На следующий день ранним утром Джек поднялся на кладбище Долгого Ветра, что на Редуте. Развалины города тонули в утреннем тумане, поднимавшемся от воды. Для остальных участников похоронной команды еще слишком рано, но он твердо знал, что застанет здесь Джори Филдса, и не ошибся. Неподалеку стояла повозка с тремя завернутыми в саваны телами. Карликовые мулы были распряжены и мирно паслись; один из них оказался альбиносом с рудиментарной пятой ногой, которая безжизненно болталась при ходьбе.
Было прохладно, но с Джори уже катил пот. Неужели он провел всю ночь на кладбище? Джек бы этому не удивился. Шахтер настороженно оглянулся на Джека, который поприветствовал ему на старинный манер, как принято у Мэнни. Так он давал понять: «Я пришел с миром и говорю серьезно».
— Ты рано, сэй.
Джори вернулся к своей работе.
— Могилы сами себя не выкопают.
— Всего трое?
— Да, на это утро. К рубахам двоих я приколол записки с именами. Третьего не знаю. Лицо обгорело начисто, видишь?
— Вижу, и даже слишком хорошо, — мрачно ответил Джек.
— Позже будет больше, я знаю. — Джори вонзил заступ в кучу земли и вытер лоб. — Из города мы уже большинство забрали, хотя некоторые здания так сильно порушены… — Он неопределенно пожал плечами и снова принялся копать.
— Ты бы хотел искупить свою ошибку?
Джори опять остановился, утирая пот с лица руками.
— Не кеннит.
Джек понял, что задал вопрос по-английски.
— Загладить свой промах.
— Ты называешь это промахом, сэй? Я удрал как кролик. Мне этого никогда не загладить, сэй. Столько народа погибло. Нет никакого акба, никакого искупления. Ничего уже не исправить. Что сделано, то сделано.
— Но все можно изменить к лучшему.
— Ты правда так думаешь? — В его глазах блеснул слабейший огонек надежды.
— Правда.
— Тогда выкладывай, с чем пришел, сэй.
И Джек выложил.
Два часа спустя Джек, Райал, Джордж и Мэри собрались вместе в автопарке базы «Проекта „Стрела“». Чтобы спастись от холода, все надели толстые рыбацкие свитера… но обошлись без перчаток. В перчатках руки могли стать неуклюжими, а впереди ждала деликатная работа. Джек предпочел бы видеть здесь Эйдена Хестина или Ларри Магрудера — оба они были сильнее Мэри, — но Хестин ушел бог весть куда, а если Волчок решил бы дернуться или завертеться в самый неподходящий момент, никто не успел бы тормознуть его прежде, чем все распались бы на атомы. По крайней мере, Джек этого опасался.
Мэри, худышка, совсем потерялась в тяжелом зеленом свитере, но Джек верил, что в критический момент она сохранит хладнокровие, если только им не придется смотреть вниз с огромной высоты. Она строго приказала Ричарду оставаться в Холле. Тот послушался ее, как слушался во всем. Если Сундуки Рока окажутся для нее слишком тяжелыми, Джек рискнет и позовет Волчка.
Джек привел их в комнату в глубине подземелья. Они встали кругом у ограждения высотой по пояс, с тревогой глядя вниз на то, ради чего пришли. Сверху донесся все тот же утомленный, надрывный скрежет. Вниз опустился туман. Как и прежде, ящики впитали его в себя.
«Нет, они его выпили, — подумал Джек. — Эти сундуки только с виду кажутся деревянными».
— Это механизмы стали скрипеть еще громче, или мне показалось? — спросила Мэри.
— Не знаю, — ответил Джордж, — но звучит жутко.
Джек взялся за поручень и слегка покачал его.
— Что думаешь? — обратился он к Раю.
— С этим проблем быть не должно. — Рай приподнял свитер, под которым обнаружился плотницкий пояс, тяжелый от инструментов. Пояс он взял у Палле Доусона, того, кто сколачивал ящики. Джек подумывал заменить Мэри на Палле — плотник с верфи и мастер на все руки был парнем крепким, — но Элис Стайнс наложила свое вето.
— Палле — человек хороший, но малость болтливый. Меньше всего нам нужно, чтобы кто-то разносил сплетни и пугал людей еще сильнее, чем они уже напуганы. Мое мнение — Палле и так знает ровно столько, сколько ему положено. Ты дин нашего тета, Джек, тебе и решать, но я думаю, мы должны держать то, что знаем… — Не заканчивая мысль, она приложила палец к губам. Никто не произнес вслух: «И держать это внутри тета», но Джек догадался, что именно об этом все и подумали.
Разводных ключей в Дези еще не изобрели, поэтому Рай выбрал среди инструментов на поясе пассатижи с пружинным фиксатором. Один за другим он открутил болты, удерживающие ограждение, и разобрал его на секции. Мэри аккуратно сложила их в сторонке. После чего ка-тет замер, глядя на основание из перекрещенных стальных рельсов, на которых покоились ящики.
Джордж сказал:
— Это не дерево. Похоже на дерево, но точно так же выглядела обшивка в гостевой спальне в моей квартире, а там пластик или какая-то еще дрянь. И… вы решите, что я сошел с ума, но…
Рай закончил за него:
— Эта чертовщина что, дышит?
Джек ответил:
— Им нужна вода, так что… — Он пожал плечами.
— Это хреново, — почти прошептала Мэри, а Рай кивнул и подтвердил:
— Так.
На торцах ящиков появились углубления. Были ли они там раньше? Джек колебался, но склонялся к тому, что нет. «Господь не любит трусов», — подумал он и просунул ладонь в углубление. Мэри и Джордж закрыли глаза. Рай наблюдал с внешне спокойным видом, но его губы сжались так плотно, что превратились в тонкую ниточку.
Ничего не произошло. Джек и не думал, что что-то случится, но в то же время был полностью уверен, что их всех сейчас сотрет в порошок. Теперь остальные трое опустились на колени — словно для молитвы — и заняли позиции, указанные им Джеком.
— Подвинься, будь ласков, — пробормотал Джордж Раю.
— Не толкайся, — буркнул Рай в ответ, но все же сместился чуть левее. Над ними застонали механизмы, открылись вентиляционные люки, и вниз повалили новые клубы тумана. Капли заблестели в волосах Мэри, точно речной жемчуг.
— Вы готовы, ребята? — спросил Джек.
— Погнали, — отозвался Рай.
В списке, который Джек передал Дэймону Корнеллу, значились два плотницких уровня, и тот отлично справился с задачей, достав пару инструментов марки «Воркпро» с четырьмя прорезями: двумя горизонтальными, одной вертикальной и одной диагональной. Джек положил по уровню на каждый Сундук Рока.
— Следите за пузырьками воздуха в окошках, — предупредил он. — Не наклоняйте Сундуки Рока.
— Боже упаси, — выдохнул Джордж. Он издал тонкий смешок — совершенно в духе Волчка — и утер пот со лба. — Кто знает, к чему это приведет?
Мэри и Рай взялись за торцы одного ящика, Джек и Джордж — другого.
— Ох, черт, — вырвалось у Рая. — Он теплый.
Джордж заметил:
— Вблизи они вообще на дерево не похожи.
Джек не стал напоминать, что Джордж уже видел их вблизи. Все они видели. Да и удобных ручек тогда не имелось. Он был в этом почти уверен. Ящики менялись.
— На металл это тоже совсем не похоже, — произнесла Мэри. — Ощущение скорее как… ну вы понимаете… как плоть.
— Просто следите за окошками, — оборвал ее Джек. — Удерживайте пузырьки ровно посредине.
— О, уж поверь мне, — отозвалась Мэри.
— Раз… два… три.
Они подняли ящики, стараясь не стукнуть их друг об друга. То, что находилось внутри, весило едва ли больше кондиционеров — может, фунтов по двадцать пять каждый сундук. Джеку даже пришла в голову мысль: а вдруг эти Сундуки Рока вообще не опасны, а представляют собой розыгрыш из какого-нибудь потустороннего магазина приколов «Новинки и безделушки от Педро»? Он подумал, что Пэй оценил бы такую шутку.
— Мэри, вы с Раем идите первыми. Мы за вами.
Райал попятился к трем ступеням, ведущим в первый коридор, оглядываясь через плечо, чтобы не оступиться. Несмотря на холод в комнате, его небритые щеки блестели от пота.
— Держи ровно, Мэри, ради бога.
— Все нормально будет. За своим краем следи.
И они несли ровно. Рай поднялся на одну ступень, затем на вторую, на третью. Роботизированный голос, молчавший при их появлении, вдруг взревел на всю мощь: «Опасность, Уилл Робинсон! Опасность!» Мэри дернулась. Вместе с ней дернулся и Джордж, державший край ящика, который они с Джеком сняли с рельсов.
— Не делай так! — прошипел Рай на свою напарницу.
— Извини, виновата, — пробормотала Мэри. — Мы все еще живы, так что шагаем дальше.
Они вдвоем скрылись в первом проходе — Рай медленно пятился, а Мэри ступала следом за ним шаг в шаг.
— И нам тащить эти штуковины за сотни миль? — спросил Джордж. — Ты серьезно?
— Будем решать вопросы по мере их поступления.
Рай оказался прав: поверхность сундука действительно была теплой. Джеку показалось, будто он чувствует, как под ней бьется пульс, но это, похоже, всего лишь разыгралось его воображение.
Пузырьки воздуха в плотницком уровне едва заметно дрогнули, но тут же вернулись в середину своих окошек. Джек рискнул оглянуться через плечо и увидел, что Рай и Мэри уже опустили свой ящик на ручную тележку, которую они притерли вплотную к облицованной плиткой стене. Свободного места едва хватало, чтобы Джек и Джордж могли протиснуться боком вдоль тележки. Джек снова досчитал до трех, и они поставили свой ящик рядом с первым.
Джордж тут же принялся вытирать ладони о свитер.
— Эти сундуки жуткие. Не знаю, что там внутри, и знать не хочу.
— Теперь не торопимся, — произнес Джек. — Тише едешь — дальше будешь.
Они покатили тележку по коридору
(обители разорения)
мимо закрытых дверей прямиком к лестничному пролету. Там они остановились.
— Тащим одни сундуки или вместе с тележкой? — спросил Рай, оценивая взглядом подъем. — Что думаешь?
— Сможешь поднять свой край тележки?
— Ага. А ты?
— Я справлюсь.
На самом деле Джек переживал за Мэри. Она выглядела совсем измотанной, и ему не хотелось нагружать ее одним из краев Сундука Рока.
— Оп-ля, — выдохнул Рай и ухватился за одну из рукоятей тележки.
Джек перехватил свою.
— Держи их ровно.
— Мог бы и не говорить.
Они поднимались шаг за шагом. Сами по себе ящики весили немного, но вместе с ручной тележкой выходило никак не меньше девяноста фунтов груза. К тому времени как они добрались до конца лестницы и опустили ее — осторожно, очень осторожно, — показалось, будто там все двести. Сердце Джека колотилось быстро и тяжело. Каждая царапина, шишка и синяк на его теле — а их хватало с избытком — отозвались ноющей болью.
Рай ухмыльнулся, глядя на него при свете потолочных люминесцентных ламп.
— Надеюсь, ты доедал в детстве свою кашу. Следующий пролет подлиннее будет, здоровяк.
— Это твое «здоровяк» уже малость приелось, сэй. Смени пластинку, зови меня хоть хреночесом, хоть мудозвоном.
Мэри и Джордж поднялись по лестнице следом за ними. Мэри вставила:
— Мудозвоном? Я такого со времен восьмого класса не слышала.
— А я вообще никогда, — признался Джордж, и когда Мэри отрезала: «Это потому, что ты сам хреночес», — все разразились нервным хохотом. Звук эхом покатился по переходам, но исказился, став слишком похожим на стоны, и они разом замолчали.
Они покатили тележку дальше по кафельному коридору. Джеку следующий лестничный пролет показался куда длиннее, чем когда они спускались. Рай спросил, готов ли он. Джек ответил утвердительно. И они начали подъем; Райал пятился спиной вперед, тяжело и прерывисто хватая ртом воздух. Они удерживали тележку ровно. К тому времени как они достигли верха, мышцы на руках Джека ходили ходуном. Они опустили тележку — осторожно, очень осторожно, — и Рай тут же сполз по стене на пол, широко раскинув ноги. Свитер задрался ему под самые подмышки.
Джек посмотрел на него сквозь пряди волос, висящие на лбу потными сосульками.
— Ну как ты там? — А затем добавил: — Здоровяк.
Райал, не поднимая головы, показал ему средние пальцы на обеих руках сразу.
Джордж повернулся к Мэри.
— Им надо перевести дух. Дальше покачу я. А ты иди впереди меня. Там у двери с надписью «Проект „Стрела“» на полу несколько расколотых плиток. Только бы нас на них не тряхнуло.
— Так, — согласилась она, и когда они поравнялись с битыми плитками, то приподняли края тележки за ручки, чтобы колеса не подпрыгнули.
Холодный туман просачивался из-под двери с нанесенным через трафарет названием «Проект „Стрела“». Джек не имел ни малейшего понятия, что творилось за этой дверью и зачем кто-то нацарапал на ней: «Оставь надежду, всяк сюда входящий», да и знать не желал. Люминесцентные лампы мигали и трещали. За дверью что-то проползло с влажным шуршанием. Все они это услышали, но никто не проронил ни слова.
«Это не просто обитель разорения, — подумал Джек. — Это тюрьма для тварей, о которых мне даже думать не хочется».
Джори, Ларри и Элис — только-только из лазарета — дожидались их в автопарке.
— Все гладко прошло? — спросила Элис. Повязку на голове она сменила на синюю бандану с концами, свисающими на спину как конский хвост.
— Думаю, ты бы первая узнала, если бы что-то пошло не так, — отозвалась Мэри. Она прислонилась к борту одного из грузовиков и сдула прядь волос со лба.
— Вы сделали великое дело, — произнес Джек. — Я горжусь вами.
— Я тоже, — согласился Рай. — Мудозвон.
Пока Элис недоуменно переваривала это ругательство, вся четверка опять зашлась истерическим хохотом. Джори и Ларри косились на сундуки так, словно те могли их укусить. Как и было велено, Джори притащил тот самый большой деревянный ящик, что еще недавно в гараже Корнеллов числился металлическим кофром. А заодно и два ящика поменьше, что сколотил Палле Доусон.
Джек также просил Джори принести мерную линейку, но она вряд ли понадобится; и без нее было видно, что Сундуки Рока должны идеально встать внутрь ящиков Палле. Тем не менее, он вспомнил наставление своего отца — проявлять удвоенную осторожность в серьезных делах. Фил Сойер тогда толковал о контрактах между актерами, режиссерами, сценаристами и студиями, но Джек рассудил, что к взрывоопасным сундукам это правило применимо ничуть не меньше. Так что он все замерил.
Элис нерешительно ткнула пальцем в кнопку одного из кондиционеров «ЧиллЗон» и отпрянула, когда прохладный воздух ударил ей в лицо. Ларри выключил прибор.
— Давайте побережем батарею, сэй, если позволите.
— Раз ты так сказал, так и будет.
— Джек, — подал голос Рай. — Оба этих СР поместятся в тот длинный ящик. Выглядит так, словно его специально под них делали. На крышке даже дырочки есть.
Джек нисколько не сомневался, что сундуки туда влезут, как не сомневался и в том, что преобразившийся кофр создавали именно под них — по воле случая или по воле ка. Но интуиция велела воспользоваться ящиками Палле, и он решил поступить именно так.
Дэймон заказал на «Амазоне» шесть резиновых ковриков для йоги — по три на дно каждого ящика. Их уложили на место, после чего Джордж и Мэри опустили свой сундук в первый ящик. Когда они отступили назад (снова вытирая ладони о свитера), Джек и Рай опустили свой сундук во второй. Они встали почти идеально, зазоры между стенками Сундуков Рока и боковинами ящиков не превышали двух дюймов.
— Джори, ты принес песок?
— Да. — Шахтер по-прежнему не поднимал глаз на Джека.
Джори и Ларри спустились к пандусу, ведущему наружу, и притащили четыре ведра, доверху наполненных мелким белым песком с пляжа Полумесяца. Они засыпали песок в узкие щели, оставшиеся в ящиках.
— Для дополнительной страховки? — спросила Элис.
— Да. — Джек повернулся к Джори. — Ты наполнил те бутылки?
— Да. — Джори продолжал смотреть куда угодно, только не на Джека и остальных.
Дэймон Корнелл также снабдил их шестью пульверизаторами. На стороне Америки они были размечены в унциях, здесь же — закорючками. Каждый вмещал по пятьдесят унций или полтора литра воды. Джори наполнил их из одного из многочисленных ручьев, впадающих в реку Нон.
— Ты понял, что должен делать, Джори?
— Так.
Ему полагалось опрыскивать крышки обоих ящиков каждые тридцать минут, сверяясь по песочным часам, тоже входившим в перечень снаряжения, заказанного Джеком Корнеллам.
— Я должен брызгать прямо на дырочки. — Он украдкой мазнул взглядом по Джеку и тут же отвернулся. — Хотя какой в этом толк, я, убей бог, не пойму, ведь те сундуки, что вы подняли снизу, деревянные. — Он осекся и нагнулся, получше разглядывая их. — Ведь деревянные?
— Вряд ли, Джори, детка, — хмыкнул Ларри.
— Не подведи меня, — сказал ему Джек.
Джори кивнул, уставившись в пол.
— Ни за что в жизни, сэй. — Он сбрызнул крышки обоих ящиков, а затем перевернул песочные часы. Песок побежал вниз.
— Лора Стайнс подменит тебя ночью, — сказала ему Элис. А затем обратилась к Джеку: — Лора — моя племянница, девушка надежная. И язык за зубами держать умеет.
— Я и сам справлюсь, сэй, — вставил Джори. — Я хочу это делать. — И добавил едва слышно, себе под нос: — Акба.
— Лучше отдохни сегодня ночью, — ответил Джек. — Завтра ты выступаешь вместе с нами, и у тебя будет полно времени для акба.
Глаза Джори вспыхнули.
— Обещаешь?
— Да.
Рай прижал ладони к голове, словно пытаясь удержать мозги от взрыва.
— Серьезно? Ты не шутишь?
Джек ничего не ответил, что само по себе послужило ответом.
— С ума сойти, — выдохнул Рай и опустил руки. — Ты дин, тебе решать, мне похер. Но ты еще пожалеешь. Трус однажды — трус навсегда. Помяни мое слово.
Джек снова промолчал. Джори испуганно вжал голову в плечи, но взгляда от песочных часов не отвел.
— Пошли отсюда, — бросил Рай. — Раз уж мы не подохли, я хочу принять душ перед тем, как оценить насколько сильно мои помощники изгадили обед.
Элис и пятеро пришельцев с американской стороны поднялись по пандусу под лучи предполуденного солнца. Джек подставил им лицо, подумав, что тепло и свет редко казались ему столь приятными, и увидел, что остальные сделали то же самое.
Ларри крутанулся пару раз на пятке, а затем негромко обратился к Джеку:
— Ты ведь решил положить сундуки в два маленьких ящика вместо одного большого потому, что мы берем два грузовика, верно? Как в том кино.
— Да.
— В том фильме, что я видел в «Фильм Форум», один из грузовиков взлетел на воздух.
— Да.
В «Колдуне» случилось то же.
— И какой из наших взорвется? — Ларри спросил это без тени тревоги; пожалуй, даже беспечно. Ведь кто вообще погибает в кино? Не живые люди, а всего лишь персонажи.
— Ни один из них, — отрезал Джек. — Мы перепишем сценарий.
— Будем надеяться, — вставил Рай, а затем добавил (Джек так и знал, что он это скажет): — Здоровяк.
В свой последний вечер в Дези ка-тет собрался в кабинете Янгблада — в комнате, забитой артефактами и безделушками с американской стороны, начиная от портрета Николаса Кейджа, меняющего выражение лица в зависимости от того, под каким углом смотреть, и заканчивая игрушечным роботом R2-D2, батарейки «Дюраселл» в котором давным-давно сдохли.
Единственным, кто отсутствовал, оказался Джори Филдс. Он предпочел остаться в автопарке рядом с Сундуками Рока, даже несмотря на то, что за песочными часами и пульверизаторами теперь следила племянница Элис по имени Лора. Джек попросил — нет, потребовал, — чтобы бутылки с распылителями всегда оставались полными.
Шестерка потратила весь день, заканчивая дела, которые необходимо было закончить, прежде чем оставить Дези залечивать раны в одиночку. Джек гордился Мэри, но гордился и остальными, не исключая и Райала Коннорса. Они делали то, что до́лжно, хотя о важности миссии знали только со слов Джека. Под зачастую капризным управлением БК американцы делали ровно столько, чтобы как-то жить и избегать неприятностей, но не более того. Теперь же они превратились в части единого великого целого. Рай назвал Джека дином, и Джек полагал, что именно им он теперь и является. К лучшему или к худшему.
Ларри и Джордж распределили технику, которая двинется сначала на юг, а затем на запад. Выбирать пришлось из множества моторизованных букк, брошенных красноголовыми.
Джордж признался Джеку, что Старая Гилеадская дорога напомнила ему один фильм, который он посмотрел примерно за год до того, как Эйден Хестин похитил его и уволок в Срединный Мир.
— В этой ленте о Второй мировой под названием «Они сражались за Родину» в одном эпизоде показали кучу грузовиков, танков и пушек, брошенных немцами при отступлении из-под Сталинграда. Вот и Старая Гилеадская дорога выглядит точно так же. Повсюду машины и оброненный хлам. Питание от солнечных панелей либо не работало, либо местные тупо не знали, как с ними обращаться.
— Бьюсь об заклад, ты видел этот фильм в «Фильм Форум», — заметил Джек.
Изумление Джорджа граничило с шоком.
— Как ты узнал?
— Просто обоснованная догадка.
Еще одно эхо. Именно там Волчок посмотрел «Плату за страх».
— Я к тому, что в 1976 году «Анжелика» еще не открылась.
— А что за «Анжелика»?
— Да так, кинотеатр. Крутят зарубежные фильмы и всякое артхаусное кино. Ты нашел грузовики, о которых я просил?
— Да, тентованные. Красноголовые, видать, ездили в кузовах. Мы вытащили канистры с топливом на Старую Гилеадскую дорогу, взяли его из тех колонок за подземной базой «Проекта „Стрела“». Ларри хоть и ветреный парень во многих смыслах, но когда дело касается пушек и механики, соображает споро. Случилась одна накладка, но он заставил их завестись и поехать. Пригнали их обратно к «Проекту „Стрела“», залили баки доверху. Дизельные колонки тарахтят так, словно доживают последние дни, но все еще работают. Грузовики выстроены в ряд и готовы к отправке.
— А как насчет запаса песка?
— Тоже сделали. Палле Доусон и его брат Мэнси притащили целую телегу с Полумесяца. Они хотели знать, зачем мы засыпаем песком кузова двух грузовиков. Я ответил, что понятия не имею, потому что ты мне не сказал.
Мэри Кли и Элис Стайнс провели свой последний день, выполняя обязанности медсестер в лазарете, который раньше служил приемным залом мэра Янгблада. Пациентов теперь стало поменьше. Кто-то поправился и ушел, а кто-то умер, в основном от ожогов, но оставалось еще десятка два тех, кто нуждался в уходе. Несколько женщин и несколько мужчин вызвались помочь либо ускорить выздоровление, либо облегчить страдания. Мэри прозвала их «нашими горе-волонтерами». Она также научила Элис водить один из «Бинни».
— Освоила как утка воду, — доложила она Джеку.
Райал провел день в отеле «Браун» с полудюжиной потенциальных поваров, передавая им дела на кухне. Также возникла необходимость умаслить оставшихся рыбаков, чтобы те сдавали свой улов бесплатно. Рай оказался куда более искусен в уговорах, чем Джек мог от него ожидать.
— Не видел тебя за обедом, — сказал Рай Джеку. — Ты на диете, что ли?
— Перехватил кусок пирога со шпинатом в Холле.
— Тебе нужно питаться получше, — отрезал Рай. — Не хочу говорить как еврейская мамочка, но ты, блин, слишком худой.
Пологий пандус Парада был уставлен скамейками, и именно там Джек съел свой пирог со шпинатом, сидя рядом с Эйденом Хестином, который снова появился бог весть откуда… впрочем, показался он только Джеку, что лишний раз подтвердило мысль: Хестин видит в нем лидера тета. (Джек также подумал, что Хестин мог убраться подальше на случай, если бы упавший Сундук Рока вызвал мощный взрыв). У Джека скопилось много вопросов о том, что Хестин называл Бейверской дорогой, о местности, по которой та проходит, и о том, что лежит за ее пределами. Хестин рассказал что смог, но заявил, что регион к югу от Проклятых земель мало изучен, во всяком случае, ему не знаком.
Он признал, что холмы, известные как Хребты, на самом деле больше похожи на горы, нежели на холмы, и показал Джеку места, где их маршрут несколько раз пересекает реку Нон. Хестин сказал, что там есть мосты… точнее, были. По его словам, их построили и использовали Древние. Джек не счел это обнадеживающим. Древние давно сгинули, ищи свищи. Их подземные базы сохранились в хорошем состоянии, это верно, но лишь потому, что находились под землей. Вряд ли с мостами дело обстоит так же. Джек предпочел не делиться этой тревогой с остальными в последний вечер, убедив себя в том, что нет причин пугать свой тет беспочвенными домыслами.
Ему не требовалась Софи — или ее призрак, — чтобы понять: это чистое магическое мышление. Если он не скажет им, что путь могут преградить обрушившиеся мосты (или горные перевалы, заваленные оползнями), то этого и не случится.
— Вдоль Бейверской дороги есть зеркала гелио, — сказал Хестин. — По крайней мере, на всем протяжении, сколько я по ней ездил. Они стоят на высоких столбах.
— И как далеко ты проехал по Бейверской дороге?
— По меньшей мере на двадцать колес. Может, на двадцать пять.
— Это не очень далеко.
— Вас ждут и другие проблемы, — произнес Хестин. — О некоторых я тебя уже предупреждал.
— Эйден, ты действительно часть нашего тета?
— Да. Не говоря об уничтожении мира, я просто не хочу умирать.
— Ты же машина.
Эйден пожал плечами.
— Назови это инстинктом выживания или самосознанием искусственного интеллекта, результат один.
— Ты ведь сказал Янгбладу, что пушки, с которыми он рассчитывал защитить Дези, были рабочими.
— Некоторые из них и впрямь работали.
Джек допросил немало подозреваемых и прекрасно знал, как выглядят словесные пируэты, когда их начинали крутить перед его носом.
— Брехня. Ты хотел, чтобы красноголовые уничтожили город.
— Мне жаль, но мне требовался именно такой исход. Мне нужно было, чтобы вы семеро стали ка-тетом.
Джек подумал было назвать это хладнокровием, но какой в этом толк? Эйден Хестин — лысый компьютер, играющий в игру вероятностей. И ведь это чистая правда: разрушение Дези сплотило американцев. Джек планировал путешествие на сотни колес вместе с Райалом Коннорсом — человеком, раздражавшим его до глубины души. Что, как ему пришлось признать, уже являлось шагом вперед по сравнению с испытываемой ранее лютой ненавистью.
К тому же Джек не был уверен, что Хестин рассказал ему все. В каком-нибудь романе сэй Хестин оказался бы тем, кого учителя литературы называют «недостойным доверия персонажем».
Он задал Хестину один последний вопрос, пожалуй, единственный, имеющий значение:
— Эта Бейверская дорога точно приведет нас к Прорве?
— Да, — ответил Хестин. — Она проходит мимо Ривена, неподалеку от одной из подземных баз Древних.
— Откуда ты это знаешь?
— Это заложено в моей памяти.
— Ну если ты так говоришь. Хочешь кусок пирога со шпинатом? Я весь не съем.
— Спасибо, нет.
— Ты вообще ешь?
Хестин поднялся на ноги и отряхнул свои черные штаны.
— Прошу меня извинить, Джек. Мне пора. Пора сматывать удочки, как выражаются у вас на американской стороне.
— Катись большим колесом, — ответил Джек. — Это из одной песни…
— Джо Бига Тернера[35], — вставил Эйден Хестин. И пошел своей дорогой, оставив Джека глазеть ему вслед: вопрос о том, ест ли Хестин на самом деле, так и остался без ответа.
— Ты так и будешь сидеть и пялиться в пустоту? — вопрос Рая вернул Джека к реальности в кабинете Янгблада. — Ты собрал нас вместе, я думаю, вовсе не для того, чтобы мы тут пели гимны. У меня еще полно дел внизу, в «Брауне».
— Отпусти вожжи и доверься Богу, — довольно благочестиво изрекла Мэри.
— Милая, в обществе анонимных алкоголиков это, может, и звучит красиво, но в реальном мире все устроено иначе. Большинство моих так называемых кухонных помощников собственную задницу не найдут обеими руками и с фонариком. Летти Санден еще ничего, но остальные — полные нули. Они очень стараются, но я ничуть не удивлюсь, если по возвращении из нашего маленького отпуска — если мы вообще вернемся — обнаружится, что половина города перемерла с голоду или утонула, пытаясь удить рыбу в Рыбачьем уголке.
— Дисциплина хромает, а? — подал голос Джордж.
Рай одарил его кислым взглядом.
— Будто ты сам в этом шаришь. Вы-то с Волчком чем занимались? Прохлаждались?
— Да пошел ты, — с неожиданным задором огрызнулся Джордж. Он повернул голову, чтобы Райал мог хорошенько разглядеть его покрасневшую, покрытую волдырями щеку. — Попробовал завести с толкача один из тех брошенных броневиков, и аккумулятор рванул. Нам еще повезло, что глаза не выжгло, верно, Волчок?
— Да. — Пальцы Ларри блестели от мази, которую намазала Мэри. — Но мы готовы, Джек.
— Вот и отлично. А теперь кончайте собачиться. — Он обращался ко всем сразу, но смотрел именно на Рая. — Если кто-то из вас не способен сдерживаться, я найду замену. Думаю, Палле не откажется поехать с нами. Или, может быть, Лора.
Пустая угроза, и они все, скорее всего, это понимали. Раз уж ка-тет сложился, его разрушение означает крах. Рок навис не только над теми странными сундуками, которые теперь поливали водой дважды в час; Джек чувствовал его в этой самой комнате, тяжелую ауру, окружавшую каждого из них. Да, всех, даже путаника, спавшего на коленях у Мэри.
— Все ясно, — буркнул Рай. — Один за всех, и все за одного, и прочая херня. — Повернувшись к Джорджу и Ларри, он добавил: — Проехали.
Для Рая это был гигантский шаг в сторону смирения, и Джек поспешил продолжить, пока никто не испортил такой момент ответной подначкой.
— Выезжаем завтра, как только рассветет и станет видно дорогу впереди. Что с запасами еды?
— Всего с избытком, — ответила Элис. — Все уложено в грузовики с сундуками. Мы с Мэри сами все загрузили. Если прижмет, найдем подножный корм.
— Джори едет первым на «Бинни Динг» с полным комплектом ракет «Драконий огонь». Также у него будет автоматическая винтовка и один из тех звуковых пистолетов. Верно, Ларри?
Он и сам знал, что верно, но хотел дать Ларри его минуту славы.
— Ага, звуковой пистолет — это улетная вещица от «Позитроники». На большом расстоянии эти штуки всего лишь толкают тебя назад. А вблизи проделают в человеке дыру такого размера, что сквозь нее можно футбольный мяч швырнуть. Винтовка тоже от «Позитроники», но это наша базовая М249. Я натаскал Джори, как ее заряжать, что делать, если заклинит, и прочее. Патронов у него вагон.
— А ракет?
Ларри пожал плечами.
— Часть из них пустышки, наверное, потому что слишком древние, но, судя по тому, что красноголовые сотворили с городом, большинство в порядке. Заряжай, целься, пли, и по новой. Жаль только, связи у нас нет.
— Если бы да кабы… — произнесла Мэри все тем же раздражающим благочестивым тоном.
— У все машин есть гудки и очень громкие сирены, — подчеркнул Джек. — К тому же есть гелио. Махните перед ними шляпой или тряпкой, и они замигают дальше по цепочке. Во всяком случае, так утверждал Хестин. Не думаю, что кто-то из вас знает азбуку Морзе?
Американцы покачали головами. Элис посмотрела на него с недоумением.
— Значит, сделаем проще, — подытожил Джек. — Один гудок или вспышка — путь свободен, два — у нас проблемы.
— Полезно, как рыбе зонтик, — вставил Рай, но тут же вскинул руку перед Джеком. — Я просто к слову, просто к слову.
Поскольку он был абсолютно прав, Джек не стал его отчитывать.
— Ларри, ты дашь Джори отъехать, а потом двинешься за ним.
Ларри показал большой палец.
— Пятидесятый калибр на месте, пулемет на месте, ракеты «Драконий огонь» на месте. Заряжены по самое не хочу. Все высший класс!
— Мэри и Джордж пойдут третьими. Вы повезете первый СР. — Джек не хотел произносить «Сундук Рока» вслух; если это суеверие, то придется с этим жить. — Рай пойдет четвертым, на втором броневике. Вооружение такое же, как у Ларри.
— Танк был бы самое то, — заметил Ларри и приподнял покрытые волдырями большие пальцы. — Но, сами понимаете, если бы да кабы.
— Я еду следом за Райалом, везу второй СР, — продолжил Джек. — Элис замыкает колонну на еще одном «Бинни».
— Одна? — уточнил Рай.
— Со мной все будет в порядке, — отрезала Элис. Тон ее так и говорил: «Только попробуй возразить». Рай не стал.
— Она — наш тыл. Будет приглядывать за тем, что творится позади конвоя, вооруженная пусковой установкой «Драконьего огня».
— А также своей тарелкой и тарелками остальных дам, — добавила Элис.
Джек кивнул.
— Также у каждого из нас личное оружие. Дистанцию между машинами держим приличную.
— Зачем заморачиваться? — спросила Мэри. — Я ведь правильно поняла, если один из этих ящиков рванет, он разнесет все на мили вокруг.
— Нас могут ждать другие проблемы, — ответил Джек, почти дословно цитируя Эйдена Хестина. — Если придется открыть огонь…
— Если придется дать жару! — Ларри выглядел так, будто готов крутануться на пятке от одной лишь этой мысли.
— Я не хочу, чтобы кто-то по ошибке пальнул по своим, — оборвал его Джек. — За время службы в полиции я насмотрелся на такое дерьмо. Всем ясно?
Все согласно забормотали, что позволило Джеку умолчать о другой возможности. Если у кого-то с зудящим указательным пальцем сдадут нервы, и он всадит очередь из пятидесятого калибра в один из грузовиков с Сундуком Рока, их поход закончится раньше, чем кто-то успеет сказать «извиняйте, облажались».
— Вопросы?
Ожидал услышать целую сотню, но все промолчали.
— Давайте повторим порядок: первый — Джори, второй — Ларри на броневике, третьи — Мэри и Джордж…
— Про Ричарда не забудь, — вставила Мэри.
Джек кивнул.
— Мэри, Джордж и Ричард. Четвертым идет Рай на втором броневике, затем я, а следом Элис. Нам придется останавливаться каждые полчаса, поливать СР водой и следить, чтобы они оставались холодными. Геморрой тот еще, но куда деваться. Джори — наш таймер. Он будет сигналить дважды, обозначая получасовые перерывы: бип-бип. Я продублирую сигнал, чтобы дошло до каждого. У меня мои старые «Таймекс», а у Джори — песочные часы. Перерыв на обед и в конце дня я просигналю семь раз. — Он пропел: — «Бри-тье стриж-ка — чет-вер-так». Вот так. Поняли?
Все закивали.
— Дело впереди опасное, поэтому, рискуя показаться занудным до тошноты, спрошу еще раз: есть вопросы? Вы ведь знаете поговорку, единственный глупый вопрос — это…
— Тот, который ты не задал, — закончил Рай. — Да-да, плавали, знаем.
Джек уже собирался закрыть собрание, когда Элис задала вопрос:
— Сколько времени это займет? Сколько дней?
— Хестин говорит, что этот путь короче. Если сможем делать по сто колес в день, то, думаю, в шесть дней уложимся. С остановками каждые полчаса — скорее в семь. Будет о чем внукам рассказать.
Рай весьма сносно изобразил Джорджа К. Скотта в роли генерала Паттона[36]:
— Вам не пристало рассказывать внукам, как жрали дерьмо в Луизиане.
Все рассмеялись, даже Элис, которая про Джорджа К. Скотта (или Джорджа С. Паттона) отродясь не слышала. Как и про Луизиану, если уж на то пошло.
— Идите спать, — сказал Джек. — Выезжаем рано.
Мэри задержалась после того, как остальные разошлись.
— Полежи со мной, — попросила она. — Ничего не нужно делать, только полежи рядом, может, я смогу уснуть. Я напугана до смерти.
Джеку хотелось побыть с ней, не ради секса, а ради того, что было между ними после Пернила и на пути в Дези. Он чувствовал одиночество. К тому же пол на его балконе был жестким. Он поднялся за ней в ее спальню на третьем этаже. Ричард юркнул под кровать, где устроил себе маленькое логово.
Мэри погасила единственную работающую в комнате искровую лампу. Они разделись в темноте без лишних слов и легли в постель. Джек повернулся на бок, и Мэри прижалась к нему. Софи нашептывала, что если он захочет заняться с Мэри любовью, то все в порядке. Говорила, что знает, как много времени прошло. Но Мэри уже спала. «Вот и хорошо», — сказал Джек себе.
Вот и хорошо.