Отыскав по подсказке Марии душевую комнату, я забрался под горячие струи воды, хорошенечко отмылся и даже умудрился избавиться от остатков кандалов, использовав подручные средства, найденные в отделении полиции.

— Даже как-то жалко с вами расставаться. Мы столько всего вместе пережили, — иронично глянул я на браслеты и бросил их в мусорное ведро, стоящее в углу душевой комнаты, где расположились шесть кабинок.

Вздохнув, подошёл к шеренге запотевших зеркал. Под ними красовались раковины. На краю одной из них я оставил телефон блондинки. Взяв его, по памяти набрал номер Павла. Его аппарат оказался выключен. Хм. Позвонил Владлене — то же самое.

— Видимо, они до сих пор в лапах тайной канцелярии, — хмуро пробормотал я, мельком глянув на своё обнажённое тело, отражающееся в зеркале вместе с частью кафельного пола.

Итак, если их не выпустили — значит, император всё же погиб? Ведь он бы точно приказал отпустить моих близких. А ежели он помер, то что станет делать Вяземский с моими внуками и Владленой? Ну, вряд ли убьёт, скорее попробует как-то использовать.

Мрачно задумавшись, я аж вздрогнул, когда в дверь деликатно постучали.

— Кто? — буркнул я.

— Мария! — ответил звонкий голосок.

Девица открыла дверь, не дожидаясь моего позволения войти. Она явно это сделал специально, потому как сразу же во все глаза уставилась на мой детородный орган. Довольно цокнула и улыбнулась, держа в руках ворох мужской одежды.

— Надеюсь, Вячеслав во всём похож на вас…

— Ага, даже в мелочах, — усмехнулся я, взял из её рук одежду и взглядом показал, чтобы она вышла.

Блондинка нарочито тяжело вздохнула, словно её прогоняли с фантастически интересного киносеанса, и нехотя вышла за дверь.

А я оторвал у одежды бирки и напялил нижнее бельё, отменный чёрный костюм-тройку, белую рубашку, пальто и осенние кожаные ботинки. Глянул на себя в зеркало. А неплохо. Рассказовы и вправду купили хорошие вещи.

Когда я вышел из душевой, Мария сразу же проворковала, склонив голову к плечу:

— Вы прекрасно выглядите! Настоящий жених!

— А то, — приосанился я и подмигнул ей. — Ладно, мне пора ехать в аэропорт. Он же у вас тут неблизко, аж в другом городе.

— Ага. Один ближе, другой дальше, — проговорила она и грустно вздохнула. — Я буду по вам скучать.

Блондинка внезапно бросилась мне на шею и крепко обняла.

Я похлопал её по спине, отцепил от себя и сказал:

— Может, ещё встретимся.

— Обязательно встретимся! — жарко выдала она, блеснув глазами. — Я обязательно приеду в столицу хотя бы ради того, чтобы совратить вашего внука. Хи-хи…

Мария жеманно хихикнула, игриво поведя плечиками.

М-да… Клянусь яйцами золотого дракона, а ведь она правда приедет и совратит! Ей палец в рот не клади. Может, всё же зря я ей разрекламировал Вячеслава?

Блондинка словно почувствовала, о чём я думаю, и серьёзно сказала, поправив воротник моего пальто:

— Не переживайте, Игнатий Николаевич, я буду пай-девочкой.

— Верится с трудом, — ухмыльнулся я и двинулся по коридору в сторону холла.

Мария пошла за мной. И вскоре мы вместе увидели братьев Рассказовых, замерших возле входной двери. Оба были наряжены в форму, которую носили водители благородных семейств. Даже кепки с лакированными козырьками надели.

Хм, гляди-ка чего! Не забыли. Наверное, побоялись, что я отправлю их переодеваться во что-то ещё более унизительное, ежели бы они не надели это облачение.

— Вам так идёт! — сразу же злорадно восхитилась блондинка.

Братья мрачно опустили головы. Иван зло начал крутить пуговичку, а вот старший нашёл в себе силы стоять смирно, как статуя.

— Поехали, — бросил я им, ещё раз приобнял Марию и отпустил её.

Та изобразила, как вытирает слезинку, выкатившуюся из уголка глаза.

Я напоследок показал ей большой палец и вышел из бывшего музея вместе с Рассказовыми.

Ого, а толпа на площади стала куда больше! Казалось, собрался весь город. Шишке негде было упасть. И все сразу как-то активно зашевелились, увидев меня.

— Я проворонил начало какого-то восстания? — пробормотал я, скользя взглядом по возбуждённым людям. — Иван, смотри по сторонам. Вдруг кто-то возжелает выстрелить в тебя. Я не хочу, чтобы твоя кровь попала на мою новую одежду.

— Они собрались, чтобы проводить вас, — мрачно процедил старший, глядя на людей как на самых мерзких предателей.

Он аж зубами скрежетнул, а его пальцы до хруста сжались в кулаки.

— А-а-а! Это я одобряю. Отменное желание, — повеселел я, вскинул руку и помахал с крыльца.

Горожане тут же разразились приветственными воплями, выкрикивая мою местную фамилию. В воздух полетели шапки. По-моему, даже парик мелькнул. Трусы и лифчики, к сожалению, бросать не стали, хотя, наверное, это и к лучшему.

Я под вопли толпы уселся в чёрный «мерседес», стоявший возле крыльца.

Братья Рассказовы присели на передние сиденья, прожигая злыми взглядами людей, продолжающих восторженно вопить мою фамилию.

Рассказовых, помимо злости, жгла и зависть. Ими никогда так не восторгались, а они очень хотели этого, особенно старший, потому и навесил на себя три пуда фальшивых медалек и орденов.

— Попробуйте помогать людям, а не гнобить их. Глядишь, и вас полюбят. Или это для вас слишком сложный план? — иронично выдал я и слегка качнулся, когда машина тронулась с места, принявшись медленно пробираться через толпу.

— Мы усвоили урок, — сухо проронил старший Рассказов. Хрен знает, искренне или нет.

Но одно знаю точно, он на всю жизнь запомнит каждый миг этого холодного осеннего утра. И ведь им обоим ещё предстоит испить горькой водицы…

Пока же «мерседес» сумел выбраться с площади, и мы поехали по дороге, ведущей из города.

— Поедем к ближайшему аэропорту, — скомандовал я.

Старший лишь кивнул.

В машине воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом покрышек и рокотом мотора, да пару раз что-то мигнуло на приборной панели.

Вскоре мы покинули Светлолесенск и помчались по трассе, стиснутой вековыми деревьями. Среди них клубился туман, а на асфальте порой блестели лужи, покрытые ледяной коркой.

Старший Рассказов внимательно следил за дорогой, а я присматривал и за ним, и за Иваном. Вдруг выкинут какой-нибудь фортель? Решат отомстить дедушке. И да — с каждым километром пути в салоне нарастало напряжение. По виску Ивана покатилась капелька пота, и он всё время косился на старшего брата. А тот вдруг потянулся рукой к карману штанов.

— Остановите машину, господа, — спокойно проговорил я, вдыхая воздух, слегка пахнущий выхлопными газами.

— Зачем? — насторожился старший, поспешно вернув руку на руль.

— Надо слить лишнюю жидкость, — криво улыбнулся я.

Братья переглянулись, а затем старший остановил машину, въехавшую на узкий подвесной мост с покрытыми ржавчиной металлическими канатами.

Внизу с грохотом катились серые воды бурной речушки. Брызги летели во все стороны, а волны перекатывались через камни.

— Вы тоже выходите, — проговорил я.

— Что вы хотите… с-сделать? — почти прошептал начавший заикаться Иван, с ужасом глянув на меня через зеркало заднего вида. — Убить нас?

— Может быть, а может и нет. Пока не знаю, кем хочу стать — убийцей или всепрощающим монахом. Ещё не определился, как пистолет-зажигалка. Шучу, ребята! Чего вы так напряглись? Выходите, дальше я поеду один. Ваше общество мне надоело: ни анекдотов от вас не услышишь, ни историй о рыбалке.

Рассказовы снова переглянулись, но теперь так, словно заподозрили, что на заднем сиденье их автомобиля сидит сумасшедший.

Старший снова потянулся к карману, взволнованно облизав губы.

Он думает выхватить пистолет или артефакт? Было бы досадно. Не хочу сражаться с ними в машине. Тем более в «клетке» всего одна душа. Её хватит на один атрибут. «Вампир» же их просто убьёт, после чего придётся доказывать, что это была самооборона.

— Ты руку-то не суй в карман, а то лишишься её, — угрожающе выдал я.

— Сигареты, — промычал старший, отдёрнув руку от кармана. — Там сигареты. Я всегда хочу курить, когда нервничаю.

— А ты не нервничай, — посоветовал я ему и хлопнул по плечу, после чего обратился к его младшему брату: — А ты давай сюда свой телефон.

— За… зачем?

— Ты в кого такой разговорчивый?

Тот замолчал и метнул взгляд на брата. Он кивнул. Иван быстро вытащил телефон и передал его мне.

— Хм, да тут пароль! А я-то думал, что мы друг другу доверяем!

— Сейчас, сейчас назову! — выдохнул бледный парень и отбарабанил: — Один, два, три, четыре и шесть!

— Хитро, — улыбнулся я и ввёл цифры.

Телефон разблокировался, заставив меня испытать удовлетворение.

— Что дальше? Вы заберёте телефон и поедете в аэропорт, а нас оставите здесь? — мрачно предположил старший.

— Всё именно так. Ты очень догадливый. Даже удивительно, что ты не сумел сразу догадаться, что со мной лучше не связываться. Всё, свободны.

Иван пулей выскочил из машины, как шавка из клетки с голодным тигром. А следом за ним из «мерседеса» выбрался и его брат.

Я же занял место водителя и поехал прочь, провожаемый облегчённо-злыми взглядами. Будет им хороший урок!

Посигналив им напоследок, вдавил педаль газа в пол. Надо быстрее добраться до дальнего аэропорта — так будет безопаснее. Местные же думают, что я поеду в ближний. Могут попробовать как-то помешать мне.

Вооружившись этим планом, я открыл в телефоне браузер и нашёл расписание авиарейсов, чтобы уточнить время. В отделении полиции я уже изучал его, а теперь на всякий случай проверил — вдруг задержали?

Судьба мне благоволила. Ровно через два часа из дальнего аэропорта в сторону столицы без задержек полетит самолёт. Наверняка места ещё есть, с учётом того, что это регулярный рейс, а не чартер. Но всё же надо поторопиться.

Я ещё поддал газу, так что аж заревел мотор. Встречные машины с гулом проносились мимо, а деревья слились в одну сплошную стену. «Мерседес» нёсся чёрной стрелой, поблёскивая хромированными дисками в лучах утреннего солнца, бледного как поганка.

Казалось, ничто не предвещало беды, но немецкий автомобиль решил, что мало проблем у одного старого ведьмака. Мотор вдруг начал издавать странный стук, а скорость резко снизилась. Я аж чуть грудью не ткнулся в руль, но благо на мне красовался ремень безопасности. Он больно впился в кожу, заставив матюгнуться:

— Дерьмо!

Съехав на обочину, глянул на приборную панель, почему-то всю расцветшую тревожными огоньками. Ох не зря она пару раз чем-то моргнула, когда мы выезжали из города!

Поспешно выскочил из машины и открыл капот. К сожалению, нигде не увидел красную стрелку, указывающую на поломку. А своими силами я ее найду не так уж и быстро. Вот во всём я был хорош, кроме ремонта автотранспорта.

— Разорви меня дракон! — прошипел я и принялся осматриваться в поисках машин.

Надо остановить одну да пересесть в неё. Однако автомобили были на этой трассе редкостью. Ни одна машина не сверкала фарами в густом тумане, выползшем из леса на асфальт, украшенный трещинами.

Вызвать эвакуатор? Ага, как же! В этой глуши, наверное, даже не знали, что это такое. А если и знали, то он приедет сюда дай бог через пару часов.

А время между тем неумолимо утекало, как вода сквозь пальцы. Эдак я не попаду на рейс, а следующий будет лишь завтра. М-да…

Может, позвать Черныша? Авось отзовётся.

Я принялся мысленно взывать к нему, попутно всё же пытаясь выяснить, что сломалось в машине. Безуспешно: и то и другое. Кот не отозвался, а поломка не обнаружилась, заставляя меня всё больше нервничать.

К счастью, Судьба внезапно решила вернуть должок…

В тумане появились пара жёлтых кругов, приближающихся ко мне.

Эх, лишь бы не гигантские светлячки! С моей отрицательной удачей может оказаться, что в этих местах живут подобные существа — единственные на всей планете! Или это может быть телега с парой кляч и двумя масляными фонарями. Я уже ничему не удивлюсь!

Но вроде бы нет, действительно машина. Ушей коснулся звук мотора и русский рок:

— … Весь вечер беспрерывно бил по крыше дождь и гром гремел ужасно где-то у реки. А в доме шло веселье и гульба. Ещё никто не знал, что в этот миг охотник Себастьян, что спал на чердаке, вдруг почернел лицом, стал дряхлый как старик. Охотник! Охотник! Охотник!

Из тумана показалась неспешно едущая «нива» болотного цвета. Внутри на все лады горланили четыре мужика, подпевая известной песне. Все они оказались в защитного цвета куртках, намекая, что мне повстречались охотники.

И что-то мне подсказывало, что на охоту они ходили не с рогатками, а с чем-то посерьёзнее. Могут и пальнуть, ежели попробую внаглую отобрать у них машину. Охотники-то ведь попались какие-то неправильные. Кажется, абсолютно трезвые.

Ан нет… вроде только водитель трезвый, паренек лет двадцати. А остальные могли похвастаться красными хмельными рожами, украшенными чуть ли не кабаньей щетиной.

Я выскочил на дорогу и принялся махать руками. Главное, чтобы они не перепутали меня с оленем.

Водитель вытаращил глаза и всё-таки перепутал… педали. Нажал не на тормоз, а на газ. «Нива» заревела мотором и рванула на меня. А до моей тушки, на секундочку, оставалось всего метров пять — всего пара мгновений для едущей машины.

Я едва успел отпрыгнуть в сторону, уходя от покрытого грязью бампера. Его край пронёсся буквально в сантиметрах от моей ноги. А затем машина резко остановилась, оглашаемая изнутри потоком брани.

Особенно громко прозвучал жалобный вопль:

— Пиво! Пиво пролил!

— Серёня, кто тебя учил водить? Твой двоюродный брат Лёня, царство ему небесное⁈ — выпалил кто-то грубым басом с переднего пассажирского кресла.

Тотчас открылась правая дверь, и из «нивы» вывалился пузатый мужик. Одёрнул куртку и недобро уставился на меня.

Я сразу же проговорил, опередив его:

— Машина, млять, сломалась! Чёртова иномарка! Подвела в самый нужный момент! А я в аэропорт спешу!

— Да, иномарки они такие… не для нас, — вздохнул мужик, мрачно глянув на «мерседес». — Наша ласточка на такую подлость не способна. Вездеход и всегдаход!

Он любовно погладил «ниву» по крыше.

— Мужики, подвезёте? — спросил я, быстро подойдя к пузану. — Заплачу.

— Пфф. Ты меня обижаешь. Какие деньги, земеля? Так подвезём. Серёня, марш из-за руля! Ты проштрафился, чуть человека не задавил. Дуй в «мерседес» и охраняй его. Мы тебя на обратном пути заберём. А ты… — посмотрел на меня мужик и тут же исправился, признав во мне дворянина: — То бишь вы, господин, садитесь за руль. А то мы уже слегка того, а закон и безопасность чтим. Пьяными за руль — ни-ни.

— Благодарю, — радостно улыбнулся я, хлопнул по плечу заулыбавшегося охотника и сел за руль, мазнув взглядом по Серёне.

Тот с виноватым видом пошёл к «мерседесу».

А я вместе с пузаном забрался в «ниву», уселся за руль и надавил на педаль газа. Машина рванула с места. И ежели поначалу охотники продолжали пить пиво из пластиковой бутылки, подбадривая меня — мол, навали скорости, давай, давай. То когда столбы слились в один забор, они начали стремительно трезветь, наливаясь страхом.

А один из них аж пробулькал, перекрывая рёв мотора и скрежет подвески:

— Я и не думал, что моя ласточка на такое способна. Может, её для гонок собирали? И ведь Мишка по тому году хотел купить её у меня, предлагал хорошие деньги. Нет, теперь я её точно не продам.

К чести охотников, никто из них не стал молить о пощаде, не заикнулся о том, чтобы я сбросил скорость. Они лишь переглядывались друг с другом, словно подростки, не желающие признаваться, что им страшно. Но каждый втайне надеялся, что другой вот-вот под каким-нибудь благовидным предлогом попросит меня ехать помедленнее.

Однако никто так и не открыл рот. А когда я всё-таки начал сбрасывать скорость, увидев на горизонте здание аэропорта, расположенное в нескольких километрах от города, мужики украдкой принялись облегчённо вздыхать.

Их лица снова начали наливаться краской, а на губах появились лихие улыбки. Мол, вот мы какие герои — даже ни разу не пикнули, хотя неслись так, что, наверное, обогнали фотоны света.

Благодаря такой скорости мы добрались довольно быстро. До окончания посадки на рейс оставалось ещё пятнадцать минут.

Я остановил машину возле главного входа, быстро распрощался с мужиками и выскочил из «нивы».

— Господин, не забудьте забрать свой «мерседес»! — ударил меня в спину бас пузана, который уже настолько протрезвел, что вполне мог сесть за руль.

К слову, когда он выгонял из-за руля Серёню, то никто из охотников даже не задумался, как они потом поедут обратно, если будут пьяными.

— Да хрен с ним, с этим «мерседесом», — махнул я рукой, вызвав у мужиков чуть ли не шок.

Ещё бы… так легко распрощаться с такой дорогой машиной. Им-то невдомёк, что она не моя.

Я усмехнулся и энергичным шагом двинулся к прозрачным дверям, ведущим в здание.

Внутри красовались рамки металлодетекторов, а также вышагивали охранники, недвусмысленно намекая, что придётся предъявить документы. А их у меня не было, как и билета, к счастью, имелась идея. Все мои проблемы мог решить один звонок полковнику Барсову.

Встав возле входа, достал телефон Ивана и по памяти набрал номер полковника, но его аппарат оказался выключен.

— Какого хрена? — нахмурился я. — Какой-то сбой?

Позвонил ещё раз. Нет, и вправду выключен.

Меня начало охватывать беспокойство. Если не дозвонюсь до полковника, то не доберусь до самолёта.

Впрочем, паниковать не стал. Нашёл в интернете номер тринадцатого отдела и позвонил в главное отделение в столице. К несчастью, там сообщили, что полковника нет на месте и до него никак не дозвониться.

— Мать твою, да где же он? — прошептал я, глянув на время.

До окончания посадки оставалось семь минут.

Да что же это за херня такая⁈

Я крепко сжал телефон. А он вдруг зазвонил, показав на экране надпись: «Скрытый номер».

Нажал зелёную кнопку и прижал аппарат к уху.

— Зверев? — вылетел из телефона знакомый суровый голос.

— Вы⁈ — ошарашенно выдохнул я. — Да как вы после всего звоните мне⁈