Свет утреннего солнца отражался от металлической крыши здания аэропорта, а по ушам ударил гул садящегося самолёта. Он почти заглушил слова, вылетевшие из телефона Ивана, прижатого к моему уху:

— Зверев, что значит «да как вы после всего звоните мне»?

— Как вы сумели найти меня после всего, что со мной произошло, Ваше Императорское Величество? — удивлённо проговорил я, испытав искреннее облегчение.

Государь жив-таки! Не застрелил его подлец князь Вяземский.

— Всё просто. Мне доложили, что со мной настойчиво пытался связаться полковник Барсов. Я перезвонил ему и в процессе беседы получил номер, по которому вы звонили ему. Мне не составило труда перезвонить по этому телефону. Ответила весьма энергичная барышня. Конечно, она сперва засомневалась, что звонит государь, но потом всё же соизволила поверить и сказала, что с вами можно связаться по другому номеру, дескать, он принадлежит вашему водителю, а потом намекнула, что скоро станет вашей невесткой.

— М-да, ей палец в рот не клади, — подметил я, усмехнувшись уголком рта.

Вот же бойкая девица! Уже видит себя женой Вячеслава, то бишь моей невесткой. Да, она явно не собирается упускать шанс войти в род Зверевых, главу которого собственноручно разыскивает сам император!

— Вероятно, вы правы, — согласился с моей оценкой Марии правитель.

— А что же князь Вяземский? Логика мне подсказывает, что он всё же не убил вас, — иронично проговорил я, запахнув пальто, а то налетевший прохладный ветерок пробрался под пиджак.

— Он и не собирался никого убивать, — буднично произнёс правитель, будто мы говорили о какой-то мелочи. — Вяземский застрелился.

— Как⁈ — ахнул я, выпучив глаза.

— Пустил пулю в висок. Не вынес унижения. Он ведь был всем, а стал никем. Такое трудно пережить, если учитывать, сколько он нажил врагов. В общем-то, князь поступил правильно. Теперь все его недоброжелатели успокоятся, ведь мстить некому. Семью трогать не будут. А вот ежели бы Вяземский остался жив, были бы возможны различные варианты. Вполне вероятно, что своей смертью он спас близких.

— Какая прелестная история. Вот все бы мерзавцы пускали себе пулю в висок.

— Тогда бы я остался без большей части министров и прочих чиновников, — невесело пошутил Железный Пётр.

— Да, вы правы, — кивнул я и глянул на часы в углу экрана телефона. — Ваше Императорское Величество, тут такое дело… Я без денег и документов стою возле аэропорта, как пёс бродячий, а мне бы надо добраться до столицы.

— Сообщите название аэропорта. Я поручу секретарю всё устроить.

Я поделился названием воздушной гавани, поблагодарил императора и сбросил вызов.

Всего через пять минут из здания выскочил взмыленный мужчина в костюме и с ужасом в глазах, словно его жизнь повисла на волоске.

— Господин Зверев⁈ — выпалил он, бросившись ко мне.

Его лысина отражала солнечный свет, а на побитых сединой усах повисла капелька пота.

— Имею честь им быть.

— Прошу за мной, сударь!

Он провёл меня в здание аэропорта, показав охране удостоверение в красной кожаной обложке. Благодаря ему меня никто не проверял, но косились в мою сторону с любопытством и толикой страха. Кто-то даже кланялся и заискивающе улыбался. В общем, встречали почти как императора, разве что без фанфар, каравая и красной ковровой дорожки.

Я даже подумал, что меня посадят прямо на колени пилота и дадут порулить самолётом, но вместо этого стюардесса с именем Жанна на бейджике всего лишь повела меня в бизнес-класс. Она с белозубой улыбкой отодвинула шторку и первой вошла в носовую часть самолёта.

Там на шестнадцати сиденьях разместились шесть хмурых аристократов и парочка дворяночек. Все роптали, разозлённые задержкой. А увидев мою фигуру позади Жанны, каждый понял, из-за кого она случилась, но первым делом обрушились с претензиями на стюардессу.

— Это возмутительно! — сердито тряхнул щеками короткостриженый толстяк, похожий на шарик в красном пиджаке. — Мой род находится в серебряном списке! У меня важная сделка в столице, а я вынужден ждать, как какой-то босяк! Приведите ко мне капитана!

— Вы всех нас заставили ждать! — поддакнул ещё один аристократ, гневно глядя на стюардессу. — Я добьюсь того, чтобы ваш экипаж вышвырнули на улицу! Вы больше не будете летать!

— Нет, они полетят, ещё как полетят, но от пинка моих юристов! — вставил другой дворянин, хмуря седые брови.

— Вот именно! — фыркнула смазливая брюнетка лет двадцати пяти, восседающая рядом с толстяком в красном пиджаке.

Жанна нервно улыбнулась, стремительно бледнея. Её глаза стали такими жалобными. Казалось, из них сейчас брызнут слёзы. Даже губы задрожали. А ведь она ни в чём не виновата. Надо будет перевести ей премию за стресс.

Пока же я рукой отстранил её и вошёл в салон, мигом попав под огонь яростных взглядов.

— Господа и дамы, прощу прощения. Задержка случилась по моей вине, — миролюбиво проговорил я.

— Да мне плевать!.. — начал было орать багровый от ярости толстяк, но его смазливая спутница вдруг резко вцепилась ноготками в его руку, словно хотела проткнуть её.

Толстяк аж ойкнул от боли.

Брюнетка же торопливо выдохнула, растянув губы в широкой улыбке:

— Мы все понимаем, сударь Зверев! И нам плевать, что пришлось немного подождать. Да, отец?

Толстяк поперхнулся воздухом, уставившись на меня с откровенным страхом. Краска ушла с его лица, а щёки почти растеклись по плечам.

— Да, да… всё верно, доченька. Именно это я и хотел сказать, — проблеял он, тоже заулыбавшись. — Присаживайтесь, Игнатий Николаевич. Скажу за всех, мы рады видеть героя империи. О ваших приключениях ходят легенды.

— Да какие приключения? Обычная жизнь, — весело усмехнулся я, подбадривающе подмигнув Жанне.

Та робко улыбнулась мне, перестав дрожать. Теперь дрожали аристократы, заискивающе поглядывая на меня, а то мало ли что учудит сам Зверев? Вдруг велит всех выгнать из салона, потому что они выказали недовольство задержкой?

Но я был человеком добрейшей души, так что просто уселся в кресло в гордом одиночестве, расслабленно кивая дворянам, принявшимся торопливо представляться.

Самолёт же, слава всем богам, вскоре взлетел и набрал высоту. Тотчас толстяк заказал два бокала шампанского и подошёл ко мне, угодливо улыбаясь.

— Можно присесть рядом с вами? У меня есть потрясающая историю. Хотелось бы вам её рассказать, дорогой Игнатий Николаевич.

— Рассказывай. Мой день всё равно не станет хуже, — благодушно разрешил я, взял из его рук бокалы и один за другим залпом выпил. Вернул пустые хлопающему зенками толстяку и спросил: — А себе чего не взял выпить?

— А-м-м, — растерянно замычал тот и, поколебавшись, заказал ещё четыре, после чего уселся рядом со мной, распространяя запах дорогого парфюма и чуть-чуть кислого пота.

Под мерный гул двигателей он принялся потчевать меня разными забавными байками и историями. А я слушал его вполуха, потягивая шампанское.

Дворяне порой раздражённо косились на него, тихонько шушукаясь, словно тот был посетителем, единолично занявшим лучшее место рядом с каким-то редким экспонатом. Оно и понятно… Каждый из аристократов жаждал свести со мной более тесное знакомство, чтобы потом как-то использовать его.

Толстяк, в свою очередь, не стал откладывать дело в долгий ящик и в какой-то момент с грустной физиономией принялся жаловаться, что ему не дают разрешение на постройку завода рядом с Северной Пальмирой. И он так печально пытался заглянуть мне в глаза, будто отец семи детей, голодающих уже вторую неделю.

А я принял одно из самых мудрых решений в своей жизни, использовав известный дедовский трюк, — просто заснул, напившись шампанского. И наверняка мой поступок заставил дворян разочарованно вздохнуть.

Замок тайной канцелярии

Резные шкафы с книгами выстроились возле стены небольшой гостиной, где пахло розами, стоящими в фарфоровой вазе на подоконнике. На цветы падал бледный свет, втекающий в комнату через закрытое решёткой окно. Лучи дотягивались до стоящего в центре журнального столика, вокруг которого находились четыре парчовых кресла с высокими спинками. В одном из них сидела Владлена Велимировна.

Она недовольно дёргала правой ножкой, закинутой на левую. А её руки были скрещены на груди, скрытой алым облегающим платьем. Оно делало её похожей на хищницу, запертую в клетке.

Чёрные густые волосы разметались по плечам, а на загорелом лице с правильными чертами мрачно сверкали карие глаза. Они гневно вспыхнули, когда в гостиную вошёл высокий худой человек с жидкими светлыми волосами и костистым неприятным лицом, больше подходящим вчерашнему трупу.

— О, господин Иванов собственной персоной! — насмешливо выдала Владлена. — Зачем вы пригласили меня сюда? Снова хотите напоить зельем, нарушающим связь дара и мозга? Да, лучше сделайте это, а то я заставлю отсохнуть ваши руки или член. Вы чем меньше дорожите?

Она ухмыльнулась, потревожив небольшую родинку над верхней губой.

— Владлена Велимировна, вы свободны, — взволнованно проговорил мужчина, проведя рукой по волосам. — Приношу искренние извинения за причинённые неудобства.

— Пусть князь Вяземский мне их принесёт! Он в весьма дурном тоне общался со мной! — громыхнула магичка и порывисто встала с кресла.

— Он не может, — пробормотал Иванов, сунув руку в карманы серого пиджака, висящего на худых плечах. — Князь застрелился.

— Застрелился⁈ — изумлённо ахнула Владлена, выгнув соболиные брови.

— Угу.

Декан пару мгновений переваривала шокирующую новость, а затем саркастично хмыкнула и произнесла, потрясая указательным пальцем:

— Это он поторопился. Я сама хотела убить его. Ну и из-за чего Вяземский застрелился? Ему стало стыдно, что он так безобразно разговаривал с дворянкой?

— Не могу знать.

— Что-то ты недоговариваешь, Иванов, — подошла к нему магичка, сощурив глаза. — Ладно, сама узнаю. Где Павел и Вячеслав Зверевы?

— Они сейчас придут сюда. И вас всех отвезут домой.

— Где Зверев?

— Не знаю, но приказ о его поиске отменён самим императором.

— Замечательно, всё встало на круги своя, — довольно улыбнулась магичка, аж закатив глаза от наслаждения. — Игнатий снова всех переиграл, но я в нём и не сомневалась. А ты?

— Оставлю своё мнение при себе, — хмуро сказал мужчина.

— Иванов, наклонись, а то ты слишком высокий, — поманила его пальцем Владлена, словно собиралась что-то шепнуть ему на ухо.

Тот склонил голову, всё равно возвышаясь над магичкой. А та плюнула ему в лицо.

— За что⁈ — выпалил он, отшатнувшись и поспешно стерев слюну, угодившую на щеку.

— За то, что поил меня тёплым кофе, как какое-то животное! Кофе должен быть горячим!

Иванов скрипнул зубами, раздувая крылья носа. Его рот раскрылся, жаждая что-то сказать, но в этот миг дверь открылась и в комнату вошли братья Зверевы.

Здоровяк Вячеслав совсем не изменился, разве что под глазами появились синяки от недосыпа. А вот Павел осунулся, похудев килограмма на три-четыре.

— Так, Вячеслав, ты идёшь со мной. Мы едем домой, — скомандовала Велимировна. — А ты, Павлуша, остаёшься.

— Почему⁈ — выдохнул пухляш, разинув рот.

— Тебе надо скинуть ещё килограммов пять, а это место идеально подходит для такой задачи, — ухмыльнулась магичка и хохотнула, заставив Павла недовольно запыхтеть.

— Машина уже ждёт вас… Всех вас, — многозначительно проговорил Иванов, втайне надеясь, что больше никогда не встретится с близкими этого демона Зверева.

По замку прошёл слух, что именно из-за него Вяземский и покончил жизнь самоубийством.

Северная Пальмира

Когда самолёт сел в аэропорту Пулково, время уже приближалось к четырём часам. А мне ведь ещё нужно бы сегодня попасть в замок демонов к Ларе. Она обещала отвести меня в библиотеку, где хранились книги, рассказывающие об артефактах.

Однако я всё равно потратил ещё около двух часов, чтобы добраться до скотобойни, принадлежащей нашему роду, дабы запастись душами коров. Их, к сожалению, удалось добыть только пять, но это всё же лучше, чем ничего. Ведь душа «моржа» из Лабиринта уже пропала из «клетки», пойдя на поддержание жизнедеятельности моего организма.

После посещения скотобойни я приказал шоферу такси следовать к моему загородному дому. Мы поехали по Приморскому шоссе.

Из динамиков неслась расслабляющая музыка, урчал мотор, а я развалился на заднем сиденье, чувствуя, как меня отпускает напряжение последних дней. Уже совсем скоро доберусь до дома, нормально поем, вздремну часок, а потом снова займусь делами.

На губах появилась улыбка, а взгляд скользнул по лесу. Такси свернуло в него и поехало через сумрак по узкой асфальтированной дороге, ведущей к моему особняку.

Запахло подмёрзшей землёй и прелой листвой. Между деревьями летали птицы, издавая трели. В одном месте, рядом с обочиной, их летало чуть больше. И они как-то уж больно активно свистели, словно пытались прогнать чужака со своей территории.

— Притормози-ка, — попросил я водителя, тронув его за плечо.

— Что-то случилось? — спокойно глянул он на меня через зеркало заднего вида, видимо подумав, что клиент захотел сходить по-маленькому.

И кажется, эта мысль стала последней в его жизни…

Из мрака, клубящегося среди деревьев, вылетел болотно-коричневый шар диаметром в метр. Он с яростным гулом пронёсся по воздуху метра три-четыре и ударился в лобовое стекло. Оно трагически хрустнуло и вместе с шаром влетело в салон, попав точно в голову водителя.

Его вопль полоснул по ушам, словно с него заживо сдирали кожу. И буквально в этот же миг шар с громким хлопком жирными ошмётками разлетелся во все стороны, будто внутри него взорвалась бомба.

Из машины со звоном вылетели все стёкла. И там, куда попали части шара, всё начало плавиться и шипеть. Ошмётки прожгли переднее сиденье и обшивку. Всё затянул едкий чёрный дым, пахнущий пластиком и проводкой.

Меня спасло лишь то, что я вовремя упал между задним сиденьем и передними, прикрыв себя «воздушным щитом». Пришлось потратить одну коровью душу, но зато уцелел, в отличие от шофера. Тот наверняка погиб. Его расслабившаяся нога сильнее нажала на педаль газа.

Машина рванула быстрее. И руль, оставшись без контроля, вывернулся. Такси слетело с дороги и с силой врезалось в дерево. Раздался скрежет смявшегося металла, лопнула шина.

Моё тело ударилось об низ передних сидений. Боль разорвала колено, а в раззявленный рот злорадно втёк горький дым, заставивший меня судорожно закашляться.

Тут же с потолка что-то капнуло на моё плечо. Нечто зашипело и обожгло кожу, прилипнув к ней. Твою мать!

Выругавшись, нащупал ручку той двери, что смотрела в лес, в противоположную сторону от той, откуда прилетел хренов шар. Ручка хоть и поддалась, но дверь не открылась. Заклинило из-за аварии!

Дерьмо! Ежели не выберусь из машины, то меня прожжёт капающая сверху жижа или задохнусь на хрен! Химический дым рвал лёгкие, едва не заставляя выплёвывать их.

Давясь кашлем, извернулся и ударил по двери ногой: раз, второй… На третий она нехотя распахнулась, издав скрежет.

Я вывалился из машины вместе с клубами чёрного дыма, прополз пару метров по скованной морозом земле и привалился к дереву, уставившись на такси.

Всё внутри салона продолжало сердито шипеть и плавиться, словно шар был неким сгустком высококонцентрированной кислоты. На это намекал и обезображенный труп водителя, который от удара машины в дерево, почти вылетел через лобовое стекло.

Ноги бедолаги остались в автомобиле, а безголовое тело лежало на смятом капоте. Душа уже улетела. Из обрубка шеи толчками лилась кровь, спина изобиловала дырами от «кислоты». Аж виднелся позвоночник и месиво органов. Пахло кровью, гарью.

Вот дерьмо! А попади шар в мою голову — и всё, конец! Спасло лишь то, что я вовремя заметил поведение птиц. Те уже в панике разлетелись, громко хлопая крыльями. И этот шум едва не скрыл звук подошв, стучащих по асфальту дороги.

Сюда спешил тот, кто устроил засаду. Наверное, он хочет добить меня, рассчитывая найти лёгкую, оглушённую, кашляющую цель, непонимающую, что происходит.

И какой-то шанс на победу у него есть, ежели он обладает другими столь же сильными артефактами, как тот, что создал кислотный шар. Причём убийца наверняка сильный маг, раз способен пользоваться такими штуками.

Мне точно предстоит не самый лёгкий бой в жизни, но вполне предсказуемый, ведь меня уже несколько часов никто не пытался убить, а это абсурд какой-то!