Вышагиваю за спиной старика и любуюсь деталями его забавного экстерьера. Передо мной необыкновенный «исторический» артефакт! Длинные шорты болтаются, как открепившиеся паруса двухмачтовой бригантины. Обут старикан в поношенные кроссовки поверх плотных шерстяных носков. Сутулое, обнаженное до пояса тело исковеркано бесчисленным количеством лилово-коричневых пятен и мозолистых бугорков. Спина напоминает старый морской бакен с налипшими чешуйками устриц, рачков и перевязей ссохшейся морской травы. Поминутно спрашиваю себя: «Зачем ты идешь за ним?» — и продолжаю идти, не ожидая ответа.

По прошествии лет я много раз мысленно обращался к собственным действиям в роковой день встречи со стариком. Искал ответ на вопрос: какая сила понуждала меня сопутствовать случившемуся? Да, я играл в сыщика в надежде насытить приключением мой диалог с миром, превратившийся по окончании Bachillerato в гулкое и пустое горное эхо. Но вот какое дело. Мои «сыскные мероприятия» не походили на визуальный тренинг — этакий рисунок «экорше» с натуры. Я так же, как рисовальщик, усердно скользил взглядом по поверхности формы, но замысел был в другом. Мне нужна была не информация, но сам старик. Я вонзал в «экорше» любопытство, как комар — жало, сознательно нарушал неприкосновенность чужого жилища. Иными словами, вживаясь в приключение, я добровольно погружал свое будущее в тело старика.

…Мы покидаем территорию бассейна. На одном из круговых перекрестков старик задерживает шаг и неожиданно оборачивается. Я тоже замираю и оглядываюсь. На балконе роскошного особняка резвится девушка лет семнадцати. Подбрасывает красный шарф и перебегает с одного края балкона на другой, при этом шарф, как воздушный змей, послушно следует за ней. Внезапно девушка останавливается, обматывает шарфом тонкую шею и превращается в огненный кокон! Припоминаются строки из учебника начальной мореходки: «Красный свет маяка обозначает левую от безопасного сектора область для приближающихся судов». Знать бы тогда, сколько горя добавит к моей судьбе этот красный ориентир житейского фарватера!..

Очарованный танцем милой сеньориты, стою, забыв о старике. Но вот сквозь шум машин и дальние крики чаек доносится шарканье подошв. Оборачиваюсь в сторону моря и вижу далеко впереди, почти у самой бухты, его покатую спину. Несоответствие расстояния и звука озадачивает. Вновь оглядываюсь: милой сеньориты нет в помине. На месте старинного особняка тусуется обыкновенная курортная мля, и черные размалеванные негры липнут к посетителям, как сладкая вата…