Недавно, когда они были только-только знакомы, Артём пригласил Дарину к себе, купил бутылку хорошего вина, деликатесы, сыр, фрукты, сок и шоколадку. Из любопытства она согласилась и пришла. Масштаб гардеробной ей понравился, но старомодные вещи жены впечатления не произвели. Её увлёк вид из башни на пустынные речные просторы.

– Если бы квартира была твоя… – Дарина внимательно пригляделась к Артёму.

– То ты была моя.

– Нет, ты был бы мой, мой котик, а так, ты здесь – фальшивый купон. Даже, если поедешь в Америку и убьёшь жену, то твоей эта квартира не будет, так же, как я не буду твоей женой.

– Откуда знаешь про фальшивый купон? – удивился Артём.

– Нам в школе читали этот рассказ. Я окончила одиннадцать классов и думаю – хватит. «В институте деньги не продают» – так говорит мой брат. Он книги читает, много. «Лет пять отсидит, образумится и писателем будет», – так про него папа говорит.

– А мама?

– Мама опасается за нас.

– Давай выпьем за родителей! За всё хорошее, чему они нас научили!

– Ты пей, я не буду.

– Хорошее вино, итальянское.

– Не хочу, сок есть.

– Немного можно, это тоже сок, только виноградный.

– Нет, и не приставай, хуже будет. – В словах Дарины не было угрозы.

Выпили, каждый своё. Она взяла сырный шарик и грушу. Артём включил музыку. В большой комнате образовались сумерки от плотной тучи над рекой. Эта туча тянула из Дарины силы и сковывала слабостью. Артём не столько видел, сколько чувствовал её слабость. Его влекло голенастое тело, изгиб над поясницей, лежащие на спине волосы, маленький животик, под которым дремал неведомый зверёк. Он быстро подошёл к окну и обнял, схватил Дарину сзади, впился губами в лебединую шею.

Прикрывая локтями грудь, она сумела развернуться к нему лицом. Артём устремился к её губам и в этот момент почувствовал сильный удар коленом в пах. Он отступил назад. И тут же получил удар. Удар кулаком в лицо с левой, потом – с правой руки. Дарина боксировала технично, это было забавно. Артём не сразу поймал её руки и сжал в своих.

– Зачем? Это любовь, она такая горячая, любовь. – Он улыбался.

– Пусти. Не трогай чужое.

– Я люблю, не бойся. – Артём крепко держал её за руки. Внезапно она подпрыгнула, двумя ногами ударила Артёма в живот и упала навзничь. Артём почувствовал боль в ломаных рёбрах, но на ногах устоял. Он прижал Дарину к полу.

– Пусти, я чужая. Любить можно только своё. Чужое нельзя любить. Это грех.

Артём отпустил Дарину. Они сидели на полу в просторной комнате. Туча отошла в сторону, и свет из окна открыл бытовую правду вещей.

– Я люблю тебя, мне никто не нужен. Выходи за меня замуж. – Дарина молчала. – Будем жить здесь. Я не бабник, верный, добрый человек. Ольга не вернётся, у неё муж – миллионер. Она там – на якоре, в клетке. Я ни при чём, ни в чём не виноват. Ей страна эта не нравится и люди здешние. – Артём продолжал настаивать. – Выходи за меня, и всё путём получится, мы будем счастливы.

– У тебя есть её телефон.

– Есть.

– Звони сейчас, включи громкую связь.

– Ты не пугайся, это я, – начал разговор с Ольгой Артём, – слышишь меня?

– Да, окей.

– Дома всё в порядке, окей. Дело в том, что я решил жениться. Есть проблема, окей. Могу ли я жить с женой здесь, в квартире?

– Брак зарегистрирован?

– Пока нет, думаем.

– Запретить я вам не могу, но это нежелательно. В квартире личные вещи, потом регистрацию без моего согласия она не получит.

Дарина аккуратно взяла телефон у Артёма.

– Здравствуйте, Ольга, извините. Меня зовут Дарина. Артём говорит, что вы можете переписать квартиру, гараж и машину на него, что вы не нуждаетесь и можете оформить это на него.

– Да, окей. Возможность такая есть, но я не вижу необходимости. Квартира – это актив, деньги, окей. Деньги всегда нужны.

– Понятно, окей. Спасибо, я поняла, что он врёт про вас, извините. – Дарина сбросила вызов.

– Ты зачем так сразу, вдруг? Она не в курсе, не знает ничего о нас.

– Ей и знать нечего, потому что между нами ничего нет и не будет.

– Ну и что будем делать, если ты чужая и не моя? – Артём подсел к Дарине и осторожно положил руку на бедро.

– Будем кино смотреть, окей. Руку убери. Ты мне хвалился, у тебя телек квадратный?

– Я говорил, что у тёлок глаза квадратные делаются, когда «малевича» включаю. Листай афишу и сама выбирай.

Дарина оплатила со своей карточки блокбастер «Титаник» Джеймса Кэмерона. «Длинный, собака», – заценил фильм Артём и отошёл на кухню. На экране начался муторный пролог с подводными съёмками. Он машинально допил итальянскую бутылку и поставил кастрюлю с водой на плиту.

Дарина съела тарелку пельменей, все пирожные и выпила четыре чашки кофе. Когда кино кончилось, она подошла к окну, упёрлась лбом в стекло и заслонила от комнатного света глаза ладонями. Ни луны, ни звёзд. Река вышла из берегов и затопила всё вокруг до неба – так, что свет исчез, и осталась одна жижа.

– Ну и как тебе фильм?

– Не правильно там всё. Надо было, чтобы парень, который художник, выжил, а суку – утопить. Или всё – наоборот. Вместо художника – на пароходе – бедная девушка, его подруга. Он бы опоздал и не попал на «Титаник». Тогда она бы отбила богатого жениха у дуры и её мамаши.

– Тебе фуфел понравился?

– А что такого? Богатый, благородный, долго терпел, пока девка его позорила. Жених держался благородно до последней минуты, желал ей добра и пытался спасти. Вот жена бы твоя гуляла с пацаном, ты, например, долго такое мог терпеть?

Тоска нахлынула неожиданно, как бы нечаянно. Артём почувствовал, что одинок, никогда такого с ним не было. Вспомнилась случайная встреча с Машей, не первая, а потом, когда он переоделся и переобулся. Она засмеялась и спросила, уж не поменял ли он ориентацию? Ни иронии, ни насмешки, ни сочувствия Артём не расслышал в пересыпанном смешинками голосе.

– Роману спасибо от меня передай, – попросил он и рассказал о встрече с Яриком.

– Интересно, мне он не говорил ничего, – удивилась Маша.

– Ничего и не было. Он жизнь мне спас. Иначе я плавал бы в реке с пробитой головой. – Артём напустил на себя многозначительную важность, чтобы компенсировать легкомысленный наряд. – Скажи ему, я чего если не прав был или обидел вас, простите, не обижайся на меня, Маша. Я прощения у вас прошу.

– Ты туда, таво? Говоришь, как на поминках. Или долги взял, на счётчик поставили? Выглядишь хорошо, а лицо потерял. Честно скажи: молоденькую завёл? Они все глупые и ленивые.

– Да. Тебе могу сказать. На шестнадцать лет она моложе. Как раз не глупая и не ленивая, поэтому жениться решил и вот…

– Что вот?

– Не получается.