В дверях стояла Чарити Форртэ, подозрительно сузив глаза, в которых блестел неестественный огонек. Видимо, она уже успела употребить пару щепоток порошка из своей коробочки.

– Я искала пистолет, который лежал в ящике мистера Брикстона, – ровным голосом сообщила ей Филлида.

Перебегающие с предмета на предмет блестящие глаза миссис Форртэ остановились на Филлиде и расширились, будто от удивления. Впрочем, это выражение могло объясняться целым рядом причин.

– Пистолет?

– Да, пистолет. И теперь он исчез. Предполагаю, что его отсутствие связано с нынешним состоянием мистера Брикстона, который лежит в гостиной. Мертвый. Вы слышали выстрел?

– Нет… конечно, нет. Зачем Жоржу понадобился пистолет?

– Теперь мы этого не узнаем.

– Но… ведь сейчас пистолет у того, кто его убил! – воскликнула миссис Форртэ и нервно оглянулась на коридор у себя за спиной.

– Именно так.

– Господи помилуй, – сказала Чарити, вцепляясь пальцами в дверной косяк. – Ну, это… это…

– Вот именно. – Филлида решила использовать удобный момент и продолжить допрос, пока женщина не пришла в себя. – Мистер Уоксли знал о вашей… э-э… привычке?

– О какой еще привычке? Я не понимаю, о чем вы говорите. – Губы Чарити, давно лишенные помады, скривились в неприятной усмешке. – Вы ужасно любопытны – как вас там? Вам это говорили?

– Миссис Брайт, – подсказала Филлида. – Уоксли знал о вашем пристрастии к кокаину и о том, чем вы расплачиваетесь за него, не так ли?

– Понятия не имею, о чем вы.

– Вы крадете драгоценности или другие мелкие, но дорогие вещи при любой возможности – в магазинах, в домах приятелей, где угодно. Если вас ловят, выдаете это за шутку, за прихоть богатой женщины. Мистер Уоксли узнал об этом, правда? Он угрожал кому-нибудь рассказать? Возможно, миссис Уоксли?

– У меня… ну да, у меня есть проблема, – сдалась миссис Форртэ. – Я не люблю об этом говорить, но иногда я… не могу с собой совладать.

– О какой именно проблеме вы говорите? – спросила Филлида. – О воровстве или о кокаине?

Хорошенькое лицо миссис Форртэ стало жестким и злым. Она шагнула в комнату и закрыла за собой дверь.

– Вы сами не знаете, что болтаете. Как и Клифтон! Он обвинил меня в том же самом, но он ничего не знал обо мне. Вообще ничего!

– Вы, должно быть, страшно разозлились на мистера Уоксли, – сказала Филлида, отступая на шаг и оглядывая комнату в поисках средства самозащиты. Глаза миссис Форртэ отсвечивали жестким блеском, она дышала часто и прерывисто. Женщина явно была взвинчена и в отчаянии, но Филлида знала, что револьвер, из которого убили мистера Брикстона, не у нее. Поэтому в случае необходимости для обороны хватило бы и кочерги.

– Да, я разозлилась! Он не имел права распускать обо мне гадкие сплетни. Я не нарочно… я не нарочно это делаю. Это… само собой происходит.

– Значит, вы взяли драгоценности? Не нарочно? Вы украли что-то у миссис Уоксли? Браслет, возможно? Именно так он догадался, что с вами происходит? – Филлида как бы случайно придвинулась к каминной кочерге, но не стала брать ее в руки.

– Нет. Вранье! Наглое вранье! Я не крала его! Я бы никогда ничего не взяла у Беа! – Сквозь неестественный блеск в ее глазах пробились слезы. – Или… я не помню, если и взяла… Ну а после того, что сделал он… что ж, получил по заслугам!

– Мистер Уоксли?

– Конечно!

– Что такого сделал вам Клифтон Уоксли?

– Мне? Ничего – кроме того, что распускал про меня наглые лживые слухи. Но та авария! Вы ведь не думаете, что он и в самом деле позволил бы кому-то вести свой драгоценный автомобиль? А все ему поверили, подумать только… И зачем порочить мое имя, скажите? Ко мне даже полиция приходила, понимаете? Меня арестовали! И все из-за него… Мне пришлось отдать кучу денег адвокатам, чтобы уладить дело. Я ему так и сказала! Сказала, что он должен оплатить моих адвокатов – потому что это все клевета!

– А когда он отказался оплатить услуги ваших адвокатов, вы убили его, – предположила Филлида.

– Не говорите глупостей! Конечно, я не убивала его. Как мне теперь получить с него деньги?

– Вы дружите с Беатрис Уоксли. Может, вы подумали, что она с большей готовностью даст вам денег, чем ее муж, особенно сейчас, пока не знает о ваших… проблемах.

– Я не убивала Клифтона, вы… как вас там. И вообще, что вы здесь делаете? Кто вы такая?

– Я здесь, чтобы выяснить, кто убил Клифтона Уоксли и Жоржа Брикстона, – и проследить, чтобы все в доме были накормлены, поскольку, похоже, экономка и дворецкий вышли из строя, – спокойно ответила Филлида. – И если вы действительно невиновны в убийстве, вам следует радоваться моему присутствию.

Миссис Форртэ, казалось, не знала, что ответить на это простое и точное заявление, поэтому Филлида решила воспользоваться ее замешательством и ретироваться.

Она проскользнула мимо миссис Форртэ и вышла из комнаты, прежде чем та успела среагировать. Из их разговора она узнала очень мало, хотя слова Чарити о том, что Клифтон Уоксли получил по заслугам, засели у нее в голове.

Несмотря на то что шок, читавшийся в глазах миссис Форртэ, и ее беспокойство по поводу пропавшего оружия казались искренними, Филлида не была готова исключить ее из списка подозреваемых. У этой женщины имелся не менее веский мотив избавиться от мистера Уоксли, чем у других «актеров», и Филлида уже поняла, что Чарити отлично умеет притворяться невинной простушкой. К тому же она употребляла кокаин, что могло вызывать частую и непредсказуемую смену настроения.

Мало того, миссис Форртэ была, видимо, достаточно близко знакома с мистером Брикстоном, раз назвала его по имени и удивилась, зачем ему понадобился пистолет. Насколько хорошо она знала Жоржа Брикстона? Настолько, чтобы желать его смерти?

Возможно ли, что мистер Брикстон случайно увидел или услышал что-то, что подвергало убийцу опасности разоблачения?

Из разговора Луизы с мистером Брикстоном следовало, что он встретил здесь кого-то, кто был не тем, за кого себя выдавал. Если и мистера Уоксли, и мистера Брикстона убил один и тот же человек – а Филлида пока не могла предположить иного, – вероятнее всего, второе убийство произошло из-за опасности разоблачения, а значит, и место, где они раньше встречались, имеет прямое отношение к мотиву. Да, сказала себе Филлида, эти рассуждения кажутся верными.

Она поспешила обратно на кухню, откуда уже доносились пьянящие запахи жарящейся баранины и томящейся на плите подливы. Из духовки веяло сладким ароматом – неужели это персиковый коблер?

Брэдфорд, Элтон, судомойка Петуния и миссис Донатс собрались за столом. Мужчины прихлебывали кофе, перед каждым стояла маленькая тарелочка с ломтиком свежего хлеба, накрытого куском сыра. В дальнем конце стола Петуния лущила горох, а миссис Донатс с легкостью, приходящей с долгим опытом, сновала между столом и плитой. Миртл лежала, свернувшись калачиком под стулом Брэдфорда, и, казалось, мирно спала. Когда Филлида вошла в комнату, Элтон вскочил с такой поспешностью, что едва не опрокинул стул. Миртл тоже вскочила, и глаза ее запылали тем же огнем, что и у миссис Форртэ, но по другой причине.

– Миссис Брайт, не хотите ли присесть? – Элтон указал на стул, который поймал за секунду до того, как тот коснулся пола, и изящно отодвинул его от стола. – Миссис Донатс испекла восхитительный ржаной хлеб.

Филлида, усилием воли заставив себя сохранять непринужденный вид, решила не смотреть на Брэдфорда, так как не сомневалась, что он сейчас картинно закатывает глаза и поднимает брови. Она также отвернулась от подпрыгивающей перед ней Миртл, явно пытающейся обратить на себя внимание.

– Спасибо, Элтон, не сейчас. Миссис Донатс, могу я попросить вас приготовить чайный поднос для миссис Трикл?

– Конечно, конечно, миссис Брайт! – воскликнула повариха. – Петуния, отложи на минуту горох и приготовь поднос для миссис Трикл.

– Пахнет восхитительно, – тактично сказала Филлида, помня, что похвала и кошке приятна. – Как это вы успели все приготовить так быстро, миссис Донатс? Это жаркое из баранины?

– С пастернаком, морковью и картофелем, – ответила кухарка с довольной улыбкой. – Я также готовлю пюре из горошка, тушеную печень с луком и паштет из копченой рыбы. У меня есть свежий хлеб для паштета. Да, а на десерт – персиково-черничный коблер.

– Великолепный ужин, – сказала Филлида, надеясь вскоре отведать коблера с чашкой чая. Она вспомнила, что с утра не ела ничего, кроме жалкого тоста за завтраком. Расследовать убийства – определенно отличный способ похудеть.

– Вот, пожалуйста, миссис Брайт. – Петуния поставила перед ней поднос с маленьким заварочным чайником, у которого недоставало половины носика. – Это один из старых, которые мы нашли в кладовке. Остальные почти все разбились вчера вечером, – пояснила она.

– Я отнесу поднос, миссис Брайт, если позволите? – спросил Элтон, который продолжал стоять, как и подобает любому уважающему себя джентльмену в присутствии дамы. Брэдфорд же едва взглянул на нее; он попивал свой кофе и, скорее всего, внутренне хохотал над ее затруднительным положением. Не дождавшись ласки, Миртл вернулась на свое место под его стулом, но пристально следила за Филлидой черными глазками-бусинками – видимо, выбирала момент, чтобы наброситься на ее чулки.

– Вот спасибо, Элтон, это будет очень кстати. А потом помогите Энтони принести свежие дрова в спальни и проследите, чтобы все камины горели. Я не видела мистера Трайфла, так что подозреваю, что никто не распорядился на этот счет. В доме ужасно сыро, но, кажется, гроза начала немного утихать.

– Да, мэм, – сказал он, с готовностью хватая поднос.

Филлида по памяти дошла до апартаментов миссис Трикл. Она предположила, что спальня примыкает к гостиной, и не ошиблась. Пройдя через чистенькую гостиную, она постучала в смежную дверь.

Слабый голос произнес:

– Войдите.

Приняв у Элтона поднос, она отослала его, а сама вошла в комнату. Элизабет Трикл лежала в постели с тряпицей на лбу.

– Я принесла вам чаю, – объявила Филлида, оглядываясь вокруг.

Спальня выглядела опрятной и была просто обставлена, с небольшим количеством личных вещей, чего и следовало ожидать: ведь экономка прожила здесь не очень долго. Лампа на прикроватном столике давала достаточно света для чтения, но книг у миссис Трикл не было: вместо них на столике лежали небольшой фотоальбом и дамский дневник и красовалась изящная вазочка с одной-единственной маргариткой. Дверцы небольшого шкафа были закрыты, но на полу стоял наполовину собранный саквояж, словно его хозяйка готовилась к отъезду.

Большое окно, низко вырезанное в стене, открывало вид на грозовое небо, все еще покрытое мрачными черными тучами. Видимо, гроза не спешила утихать.

– Как мило с вашей стороны, что вы так заботитесь обо мне, миссис Брайт. – Миссис Трикл приподнялась на постели. – Я не знала, что вы… вернулись.

– Луиза позвонила в Маллоуэн-холл, очень расстроенная. – Филлида осторожно поставила чайный поднос на узкую кровать рядом с экономкой. – Она попросила меня приехать, поскольку вы… э-э… – Она остановилась, не договорив «уклонились от своих обязанностей».

– Бедный, бедный мистер Брикстон, – слабым голосом произнесла миссис Трикл, дрожащей рукой хватаясь за горло. – Я… это было ужасно.

– Насколько я понимаю, это вы его нашли, – продолжила Филлида.

Миссис Трикл кивнула, затем налила себе чая.

– Я вижу, они нашли еще один годный чайник, – она слабо улыбнулась.

– К счастью, да. Пожалуйста, расскажите, как вы обнаружили мистера Брикстона, – попросила Филлида.

– О. Да. Одну минуту. Я… ну, я увидела, что дверь в гостиную приоткрыта, и заметила, что в кресле кто-то сидит. Там было довольно темно, знаете ли, и этой комнатой почти не пользовались, так что я немного удивилась. А потом… – Она сглотнула, видимо, собираясь с духом. – Вдруг ярко вспыхнула молния, осветила комнату и… и я увидела его. В кресле. И повсюду кровь… Я закричала…

– Вы подходили к нему?

– Нет-нет, конечно, нет. Я и так видела, что он мертв. – Она закрыла глаза и тяжело вздохнула. – Я уже уведомила миссис Уоксли об уходе. Я просто не в состоянии больше оставаться в доме, где убийцы подстерегают нас даже во сне.

Филлида молча подняла брови. Как драматично сказано! Она не сомневалась, что Бичем-хаус только выиграет, когда миссис Трикл покинет свой пост. Так вот чем объясняется открытый саквояж рядом с кроватью! Экономка времени даром не теряет.

Возможно, Луиза сможет занять ее место; в конце концов, хозяйство здесь не такое большое и сложное, как в Маллоуэн-холле. Несмотря на все свои промахи, она кажется вполне толковой девушкой.

– Так вы говорите, что увидели мистера Брикстона от двери и сразу поняли, что он мертв? Вы не заходили внутрь?

– Ну… я, может быть, и сделала шаг внутрь, не помню. Какое это имеет значение?

– Я пытаюсь выяснить, не топтались ли посторонние на месте преступления, – объяснила Филлида.

– О. Понятно. Нет, я к нему не приближалась. Не могла себя заставить… – Дрожащая рука миссис Трикл задержалась у горла, словно в поисках цепочки.

– Понятно. И вы не заметили ничего необычного?

– Нет, не заметила. Было темно, как я уже сказала, кроме той вспышки молнии. В камине горел огонь, но он уже прогорел до углей. Думала послать Энтони, чтобы он его снова разжег, но тут… увидела мистера Брикстона. Я, конечно, закричала, как сделал бы любой на моем месте, – Филлида не стала возражать против этого сомнительного утверждения, – и на мой крик прибежала Луиза. Это она рассыпала ведро с золой, – добавила миссис Трикл с неожиданной злостью. – Так что если кто-то и наследил на месте преступления, то точно не я.

– Разумеется, – ответила Филлида. – А выстрел вы слышали?

– Нет. По крайней мере, не думаю. Гром гремел почти непрерывно, я была на кухне, а потом прошла к себе в гостиную. – Ее рука снова опустилась на колени, пальцы сжались в кулаки.

– Когда вы в последний раз видели мистера Брикстона? – Если выстрела никто не слышал, установить точное время убийства будет трудно. Филлида надеялась, что кто-нибудь уже позвонил Джону Бхатту, но ему потребуется время, чтобы приехать и определить, когда наступила смерть. И все равно он сможет сказать лишь приблизительно.

– Я… ну, дайте подумать. Должно быть, около половины третьего. Он выходил из кабинета мистера Уоксли с бутылкой бренди. Куда он пошел потом, я не видела, но наверх не поднимался.

– Это очень ценная информация. – Луиза позвонила около половины пятого, значит, тело, вероятно, обнаружили за пять или десять минут до этого. Это сужало временной промежуток до двух часов. – Вы не знаете, где находились другие гости и слуги между половиной третьего и половиной пятого?

– Сэр Келлер сидел в гостиной, – незамедлительно ответила миссис Трикл. – Он читал. Миссис Уоксли сказала мне, что будет отдыхать у себя комнате и не желает, чтобы ее беспокоили до ужина или пока не приедет инспектор. Миссис Форртэ тоже была в своей спальне… – Она замялась, нахмурившись.

– Да? – подбодрила ее Филлида.

– Я… не знаю, стоит ли упоминать об этом, но я заметила кое-что в комнате миссис Форртэ вчера. Утром, после уборки. Только сейчас вспомнила…

– Продолжайте.

– Я… скорее всего, это недоразумение, но я почти уверена, что в шкатулке с драгоценностями миссис Форртэ лежал браслет, принадлежащий миссис Уоксли. По крайней мере, мне так показалось. Я, конечно, мало что понимаю в драгоценностях, но помогаю миссис Уоксли одеваться и, естественно, знаю ее украшения.

– Вы кому-нибудь уже говорили об этом? – спросила Филлида.

– Я спросила миссис Уоксли, не пропадал ли у нее сапфировый браслет. Она сказала, что не замечала пропажи, но я заглянула в ее шкатулку, и его там не было. Миссис Форртэ, должно быть, меня слышала, потому что в следующий раз, когда я заглянула в ее комнату – чтобы проверить работу горничной, – браслета в ее шкатулке я не увидела.

– И после этого вы обнаружили сапфировый браслет на месте, у миссис Уоксли? – спросила Филлида.

Миссис Трикл кивнула.

– Да, именно так. Возможно, я ошиблась… Как я уже сказала, я не разбираюсь в украшениях. У меня никогда ничего ценного не было, – добавила она с ироничной улыбкой.

– Понимаю. – Филлида отложила эту информацию на потом. Что, если мистер Уоксли обнаружил пропажу браслета и обвинил миссис Форртэ? Возможно, он видел, как она возвращала его в комнату жены… но вдруг миссис Трикл ошиблась и у обеих были похожие сапфировые браслеты? – А мистер Дадли-Гор? Вы, случайно, не видели его сегодня днем между половиной третьего и тем временем, когда обнаружили мистера Брикстона?

– Нет, я не знаю, где находился мистер Дадли-Гор.

– А прислуга?

– Прислуга? – Миссис Трикл нахмурилась, ее рука дрогнула, расплескав чай. – Да, конечно. Луиза, мистер Трайфл, Энтони… Но… но вы ведь не думаете, что кто-то из слуг мог совершить такое? – Экономка выпрямилась и с испугом взглянула на Филлиду. – Это же… просто нелепо! Откуда у кого-то из них мог взяться пистолет?

– Скорее всего, вы правы, но мы не можем пока исключить ни единого человека, – ответила Филлида. – В конце концов, у нас уже два трупа. Я не могу допустить, чтобы появился третий!

– Ох, вы правы… Да, конечно. И все же… я не вижу причин, по которым кто-то из нас мог желать смерти мистеру Уоксли или мистеру Брикстону.

– Тем не менее мне бы хотелось знать, где находился каждый в тот промежуток времени, миссис Трикл.

– Хорошо. Ну… мистер Трайфл был в кладовой и вроде не выходил оттуда. Энтони убирал посуду в столовой после ленча, а потом собирался чистить серебро к ужину – по крайней мере, я слышала, как мистер Трайфл велел ему этим заняться. Луиза и вторая горничная, которую прислали из города – никак не могу запомнить ее имя, – заканчивали убирать спальни, а потом собирались перебраться в гостиные на первом этаже.

– Вы слышали или видели что-нибудь необычное?

– Нет… но я была у себя, просматривала меню к ужину, вела учет белья, составляла списки припасов. Я хоть и подала заявление об уходе, но не собиралась уезжать, не закончив все дела. – Экономка бросила на Филлиду обиженный взгляд, словно та намекнула, что она пренебрегает своими обязанностями.

– Хорошо. Спасибо за информацию. Мне очень жаль, что именно вам довелось найти бедного мистера Брикстона.

– Это было ужасно. Ужасно! Меня до сих пор мутит, как только подумаю об этом, – сказала миссис Трикл, снова откидываясь на подушку и закрывая глаза.

– Понимаю.

Филлида вышла из комнаты.

Закрыв за собой дверь, она заколебалась. Кладовая дворецкого находилась рядом с апартаментами экономки, но у нее не было ни малейшего желания общаться с мистером Трайфлом… Впрочем, ради правосудия часто приходится идти и не на такие жертвы!

Когда она постучала в дверь, хриплый голос изнутри велел ей войти.

Как и предполагала Луиза, мистер Трайфл сидел за столом с большой бутылкой пива. Бутылка была полная, но рядом стояли две пустые, а на дне его стакана виднелись остатки пива.

– Миссис Брайт, кажется? – спросил он нетвердым голосом. – Пришли рассказать нам, как вести хозяйство, что приготовить на ужин и как поймать убийцу?

– Тревожная ситуация, не правда ли? – сказала она, потому что под бравадой дворецкого чувствовался страх. И не удивительно.

– Тревожная? Тревожная? – Он хлопнул рукой по столу, едва не задев свой стакан. Бутылки подпрыгнули и жалобно звякнули в ответ.

– Ну-ну, мистер Трайфл. Давайте не будем бить бутылки. Зачем хорошее пиво зря переводить.

– Два убийства! Подумать только! Мне нужно тоже подать заявление об уходе. Кто будет следующим? Надо убираться отсюда как можно скорее! Но я служу здесь, в Бичем-хаусе, уже пятнадцать лет, и идти мне некуда. – С несчастным видом он уставился в свой стакан.

– Глупости, – отрезала Филлида. – А ну-ка прекратите панику! Мы, конечно, найдем преступника, это всего лишь вопрос времени, и жизнь снова войдет в свою колею. Фактически я сузила круг до двух… или, возможно, трех… подозреваемых.

– Правда? Ну и кто же это?

– Сейчас называть имена было бы преждевременно. Однако круг лиц, которые могли совершить оба убийства, действительно ограничен. Вы слышали выстрел?

– Выстрел? Нет-нет… я ничего не слышал. – Он обхватил голову руками и оперся локтями на стол.

– Где вы были между половиной третьего и половиной пятого? – спросила она.

– Здесь… Я спускался ненадолго в погреб, взял вина к ужину. Заодно захватил еще одну бутылку виски. На всякий случай. После таких событий вряд ли кто-то сможет есть… А вот пить будут. Помяните мое слово… пить будут.

Филлида согласилась с этим утверждением.

– Вы видели кого-нибудь из гостей, когда спускались в погреб? Я пытаюсь установить, у кого была возможность… э-э… напасть на мистера Брикстона.

– Хм… – Мистер Трайфл поднял голову из ладоней и, размышляя, потер вспотевший лоб. – Я видел сэра Келлера в гостиной, а потом в кабинете. Он сидел там с книгой. Миссис Уоксли была наверху, в своей комнате, просила не беспокоить ее. Миссис Форртэ тоже… была наверху.

Филлида подавила вздох. Одни и те же сведения… Становилось ясно, что ни у кого из подозреваемых алиби на время убийства мистера Брикстона не было, поскольку все сидели в своих комнатах в одиночку.

– А мистер Дадли-Гор?

– Мистер… да. Хм… – Он потер вспотевший лоб с еще большим усердием, словно это могло помочь извлечь воспоминания из головы. На этот раз его выразительные брови не двинулись. – Я видел его снаружи. Он стоял под навесом, глядел на дождь. Совсем рехнулся стоять под таким ливнем… Могло и веткой по голове прилететь. Я предложил ему зайти в дом, но он отказался… «Что делать, что делать? – вот что он бормотал. – Приехал сюда, чтобы все уладить, а теперь что?» – Мистер Трайфл посмотрел на Филлиду с недоумением. – Как вы думаете, что он имел в виду?

– Понятия не имею, – ответила она.

– А кто, вы думаете, это сделал, миссис Брайт?

Она покачала головой.

– А вы как думаете, мистер Трайфл? Вы наблюдали за всеми гораздо дольше, чем я. У кого хватило бы наглости и дерзости совершить два убийства, когда каждый из домочадцев мог войти и застать их… в любой момент? Или этот человек настолько отчаялся, что не побоялся пойти на риск? Вы не слышали и не видели ничего, что могло бы помочь?

Дворецкий покачал головой, снова уставившись в свой стакан.

– Я думал об этом. Они все были вместе в библиотеке до начала игры – называли ее артистической уборной, подумать только! Я тоже туда заходил. Миссис Форртэ выходила из комнаты освежиться, потом вернулась. Сэр Келлер хотел выпить бренди, а бутылка стояла в кабинете, и он пошел туда. Мистер Брикстон – ну, он не мог этого сделать, верно, раз он теперь мертв?

Филлида покачала головой в знак отрицания.

– Скорее всего, нет.

– Вот этот мистер Дадли-Гор… он очень возбудимый. Ходил взад-вперед, смотрел в окна… два раза в уборную отлучался, такой нервный.

– А миссис Уоксли?

– Ну, она была весела и всем довольна. Впервые за долгое время они оба повеселели – Уоксли, я хочу сказать.

– Что вы имеете в виду?

– Когда они приехали сюда, выглядели такими несчастными! Ничего не хотели делать, только сидели в библиотеке или гостиной. Гостей не приглашали, в Листли не ездили, окрестности и развалины тоже не осматривали.

– Вы знаете почему?

Мистер Трайфл покачал головой.

– Произошла авария, по-моему. Кто-то погиб в Лондоне. Но через несколько недель, примерно через месяц, они начали понемногу расслабляться, можно сказать. Потом стали планировать Игру в убийство, рассуждать о гостях и вечеринках и вроде пришли в себя.

Филлида кивнула. Слова дворецкого подтверждали то, что сказала ей миссис Уоксли. Она вспомнила, что говорила миссис Форртэ во время своей истеричной тирады.

– Правда ли, что мистер Уоксли никогда никому не позволяет садиться за руль своего автомобиля?

– Даже миссис Уоксли, – кивнул мистер Трайфл с серьезным видом.

– Как вы думаете, зная мистера Уоксли так, как знали его вы, – добавила она, желая немного польстить дворецкому, – возможно ли, что во время аварии в Лондоне за рулем был кто-то другой?

– Не знаю. Это было бы странно, правда?

Этот момент начинал интересовать Филлиду. Допустим, мистер Уоксли был за рулем во время аварии, в которой погибла женщина, а Юстас Бримли почему-то взял вину на себя. Но она не понимала, связано ли это – и как именно – с желанием избавиться от мистера Уоксли… Она решила использовать другую тактику, пока мистер Трайфл не понял, кто его допрашивает, и спросила немного кокетливо:

– Вы когда-нибудь видели, как миссис Уоксли общается с сэром Келлером?

Мистер Трайфл поднял голову и уставился на нее глазами, которые значительно прояснились.

– А кстати! Они разговаривали вчера, незадолго до того, как начали приезжать гости, приглашенные на Игру в убийство. Вполголоса… так, чтобы никто не слышал. Она казалась расстроенной, а он ее утешал… или, может, наоборот. Оба они были очень… взволнованы. И вели себя друг с другом весьма… непринужденно.

– Понимаю. Спасибо за информацию. А миссис Форртэ… вы видели, чтобы она хоть раз разговаривала с мистером Уоксли?

– Она его недолюбливала. Или, скорее, терпеть не могла. И он отвечал взаимностью. Я слышал, как он сказал что-то о «блестящих штучках» и посоветовал «исправить это», и ей это не понравилось. Она посмотрела на него так, будто… – Он замолчал, и вдруг его лицо изменилось.

Он выпрямился и холодно уставился на Филлиду. Она почти видела, как его мозг – сначала затуманенный изрядной долей пива, а затем впавший в блаженство от ее лести – внезапно осознал, что он дворецкий, а она – непонятно кто и что ему определенно не следует откровенничать с ней.

Впрочем, Филлида и так уже выведала почти все, что могла.

– Ах вот как… – туманно заметила она, прежде чем с его губ слетело грубое замечание. – Спасибо, мистер Трайфл, вы мне очень помогли. Кстати, я попросила лакея разжечь камины в спальнях. Миссис Донатс передумала увольняться и остается руководить кухней. Сейчас она жарит баранину, которую нужно будет скоро подавать. К сожалению, миссис Трикл подала заявление об уходе и, полагаю, уедет завтра утром.

– Чокнутая баба, – пробормотал он, но Филлида не обиделась, предположив, что он говорит о миссис Трикл. – Невелика потеря.

Про себя она была склонна согласиться, но вида не подала. Экономки-женщины, рассудила она, должны держаться единым фронтом перед дворецкими-мужчинами.

– Хорошо. Возможно, вы соблаговолите тогда приказать подать ужин, мистер Трайфл? Я уже проследила, чтобы во всех спальнях было достаточно дров.

И, нанеся этот последний легкий укол, она улыбнулась и вышла из комнаты.

Пришло время найти мистера Дадли-Гора.