Из дюжины бойцов, полной боевой линии, по терминологии Тау, нас осталось всего пять. Шас-вре, изрядно помятый, но относительно целый, я и три шас-о.

Выжившие сейчас горячо обсуждали благодарность Этериала, переданную на общей волне, а я молча глядел на семь тел, выложенные в ряд и ожидавшие похоронной команды. Благодарность Этериала. Кому нужны эти слова? Уж точно не зелёным мальчишкам, только вчера получившими статус воинов и сгинувших в первом же бою. Чего ради они погибли? Какой прок с того, что мы не пропустили орков по этому ущелью? Где были все эти, такие могучие Кризисы, танки с сверхмощными орудиями, или авиация, способная перемолоть тех орков в считанные минуты?

– Поздравляю, – подошедший Тал-ка зажимал шлем подмышкой, подставляя тёплому ветерку перевязанную голову: – Первый бой и личная благодарность Этериала.

Да. Я оказался единственным, кого Этериал отметил по имени в своей благодарности. За уничтожение техники и решительные действия в ближнем бою.

– Только не загордись, – свободной рукой он выудил из кармашка на поясе макаронину и, не предлагая мне – я всё одно откажусь, сунул её в рот.

– Гордыня есть грех, насылаемая ради искушений душ наших, тёмными силами.

– Может тебе помолиться надо? – Спохватился он: – Так давай, хочешь сам отойди, хочешь мы отойдём, если тебе на поле боя надо.

Отрицательно качаю головой – нет желания сейчас возносить высокие слова. Да и толку от них… Лишь пустое сотрясание воздуха. Незачем мне молиться. Кого благодарить? Его? А в чём его заслуга? Я жив только благодаря себе – ни чьей помощи, или присутствия свыше, я в бою не почувствовал. Так за что благодарить?

– Как знаешь, – он замолкает и с минуту лишь его похрустывание наркотой, да смех выживших бойцов нарушает тишину.

– Новый приказ получен, – наконец нарушает он молчание, сплюнув на щебень мутную слюну.

– И что там?

– Как ушедших к Благу передадим, – он кивает на тела: – Проследовать в ущелье.

Ушедшие к Благу… Ушедшие к подножию Трона Его. Как всё одинаково и мерзко. И бессмысленно.

– Впятером? – Поднимаю на него невесёлый взгляд: – Нас что, твои Этериалы, всех похоронить решили?

– Мудрость их выше нашего понимания, – строго качает он головой, а мне хочется взвыть – сколько раз я слышал, да что слышал – сам говорил эти слова. Мудрость Его недоступна нам, смиренным слугам Его. А может и нет её? Мудрости этой? Может всё, что есть, это труп, в котором хитрая автоматика поддерживает подобие жизни, и то, только потому, что сильные Империума Трон поделить не могут?!

– И не стоит сомневаться в ней, – продолжает Шас-вре: – Кроме того, дроны-разведчики, пущенные по ущелью, не обнаружили противника. Это будет простая прогулка, Инк. – Он доверительно хлопает меня по плечу: – Не напрягайся, отмеченный высокой благодарностью. Всё хорошо будет.

– Дроны? Разведчики? – Окидываю его ироничным взглядом: – А скажи мне, ветеран. Где эти дроны были прежде? Почему они прошлись по ущелью только сейчас, а не перед боем? Согласись, со мной – зная силы зелёных до боя, – я киваю на поле перед ущельем, где всё ещё чадит КиллаКан: – Мы могли бы затребовать подкрепление, или иначе организовать стрелков, что спасло бы им, – дёргаю головой в сторону тел, которые уже начали затаскивать в транспорт члены похоронной команды: – Жизни.

– И соглашусь, и не соглашусь, – Тал-ка, морщась от боли, начинает надевать шлем: – Проверка огнём – первая стадия ковки клинка. Они, – его рука указывает на тройку выживших, молча провожавших глазами убитых товарищей: – Прошли закалку. Ещё немного и они станут настоящими воинами Огня.

– Если выживут.

– Мы им поможем. Да, Инк? – Прежде чем я успеваю ответить, его лицо скрывается за глухой пластиной, с которой на меня смотрит россыпь окуляров.

– Шас-о! – Раздается в моём, сдвинутом на затылок шлеме, его команда: – Получен приказ Этериала! Внимание!

Опускаю шлем на лицо. Да, он прав. Надо помочь им выжить.