такими приставучими?

– Ты все-таки согласилась ему помочь, – констатирую я. – Когда только и умудрилась?

– Вчера, – подруга шумно вздыхает, лениво ковыряя вилкой в тарелке. – Две пары меня доставал. А потом еще и на третью приперся, чтобы убедиться, что я точно не возьму слова обратно.

– Ты же не хочешь ему помогать, – произношу очевидное. – Зачем согласилась-то?

– Да говорю же, он был просто невыносим. Полина то, Полина се, сделаю все, что ты захочешь, – она передразнивает голос Ильи и активно жестикулирует. – Бесит!

– Но ты же у нас кремень, тебя так просто не пробьешь. Что случилось?

Она снова вздыхает и смотрит на меня с грустью в глазах.

– Вчера был ужасный день, Даш. Родители с утра ругались, я на взводе пошла на пары, еле сдерживалась, чтобы на ком-нибудь не сорваться. А тут еще Лукин, как назойливый комар, жужжал и жужжал, и мне так хотелось, чтобы он просто замолчал, а еще больше – прихлопнуть его. Я и сделала то, что он хотел, – согласилась, и он отстал, а в моей голове воцарилась долгожданная тишина.

– Твоим родителям сеансы с психологом не помогли? – осторожно спрашиваю я.

– Нет, – подруга опускает взгляд в тарелку. – Мне кажется, стало только хуже.

– Полин, мне так жаль. Правда, – я слегка сжимаю ее руку, и она поднимает на меня печальный взгляд.

– Иногда я думаю, что было бы проще, если бы они развелись, – шепчет подруга. – Я их люблю, но то, что они делают со своими отношениями, это просто полный отстой. Ни к чему хорошему это не приведет.

– Все должно наладиться, – чуть сильнее сжимаю ее ладонь.

– Наверное, – без особого энтузиазма отвечает Полина. – Даш, прошу, давай лучше сменим тему? Не хочу сейчас об этом говорить.

Я молча киваю и убираю свою руку.

Не хочу давить на нее или давать советы, о которых меня не просят. Это личное дело ее семьи, и они сами должны решить, как будет лучше.

– Просто знай, что я рядом, что бы ни случилось, – искренне говорю я.

– Я знаю…

– Что ты знаешь? – раздается мужской голос возле нашего стола, и мы одновременно поднимаем головы.

– Лукин, – устало констатирует Полина. – Только тебя здесь не хватало.

На Илье брюки цвета хаки, белая футболка и такие же белые кроссовки.

– Мне нравится, что ты это понимаешь, – с улыбкой отвечает он.

– Понимаю что?

– Ну ты чего, Максимова, уже забыла, что говорила пару секунд назад? – он садится на свободное место рядом с подругой, кладя руку на спинку ее стула. – Что тебе меня не хватало.

– Боже, – она закатывает глаза.

– Привет, Даша, как дела? – Илья обращается ко мне, игнорируя реакцию Полины.

– Привет, нормально. Как твои? – подруга бросает на меня угрожающий взгляд, а я лишь пожимаю плечами, изображая невинность.

– Тоже ничего. А вот, увидев Полину, стало еще лучше, – он демонстрирует свою белоснежную улыбку.

– Лукин, что тебе нужно? – не выдерживает подруга.

– Подошел поздороваться.

– Хватит кривляться, говори правду, а потом уходи.

– А почему я должен уходить? – обиженно спрашивает Илья, но в его глазах пляшут искорки смеха.

– Потому что из-за тебя к нашему столику слишком много внимания, – она несильно тычет в него вилкой. – А нам это не нужно, верно, Даша?

Я оглядываюсь и замечаю заинтересованные взгляды студентов, пришедших пообедать. От этого внезапного внимания начинаю нервно ерзать на стуле.

– Не нужно, – соглашаюсь я.

– Вот видишь, – Полина победоносно смотрит на Лукина. – Два против одного, так что говори, что тебе нужно, и уходи.

– Вообще-то, – насмешливо произносит Илья, – двое против двоих. Друг, ты же за меня?

– Всегда, – оборачиваюсь и вижу Марка в темно-синем свитшоте, черных джинсах и белых кроссовках. Он садится рядом со мной и мило улыбается. – Девушки, мое почтение.

– Еще один, – первой отзывается Полина. – Ага, привет.

– Привет, – тихо говорю я.

– Привет, – Марк слегка наклоняется ко мне, и я сразу улавливаю запах ванили и табака. – Прекрасно выглядишь.

– Спасибо, – смущенно отвечаю я на неожиданный комплимент.

– Теперь внимания стало еще больше, – раздраженно бросает подруга. – Илья, говори, что тебе нужно, и уходите. Побыстрее.

– Какая же ты все-таки колючая, – смеется он.

– Какая есть, – Полина смотрит на парня исподлобья. – Ну? Долго мне ждать?

– Ладно, ладно, сдаюсь. – Лукин поднимает руки в знак поражения. – Ты же помнишь, что через три недели крайний срок сдачи моих проектов?

– Что-то припоминаю, – она лениво жует свою пиццу.

Я чувствую, как Марк кладет руку на спинку моего стула и начинает еле заметно поглаживать меня между лопаток. Мурашки тут же пробегают по всему телу, и какая-то невидимая сила заставляет меня сидеть ровно, не отстраняясь.

– Можем начать сегодня? А то всего пять пар осталось у этого препода.

– Переживаешь? – не без издевки спрашивает Полина, пряча улыбку.

– Ну есть немного.

– Так тебе и надо.

Илья качает головой и шумно вздыхает.

– Сегодня после восьми вечера будет нормально? – он не обращает внимания на ее слова.

– Нормально, – фыркает Полина.

– У тебя или у меня?

– Остаться с тобой наедине без свидетелей? – подруга округляет глаза. – Нет, спасибо. Давай лучше в кофейне у университета.

Губы Ильи растягиваются в хитрой улыбке.

– Малышка, это не очень хорошая идея. Ты же не любишь излишнее внимание, а его будет много в общественном месте.

Полина на секунду закрывает глаза, слегка качая головой. Верный признак, что она пытается подавить раздражение.

– Дай подумаю.

По ее мучительному взгляду, направленному на парня, я понимаю, что она мысленно анализирует все возможные варианты развития событий.

– Тогда лучше у тебя, – сдается она. – Диктуй адрес.

– Вот это уже другой разговор, малышка.

– Лукин, – устало произносит Полина. – У меня еще одно условие.

– Все, что пожелаешь? – он ей подмигивает.

– Никаких больше «малышек», понял?

– Ты беспощадна. Ты знала об этом? – Илья наигранно надувает губу.

– Ага.

– Если она такая беспощадная, то мне очень интересно, чем ты будешь расплачиваться с ней за помощь? – с усмешкой спрашивает Марк у Ильи.

За столом на пару мгновений повисает тишина, а затем Марк обращается уже к Полине.

– Ты что, бесплатно ему помогаешь?

– А я что, тебе бесплатно помогаю? – быстро моргает она. – Спасибо, Марк, я даже не подумала об этом.

– Да, спасибо, Марк, – притворно обижаясь, повторяет Илья. – Максимова, что ты хочешь?

– Что я хочу? Дай подумать, – она смотрит на него, слегка прищурив глаза. – Хочу, чтобы ты отстал и все сделал сам.

– А можно что-то реалистичное?

– Ну вот, – Полина закатывает глаза, вызывая у нас улыбку.

– Вообще-то, время, проведенное со мной, уже само по себе можно считать наградой, – подмигивает ей Илья.

– Вообще-то, тебе за это еще и доплачивать мне нужно, – парирует подруга.

– Многие бы с тобой поспорили.

– Я не многие, – фыркает она и поднимает на него полный решимости взгляд. – Мне нужна джерси к плей-офф.

– К плей-офф? – вмешиваюсь я. – Но они ведь еще не вышли из группы.

– Даша! – в один голос восклицают все трое, чем еще больше привлекают внимание других студентов, сидящих за соседними столами.

– Что? – удивленно моргаю.

– Ты, как мой друг, обязана верить в нашу победу, – Марк говорит твердым голосом, но его карие глаза выдают несерьезность. – Тебе должно быть стыдно.

– Как друг? – Илья озадаченно приподнимает бровь, смотря на Марка, тот лишь пожимает плечами.

– Да, Лукин, как друг. Необязательно только спать со всем женским полом, с ними еще можно дружить, – серьезно произносит Полина. – Ты знал?

– Знал, – кивает он, но при этом не отрывает взгляда от друга. – Ладно, обсудим это позже.

– Обсудите что? – вмешивается Полина.

– Не твоего прекрасного и так нужного мне ума дело, – он переводит взгляд своих зеленых глаз на мою подругу. – Джерси так джерси, нет проблем.

– Честно? Не обманываешь?

– Тебя? – спрашивает Илья тихим голосом. В ответ Полина кивает. – Никогда.

– Дашка, – еле слышно говорит Марк, склоняясь к моему уху. – Еще чуть-чуть, и мое предположение о том, что эти двое влюбятся друг в друга, окажется правдой.

Мы несколько секунд смотрим друг на друга, а после нас прорывает на негромкий смех от абсурдности ситуации.

– Вы чего смеетесь? – приподнимая бровь, спрашивает Илья.

– Ничего, не обращайте внимания, – отмахивается Марк, слегка обнимая меня за плечо.

– Спелись, – подруга закатывает глаза.

– Не ревнуй, Полин, – сквозь смех говорю я.

– Я не ревную. Ему, – она указывает вилкой на Марка, – далеко до меня.

– Кто бы сомневался, – усмехается парень.

– И мне кажется, что вам пора, – недовольно отзывается девушка.

– Уже? – притворно обижаясь, уточняет Лукин.

– Да, да, уходите уже.

Илья фыркает, но встает и закидывает рюкзак на плечо.

– Пойдем, друг, кажется, нам тут не рады.

– И долго же до тебя доходит, Лукин, – фыркает Полина.

Прежде чем пойти, Марк наклоняется ко мне и шепчет на ухо:

– Было приятно тебя увидеть.

Я улыбаюсь, но ничего не отвечаю. Парень встает, берет свой рюкзак, а затем кладет руку на плечо другу.

– Пока, девочки, – Марк прощается первым, а затем Илья успевает бросить пару колких фраз Полине, заставляя ее уши покраснеть от злости.

– Валите уже!

– Пока, малышка.

– Лукин, – сквозь зубы произносит она, качая головой.

– Ухожу, ухожу, – смеется Илья, направляясь к выходу из столовой.

– Боже, какой придурок.

– Зато веселый, – машу им вслед.

– Даша! Ты вообще помнишь, чья подруга?!

– Помню.

Уже у самой двери Марк оборачивается, подмигивает мне и улыбается, демонстрируя свои ровные белые зубы. Невольно отвечаю ему улыбкой, и приятное тепло разливается по всему телу, зарождаясь где-то в груди.

– Вот и влюбишься же ты в него, – смеется Полина.

– О чем ты? – тут же перевожу взгляд на подругу.

– Да так, ни о чем.

– Полина! – возмущаюсь я.

– А что сразу Полина? Я тебя понимаю: симпатичный, вроде добрый, веселый, да еще и хоккеист. Тут любая голову потеряет.

– Если ты забыла, я недавно рассталась с парнем и не готова сейчас к новым отношениям. И ему они не нужны. Не то чтобы я думала…

– Даша, – перебивает меня Полина, хитро улыбаясь. – Может, рассталась ты и недавно, но сердце твое свободно уже давно, просто ты это осознала только сейчас.

В этот момент меня словно ударяет током. Я осознаю, что воспринимать Лешу как любимого человека я и правда перестала задолго до разрыва. Привязанность и страх признаться самой себе не давали мне это увидеть.

Но как бы права ни была Полина, я не собираюсь торопиться и впускать кого-то в свое сердце. Мне нужно самой этого захотеть, иначе новые отношения станут повторением старых ошибок.