– С этим своим, да?

– С женихом, ты имел в виду? – ехидно подсказала Анна.

– Ань, ты выглядишь уставшей, – забеспокоился Андрей. – Слушай, давай в кафе посидим? Не хочешь в кафе – можно где скажешь!

– Нигде не хочу, извини, я занята! – Аня не любила двусмысленных ситуаций, а с Андреем упорно получалась именно такая.

– Ань, ну за что ты на меня сердишься? Я тебя люблю! Разве я в этом виноват? – обаятельно улыбался Андрей. – Да, я повёл себя как болван, раз тебя упустил, но я же могу всё исправить, дай мне только шанс!

Он вообще-то давно понял, что Аня ему требуется отнюдь не просто как подруга детства, а в совсем ином качестве, но не считал нужным говорить ей об этом по очень простой причине – считал, что ему надо нагуляться.

– Я что? Я пока молодой, имею на это полное право! А вот чуть погодя можно будет и жениться, – рассуждал он.

Да, «нагулялся» он вдоволь, ни в чём себе не отказывал, но за Анькой на всякий случай присматривал, старательно отгоняя от неё возможных претендентов, разве что не мог контролировать её пациентов в клинике, и надо же такому случиться, чтобы именно среди них и оказался этот Неместов!

– Ещё и Анька с ходу затихла, ничего про него мне не рассказывала! – досадливо думал он в самом начале. – Ну ничего, я всё равно переиграю так, как мне нужно!

Правда, время шло, а ситуация не переигрывалась, хоть тресни! В ход шли всевозможные методы – и воззвания к детским воспоминаниям, и попытка воздействия через Аниных родителей, мол, я-то знакомый и с детства известный, а этот невесть какой Неместов ещё и негoдяем может оказаться!

Но увы, увы, Аня, как только сообразила, что воспоминания детства служат вовсе не дружеским интересам, с ходу пресекала такие разговоры, а её родители, наслышанные от общих знакомых о молодецких «нагулах» Андрея, тоже как-то не рвались за него агитировать единственную и любимую дочь, и теперь остался друг детства в абсолютно странном для себя состоянии – он-то готов хоть сейчас вести любимую в ЗАГС, а она ускользает от него, словно клочок тумана, который и поймать-то невозможно, куда уж там удержать!

Он тупо смотрел на захлопнувшуюся за Анной дверь квартиры, а потом уныло поплёлся к машине, уселся там и так глубоко задумался, что и не заметил, как прошло прилично времени. А когда опомнился, увидел Аньку, которая куда-то собиралась ехать, упихивая в багажник машины пару чемоданов.

– Так, и куда это она? – заинтересовался Андрей, осторожно выруливая за Аниной машиной. – И что она в гостинице-то забыла? – изумился он, увидев, куда именно его любимая девушка приехала.

Практически за Аней в гостиницу вошли ещё несколько девушек – все яркие брюнетки, чем-то неуловимо похожие и настолько красивые, что Андрей неосознанно приосанился, а потом призадумался:

– Какой-то стоматологический симпозиум? Но зачем ей переезжать в гостиницу? Странно это всё! Хотя чего я гадаю? Можно же сходить на разведку!

Идея была неплоха, но увы, открыть дверь в гостиницу он так и не смог.

– Да что за фигня такая, а? Что это вообще за место? И что там делает моя Анька?

А в этот самый момент Аня растерянно стояла посреди нескольких брюнеток, облачённых в униформу горничных – чёрное платье и белый передничек, которые пытались доказать сильно разгневанному Соколовскому, что они будут чудесно работать в его гостинице!

– Я вашему главе сказал, что мне никакие горничные не нужны! – сердился Филипп.

– Ой, пожалуйста, возьмите нас на рработу! Он наших ворр… в смысле, паррней, послал в местную гостиницу корридоррными… Сказал, что если мы вас не уговоррим, то и мы туда же пойдём! – загалдели девицы.

– Да вы уже гостью перепугали своим граем! – рявкнул Соколовский, сообразив, что это, судя по всему, те самые вороницы, из числа «золотой молодёжи» рода Ветроловов, которые издевались над Кариной.

– Ах, хитрец! – думал Соколовский о главе рода Ветроловов. – Воронов, значит, он в мою гостиницу не послал – опасается, что кто-то из них понравится Каринке и перебьёт полёт его сыну, а ворониц скинул сюда – мне голову морочить! Я ж ему чётко сказал, что мне они не нужны!

Однако вороницы, запуганные главой рода и его недавними расправами над Ветрохвостами, с ходу замолчали, переглянулись, навесили на физиономии любезнейшие улыбки и закружили вокруг опешившей Ани.

– Позвольте мы вам поможем!

– Ррразррешите чемоданы.

– И я помогу!

– Мы будем очень хоррошо ррработать! – снова загалдели они, умоляюще глядя на Соколовского.

Глава 17. О вреде настырности

Если Филипп чего-то и не переносил, так это навязчивости!

Сказали тебе «не надо», значит, не лезь! Ну хорошо… первый раз кто-то не понял, уточнил ещё разок, но если уж второй раз услышал тот же ответ, то в третий раз лучше не приставай, не рискуй!

Однако вороницы из весьма состоятельных семей рода Ветроловов, которые «прославились» тем, что издевались над запроданной в вечное услужение безответной и беззащитной Кариной, тормозить умели плохо, так что на отказ Соколовского особого внимания не обратили.

Цель их была проста и незамысловата – уговорить Филиппа, чтобы он разрешил работать у него, а дальше – или подлизаться к Карине и уговорить её попросить за них главу рода, а ещё лучше – захомутать среднего сына Кирранда, ведь всем известно, что глава рода Ветроловов послал его, чтобы попытать счастья с носительницей первого дара, но…

– Да кому нужна эта облезлая нелетучка? – возмущались вороницы, пока добирались до Москвы.

– Да! И перрвый дарр ей, и Киррин! Не трреснет?

– Крррэксэрр на неё!

– Не вырражайся. Так же не пррилично!

– Отстань, как хочу, так и вырражаюсь!

– А если он не захочет нас нанимать? Кирранд говоррил, что он Соколу прредлагал десять воррониц в услужение на двести лет! Бесплатно! Но Финист отказался!

– Да это он так… пошутил! Неужели же вы думаете, что мы не сумеем перреспоррить какого-то человека, пусть даже и Сокола? – насмешливо уточнила одна.

– Запрросто! – решила вторая.

– Лучше бы его всё-таки уговоррить, а то Кирранд пррригрозил, что нас пошлёт рработать в ту же гостиницу, куда и ворронков наших загнал, а там людишек полно! В гостинице-то Сокола постояльцев немного, и они не люди, всё лучше! – запереживала третья.

Правда, первая встреченная гостья гостиницы Сокола как раз была человеком, но пташки высокого полёта решили, что это не так уж и страшно – одну людишку они, так уж и быть, переживут! Тем более что она с ходу растерялась, а это значило, что они её быстро приучат саму всё делать, главное было тут закрепиться.

Аня, окружённая тремя красивыми черноволосыми и черноглазыми девицами, которые её тормошили, и правда растерялась, но ненадолго.

– Ой, дайте я ваш чемодан отнесу! – тянула её первая.

– А я вторрой возьму! – теребила вторая.

– А я сумочку, – гомонила третья.

– Так, ХВАТИТ! – рявкнула Аня, сверкнув глазами на навязчивых девах. – Я не нуждаюсь в вашей помощи!

Так-то оно и бывает – вроде человек беспомощный, нежный весь такой, а этот человек, однако, врач. Да ещё стоматолог – то есть решимости у такого должно быть с избытком, да и харизмы тоже.

Вороницы опешили, не ожидая такой реакции от красивой и явно нежной девицы.

– Мне никакие горничные не требуются! – рыкнула Аня.

– Вы что? Оглохли? – лениво уточнил Соколовский. – Вам же сказано, в ваших услугах никто тут не нуждается! Кыш! Анна, простите за этот… инцидент. Это один мой знакомый решил прислать провинившихся членов своей семьи на отработку в мою гостиницу, хотя я категорически отказался от такой радости!

Соколовский обаятельно улыбнулся, Аня понимающе кивнула, явно посочувствовав Филиппу, а потом вошла в номер и плотно закрыла за собой дверь.

– Так… вы ещё здесь? – ледяным тоном осведомился Сокол.

– Мы пррросим вас! – заныли вороницы. – Ну, пожалуйстаааа…

Да, когда мама с папой любят и балуют, то и дело вкладывая что-то ценное то в открытый клювик, то в жадные лапочки, не стоит думать, что и все остальные в этом мире будут так же себя вести, как бы ты ни канючил и ни смотрел умоляюще.

– Здесь вы работать не будете! – ещё холоднее констатировал Соколовский. – Мне тут высокомерные особи в горничных не нужны! Тем более такие, которые на людей сверху вниз смотрят! Или вы думали, что я не замечу, как вы косились на мою гостью за её спиной?

Вороницы стремительно переглянулись – они и не думали, что он различит их истинное отношение к светловолосой девице.

– Потрудитесь покинуть гостиницу, – велел Сколовский.

– Но… но ррразве вы не можете над нами сжалиться? Если вы нас не прримете, нас отпрравят рработать в гостиницу для турристов, так же, как и двух наших ррродичей – их послали год там отрррабатывать корридоррными.

– Бедная гостиница! – усмехнулся Сокол. – Несчастные туристы!

– Вот! Вот и мы говоррим, что нам там делать нечего! А у вас мы…

– А у нас вы уже видели входную дверь? Я полагаю, что да. Вороны вообще-то умные, так что думаю, что и вы в состоянии вспомнить, где именно она находится! Выходите за дверь и убираетесь отсюда подобру-поздорову, пока я добрый!

И тут они решились:

– Но, если вам не нужны горничные, мы… мы готовы работать вообще кем скажете!

– Да что ты тут делать будешь? – фыркнул Сокол. – Вы и тормозить не обучены? Хотя… я могу вам предложить кое-какое занятие, но, боюсь, вам оно точно не по вкусу придётся!

– Мы готовы на любое занятие! – радостно отозвались все три вороницы.

– Ну, хорошо же! Сами согласились, – непонятно усмехнулся Сокол. – Идите за мной!

Шушана, которая слышала весь этот разговор, сидя в непосредственной близости от Соколовского, сразу поняла, куда именно он их ведет, и захихикала:

– Вот нарвались настырницы! Так-то он их просто выгнать планировал, но довели же!

Филипп, не оглядываясь, спустился по лестнице на первый этаж, остановился у незаметной двери справа от лестницы, открыл её и пропустил туда всех трёх «ценных работниц».

– Сшайр! – окликнул он змеевича.

– Сслушаю, хозяин, – Сшайр вышел в людском виде и вопросительно воззрился на трёх черноволосых девиц.

– Тут у нас три вороницы, которые так жаждут у нас трудиться, что согласны на любую, вот просто вообще на любую работу! Я вас правильно понял? – уточнил он у ворониц.

– Да! – с готовностью согласились они.

– Что ж… вот и чудесно! – усмехнулся Филипп. – Вы поступаете в подчинение Сшайра и выполняете все его распоряжения по уборке здешних помещений. Тут уже трудятся двое ваших соплеменников, так что скучно вам не будет! Рекомендую переодеться, на шпильках и в таких платьях тут не выжить.

– Постойте! – окликнула его самая бойкая из девиц, видя, что он собрался уходить: – Но… но это же змеевич! Нам что – змеевичу подчиняться?

– Разве я как-то непонятно объяснил? – с обманчивой мягкостью спросил Сокол, сверкнув глазами так, что вся троица попятилась, начиная понимать, что, кажется, вовсе не просто так Кирранд Ветролов ищет дружбы с этим типом. – Вы подчиняетесь ему и выполняете любую работу, которую он вам прикажет сделать! Отменить мой приказ он не может, поэтому если вас что-то не устроит в ваших новых обязанностях, вам придётся подождать, пока я вновь сюда не загляну. До этого момента настоятельно рекомендую выполнять команды Сшайра – у него весьма широкие полномочия!

Соколовский кивнул полозу и стремительно вышел из гусятника, уловив нарастающий за спиной визг – это понятливый Сшайр открыл дверь, ведущую непосредственно к фронту работ, и продемонстрировал, где и, собственно, над чем будут трудиться вороницы.

– Выпустите! Немедленно выпустите! Я не буду это чистить! Я… в горрничные к туррристам хочуууу! – эти вопли уже достались Шушане, которая только лапками разводила, глядя, как Сшайр, приняв полуоборот, хвостом подгоняет новых подчинённых к инвентарю, а потом мрачно поворачивается к опешившим и облезлым воронам, которые аж лопаты побросали, узрев «подкрепление».

– А вы что? Давно в гусссебасccсейне не плавали? – прошипел Сшайр, и два чистильщика схватили орудия труда и сосредоточенно заскребли ими особенно унавоженный угол.

Соколовский поднимался по лестнице, одновременно набирая номер главы рода Ветроловов.

– Добрый день, Кирранд! – поприветствовал он знакомца.

– Добррый день!

– Я тут получил от вас нежданный подарочек… Только вот, кажется, мы с вами уже говорили о том, что мне горничные-вороницы не нужны!

– А! Они уже прибыли… – протянул Кирранд. – Прростите великодушно! Я говорил им, что вам их услуги не понадобятся, но они были уверены, что смогут как-то облегчить работу Карины, заодно и подружиться с ней! Вот и уговорили меня отпустить их на пробу…

– Ах, это подруги приехали! И как это я сразу не понял? – усмехнулся Соколовский, понимая, что упёртый и властный Ветролов пытается продавить своё решение, заодно прощупывая границы дозволенного. – А я-то предложил им покинуть гостиницу – во-первых, как я вам сразу сказал, мне они не нужны, даже из уважения к вам. А во-вторых, они мне в качестве горничных ОСОБЕННО не нужны, после того как начали корчить презрительные рожи за спиной одной из моих постоялиц – видите ли, им не понравилось, что она – человек!

– Эээ, но может быть, они вам хоть в каком-то качестве прригодятся, – Кирранд слегка занервничал, о чём свидетельствовала чуть более чем обычно раскатистая «р» в его речи.

– Они настолько не хотели уходить, что я им предложил службу под началом одного из моих подчинённых. Он отвечает за клининговые работы в помещении охраны, – расплывчато объяснил Соколовский.

– Вот и отлично! – обрадовался Кирранд. – Я очень рррад, что воррроницы всё-таки рработают у вас!

– Боюсь, это ненадолго! Работа трудная, – притворно посетовал хитрец-Финист.

– Я пррикажу им прродолжать в любом случае! – категорично заявил Кирранд. – Рррод Ветрроловов славится стойкостью! Без этого на Северре не выжить!