Как мы выяснили в третьей главе, коллективистские культуры не ставят желания отдельного человека превыше всего. Они считают отказ от свободы действия проявлением смирения и фактором личностного роста, а сублимацию эго – своего рода моральным просветлением. Причина тому отчасти религиозная. Буддизм учит, что принятие и благодарность важнее осуществления желания. Даосизм проповедует бездействие и отказ от амбиций. Западных людей, не знакомых с учениями буддизма и даосизма, такое мировоззрение может раздражать своей пассивностью.

Для вас должно быть очевидно, что эти идеи несовместимы с большей частью западного сторителлинга. Супергеройский фильм, герой которого отказывается использовать свою суперспособность? Анимационный мюзикл, в котором главная героиня слушается родителей и остается дома? Это был бы кассовый провал. Многие, вероятно, не просто сказали бы, что такая история плоха, а сочли бы, что она и вовсе отсутствует. Подобная реакция объясняется тем, что западные истории построены на напряжении, конфликте и их разрешении. Однако мы уже поняли, что истории, лишенные этих элементов, могут приносить не меньшее удовлетворение.

Буддийские и даосские идеи коллективизма и сублимации эго объединяет общий принцип – представление о том, что индивидуальная воля затуманивает способность видеть в окружающем мире единый вселенский замысел. Отказ от свободы действия и от заранее сложившихся ожиданий позволяет изящнее, мудрее и достойнее принимать неожиданности, которые подбрасывает нам жизнь, и получать от вселенной более крупные дары, чем в том случае, как если бы мы упорно продолжали действовать по-своему. Поэтому в четырехактных структурах третий акт всегда содержит элемент неожиданности. Сюжетный твист позволяет нам узнать, как персонаж справится с внезапными или неблагоприятными обстоятельствами. Именно в этом проявится его истинная суть. Кроме того, твист подготавливает почву для четвертого акта, в котором нас ждут откровения о связи элементов, действовавших до сих пор. В ином случае мы бы, вероятно, и не заметили эту связь.

Все сказанное относится и к жизни. То, как люди действуют в ситуации стихийного бедствия или в иных непредвиденных обстоятельствах, может многое рассказать об их душах. Способность замечать невидимые закономерности взаимосвязей в окружающем нас мире – бесценный навык. Нередко эту способность к наблюдению усиливают тишина и созерцание; пространство для них, в свою очередь, может появиться благодаря отказу от свободы действия. Умиротворение часто приводит к прозрениям и глубине, тогда как самонадеянность и попытки все распланировать порождают лишь пустую суету. Как гласит китайская пословица, «Снаружи шум – внутри пустота». Таким образом, четырехактная структура всегда представляет собой компактную диораму течения жизни. По крайней мере, так она воспринимается сквозь восточноазиатскую культурную призму.

Давайте рассмотрим, какие ценности воплощены в истории «Весна, лето, астероид, птица» и почему она изложена в четырехактной форме. Одна из тем этой истории звучит так: порой жизнь подбрасывает в ваши планы астероид (в буквальном и переносном смысле). История посвящена тому, что в результате любой катастрофы появляются победители и проигравшие, а каждый кризис – это возможность проявить скрытые таланты.

Для такой темы четырехактная структура – идеальный способ рассказать историю. Челси хорошо подготовлена к быстрому незапланированному слиянию космического материала с ее планетой. Мэрилин – нет. Челси сталкивается с неожиданным и нежелательным явлением, приспосабливается к нему и побеждает. Мэрилин – нет. И в процессе этого раскрываются невидимые взаимосвязи – Челси и Мэрилин, клювов и зубов, семян и живой добычи, а также взаимосвязи всех этих элементов и катастрофы, которая может привести к концу света.