– Мои любимые! – словно маленькая девочка радостно захлопала в ладоши Алика, когда служанка поставила перед нами тарелку с восхитительными пирожными, явно заказанными в дорогой кондитерской.

Кассиан произнес с хитрой улыбкой:

– Я знал, чем порадовать нашу сладкоежку.

И с такой теплотой это прозвучало, что у меня в груди екнуло.

– Попробуйте чай, заваренный по рецепту, привезенному моим сыном из дальних стран. Он прекрасно тонизирует и восстанавливает силы.

Отец Алики сам разлил чай по чашкам и поставил одну передо мной.

– Имбирь?! – вырвалось у меня, стоило вдохнуть позабытый запах. Я попробовала чай на вкус и блаженно закрыла глаза. Все как я люблю: имбирь, апельсин, корица и сладость меда. Словно привет из прошлой благополучной жизни.

– Как вы сказали?

Спохватившись, я промолчала, а целитель допытывался:

– Вы уже пробовали джин-джу? Эта пряность только недавно у нас вошла в моду, но больше ее добавляют в блюда из мяса.

Я неопределенно кивнула и добавила:

– Еще его можно добавлять в квас и настойки, в выпечку.

– Правда? Нужно будет сказать королевскому повару. Мои сыновья Десмуд с Ниалом любят выискивать все новое и необычное в своих путешествиях и стали поставщиками экзотики для королевской кухни. Вам известно что-то еще о его использовании?

– Он полезен. Улучшает пищеварение, повышает аппетит, способствует нормализации обмена веществ. Его пьют при простуде, он снижает неприятные симптомы при заболевании и улучшает самочувствие. Полезен для сердца… вообще для всего организма. На месте ваших сыновей я бы озаботилась патентом на поставку этой пряности. Когда его распробуют и узнают обо всех полезных свойствах, он станет очень популярным.

– Откуда ты все это знаешь?! – удивилась Алика.

– Читала заметки одного путешественника, – соврала я. – Он сокрушался, что из-за необычного вкуса к этой специи относятся настороженно, а вот в других странах ценят и активно используют.

– Откуда же ты знаешь его вкус, что сейчас сразу узнала?

– Там был засушенный корень. Раз попробовав, не забудешь.

– Алика, что ты набросилась на человека с вопросами, дай ей набраться сил. Лучше пирожное предложила бы, – укорил Кассиан. – Катрина, вы кушайте, не стесняйтесь, вам нужно восполнить силы.

Я благодарно улыбнулась и не стала отказываться от угощений. Вымоталась я знатно. После лечения конюха, прежде чем пригласить нас к себе в кабинет и угощать чаем со сладостями, отец Алики провел меня по другим больным. Тут уж я была благодарна опыту, полученному у Прани, который никогда не отказывал пациентам и приучил меня работать с большим количеством людей. Правильно распределять силы я умела, и мне удалось впечатлить своими знаниями и опытом.

– Хорошо, тогда буду папу пытать, – произнесла Алика. – Так как? Берешь Катрину к себе на практику?

– Катрина, признаться, вы меня удивили. Вы отличный диагност и умело управляете даром. Ваш опыт проведенных операций тоже впечатляет. Я поражен, насколько щедро ваш наставник делился с вами знаниями.

– А что в этом такого? – не поняла я.

Кассиан с отцом обменялись понимающими взглядами, а объяснила мне Алика:

– Да не принято это. Чем дольше ты будешь в учениках, тем позже уйдешь. А тут он уже к первому курсу тебя всему обучил. С твоим опытом тебе будет рад любой практикующий целитель, и в любой лечебнице место найдется.

А ведь они правы, не зря целитель из Форса предлагал оплатить мое обучение в академии, лишь бы я к нему в ученики пошла! Вот только дело не в доброте Прани, просто тот был уверен, что я никуда от него не денусь. Связали бы меня узами поддельного брачного договора и никуда из Лиона не выпустили бы.

– Конечно же, для такой ученицы и у меня в госпитале место найдется. Мне тоже есть чему поучиться. Меня заинтересовал ваш метод построения точек воздействия силы. Кто вас ему научил? Ваш наставник?

Куда ему! С его потоками он толком отследить, что я делаю, не успевал.

– Нет, я сама придумала для экономии времени. Этот способ подходит для тех, у кого есть не менее двадцати потоков, чтобы можно было создать сразу сеть.

– Как интересно. Хочу его изучить. Покажете мне более подробно потом?

– Хорошо.

Я была польщена. Вообще барон Герхард Руфаст Бергссон произвел на меня приятное впечатление. Он был совсем не красавец: тонкие седые волосы зачесаны назад, открывая залысины, полное лицо с кустистыми бровями, крупный нос. Но все меняли лучистые карие глаза с сеточкой морщин вокруг, светящиеся добротой. Он вел себя по-простому, без высокомерия и зазнайства. Спокойно признал, что чего-то не знает, и не считал позорным поучиться у простой адептки.

– Алика, а как у тебя дела? Что интересного было в академии? – спросил ее отец.

– Пока самым интересным было то, как Катрина преподавателя по медитации лечила, – толком не прожевав пирожное, с набитым ртом произнесла подруга.

Я старалась есть аккуратно, но получалось с трудом, они были непередаваемо вкусные и таяли во рту. В академии кормят сытно, но вот таких изысканных сладостей нет. Даже когда гуляли по городу с лаэром Дагаром и он нас угощал сладостями, ничего подобного я не видела.

Мужчины посмотрели на меня, и пришлось рассказать про проверку, устроенную мне преподавателем.

– А еще Катрина такие забавные истории рассказывает, называются… эм-м… анекдоты.

– Никогда не слышали. Расскажите! – обратились ко мне.

Я бросила убийственный взгляд на подругу, ведь ничего из того, что она могла слышать, ее отцу и брату не расскажешь. До нее и самой это дошло через минуту, и, жалобно посмотрев на меня, она запихнула в себя большой кусок пирожного. Вот лучше бы чуть раньше это сделала и промолчала!

– Ну… – Я замялась, судорожно роясь в памяти. – Ничего особенного, просто так называют смешные истории. Например… На приеме у известного целителя по душевным болезням пациент жалуется: «Я неудачник!» «Ну что вы, – отвечает целитель, – человека, способного оплатить мои услуги, трудно назвать неудачником!»

Мужчины улыбнулись.

– А еще? – попросил Кассиан.

– Эм-м… – Я закусила губу, соображая. – Преподаватель спрашивает у прогуливающего занятия нерадивого адепта: «Какой диагноз вы поставите, если пациент жалуется на сопли и слабость?» Тот задумался на мгновение и радостно ответил: «Что он сопляк и слабак!»

– Пф-ф… – прыснула, едва не подавившись, Алика, и все остальные тоже улыбнулись.

– К сожалению, я вынужден вас оставить, у меня еще есть дела. – Отец Алики поднялся. – Девочки, вы кушайте и отдыхайте. Как смотрите на то, если мы поужинаем сегодня вместе? Кассиан вас пока развлечет, покажет свою вотчину. У него есть много редких растений. Думаю, Катрине это будет интересно.

Алика вопросительно посмотрела на меня, а я не видела смысла отказываться. Спешить в академию повода не было.

– Я с радостью! Благодарю за приглашение.

– Вот и хорошо. Тогда до скорой встречи!

* * *

Осмотр растений, ужин, беседа после, обратная дорога заняли довольно много времени, и вернулись мы поздно. С Аликой расстались в холле общежития. Наговорившись за вечер, уставшие, просто коротко попрощались до завтра.

Поднималась я к себе в задумчивости. Волновалась перед встречей с отцом подруги, а в итоге все сложилось неожиданно хорошо. Мне понравилась ее семья, и отнеслись они ко мне как к равной. Я почувствовала себя человеком, в их обществе мне было легко и свободно. В основном потому, что, несмотря на высокое положение, держали они себя по-простому.

Конечно, меня расспрашивали, как я жила в Лионе, какие операции делала, что умею, но не навязчиво. В беседе. При этом и сами вспоминали разные забавные случаи из практики.

По дороге обратно Алика много рассказывала о своих братьях, ее словно прорвало. А потом вообще выдала, подмигнув: «Ничего, если даже не судьба сама знаешь с кем, я тебя с ними обязательно познакомлю. У нас из всех только Нильсон с Оггустом женаты. Кассиан поглощен исследованиями в лабораториях, Джонни и Бадди строят карьеру, им пока не до семьи, Десмуд с Ниалом тоже остепеняться еще не спешат. А я не против пристроить кого-нибудь из них в хорошие руки. У меня не так много подруг, чтобы ими разбрасываться и позволить кому-то увезти тебя далеко».

И пусть лаэр Дагар говорил, что с моим даром на брачном рынке я завидная невеста и многие аристократы будут заинтересованы во мне, чтобы влить в свой род одаренную кровь, в этой семье я не чувствовала к себе отношения как к призовой свиноматке.

В пути Алика вспоминала детство с братьями, свои шалости и как играла у них на нервах, испытывая терпение. Но чувствовалось, что она в семье всеобщая любимица, о ней заботятся, холят и лелеют не меньше, чем носятся драконы со своими драконицами. Мне, никогда не знавшей счастья полной семьи, было немного завидно, как они все друг за друга горой. Я бы не отказалась стать частью такой семьи, если честно.

Но стоило нам переступить порог академии, как она умолкла. То ли из осторожности, то ли потому, что выдохлась и устала. Я тоже молчала, переваривая все, что она мне рассказала. Словно в другой мир окунулась, слушая ее, где крепкая семья, любящие родители и братья, счастливая жизнь. В их семье недавно случилось прибавление, у Оггуста родился сын и мать Алики поехала сейчас к нему навестить с подарками, отец не смог из-за работы.

Подруга уже строила планы, как на каникулы поедет к брату знакомиться с племянником, и даже меня с собой в гости позвала. Так далеко я не заглядывала, но было приятно, черт побери!

Толкнув дверь в гостиную, я поразилась царящей там тишине. Это было странно, по вечерам друзья парней трутся чаще всего здесь. Еще удивительнее было застать читающего в одиночестве принца, который при моем появлении отложил книгу.

Я насторожилась. Вроде и сидит расслабленно, закинув ногу на ногу, и движение с книгой неспешное, даже ленивое, но полное ощущение, что я стою перед хищником, готовым к прыжку.

– Д-добрый вечер, – произнесла я хоть что-то, чтобы нарушить сгущающееся напряжение в воздухе.

– У тебя он добрый? – обманчиво спокойным голосом спросил Тайран.

– Да.

Вообще-то был до этого момента, если точно.

– А у меня нет.

– Почему?

– Да вот хотел поделиться с тобой хорошей новостью, но, к моему удивлению, нигде не смог тебя найти.

– Ты определился с выбором и наш договор потерял актуальность, да? – обрадовалась я. Просто в моем представлении это единственная хорошая новость, которая могла быть от него.

– Нет! – раздраженно рявкнул дракон, вскакивая с места, и от резкого движения его книга с хлопком упала на пол.

Я невольно вздрогнула, но тут же разозлилась на себя за испуг. Блин, такое настроение хорошее было, а тут опять какие-то претензии ко мне.

– Тогда что ты хотел мне сообщить? – холодно спросила, беря себя в руки.

Принц как-то быстро сократил между нами расстояние, вызывая желание отступить и сбежать к себе в комнату, но усилием воли я заставила себя стоять на месте.

– Сегодня поймали Клыка.

«Клыка? Какого еще Клыка?!» – растерялась я и лишь потом вспомнила. За всеми насыщенными событиями дня воспоминания о главаре банды и его близнеце отошли на второй план.

– Так это же хорошо? – уточнила у него, не понимая причины злости. Ведь я не нужна для повторного опознания?! Вряд ли там третий еще где-то затесался.

– Ты где была? – вопросом на вопрос ответил дракон.

– В городе. С Аликой ездили к ее отцу, решали вопрос с моей практикой у него. Ректор в курсе.

– Почему ты сообщила об этом ректору, но не удосужилась сказать мне, что собираешься в город? Разве забыла, что это опасно?

– Ректор разрешил. За нами из госпиталя прислали паланкин, и он сказал, что это безопасно. Я не стала тебя тревожить, ведь сопровождение мне было не нужно. Носильщики паланкина дежурные военные, мы были под охраной.

– Запомни, безопасно или нет, решаю я и только я!

Ох ты, господи, какие мы властные!

– Хорошо, буду знать, – не стала я раздувать конфликт.

– Почему мне не сообщила, что собираешься в город?

– А где я должна была тебя искать, чтобы это сказать? – начала закипать и я. – Когда я собиралась, здесь никого не было.

Крылья носа дракона трепетали от сдерживаемого раздражения.

– Ты познакомилась с моим секретарем?

– Да.

– Обо всех своих передвижениях и намерениях сообщай ему.

– А его мне где искать?

– Чаще всего он в библиотеке, но, если его там не застанешь, оставь записку, ему передадут.

– Хорошо. Это все?

Повисла пауза. Тайран молчал, сверля меня взглядом. А я испытала странное чувство, находясь так близко к нему. Словно попала в плен ауры его тела. Не знаю, как передать свои ощущения. Он не касался меня и пальцем, но будто своими крыльями заключил меня в кокон. Даже когда мы ехали с принцем на лошади, такого я не чувствовала.

Тряхнула головой, прогоняя наваждение.

– А где все? Почему ты один? – Я словно ненароком отступила от него на шаг, заглядывая за спину.

Это был лишь повод увеличить расстояние между нами, вряд ли бы он так себя вел, будь здесь еще кто-то.

– Стефан и все остальные отправились за вами, узнав от Юнаса, что вы с Аликой ушли в город.

Прозвучало как обвинение, но я-то здесь при чем?!

– А еще они вдруг воспылали желанием посетить уроки танцев у первокурсников. Не знаешь причины такой популярности?

Я пожала плечами, вообще не понимая, как комментировать сказанное. Не объяснять же ему про неожиданно открывшуюся тягу драконов к русскому юмору.

– Сам у них спроси.

Неожиданно Тайран схватил меня за руку, рывком притянул к себе и процедил, прожигая взглядом:

– Что за игру ты затеяла?

– О чем ты?

– Об Эране, который передает тебе цветы.

– Какие цветы?!

– С благодарной запиской за незабываемый танец.

– Да не видела я никаких цветов! – возмутилась я.

– Потому что они отправились в мусор, где им самое место! Отвечай немедленно, почему ты танцевала с ним и с чего это ваш танец был такой незабываемый?

– На уроке танцев он любезно составил мне пару, а незабываемым танец, скорее всего, стал потому, что я оказалась первой, кто умудрилась споткнуться в сиэре об его ногу! И я не понимаю, почему ты так зол?

– Считаешь, что у меня нет повода? Все как с ума сошли! Я только и слышу целый день: Катрина рассказала то, Катрина сделала это. Ко мне сегодня подошли пять представителей аристократичных родов. Пять!!! С вопросом, можно ли за тобой ухаживать. Объяснишь, чем вдруг вызван такой интерес?

– Если учесть, что я даже понятия не имею, кто мной интересовался, то вывод напрашивается лишь один: их привлек мой дар. На уроке я неосмотрительно продемонстрировала, что владею двадцатью одним потоком.

Такой ответ сбавил градус негодования дракона, но вот мое лишь усиливалось.

Вырвав из его захвата свою руку, я возмутилась:

– Не понимаю, почему я должна перед тобой за них оправдываться? Может, еще за принца Саарта с меня спросишь? Сегодня он вдруг внезапно захотел пообщаться и прислал за мной своего человека.

Тайран вдруг стал серьезным.

– Когда это было?

– Днем.

– Что он от тебя хотел?

– Не знаю. Я думала, меня вызвали к ректору, но, когда поняла, что мы идем не туда и мне никто ничего не объясняет, захотела уйти. Но меня схватили и потащили за собой. Пришлось ему врезать и сбежать. Из-за этого на меня ректору пожаловались. Тебе не доложили?

– Еще нет. Он сегодня хотел меня видеть, но, когда я пришел, его уже вызвали во дворец. Расскажи мне, что там было?

Да мне несложно! И я с удовольствием расписала, как ректор поставил принца на место. Мне удалось переключить внимание Тайрана, и теперь тот выглядел задумчивым, но довольным. Пользуясь случаем, сказала:

– Слушай, уже поздно. Теперь я могу пойти к себе отдохнуть?

– Да, иди… – отпустил меня дракон, пребывая в своих мыслях, но потом спохватился и сказал: – На уроки танцев больше не ходи. Обратись к моему секретарю, он тебя всему научит.

– Как скажешь, – не сильно-то и расстроилась я.

«Правда, одногруппницы меня точно прибьют, если лишатся новых партнеров по танцам», – мелькнула мысль.