Смертный грех сторителлинга – скупиться на конфликты, и это объяснимо. Именно проблемы, вызовы, препятствия, внутренняя борьба поддерживают читательский интерес, заставляя сомневаться, что персонажу хватит сил добиться своей цели.
Переходя от одной сцены к другой, читатели следят за событиями, так что может показаться, что конфликт возникает лишь время от времени. В действительности он всегда присутствует в повествовании на разных уровнях. Поэтому необходимо извлечь максимум пользы из сочетания всевозможных препятствий и испытаний. Вот в чем секрет создания насыщенной и захватывающей истории. Давайте рассмотрим этот вопрос подробнее.
Центральный конфликт
В любой истории есть сквозной всеобъемлющий конфликт, который должен разрешиться в самом конце. Неважно, чем занят протагонист – пытается не пустить в наш мир злобные сущности («Очень странные дела», Stranger Things), обезвредить террористов, захвативших небоскреб «Накатоми» («Крепкий орешек», Die Hard), или разыскать жениха и вовремя доставить на его собственную свадьбу («Мальчишник в Вегасе», The Hangover). В любом случае герой должен решить проблему. Центральный конфликт любой истории принимает одну из следующих форм.
Герой против героя. Протагонист сходится с другим персонажем в поединке умов, воли и сил.
Герой против общества. Протагонист вступает в конфронтацию с обществом или некой структурой, чтобы добиться необходимых изменений.
Герой против природы. Протагонист сталкивается с каким-то порождением природы – например, стихией, непроходимой местностью или дикими животными.
Герой против технологии. Протагонист сражается с рукотворным злом – компьютером или машиной.
Герой против сверхъестественного. Протагонист противостоит силе, не вполне доступной его пониманию, – судьбе, божеству, иным магическим или духовным сущностям.
Герой против самого себя. Протагонист переживает масштабную внутреннюю борьбу, в которой сталкиваются его убеждения, надежды, потребности или страхи.
Центральный конфликт надежно удерживает колеса вашей истории на маршруте, головокружительном, словно американские горки. Таким образом, большие и малые испытания, введенные в действие, будут поддерживать сюжет и способствовать развитию персонажа.
Макроконфликт (на уровне истории)
Есть конфликты, ставящие перед персонажем масштабные проблемы, для решения которых у него нет средств или возможностей. Это угрозы, сохраняющиеся на протяжении большей части истории. Протагонисту придется справляться с ними, в то же время преодолевая непосредственные опасности и испытания на уровне отдельных сцен.
Например, Джон Маклейн в «Крепком орешке» противостоит организованной вооруженной группе, захватившей башню «Накатоми». Для него центральный конфликт (герой против героя) – необходимость остановить террористов и спасти всех людей, находящихся в здании, прежде всего свою жену. Задача уже сама по себе кажется невыполнимой, не говоря о возникающих проблемах, также требующих решения. Террористы не должны узнать, что Холли – жена Маклейна, иначе они могут использовать ее для давления на персонажа. Ему нужно выяснить истинный мотив Ганса Грубера, главаря преступников. И все это на фоне обременительного вмешательства ни на что не годного ФБР. Причем главный герой постоянно держит в уме еще одну, самую головоломную задачу, из-за которой и приехал в Калифорнию: спасение разваливающегося брака и восстановление отношений с Холли, пока еще не поздно.
Протагонисту необходимо будет разрешить подобные масштабные конфликты. Но он не способен с ними справиться сиюминутно. В очень многих случаях ему придется разбираться с такого рода проблемами поэтапно, от сцены к сцене, подвергаясь опасности и достигая промежуточных целей.
Микроконфликт (на уровне сцены)
Конфликт на уровне сцены принимает образ случайных столкновений, угроз, препятствий и испытаний, встающих между героем и его целью. Персонаж пытается решить непосредственную проблему, справиться с внутренними противоречиями и, самое главное, предотвратить беду. Иногда ему это удается, а иногда нет. К слову, неудача здесь – обязательный элемент. Провал позволяет – чтобы усилить давление – создать осложнения, повысить ставки и заставить персонажа разбираться, почему все пошло не так. Последний момент особенно важен для персонажа с аркой изменения, поскольку для него внутреннее развитие – непременное условие, позволяющее достичь цели.
В «Крепком орешке» Джон Маклейн включает пожарную сигнализацию, чтобы приехали спасатели и узнали, что творится в небоскребе. Этот план срывается – террористу удается убедить пожарных, что вызов был ложный. Хуже того, этим поступком Джон превращает себя в мишень. Ведь теперь Гансу Груберу и его подручным известно, что кто-то в здании им противодействует. На Джона начинается охота. И вот он, безоружный и босой, борется за то, чтобы в каждой сцене на шаг обойти противников – обманывая, одолевая и убивая тех, кого отправляют его уничтожить.
Внутренний конфликт
Есть еще один тип конфликта: он разыгрывается в душе персонажа. На макроуровне это главная внутренняя борьба, через которую протагонист должен пройти для достижения цели.
Брак Джона Маклейна висит на волоске, потому что этот эгоцентричный и неуживчивый человек убежден: его потребности и его работа должны быть на первом месте. Холли, у которой есть профессиональные амбиции, не желает быть ничтожной частью мира Джона и перебирается с детьми на другой конец страны. Герой едет к ней ради воссоединения, но в действительности надеется, что она на собственном опыте убедилась: ей было лучше в Нью-Йорке, с ним. Однако оказывается, что она счастлива и очень успешна. А еще независима – настолько, что живет под девичьей фамилией.
Получив такой удар по самолюбию, Джон осознает, что вернуть жену будет нелегко. Чтобы добиться своего, ему придется чем-то пожертвовать. Так закладывается фундамент его внутреннего конфликта: кого поставить на первое место – себя или других. Когда Холли оказывается в смертельной опасности, он понимает, каким был эгоистом, как мало ее поддерживал, и чувствует острое желание сказать ей об этом. Такое озарение становится для Джона первым шагом к улаживанию внутреннего конфликта. Полностью он разрешается, когда герой делает все возможное, чтобы остановить Ганса и защитить Холли.
Внутренние противоречия проявляются и на микроуровне – в конфликтах, вспыхивающих в каждой сцене. Сталкиваясь с сокрушительной силой мучительных обстоятельств, давления и противодействия, персонажи зачастую не знают, как поступить, как отличить добро от зла и даже что они должны испытывать. Противоречивые эмоции, противоборствующие желания, потребности и страхи парализуют героя, лишают его восприятие ясности и значительно затрудняют выбор и принятие решений.
Внешний или внутренний, на макро– или на микроуровне, конфликт движет историю вперед. Он подталкивает персонажа и давит на него, становится препятствием на пути к исполнению заветного желания и вынуждает преодолевать пределы возможного, соблазняя выйти из борьбы. Герою придется проявить свои сильные стороны и доказать, что он чего-то стоит, – сражаясь, чем-то жертвуя и проявляя готовность меняться ради достижения цели.
Как задействовать в истории все четыре уровня конфликта? Ищите возможность акцентировать диспропорцию ее элементов. Если они не уравновешивают друг друга, сразу же возникает напряжение. Протагонист оказывается в неблагоприятном положении. Посмотрим, как диспропорция используется в «Крепком орешке», начиная с персонажей.
На первый взгляд, подготовка Джона – опытного офицера нью-йоркской полиции – гарантирует, что у него есть все необходимые навыки, чтобы справиться с угрозой в лице Ганса Грубера. Вот только… главарь террористов действует не в одиночку, а Джон безоружен и находится в незнакомом месте. Более того, когда здание захватывают, он оказывается запертым в нем без помощи и самого необходимого – у него даже обуви нет. Напротив, у Ганса – команда отлично подготовленных и вооруженных наемников, полный доступ к любой точке здания и группа заложников, среди которых жена Джона.
Из-за этого несоответствия задача Джона – остановить Ганса и спасти Холли – представляется безнадежной. И на протяжении большей части фильма цель для него недостижима. Однако взгляните, как он решает конфликт на уровне сцены: убирает противников по одному; сбрасывает труп на машину, чтобы привлечь внимание сотрудника полиции; добывает оружие и крадет у Ганса детонаторы. Таким образом, он постепенно уравнивает шансы, и в конечном счете победа становится возможной. Кроме того, по его реакции на конфликт зрители могут понять, что он за человек. Именно находчивость и непримиримость Джона заставляют аудиторию поверить в то, что одиночка способен разрушить идеальный план похищения $650 млн в ценных бумагах.
«Крепкий орешек» – прекрасный пример того, как каждый уровень конфликта вносит свой вклад, создавая динамичный сюжет и арку. На первый взгляд, это типичный боевик со стрельбой про копа и бандитов – просто развлечение, не требующее от зрителя напряженной работы ума. И в какой-то степени это верно. Однако внутренний конфликт придает фильму глубину. В конце концов, если Джон хочет достичь всех своих целей (в том числе спасти брак), он должен научиться думать не только о себе и ставить нужды других людей выше собственных.
Надеемся, вы поняли, как разные уровни конфликта работают вместе. Сообща они создают самоподдерживающуюся последовательность испытаний для персонажа – умственных, физических и эмоциональных. Как же применить эти знания для создания ваших собственных историй?
И снова обратимся к «Крепкому орешку». Представьте, что небоскреб «Накатоми» – это ландшафт вашей истории, где каждый этаж – одна сцена. Допустим, цель персонажа – попасть на крышу, потому что там находится человек, нуждающийся в помощи (вот что поставлено на карту). Родственника персонажа захватил его противник-«немезида», который заложил бомбу (макроконфликт) и без колебаний обратит все здание в пыль, лишь бы не проиграть.
Протагонист изранил ноги, лифт не работает. Добраться до тридцать пятого этажа непросто. Будто этого мало, каждый этаж заминирован (микроконфликт). Но герой преодолевает их один за другим, сталкиваясь с врагами, проблемами и опасностями. Все, что возникает на его пути, может сорвать его продвижение, накрыть лавиной сложностей и заставить повернуть назад. И такой соблазн есть, ведь в глубине души герой считает, что дело ему не по силам (внутренний конфликт). Всякий раз, оказываясь на волосок от гибели, он сомневается. Что, если задача невыполнима и конец один – смерть?
Однако, поднимаясь все выше, персонаж постепенно узнает, как избежать ловушек. Возможно, он находит оружие и сумку с полезными ему инструментами. Он становится сильнее и чувствует себе увереннее, хотя сомнения в себе все еще терзают его. Но он уже так далеко зашел и столько вынес, что продолжает восхождение.
Наконец он добирается до крыши, чтобы встретиться с «немезидой». Если герой не победит теперь, бомба уничтожит здание, дорогого ему человека и его самого. В этой схватке он не позволяет себе поддаться смятению, что не раз случалось прежде. Благодаря решительному настрою и добытым по пути инструментам и оружию он обезвреживает бомбу, одолевает врага и спасает близкого. Центральный конфликт разрешен, герой достиг цели.
Каждая история уникальна. Но в любой из них конфликт выполняет одну и ту же главную задачу: в ходе повествования некто, не способный добиться своего, должен превратиться в цельную личность, которой это под силу. Подбирая препятствия, испытания и антагонистические силы для противодействия персонажу и создания напряженности, всегда спрашивайте себя, помогают ли они этой эволюции. На уровне сцены допустимы случайные мелкие неудобства и неприятности. Но большинство конфликтов нужно создавать с таким расчетом, чтобы они помогали персонажу узнать нечто важное о себе и о мире и готовили его к предстоящей битве. Только так он станет личностью, способной победить.
Введение конфликта на разных уровнях повествования добавляет глубины. Однако нужно и разнообразить испытания для персонажа, чтобы сцены были оригинальными. Если герой снова и снова сталкивается с одним и тем же стрессовым фактором, читатели заскучают. Это прямая дорога в город Листай-не-глядя или, того хуже, в деревню Книга-на-помойке.
Отчасти сценарии конфликта определяются жанром, центральным конфликтом и аркой протагониста, но этого далеко не достаточно, чтобы все получилось. В нашей книге сценарии сгруппированы по типам испытаний, которые за ними стоят. У любой категории есть свои супервозможности. Глубоко изучите каждую из них, а когда разберетесь, что они собой представляют, открывайте нужный раздел тезауруса. И начинайте подбирать идеальную комбинацию макро– и микропроблем своей истории.
Опасности и угрозы
Это одна из самых очевидных и многогранных форм конфликта – бедствие или риск, непосредственно угрожающие персонажу или значимым для него людям (за которых он, возможно, отвечает).
Согласно иерархии А. Маслоу, потребность в безопасности и защищенности – одна из насущных для человека. Это означает, что в реальном мире мы, как правило, стремимся избежать рискованных ситуаций. С психологической точки зрения персонаж должен напоминать живого, из плоти и крови, человека. Значит, и ему надлежит опасаться ситуаций, в которых может пострадать. Разумеется, это не помешает нам пустить его машину в занос на обледенелой дороге или направить самого героя навстречу хищнику в диком лесу!
Источником опасности могут быть другие люди, окружающая среда, локация и даже личные качества самого персонажа. Жертва алкогольной или наркотической зависимости не способна оценить риск или обратиться за помощью, что чревато серьезной болезнью или смертью. Человек, терзаемый чувством вины за былые ошибки, становится опасным для самого себя. Он бросает вызов противнику или соглашается на непосильное испытание из убеждения, что восстановить равновесие может только самонаказание или самопожертвование.
Если вам нужно столкновение с естественной опасностью, ограничьте круг поисков локацией, в которой находится ваш герой. В любом окружении присутствуют угрозы. Например, за домом персонажа-изменника следит частный сыщик. Или земляной выступ, под которым укрылись искатели приключений, размыло дождем, и вот-вот произойдет обвал. Масштаб бедствия может быть локальным (в спальный мешок персонажа забирается ядовитая сороконожка) или более широким (надвигается ураган). В зависимости от того, что нужно в вашей истории, эти угрозы могут вызвать неудобство или задержки, разрушить продуманные планы или навредить еще сильнее.
Эта категория отлично подходит, если вы хотите возложить на персонажа ответственность за провал. Он может недооценить опасность или переоценить свои возможности. Последствия этой ошибки будут более болезненными при осознании того, что их можно было избежать. Еще одно преимущество ситуации, в которой герой игнорирует или не видит опасность: он получает хороший урок, повторения которого не захочет.
Конфликты, связанные с эго
Если бедствия и рискованные обстоятельства угрожают безопасности и защищенности персонажа, то конфликты, связанные с эго, бьют по его самоуважению и признанию. Эта потребность связана с достоинством и ценностью человека как в глазах других, так и в его самоощущении.
В жизни люди стараются избегать неловких ситуаций, потому что им не все равно, что о них думают, и они не хотят осуждения. Неуверенный в себе человек чрезмерно остро реагирует на свои ошибки, особенно если раньше подвергался резкой критике или совершал такие же промахи.
Если образ персонажа хорошо выстроен, им управляют такие же психологические стимулы, что и реальными людьми. Соответственно, его будут одолевать сомнения в себе, вызванные личным негативным опытом, особенно если этот опыт оставил шрамы в душе. Отторжение, дискредитация, ложь, унижение ранят его, даже если он старательно скрывает свои чувства.
Проблемы, связанные с эго, разжигают внутренний конфликт и вызывают болезненную реакцию, которую трудно скрыть. Персонаж может отреагировать уходом в себя, вспышкой гнева или безжалостной честностью, что только усугубит ситуацию. Даже если он ничем не провинился, подобные ситуации порой глубоко врезаются в память и душу – просто потому, что в них участвовали другие люди.
Допустим, наш протагонист Фиона уже некоторое время не была в родном городке. Однако у них с бойфрендом все серьезно, и она покупает билет на самолет. Девушка нервничает, потому что у ее родителей весьма странные представления об окружающем мире. Но она точно знает: Дрю – ее судьба и пора представить его семейству.
Фиона и Дрю прибывают после обеда, когда родители, как обычно, пропускают по рюмке портвейна. Сначала все идет как предполагалось. Родители Фионы, не знавшие о визите, вне себя от счастья и суетятся вокруг Дрю, расспрашивая о его работе, семье, интересах, – в общем, ведут себя как положено. Однако одной рюмкой дело не ограничивается, и вот уже отец Фионы, разглагольствуя о событиях в мире, начинает отстаивать мракобесную теорию заговора с участием инопланетян и даркнета.
Представьте себе смущение Фионы и ее попытки спасти вечер. Возможно, она заливается смехом, делая вид, что это шутка. Или сообщает Дрю, что папочка подначивает его, чтобы проверить реакцию. Но чем больше Фиона старается минимизировать ущерб, тем громче и однозначнее высказывается ее отец. Вскоре он набрасывается на дочь: она слишком наивна, живет в выдуманном мире и в упор не замечает неоспоримых доказательств того, что могущественные пришельцы управляют людьми, словно марионетками. Отец входит в раж, а Фиона чувствует себя униженной. Любовь всей ее жизни наблюдает это безумие! Что подумает Дрю о родителях девушки… и о ней самой?
Конфликт, связанный с эго, оказывает очень глубокое воздействие. Он бьет по одной из самых важных базовых потребностей человека. В ответ персонаж может наброситься на обидчика («бей»), промолчать («замри») или поспешно уйти («беги»). Реакция зависит от личных качеств, эмоционального диапазона и способов справляться с ощущением своей уязвимости. В любом случае читатели проникнутся страданиями персонажа, потому что никто не застрахован от боли, причиняемой нашему эго ударами извне.
У многих людей переживание подобного конфликта принимает форму самообвинений. Например, Фиона начнет казнить себя за то, что привезла Дрю знакомиться с родителями или не предупредила его о возможных неприятных сюрпризах. Ей понадобится время, чтобы понять: она не виновата в отцовских странностях и ее достоинства не имеют ничего общего с идеями или привычками родителя.
Конфликты, связанные с эго, как правило, порождают внутреннюю борьбу. Поэтому они очень полезны для персонажа, двигающегося по арке изменений.
Потеря контроля
В реальной жизни всем нам очень важно сохранять контроль над ситуацией. Об этом свидетельствуют десятки крупных и мелких повседневных решений. Мы вкладываемся в обучение, если университетский диплом гарантирует нам хорошо оплачиваемую работу. Покупаем дом рядом с теми школами, где наши дети получат отличное образование. Заправляем машину, чтобы бензин не кончился в дороге, промываем царапины на коленке, чтобы они не загноились, и предпочитаем честности вежливую неправду, чтобы не разразился скандал. Иными словами, мы живем по закону причины и следствия.
Но можно ли надеяться, что этот закон всегда будет соблюдаться? Нет. Пока мы прикидываем шансы, реальность вмешивается и заявляет: «А ну-ка, смотри, что я собираюсь учудить!» Это пугает, но спорить не приходится: контроль – всего лишь иллюзия. В любой момент может случиться что-то неожиданное, и все наши стройные планы пойдут прахом.
Потеря контроля в реальном мире может совершенно выбить нас из колеи. Ведь мы думаем, что должны были предвидеть будущее – предусмотреть неприятность и подготовить план спасения. Как и в случае конфликта, связанного с эго, мы считаем неспособность управлять абсолютно всеми элементами своей жизни своим личным провалом и делаем ошибочный вывод, будто с нами что-то не так.
Такое может случиться с кем угодно. Поэтому, когда мы ставим персонажа перед проблемой, которую он не способен устранить или предотвратить, наш герой падает духом. Читатель тоже подвергается сильному воздействию, ведь всем нам знакомо это изнуряющее ощущение. Когда ситуация выходит из-под контроля, читатели сопереживают персонажу в его самобичевании и терзаниях.
Конфликты, развенчивающие миф о контроле, еще и раскрывают личность протагониста в самый тяжелый для него момент. Представьте себе вдовца: его жена умерла из-за сердечного приступа в турпоходе. Как ведет себя наш скорбящий герой в последующие дни? Гневно отталкивает от себя сочувствующих, разрушая отношения с ними? Вязнет в зыбучем песке отрицания, отказываясь принять случившееся? Или заставляет себя отрешиться от собственной боли, чтобы помочь детям и родственникам справиться со страшным ударом?
Сколько времени понадобится персонажу, чтобы пережить утрату контроля, решать вам, но это не должно случиться слишком быстро. Помните, что эта внутренняя борьба затянется еще сильнее, если конфликт приводит к тяжелым последствиям или эмоциональной травме, с которыми персонажу также придется впоследствии справляться.
Утрата преимущества
Едва ли не самое худшее, что мы можем сделать с персонажем, – заставить его потерять надежду. Острый меч конфликта безжалостно разил его по ходу повествования. Однако герой боролся, шел на жертвы и пробивался вперед. И наконец огромные усилия начинают окупаться. Он добывает что-то необходимое, мир начинает его поддерживать, или удается обойти конкурентов. И тут мы в силу своей злобной натуры отнимаем у него достижение, давшееся с таким трудом.
Конфликт, связанный с утратой преимущества, может принимать самые разные формы. Он особенно полезен в определенные моменты, поэтому использовать его необходимо стратегически. Например, не любой персонаж бросится навстречу приключениям очертя голову. Очень может быть, что он врастет в любимое продавленное кресло с изодранной кошками обивкой. Пусть его гостиная не лучшее место в мире – зато знакомое, а потому безопасное. Это его зона комфорта.
Однако, если мы позволим персонажу остаться в прежнем положении, история умрет, не родившись. Отнимите у него нечто такое, что он считает жизненно важным. Например, власть, верного союзника или дорогого человека. Возможно, это заставит его шагнуть в первую же открытую вами дверь.
Конфликт этого типа также позволит испытать приверженность персонажа. Что произойдет, если он лишится именно того, что заставляло его продолжать движение? Если убьют главного свидетеля на судебном процессе, если покровитель прекратит ему помогать или сорвется усыновление? Он упрямо продолжит путь или сдастся?
Аналогично утрата преимущества может стать моментом истины для героя, преследовавшего неверную цель. Персонажи не всегда правильно определяют приоритеты в самом начале истории, поэтому гонятся за фальшивой мечтой или руководствуются ложными мотивами. Например, стремясь быть идеальным сыном или лучшей в мире дочерью, персонаж отказывается от желания жить в большом городе и продолжает работать на родительской ферме. Или же герой не оставляет попыток стать кузнецом, потому что очень долго учился и не хочет, чтобы его усилия и жертвы были напрасными.
Для такого персонажа часть арки заключается в том, чтобы осознать свои истинные устремления. Лишившись преимущества, он оказывается на распутье и должен принять решение. Попытается ли он вернуть утраченное, чтобы продолжить движение к цели? Или признает, что без этого преимущества желаемое потеряло привлекательность?
Истинная цель – та, которой персонаж безоглядно предан. Настолько, что даже утрата преимущества его не остановит.
Борьба за доминирование
Пожалуй, лишь одно мы знаем о своих персонажах совершенно точно: в какой-то момент между ними начнется противостояние. У каждого действующего лица своя цель и программа, свои потребности и убеждения. И не всегда они бесконфликтно сочетаются с целями, программами, потребностями и убеждениями других героев. Напряжение очень велико, следовательно, борьба за доминирование неизбежна.
Такое столкновение часто возникает в отношениях, участники которых имеют разный статус: например, это офицер полиции и подозреваемый, начальник и подчиненный, преподаватель и ученик. Оно может произойти, если персонаж с меньшими полномочиями хочет сместить вышестоящего или получить равные с ним права. Также конфликт возникает, если есть ощущение, что один участник злоупотребляет своим положением. Если персонаж в борьбе за доминирование окажется в неприятной ситуации – скажем, недовольный клиент бездумно подал в суд, конкурент выдвинул безосновательные обвинения или кто-то другой получил повышение благодаря связям, – это заденет его нравственное чувство, его представления о должном и недопустимом, и начнется королевская битва.
Противостояние возможно и в благополучных отношениях. Покончить с ним сложнее, поскольку давление на персонажа оказывает объект его любви или уважения. Например, отец хочет, чтобы сын пошел по его стопам и стал военным. Если его желание будет расценено как попытка контроля, конфликт неизбежен. Возможно, у отца не было такого намерения. Он лишь был уверен, что армейский порядок и дисциплина пойдут сыну на пользу. Однако противоречия часто возникают из-за различия точек зрения. Если ситуация не разрешится, важные отношения могут разрушиться.
В борьбе за доминирование могут сойтись очень разные люди. Например, один благородный и честный, другой – агрессивный манипулятор. Тогда ее можно использовать для противопоставления личностей. Чтобы создать конфликт, за которым аудитория будет следить неотрывно, ответьте на вопрос: что стоит между персонажами, какое противоречие? Оба стремятся к одной цели или же их цели настолько далеки, что победа одного невозможна без поражения другого? Жгучую вражду вызывает какое-то событие из прошлого? Как все это может сыграть в вашей истории?
Идеальная возможность показать борьбу за доминирование – диалог персонажей с разнонаправленными целями. Если один из участников разговора жаждет получить информацию, которую собеседник всеми силами утаивает, может получиться очень выразительное словесное противостояние с выпадами, завуалированными угрозами и оскорблениями.
Борьба за доминирование может разворачиваться и на уровне макроконфликта, охватывая большую часть истории. Как правило, ставки в таком сквозном противоборстве очень высоки и вражда легко может принять личный характер – когда один персонаж клянется победить другого любой ценой.
Кстати, не бойтесь этого! Пусть персонажи начнут воспринимать конфликт как нечто личное. Всплеск эмоций способен пересилить здравый смысл и даже нравственное чувство. Стремление к победе станет для героев оправданием недостойных поступков – скажем, позволит строить козни противнику, выдвигать ложные обвинения, саботировать приказы оппонента и многое другое.
Неважно, кто совершает дурные поступки: протагонист, антагонист или кто-то между ними. Главное, чтобы мотив этих действий был совершенно ясен. Иначе конфликт будет выглядеть надуманным. Если от праведного пути отклонился протагонист, знайте меру: герой не должен стать отталкивающим. Чтобы этого избежать, покажите, как много для него поставлено на карту, и заставьте его стыдиться, когда он поймет, что свернул на кривую дорожку. Читатели простят герою неблаговидное поведение, если он осознает свою вину и в дальнейшем начнет по-другому реагировать на конфликт.
Всевозможные испытания
Конфликт многогранен и, как почти все в нашей жизни, не всегда идеально вписывается в заданную схему. Если вам требуется уникальное испытание или никак не удается придумать небывалые сложности, изучите эту категорию. Пусть персонаж окажется не в том месте в неподходящее время, или его примут за кого-то другого, или отчаянное положение заставит его слепо довериться незнакомцу. Возможности безграничны.
Дополнительные категории и варианты вы найдете в первом томе, где рассматриваются межличностные трения, провалы и ошибки, моральные дилеммы и искушения, обязанности и требования долга, растущее давление и условия цейтнота, безвыигрышные сценарии.