На следующее утро, когда Филлида сидела в своей гостиной, одетая и опрятно причесанная, наслаждаясь утренним чаем со свежим тостом, в коридоре зазвонил телефон.

Она встала из-за стола, где проверяла счета, выставленные на прошлой неделе поставщиками продуктов, и попутно делала заметки о деталях убийства мистера Уоксли, и бодрым шагом направилась к телефону, надеясь, что звонят по поводу задержавшейся доставки «Вак-Трика». Мистер Доббл вышел из своей кладовой как раз в тот момент, когда она снимала трубку с рычага.

– Маллоуэн-холл, – сказала она.

– Филлида! Скорее расскажи, как прошло представление! Я всю ночь проворочалась в постели, бедный Макс не выспался и ворчит на меня с самого утра.

Филлида собиралась позвонить Агате чуть позже, не желая будить свою хозяйку, и обрадовалась, что та опередила ее.

Мистер Доббл застыл рядом, будто намереваясь вырвать телефонную трубку у нее из рук. Казалось, он тоже ждет звонка.

– Это миссис Агата, – сказала она мистеру Добблу, прикрыв ладонью микрофон. – Она хочет узнать, что произошло вчера вечером.

Поскольку этим утром Филлида была настроена великодушно, она решила, что мистеру Добблу можно послушать, как она будет рассказывать Агате о событиях в Бичем-хаусе. В конце концов, рано или поздно он все равно узнает об убийстве, так пусть лучше услышит достоверную информацию из ее уст, а не досужие сплетни.

Кроме того, любое убийство в окрестностях Листли привлекало внимание назойливых репортеров – и почему-то они всегда сразу устремлялись именно к дому Агаты Кристи. Важно, чтобы Доббл был готов к такому развитию событий, даже если Маллоуэнов нет дома и к убийству они не имеют никакого отношения.

Так что вместо того, чтобы отмахнуться от дворецкого или повернуться к нему спиной, она поманила мистера Доббла рукой, приглашая подойти и послушать. Однако, несмотря на ее доброжелательный жест, выражение лица дворецкого оставалось кислым, как неспелый лимон.

– Ну? – поторопила Агата, ее голос в трубке звучал металлически глухо. – Что это за «Приглашение на убийство»?

Филлида кратко изложила суть Игры в убийство, закончив драматическим рассказом о том, как распахнулись двустворчатые двери гостиной, открыв взорам гостей по-настоящему мертвое тело.

– Боже правый! – добродушное любопытство в голосе Агаты сменилось ужасом. – Я и понятия не имела, что случилось настоящее убийство! Прости, что отнеслась к этому так легкомысленно. Должно быть, это было чудовищно. Какой ужасный шок для всех!..

– Конечно, мы все были в шоке, но ты же не могла знать об этой трагедии, так что не вини себя. В газетах еще не напечатали информацию об убийстве. – Филлида скользнула взглядом по дворецкому, лицо которого выражало такое же потрясение.

– Все же убийство – даже игра в убийство – не повод для смеха, – сказала Агата приглушенным голосом.

– Согласна с тобой, – ответила Филлида. – Печальная история, и такой странный способ прикончить человека! Вогнать стилет ему в затылок во время публичного мероприятия, когда кто угодно мог войти в гостиную. Для этого требуется неимоверная дерзость.

Или безумие.

– И как они вообще разберутся, кто это сделал, при таком скоплении народа? – спросила Агата. – Судя по твоим словам, там было человек двадцать гостей, не считая актеров. Слишком много подозреваемых, тебе не кажется?.. Я стараюсь брать не более семи за раз, а потом одного-двух приканчиваю к середине романа. Но, конечно, в реальной жизни мы не можем следовать придуманным нами канонам.

– Вообще-то можем, – сказала Филлида и объяснила, что доступ в гостиную на самом деле был только у пятерых, не считая прислуги.

– Ах да… прислуга – вот кладезь информации! Наверняка кто-то из них что-то видел или слышал. Ну, это уже лучше… гораздо лучше. Всего пять подозреваемых. Повторюсь, мне очень жаль, что мистер Уоксли погиб. Я с ним не знакома, но какой нелепый, трагичный конец! Но если подозреваемых всего пять, даже инспектор Корк сумеет вычислить преступника, – сказала Агата.

Филлида издала неопределенный звук и встретилась взглядом с мистером Добблом. Тот хорошо знал, сколько ошибок совершил инспектор Корк после отравлений на «Празднике убийств»: арестовал невиновного и упустил огромное количество улик.

– Ты же поможешь ему, правда, Филли? – добавила Агата. – Корку, я имею в виду. Небесам известно, ему не помешает твое руководство.

Хотя Филлида всей душой жаждала продолжить расследование, она пока не могла полностью переключиться на роль детектива. Вакуумную машину до сих пор не привезли, и та могла прибыть в любой момент, да и в Маллоуэн-холле хватало своих проблем.

– Инспектор Корк задержался в Лондоне, он приедет, видимо, лишь сегодня. Допросы проводил констебль Гринстикс под моим руководством.

– Как умно с твоей стороны присутствовать при допросах, Филли, – сказала Агата. – Все же прошло гладко, не сомневаюсь.

– Да. Бедная миссис Уоксли показалась мне совершенно убитой горем, – сказала Филлида, вспоминая горестное выражение лица Беатрис Уоксли. – А персонал в Бичем-хаусе… честно говоря, не представляю, насколько они смогут помочь гостям в такое непростое время. Особенно меня удивила экономка. Неумелая, праздная, бесполезная женщина.

– В таком случае ты должна немедленно отправиться в Бичем-хаус и помочь этой неумехе, – с жаром заявила Агата. – Это будет очень по-соседски. В конце концов, большинство людей впадает в панику и теряет контроль над собой, когда в их доме происходит убийство. К сожалению, у тебя богатый опыт в подобных делах, моя Филли.

– Я не хочу навязываться, да и здесь, в Маллоуэн-холле, несусветное количество дел, – пробурчала Филлида. Она не лукавила. Ее искренне беспокоило, в каком состоянии она застанет дом после продолжительного визита в Бичем-хаус.

Несмотря на разговор с Джинни, Филлида не была уверена, что горничные смогут победить ревность без ее дальнейшего вмешательства. А тут еще противный Доббл с его ненавистью к «ситцу и кружевам», не говоря уже о кошках!

К тому же кто примет пылесос, когда его все-таки довезут до места? Конечно, по сравнению с убийством пылесос – вещь не такая уж важная, но ведь именно Филлида провела немало времени, корпя над каталогами, изучая свойства различных моделей и выбирая между «Хувером», «Вак-Трик» и десятком других фирм. И именно она сэкономила деньги и выкроила из бюджета средства на эту покупку! Как теперь позволить кому-то другому распаковать и опробовать адскую машину?

– О, чепуха, – сказала Агата. – Доббл прекрасно справится и без тебя. Что может случиться за полдня? – Именно этого Филлида и боялась. Мистер Доббл наверняка спрячет машину в чулан, даже не распаковав ее. Не проверит, все ли детали на месте… Она взглянула на дворецкого, который в ответ уставился на нее с самым мрачным видом. Может быть, он и не слышал, что говорит Агата, но мог догадаться по ее ответам.

Но если ее хозяйка и подруга просит о помощи…

– Возможно, я нанесу им краткий визит, – со вздохом сказала Филлида. – По крайней мере, будет правильным ознакомить инспектора Корка – если, конечно, он уже прибыл в Листли – с моими наблюдениями и выводами.

– Очень правильно! – жаром ответила Агата. – В конце концов, самое важное – найти и арестовать преступника, независимо от того, кто именно раскроет дело. А как звали жертву, я забыла? Мне что-то напомнило это имя…

– Клифтон Уоксли, из известных всем «шерстяных Уоксли». Женат на бывшей Беатрис Форртэ.

– Уоксли. Да, определенно звучит знакомо… но я не уверена, где слышала это имя.

– Он был спонсором и инвестором театра в Уэст-Энде, – ответила Филлида, зная, что у Агаты тоже есть связи в театральном мире Лондона. Агате постоянно поступали предложения об экранизации ее книг и о театральных постановках.

– Возможно, в связи с этим и слышала о нем. Надо будет расспросить, не знает ли кто из моих знакомых об этом человеке. Что-то в голове крутится, подожди-ка… – голос Агаты затих. – Ох, что же это было?

– Миссис Уоксли упомянула, что мужу пришлось срочно уехать в деревню и что он был сам не свой после «того скандала», но она не стала вдаваться в подробности, а у меня не было возможности расспросить ее поподробнее, – сказала Филлида.

– Скандала? – Агата явно заинтересовалась и вроде даже слегка обрадовалась. – Как удачно, что я застряла в Лондоне, правда? Постараюсь разузнать для тебя как можно больше скандальных подробностей, дорогая. Загляну в газеты, возможно, переговорю с кем-нибудь в Скотленд-Ярде. Они всегда рады помочь Агате Кристи. Можно я выступлю как твой капитан Гастингс, мадам Брайт? – шутливо добавила она.

– Это было бы весьма кстати, – согласилась Филлида. Чем больше информации получит полиция, тем лучше. – Поищи еще интересные факты и статьи обо всех подозреваемых, хорошо? У каждого есть свой секрет, – сказала она, вспоминая утверждение мистера Брикстона: «Я и ему это высказал, и еще то, что баловаться с разглашением грязных секретов и поиском скелетов в шкафу – опасная затея…»

Тайны есть у всех. Но не всякая тайна стоит убийства.

И все же чей-то «скелет» стоил того, чтобы пойти на ужасающий риск и вогнать стилет в основание черепа живого человека.

* * *

– Миссис Брайт, что привело вас сюда? – сказала миссис Паффли, когда Филлида вошла на кухню в половине десятого утра. – Пылесос, что ли, уже привезли?

Повариха Маллоуэн-холла, женщина лет сорока пяти, своими широкими плечами, мускулистыми руками и сильными пальцами напоминала хорошо отлаженный механизм паровоза: ее движения были так же четки, мощны и гладки – результат ежедневных процессов замешивания, рубки, отбивания и разделки. Свои жесткие каштановые волосы она убирала под поварской колпак, а ее раскрасневшееся лицо обычно украшала полоска муки на подбородке.

В кухне – просторном помещении, располагавшемся в цокольном этаже, всегда сохранялась относительно комфортная температура, даже когда в духовках пеклись хлебы и пироги, а на плите булькали, исходя паром, многочисленные кастрюли. Посредине стоял длинный рабочий стол, за которым что-то усердно чистили Молли и Бенита, вторая кухонная девушка. Опал, самая младшая по рангу служанка в доме, мыла в подсобке яйца, которые, к слову сказать, Филлиде в голову бы не пришло доставать самой из-под куриц.

– Доброе утро, миссис Паффли, – сказала Филлида. – К сожалению, пылесос ещё не привезли, и никаких известий о времени доставки пока нет. Но я собираюсь ненадолго съездить в Бичем-хаус и хотела бы захватить с собой корзинку с вашим печеньем или булочками. Было бы кстати добавить туда баночку розмаринового желе или смородинового джема. Что вы можете мне предложить?

Хотя Гарриет Паффли считалась царицей кухни – никто не смел вмешиваться в процесс, происходящий у печей, плит, разделочного стола, пароварки, сковородок, противней и мисок для замеса, – Филлида безраздельно властвовала в дистилляционной, где под ее присмотром готовились консервы, настойки и разнообразные домашние растворы для полировки мебели и мытья полов.

– Доброе утро, Бенита, – сказала Филлида.

Девушка на секунду подняла глаза:

– Доброе утро, миссис Брайт, – робко улыбнулась и вернулась к чистке картофеля.

Ее недавно повысили с должности посудомойки до кухонной девушки, и она явно гордилась новым положением. Увидев, что она не слишком внимательно следит за ножом в руке, Филлида решила, что лучше не отвлекать ее от дела.

– Доброе утро, Молли, – сказала Филлида.

По лицу Молли пробежала тень, но она изобразила улыбку и пробормотала:

– Доброе утро, миссис Брайт.

Затем девушка опустила голову и продолжила чистить зеленую фасоль, кучка которой возвышалась на столе.

Как обычно, Молли была опрятно одета в накрахмаленное форменное платье, а на голове красовался кружевной чепец, чтобы волосы случайно не оказались в супе или подливе. Но лицо ее казалось осунувшимся, и Филлида заметила легкую красноту вокруг глаз, когда та подняла голову, чтобы ответить на приветствие начальницы.

Молли явно недавно плакала, но почему именно, Филлида не знала и решила, что выяснять сейчас не время. Язык у миссис Паффли был острым, как ее разделочный нож, и она не боялась пускать его в ход при любом удобном случае, особенно если ей казалось, что служанка недостаточно усердна или витает в облаках во время работы.

– Вот только вынула из печи розмариновые турноверы, которые я пеку по своему рецепту, знаете? Можете взять несколько штук. И еще, кстати, утром попробовали кое-что новенькое – кукурузные маффины. Интересный вкус, я вам скажу. Только их нужно подавать с маслом и красным джемом. А может, даже и с медом, – подумав, добавила миссис Паффли. – Молли!

Услышав свое имя, Молли вздрогнула и подошла к металлической стойке, где охлаждалась утренняя выпечка.

– Пахнет восхитительно, – сказала Филлида, рассматривая еще теплые золотистые маффины. – Огромное спасибо, миссис Паффли.

– Молли, упакуй в корзинку дюжину маффинов, баночку смородинового джема и немного меда от Пьеро, – сказала она. – И положи веточку розмарина в мед, поняла?

Пьеро служил разнорабочим и приходил в Маллоуэн-холл раз или два в неделю, чтобы починить часы, лампы или помочь по хозяйству. Они с отцом держали дома пасеку, и Филлида брала большую часть меда у них.

– Да, мэм, – ответила Молли, поспешно выходя из комнаты за корзинкой.

– Постели внутрь гладкую синюю салфетку, а не вышитую, – крикнула Филлида ей вслед.

Хотя она и намеревалась продемонстрировать миссис Трикл, как следует рачительно и эффективно вести хозяйство, пока под носом идет расследование убийства, оставлять в Бичем-хаусе свои лучшие скатерти и салфетки она не собиралась. А вот веселенький синий ситец придется как нельзя кстати.

– Что ж, раз вы забрали все мои кукурузные маффины, миссис Брайт, придется вам поделиться с нами новостями о вашем последнем убийстве, – сказала миссис Паффли, с влажным шлепком швыряя на стол большой кусок свиной корейки, от чего лежащие на столе ножи подпрыгнули и громко звякнули.

– Но это не мое убийство, – запротестовала Филлида. – Я просто случайно оказалась там.

– Вот я и говорю – ваше убийство, раз вы уже взялись расследовать его, – хихикнула повариха. – Барни точно скоро нагрянет сюда позавтракать, так расскажите хоть чуточку, что там вообще произошло? Все равно он мне все выложит.

Филлиде потребовалось мгновение, чтобы сообразить, что Барни – не кто иной, как констебль Гринстикс. Похоже, сердечные дела между поварихой и констеблем зашли куда дальше, чем она предполагала, раз та называет его по имени.

Впрочем, кто знает, возможно, полицейский просто пользуется возможностью бесплатно поесть, а миссис Паффли использует его вместо ежедневной сводки последних новостей Листли.

Да, Маллоуэн-холл в последнее время демонстрирует бесконечную череду романтических загадок! Но Филлида воздержалась от излишних расспросов о природе отношений миссис Паффли с констеблем Гринстиксом. Во-первых, это не ее дело, а во-вторых, не очень-то и интересно и уж точно не повод тратить на это драгоценное время. И все же… Констебль как минимум лет на десять моложе поварихи! Какой мезальянс… Но Филлида снова одернула себя: она, конечно же, вовсе не возражает, чтобы мужчина ухаживал за женщиной старше себя. Наоборот, приветствует такие отношения!

Поскольку миссис Паффли все еще смотрела на нее с ожиданием и надеждой, Филлида в двух словах поведала, что произошло вчера вечером в Бичем-хаусе.

– Боже правый, – сказала миссис Паффли, ловко обвязывая бечевкой свиной рулет. – Какой ужас. Что творится-то, а? Бенита, жир нужно рубить мельче, разве не видишь? Заодно и бекон порежь. Как можно мельче кроши, смотри у меня. Куда подевалась эта Молли?

– Я здесь, мэм, – сказала Молли, влетая на кухню с корзинкой.

Филлида взяла корзинку у нее из рук и одобрительно осмотрела аккуратно уложенные продукты. Служанка вложила в складки салфетки маленькую веточку розмарина и три осенние астры.

– Спасибо, Молли, – сказала она с улыбкой. – Выглядит прекрасно.

Плечи служанки немного расслабились.

– Не за что, миссис Брайт, – сказала она с легким реверансом.

– Молли, принеси кервель и петрушку из сада. И розмарин тоже, и не мешкай, шевелись, шевелись! – отрезала миссис Паффли.

Молли, привыкшая к резкой манере поварихи, побежала к выходу с ножницами в руках.

– Ну, мне пора, – сказала Филлида, перекидывая корзинку через сгиб локтя. – К несчастью, прежде чем я дойду до Брэдфорда, мне предстоит встреча с Миртл.

– Можете взять мой велосипед, – предложила миссис Паффли, от чего Филлиду даже передернуло.

Хорошо она будет выглядеть – с прилипшими ко лбу волосами, запыхавшаяся и вспотевшая. Да никогда в жизни!

Вот он, единственный реальный недостаток жизни в деревне: нельзя дойти до соседей пешком или воспользоваться трамваем или автобусом. Если нужно куда-то попасть, приходится полагаться на угрюмых шоферов, выпускающих на тебя своих мокроносых псин.

– Нет, спасибо, миссис Паффли. Я соберусь с духом и приготовлюсь к битве со зверем, – сказала Филлида.

Миссис Паффли усмехнулась, качая головой.

– Не знаю, чего вы взъелись на эту малютку. Она же и блохи не обидит!

– Потому что эта тварь, скорее всего, уже обзавелась ими, – парировала Филлида.

Малютку? Да это создание по меньшей мере уже выросло до размеров слона!

Под смех миссис Паффли она вышла из кухни.

В небольшом зеркале на стене Филлида проверила, как сидит на голове шляпка, и вышла из дома через черный ход. Вот одно нововведение, которое она внесла вскоре после прибытия в Маллоуэн-холл – повесила зеркало. Всегда нужно удостовериться, что выглядишь достойно, прежде чем выйти из дома, даже если нужно всего лишь нарвать цветов или принести яйца.

Ее бледно-голубая шляпка – женская версия трилби, с единственным пляшущим пером серого и черного цвета под широкой темно-синей лентой – сидела как влитая. Яркие волосы выбивались из-под загнутых полей.

Филлида недавно подстригла волосы, и теперь они изящно обрамляли ее лицо, спускаясь чуть ниже подбородка. Ей больше не нужно было сооружать на голове замысловатые прически, а чтобы волосы не лезли в глаза, она использовала гребни со сверкающими бусинами и стразами. Этим она давала мистеру Добблу дополнительное основание при виде ее зажмуривать глаза, хмурить брови и что-то бормотать себе под нос. Даже больше, чем «ситец и кружева», дворецкий ненавидел стиль одежды экономки, в котором не было ни капли черного, серого или темно-синего цветов. Филлида предпочитала платья василькового, лилового, розового или ярко-зеленого цвета, а некоторые ткани были даже с узорами! Сегодня она выбрала легкое платье из вискозы цвета сливочного масла в мелкий голубой цветочек с пышными короткими рукавами.

Убедившись, что выглядит более чем приемлемо, Филлида улыбнулась своему отражению и выскользнула наружу. Она обнаружила, что ночью прошел дождь и вот-вот пойдет снова, и поэтому шла осторожно, стараясь не вступить в мокрую траву и не испортить туфли. К гаражу вела гравийная дорожка, и, к своему удивлению, она увидела, что Брэдфорд уже выкатил «Даймлер» наружу – то ли в предвкушении, что понадобится ее подвезти, то ли по другой причине. Машина сверкала на утреннем солнце; возможно, он ее натер воском или отполировал… Или что там делают с автомобилями, чтобы содержать кузов в чистоте?

Филлида замедлила шаг, оглядываясь по сторонам. Последнее, что ей нужно, – чтобы восторженная Миртл налетела на нее и испортила желтое платье своими грязными лапами. Но ни собаки, ни ее хозяина не было видно.

Садовник Амси стоял по другую сторону дорожки, у каменной стены, отделявшей яблоневый сад, и подрезал розовые кусты, что напомнило Филлиде, что нужно попросить его собрать шиповник для приготовления желе. Однако идти по мокрой траве она не собиралась, а кричать ей не пристало, да и дело это могло подождать. Шиповник в этом году уродился на славу, и на его сушку все равно требовалось время.

Она сделала еще два шага к машине, и тут услышала звук, от которого ее пробрала дрожь… Что-то, напоминающее легкое ворчание, переходящее в визгливое тявканье. Вместе с этими ужасающими звуками из глубины гаража наружу вырвалось черное пятно.

Филлида сглотнула вскрик и отпрянула, но зверь уже мчался к ней. Она приготовилась отразить прыжок собаки, но, к ее удивлению, Миртл не только не бросилась когтистыми лапами на ее ноги в шелковых чулках, но замерла прямо перед ней. Мелкая тварь затормозила в метре от нее, шлепнулась на землю и теперь смотрела на Филлиду сверкающими черными бусинками-глазками, видимо, ожидая похвалы. Ее черный нос влажно блестел, темно-розовый язык вывалился из пасти, и она счастливо сопела.

– Что же, ты молодец, – сказала ей Филлида, поскольку Миртл явно требовала оценить свои усилия. – Наконец-то ты ведешь себя как настоящая леди. Не представляю, где ты научилась такому благородному поведению. – Она оглянулась, ожидая, что Брэдфорд появится следом за ней. – Должна заметить, ты демонстрируешь значительное улучшение своих манер по сравнению с прежними. Отличная работа.

Внезапно Миртл тихонько тявкнула и вскочила на все четыре лапы. Филлида инстинктивно снова приготовилась к прыжку, но клубок черной шерсти развернулся и со всех ног помчался к своему хозяину, выходящему из боковой двери гаража.

– Доброе утро, миссис Брайт, – приветствовал ее Брэдфорд. Как обычно, шофер не удосужился надеть ни шляпу, ни куртку. Он наклонился, чтобы потрепать прыгающую и изо всех сил виляющую хвостом собачку и сунул ей какое-то лакомство. – Полагаю, вас нужно доставить в Бичем-хаус?

Филлиде не нравилось, когда ее действия предугадывали заранее, но она не выказала раздражения и просто ответила:

– Совершенно верно, мистер Брэдфорд.

Он взглянул на нее так, словно хотел закатить глаза от ее чопорного тона.

Конечно, он злился, потому что она упорно называла его мистер Брэдфорд, что, как она хорошо знала, ему не нравилось. Филлида использовала свое тайное оружие каждый раз, когда он особенно бесил ее своим поведением. Впрочем, у шофера был свой способ позлить Филлиду: он произносил ее имя – миссис Брайт – с ироничной интонацией, как будто сомневался в реальности ее статуса замужней дамы.

– Ну что ж, тогда прошу, миссис Брайт. Машина вымыта и готова к отъезду вашего величества, – пригласил он, открывая переднюю пассажирскую дверь.

Но прежде, чем Филлида успела сделать шаг к сверкающему «Даймлеру», Миртл прыгнула вперед, вскарабкалась в машину и устроилась на кожаном сиденье.

– Похоже, моя девочка тоже хочет прокатиться с нами, – сказал Брэдфорд, ухмыляясь.

Именно этого ей и не хватало. Грязная собака, карабкающаяся по сиденью, а потом и по ней самой, оставляющая шерсть, грязь и слюни на ее платье и на корзинке с продуктами, которые она везет?

– Она должна остаться здесь, с Амси, – отрезала Филлида.

– Слышишь, малышка? Она не хочет, чтобы ты ехала с нами, – сказал Брэдфорд грустным, завывающим тоном, которого Филлида никогда от него не слышала. – И это после того, как ты спасла ей жизнь меньше двух недель назад – а сегодня даже не замазала ей слюнками юбку!

Миртл, казалось, поняла речь хозяина, подскочила к краю пассажирского сиденья и уставилась на Филлиду полными надежды темными глазами, шумно дыша.

– Она не спасала мне жизнь, – резко ответила Филлида. – С чего вы взяли? Ты не спасала мне жизнь, – возмущенно повторила она, на этот раз обращаясь к собаке. – Ты лишь помогла выбраться из-за машины, не испачкав платье.

Это была истинная правда. Филлида просто оказалась зажатой между машиной и каменной оградой, когда расследовала убийство викария на Празднике убийств, но она и сама могла бы спокойно выбраться из трудного положения. Однако Брэдфорд упрямо продолжал утверждать обратное!..

– И согласитесь, она не испортила ваше платье сегодня и не прыгнула на вас, – напомнил он ей, – даже не поцарапала ваши шелковые чулки. – Он скользнул взглядом по ее икрам. – Кстати о чулках. И славные же ножки они защищают, а, Миртл?

У Филлиды от смущения запылали щеки. Боже правый. Что это на него нашло? И что, черт возьми, нашло на нее? Краснеть из-за такой глупой реплики.

Но она краснеет не от смущения, а от раздражения, строго одернула себя Филлида… задерживая дыхание, чтобы предательский румянец поскорее покинул ее щеки.

– Собака испачкала все сиденье, – указала она.

Брэдфорд взглянул и вздохнул.

– И в самом деле. Миртл, ты только что разрушила свои шансы прокатиться, подружка, – он подхватил шерстяной клубок и посадил на землю, сопроводив это плавным жестом руки. Филлида снова напряглась, готовясь к неизбежному, но Миртл лишь смирно сидела и только сопела в своей манере, пока Брэдфорд вытирал сиденье чистой сухой тряпкой.

Когда вся грязь была убрана, шофер жестом пригласил Филлиду сесть.

– Золотая колесница к вашим услугам, мэм.

Наступила ее очередь закатывать глаза, но она сделала это так, чтобы он не видел.

Спустя несколько минут, сплавив Миртл садовнику Амси, который хоть и не возражал против слюней и лая, но жестко пресекал попытки подкапывать клумбы в розарии, Брэдфорд вывел «Даймлер» на аллею. Он, конечно, по-прежнему не удосужился надеть шляпу и пиджак, но хотя бы продемонстрировал ей пару красивых коричневых кожаных перчаток для вождения.

– Надеетесь прибыть на место преступления раньше инспектора Корка, миссис Брайт?

– Понятия не имею, когда приедет инспектор, и мне это безразлично, я еду в дом Уоксли, чтобы выразить соболезнования, – высокомерно сказала она.

– Ах вот как! – голос шофера прозвучал почти искренне.

Филлида не проронила ни слова до самого конца поездки, и, к ее удивлению, Брэдфорд тоже молчал. Когда они познакомились, он был так же неразговорчив и нелюдим. И очень ворчлив.

Возможно, это было связано с тем, что Филлида практически обвинила его в убийстве.

Но за последние недели она познакомилась с более разговорчивой версией Брэдфорда – теперь он без конца сыпал колкостями на ее счет, а иногда выступал со своими (обычно ошибочными) теориями расследования.

– Машины инспектора не видно, – заявил Брэдфорд, когда они подъехали к Бичем-хаусу. – Задерживается, наверное. Вам придется взять расследование на себя, миссис Брайт.

Она бросила на него холодный взгляд.

– Полагаю, вы довольны, ведь это значит, что я не так скоро вернусь в Маллоуэн-холл.

Не дожидаясь ответа, она сама открыла дверцу машины и вышла.

– Так когда же мне за вами заехать, миссис Брайт? – сказал он, наклоняясь, чтобы взглянуть на нее через пассажирское окно. – Или вы предпочитаете позвонить?

Она заметила, что он не стал отрицать ее предположение.

– Нет… я надолго не задержусь. Часа должно хватить. Ну, возможно, двух, – добавила она, вспомнив о способностях миссис Трикл – или, точнее, об отсутствии таковых.

– Ну что ж, тогда до встречи, миссис Брайт.

Он дал короткий гудок клаксоном и уехал.

Снова перед Филлидой встал выбор: постучаться в парадную дверь Бичем-хауса или пройти к служебному входу.

После короткого раздумья она решила обойти дом и воспользоваться служебным входом. Конечно, она не боялась, что ее могут не впустить, просто посчитала благоразумным на время скрыть свое присутствие как от гостей, так и от хозяев усадьбы – ведь все они были подозреваемыми!

Хотя она и допросила пятерых актеров, у Филлиды не было возможности поговорить о случившемся с прислугой. Как она хорошо знала, люди «внизу» все видят и слышат. И любят посплетничать.

Наверняка можно почерпнуть больше информации, допросив мистера Трайфла, миссис Трикл, лакея и горничную. Возможно, даже повариха – с говорящей фамилией Донатс – что-нибудь знает.

С этой мыслью Филлида пошла по кирпичной дорожке вокруг Бичем-хауса.

Она прошла курятник с огороженным двором и вздрогнула, представив себе, как экономка сует руку под курицу, чтобы достать яйцо, затем обогнула небольшой флигель, который, вероятно, когда-то служил конюшней, а теперь был переделан в гараж. Маленький чисто прополотый огород с пряными травами недалеко от кухонной двери заслужил ее одобрение, но она тут же заметила, что базилик вот-вот зацветет, а мята пошла в рост и грозит забить кервель. Неодобрительно цыкнув зубом, она направилась к черному ходу, радуясь, что не слышит ни лая, ни тявканья и не видит вокруг прыгающих слюнявых собак, – правда, к дереву была привязана коза.

Она уже собиралась потянуть за ручку звонка, когда раздался женский вопль.