Возле клуба-склада в Северном Лондоне, где когда-то находилась IKEA, было темно, свет шел только от нескольких прожекторов на наружных стенах. Поппи с друзьями провели в клубе уже несколько часов. Приехали они, когда еще не наступил вечер, и отстояли в длинной очереди возле шоссе, которую загнали в разгороженный металлическими сетками проход, словно стадо скота. Все ждали возможности дойти до начала очереди, чтобы их сумки, карманы и бумажники проверили на наличие наркотиков. И оружия. И дату рождения уточнили. Протанцевав несколько часов, друзья устроились снаружи, в зоне для курения.

– Соболезную, подруга! – Стефан поднял пластиковый стаканчик с джином с тоником.

Джетта тоже подняла свой стаканчик.

– И удачи тебе!

Стефан и Джетта оба кутались во флиски оверсайз, а зрачки у них были расширены, будто туннели, ведущие к ним прямо в душу. Они впервые выбрались куда-то вдвоем после рождения их младшего ребенка; дети ночевали у сестры Стефана, так что они вовсю наслаждались свободой от родительской ответственности.

– Ну спасибо, – сказала Поппи. Она была совершенно трезва. – Очень трогательно. Напомните мне не подпускать вас к микрофону в день свадьбы.

– Тот Самый День, – произнесла Джетта мрачно и кивнула.

Первой после родителей Поппи рассказала о своей помолвке Джетте, но та отреагировала без малейшего энтузиазма – ни восторженного визга и объятий, ни вопросов про платья, даты и торт.

– Тот Самый Ужасный День, – продолжил Стефан. Он с самого начала гораздо яснее своей жены высказывался по поводу грядущей свадьбы Поппи. Пару недель назад они стояли в очереди в индийский ресторан «Дайшум», она сказала ему, что помолвлена, и он подавился воздухом, а потом хрипло поинтересовался:

– Ты уверена?

– Нет, извини, конечно, – поспешно отозвалась Джетта, – но я хочу сказать, что…

– Еще не слишком поздно… – закончил за нее Стефан. Чертова парочка. Много лет назад на какой-то вечеринке они с Джеттой вдруг нарядились членами комедийного дуэта «Братья Чакл», и с тех пор Поппи каким-то уголком сознания именно так их себе и представляла – усики, желтые брюки, галстуки-бабочки. Они доводили ее дуэтом. Делали подводки к шуткам друг друга, заканчивали фразы друг друга с этим своим йоркширским акцентом – Стефан был из Лидса, а Джетта до Девона жила в Йорке, и легкая гнусавость осталась в ее голосе навсегда.

Поппи выпятила подбородок, глубоко вдохнула через нос и, не опуская взгляда, попыталась нащупать в сумке табак.

– Извини, Попс. – Джетта легонько коснулась ее плеча, перегнувшись через сделанный из реек стол. – Мы просто тебя подкалываем.

Стефан согласно закивал, но с явным сарказмом.

– Столько подколок, столько язвительности… С чего вдруг? – Поппи вдруг стало тяжело дышать. Она с силой опустила пачку табака на стол. – Мы с Сэмом очень давно вместе, и…

– А где Сэм в эти выходные, не напомнишь? – Стефан, сидевший напротив Поппи, был окружен легкими облачками, и облачка эти казались оранжевыми из-за огней фар на шоссе по соседству. Он коснулся своего телефона, и на экране появилась фотография Джетты с детьми на огромном надувном единороге в ярко-голубом плавательном бассейне.

На секунду воцарилась пауза, потом Поппи гневно выдохнула:

– Он в командировке до воскресенья, я же говорила. Не все пары хотят быть неразлучниками, знаете ли. – У Поппи окончательно испортилось настроение. – Пойду-ка я лучше домой, а вы веселитесь.

Стефан посмотрел на Джетту, и что-то они между собой безмолвно обсудили. Потом он наклонился к Поппи и взял ее за руки.

– Нет-нет, не надо!

– Не разрешаю! Я бы хотела извиниться и поднять тост! – Джетта ухмыльнулась, демонстрируя милую щелку между передними зубами. – За нашу малышку Поппет!

– Сэму очень повезло! – добавил Стефан. – Желаем тебе всяческого счастья.

– Спасибо. – Поппи звякнула бокалом об их бокалы и почувствовала, что слегка успокоилась.

– У меня все время ощущение, что Маргарита где-то тут. – Стефан оглядывался, рассматривая окружающих. – Может, она прямо сейчас пошла искать сомнительных типов, которые торгуют сомнительными вещами.

– Скорее, перед сценой, отплясывает среди толпы, – Джетта повернулась обратно к арочному входу, будто ей оттуда виден был танцпол и она углядела там подругу.

– Она вот-вот подойдет, – со смехом сказал Стефан, – подкрадется прямо к нам в темных очках, которые сняла с какого-то случайного типа.

– Вы хоть убей не догадаетесь… – Джетта опять пугающе точно изобразила свою лучшую подругу. – Чуваки, чуваки! – А потом они со Стефаном расхохотались. Он обнял ее за плечи, поцеловал сбоку в голову, а потом крикнул, глядя в небо:

– Маргарита, возвращайся!

Глядя на них, Поппи тяжело вздохнула.

Джетта встала и поправила сумку, висевшую на груди.

– Давайте уже пойдем отсюда, я замерзла. Выпьем и идем танцевать, ладно? – Она ткнула пальцем по очереди в них обоих. – Джин с тоником и лимонад. – Сделав всего пару шагов в сторону, Джетта внезапно крутанулась обратно и наклонилась к ним. – Вы только посмотрите! Мы, конечно, веселимся, но не так сильно, как вон тот мужик, – она кивнула в сторону бара.

Проследив за взглядом Джетты, Поппи заметила, что люди за другими столиками тоже на что-то смотрят. На кого-то. Парочка в парках тыкала пальцем в мужчину, который кружил в одиночестве, пошатываясь, между ними и главным входом.

– Он ведь даже старше нас, или мне кажется? – Стефан поднялся на ноги.

Мужчина рухнул на колени, потом на четвереньки. Двое в парках зааплодировали.

– Ой, ему нехорошо, – заметила Джетта, держась за живот. – Его рвет.

Поппи уперлась кулаками в стол и поднялась на ноги. Она наклонилась и вгляделась в одиноко лежавшего на земле мужчину. У него были волосы как у Джейка, но длиннее. Похожее телосложение. Очень похожий профиль. Поппи затаила дыхание, ожидая, что вот-вот станет ясно – это точно не он, но с каждой секундой мужчина все более напоминал ей Джейка.

– Почему никто ему не помогает? – спросил Стефан. Он перескочил через скамью и побежал в ту сторону.

Мужчина прижался щекой к цементному полу, и Поппи увидела лицо Джейка. Никаких сомнений.

– О не-е-ет. – Она приоткрыла рот, потом зажала его обеими руками, будто пытаясь удержать свои секреты, будто, просто увидев его, могла начать кричать про то, что наделала.

Джетта тоже двинулась в ту сторону и потянула за собой Поппи, но Поппи стряхнула ее руку со своей достаточно резко, чтобы Джетта остановилась и взглянула на нее с удивлением.

– Что с ним случилось? – произнесла Поппи. Она ничего не понимала.

Она все это время знала, что когда-нибудь снова увидит Джейка, просто чувствовала это сердцем. Но теперь, когда они встретились, все шло совсем неправильно. Из всех возможных сценариев такой Поппи точно не приходил в голову – где Джейка тошнит и он явно ничего не соображает.

Теперь к ним подошел кто-то еще. Здоровый парень в черной рубашке, заправленной в черные брюки. Вышибала. Джетта повернулась поговорить с ним, а Стефан помог Джейку сесть.

Ну хорошо, за ним присматривают. Он в надежных руках. Поппи развернулась к бару. Можно уйти, поехать домой. Она здесь оказалась только потому, что Стефан с Джеттой купили ей билет и буквально вынудили прийти своим нытьем, что «мамочке и папочке никак не удается повеселиться», а сейчас как раз подходящий момент, чтобы уйти. Ее друзья обязательно проследят, чтобы с Джейком все было в порядке, в этом Поппи не сомневалась.

Но вместо этого она, словно мотылек, летящий на огонь, неуверенно двинулась в сторону группы людей, собравшихся вокруг Джейка. Шаг, другой, еще несколько. С каждым шагом она шептала про себя, едва шевеля губами: «Что такое, Джейк? В чем дело?» Ведь вещества Джейк не употреблял – он сам ей сказал в тот последний раз, когда она была у него в квартире, и по голосу чувствовалось, что это правда. Неужели он просто настолько сильно напился?

Поппи подошла и встала прямо за Джеттой; отсюда ей видно было, как Джейк пытается сесть, цепляясь за брюки Стефана, комкая их в кулаках.

– Я выхожу, – сказал он знакомым голосом, но хрипло, будто у него легкие не справлялись со своей работой.

– Он уже выходит! – громко объявил Стефан собравшимся зрителям. – Этому человеку сейчас наверняка очень нехорошо, но он уже выходит! – Кто-то за соседним столиком зааплодировал. – Смотри-ка, – дружелюбно сказал он Джейку, будто собственному маленькому ребенку, – встаешь уже, молодец.

– Обмочился, – сказал вышибала, кивнув на пах Джейка, на темное пятно на его брюках хаки. До них донесся затхло-кислый запах рвоты, а может, и мочи. – Я вызову носилки. – У вышибалы на груди висела рация. Он нажал кнопку и заговорил, опустив подбородок.

Джейк глянул на Джетту и Поппи, но в его глазах не чувствовалось узнавания. Он снова сполз на грязный бетон пола, упал на спину, закашлялся.

Стефан присел на корточки и осторожно ощупал карманы Джейка, у которого все это время лицо кривилось дикими гримасами.

– У нас есть ключи, есть телефон… но он сел, – сказал Стефан, поднимая по очереди вещи Джейка.

– Ну и кто из вас пойдет с ним в медпункт? – спросил вышибала.

– Ты учти, мы этого парня на самом деле не знаем, – отозвался Стефан. – Я не знаю, где его друзья. Я его спросил, но… ну ты понимаешь. – Он поглядел на Джейка. – Небось, сейчас и собственного имени не помнит.

Поппи опустилась на колени рядом с Джейком, но тот не обратил на нее никакого внимания. Конечно, она беспокоилась, не начнет ли он изрыгать обвинения в ее адрес, но гораздо больше Поппи переживала о том, что ему так плохо. Просто ужасно было видеть его в таком состоянии. Она коснулась его руки, сначала легонько, а когда он не пошевелился, просто взяла его за руку. И сжала, прошептав:

– Все будет в порядке, обещаю. – Она посмотрела на вышибалу. – По-моему, надо вызвать скорую.

– Перестань его трогать, Поппи! – поморщилась Джетта.

– Да он просто перебрал, Поппет, не переживай, – заявил Стефан. – Через полчасика с ним все отлично будет.

– Га-га-га-га-а! – закричал Джейк, будто пытаясь сообщить что-то очень важное.

– Ну или через часик, – поправился Стефан.

– Мы его осмотрим в медпункте, – сказал вышибала. – Носилки скоро будут.

– Я с вами, – заявила Поппи вышибале. Она пинком перевернула наполненный рвотой ботинок Джейка, подождала, пока из него все выльется, потом подняла ботинок за шнурок.

– Не нужны нам носилки, он может идти. Ты ведь можешь идти, правда? – Стефан поднял Джейка на ноги и перекинул одну его руку через свое плечо. Джейк еле держался на ногах, но глаза у него были открыты. Он посмотрел на Стефана, потом свесил голову. – Я его доведу, – сказал Стефан.

Вышибала перекинул вторую руку Джейка себе через плечо.

– Ладно, – сказал он. – Сюда.

Поппи и Джетта двинулись за вышибалой, Стефаном и повисшим между ними вялым телом Джейка к металлической двери с большой табличкой «Не входить». Внутри, в здании склада, вся компания зашагала по темным коридорам, при этом Джейк то стонал, то бормотал какую-то ерунду.

– Что-что? О чем он, дорогой? – заинтересовалась Джетта.

– Может, он плотник? – сказал Стефан. – Он говорит про…

– Нет, он про плоты, – поправил его вышибала.

– Плоты! – Джетта веселилась на всю катушку. – Попс, ты слышала? Плоты…

– Я слышала, – отозвалась Поппи.

Медпункт оказался большой комнатой с раскладушками на металлических ножках, покрытыми моющимися клеенками. Лампы светили ярко, окон не было – наверное, помещение находилось ниже уровня земли. В одном углу лежала, свернувшись в клубочек, заплаканная девушка. Еще две сидели на стульях возле нее и болтали, натянув на головы капюшоны.

Вышибала представил Поппи, Джетту и Стефана парню, который там работал, Део, потом протянул ему телефон Джейка. Джетта обняла вышибалу на прощание.

– Ты молодец! Большое спасибо!

– Ведите себя хорошо, ладно? – отозвался вышибала, явно проникшийся к ним симпатией. Он наклонился к рации и, направившись к выходу, начал в нее что-то говорить.

На Део был бледно-зеленый медицинский костюм, в ухе жемчужная сережка, вид очень усталый.

– Кто это? – спросил он.

– Дже… – начала Поппи, но потом одумалась. Поднесла руку ко рту и задумчиво посмотрела в пол.

– Мы не знаем, чувак, – сказал Стефан.

– Ни малейшего понятия, – подтвердила Поппи, кивая. – Мы нашли его наверху, и он был один.

– Можете мне сказать, что он употреблял? – спросил Део, по очереди поднимая веки Джейка и светя ему в глаза фонариком.

– Да хрен его знает, – отозвался Стефан. – Откуда нам знать?

– А вы что употребляли? – поинтересовался Део, выпрямившись и поворачиваясь к ним.

– Мы? – Джетта невинно похлопала глазами. – Нас просто переполняет радость жизни, Део.

– Ну, мы же не знаем, что ты предпочитаешь… – начал Стефан.

Одна из девушек в углу захихикала.

– Знаете что, ребята, вы идите, а я останусь, – сказала Поппи. – Я все равно трезвая, и…

– Мы тебя не бросим, Попс, – заявила Джетта.

– Правда, я подожду, пока не подтвердится, что с ним все в порядке, и… может, вы поищете его друзей?

– Ну, раз так… – Джетта переминалась с ноги на ногу. Поппи знала, что Джетте нужно предложить что-то конкретное, дать небольшое задание. Плюс Джетте со Стефаном явно приятно будет вернуться на танцплощадку прежде, чем они протрезвеют.

Стефан закрыл один глаз, стараясь разобрать на экране телефона программу вечера.

– Можем еще успеть на «Бицепс», они играют до полдесятого.

– Ты точно-точно-точно не против, если мы пойдем? – спросила Джетта.

– Точно-точно. – Поппи положила ботинок Джейка на пол. У стены обнаружился умывальник. Она подошла вымыть руки, потом вытерла их голубым бумажным полотенцем и снова повернулась к друзьям. – Нет, серьезно, со мной все в порядке, честное слово. Я все равно была не в настроении.

Больше их убеждать не потребовалось; заключив ее в удушающе крепкие объятия с двух сторон сразу, они ушли, и Поппи почувствовала себя слегка спокойнее. Део велел ей достать из стопки одеяло. Он продезинфицировал Джейку руку и поставил ему капельницу, а Джейк даже не заметил.

– Что мне делать? – Поппи вытащила серый пластиковый стул. В больнице в прошлом году были совершенно точно такие же стулья.

– Просто посидите с ним. Нужно, чтобы вся эта жидкость попала ему в организм, – сказал Део.

Поппи достала влажные салфетки с полки за кроватью, взяла грязную руку Джейка и начала оттирать ему ладонь. Он ворочал головой из стороны в сторону, потом стал дергать ногами. Поппи поднялась на ноги и прошептала:

– Тсс, тише. – Она старалась, как могла, успокоить его. – Тише, Джейк, спокойнее. Все будет хорошо, я обещаю. Успокойся. Просто успокойся.

Джейк перестал биться и повернул голову к ней. Его глаза были не похожи на его глаза – никаких желтых лепестков и улыбки, они были блестящие и черные, как ночь без звезд. Он открыл рот. Губа у него была в крови.

– Это ты.

– Ох. – Поппи почувствовала, как ее пронзила боль, шок и глубокое мучительное раскаяние.

– Маргарита?

– Джейк, я… – Поппи покачала головой и отвернулась. Она не будет врать. Больше не будет. Никогда не будет. Она снова повернулась, взглянула ему в лицо, в глаза. Взяла его за руки. – Я не Маргарита.