«Палач, приготовься. Господа придворные, молитесь.»
1
Александр Дюма, «Код Монте-Кристо»
1845, Париж. Отрывок из романа.
Поздним вечером 29 вандемьера IV года Республики по Латинскому кварталу со стороны Сите решительной походкой двигался человек, одетый в длинный плащ с глубоким капюшоном, надвинутым на лицо так, что рассмотреть его было невозможно. Но никого из не так уж и редких прохожих, попадавшихся в этот час на улицах веселого обиталища студентов, данное обстоятельство не заинтересовало – мелкий дождь с вечерним туманом располагал к такому одеянию более чем убедительно. А отсутствие каких-либо выдающихся примет, простота одеяния и то, как неизвестный прохожий уверенно ориентировался в запутанных переулках старинной застройки свидетельствовало, что это кто-то из здешних обитателей.
И действительно, скорей всего так и было. Неизвестный, ни у кого не спрашивая дороги, и никуда не отклоняясь лишний раз, вышел на улицу де ла Юшетт, заполненную оживленно работающими в это время ресторанчиками, дошел до дома номер десять и без колебаний постучал в дверь.
Выглянувшему консьержу пришелец молча показал какой-то небольшой прямоугольный предмет, после чего привратник, не задавая никаких вопросов, так же молча впустил его в подъезд. Поднявшись по скрипучей лестнице, скудно освещенной подслеповатым свечным фонарем, пришелец нашел нужную ему дверь, открыл замок своим ключом и вошел.
Он оказался в типичной съемной комнате, каких полно было в студенческом квартале. Одно окно. Печь, сейчас холодная, около одной стены и заправленная дешевым одеялом кровать у другой. Старый громоздкий шкаф. Обшарпанный стол без скатерти возле окна и несколько стульев вокруг него. Полупустые бутылки на столе и один пустой стакан дешевого стекла свидетельствовали, что гостя здесь ждали. Одинокая свеча тускло горела в старом медном подсвечнике.
Ожидающих было трое. Юноша лет семнадцати радостно улыбнулся при виде откинувшего капюшон с головы пришедшего. Молодой человек на пару-тройку лет постарше, с сумрачным и слегка надменным выражением лица, никак не отреагировал на появление гостя. Третий – молодой мужчина в возрасте где-то посередине между двадцатью и тридцатью, встал и радушно протянул руку. Одеты все были как люди со средним но постоянным достатком – то есть опрятно, но не вычурно и в платье скорей добротное, чем поношенное. Точно так же, как и только что пришедший. А в лицах всех четверых даже в скупом свете свечи можно было рассмотреть определенное сходство. Что тут же и подтвердил старший, пожимая руку гостю.
– Здравствуй, брат! – с искренней теплотой произнес он.
– Здравствуй, Жозеф! – вошедший ответил крепким рукопожатием. – Рад тебя видеть! И вас, ребята, тоже!.. – кивком поприветствовал он остальных. – А чего печку не растопили? Смотрю вон – все вино уже вылакали, меня не дожидаясь! Понятно, что вы так греетесь, но надо ли быть такими скромными?
– Мы не нашли где у тебя уголь… – смущенно признался Жозеф, разведя руками.
Гость, а, как выяснилось, хозяин жилья рассмеялся.
– Сейчас отыщем! – заверил он, скидывая промокший плащ и привычным движением цепляя его на примитивную вешалку в виде деревянного штыря, вбитого в стену рядом с несколькими такими же, уже занятыми плащами остальных. После чего раскрыл огромные дверцы старого шкафа и погрузился в его недра едва ли не целиком, начав что-то там передвигать.
– Вот!.. – появился он снова. Держа в руке мятое жестяное ведро, почти доверху заполненное углем. – Я его специально тут хранил, чтоб меньше было соблазна лишний раз использовать. Но сейчас уже неважно… Кстати, вот, чуть не забыл!.. – одной рукой он вытащил из кармана большую бутылку и передал ее Жозефу. – Так сказать – алаверды: от нашего стола, вашему столу! Это по-грузински!.. Хороший коньяк. Открывайте. А я займусь растопкой…
Несколько минут спустя, когда за чугунной дверцей печурки загудело пламя, отбрасывая в комнату трепетные блики, пришелец – он же хозяин – выпрямился и шагнул к свободному стулу у стола, отряхнув руки. – Ну, где мой бокал, алкоголики? – потребовал он.
Ему вручили стакан, наполненный вином и он из него с удовольствием отпил.
– Приличное бордо, Жозеф, – одобрил он. – У тебя всегда был хороший вкус, дорогой Пепе-бутылка!..
– Прости?.. – на лице Жозефа отразилось недоумение.
– Не обращай внимания! – отмахнулся пришедший. – Это я так… Вспомнил кое-что… Ну-с, дорогие мои братцы, как у вас дела на земной хавире?
– А чем это ты высек огонь? – по-прежнему сохраняя мрачность, поинтересовался вместо ответа средний из братьев.
– Это спички. Американский продукт. Недавно привезенный… Но скоро и мы такие делать начнем – весьма удобная штука! – словно для иллюстрации, произнеся это, хозяин вытащил из кармана кисет с трубкой, привычно набил чашку табаком, умяв его большим пальцем, чиркнул спичкой и, затянувшись, выпустил струю дыма. – Хороший табак, ребята, – успокоил он, – виргинский. Сильно помогает думать. А нам, как я прикидываю, подумать сегодня будет над чем…
– Так для чего же ты нас позвал? – не преминул поинтересоваться Жозеф. – Особенно если вспомнить, что сам же раньше велел держаться от тебя подальше?
– Темпора мутантум, братец! – ответил хозяин, запивая порцию дыма глотком вина. – И мы – мутантум вместе с ними!.. Раньше я не хотел подвергать вас излишнему риску, поскольку все висело на волоске и пусть бы лучше пострадал я один, чем вся семья… Сейчас же положение изменилось.
– Да, ты теперь известная личность… – насмешливо заметил средний брат.
– А то ж!.. – не стал отвлекаться хозяин. – Теперь меня так просто не сковырнешь!.. Тарелочка с голубой каемочкой кардинально поменяла расклад!
– Какая… тарелочка?..
– Да это тоже сейчас неважно. Хотя, думаю, у вас еще будет шанс узнать про нее побольше!.. Собственно, для этого вы и здесь сейчас!
– Мог бы и раньше сказать! – не отступил от своего недовольства средний. – Мы тебе не чужие! И могли бы быть полезны!
– Люсьен! – интонация хозяина стала внезапно жесткой. Как лезвие корсиканской навахи. – Ты уже однажды сделал полезное дело! Настолько полезное, что нам с матушкой и малышами еле удалось унести ноги! Ты тоже думал тогда, что мы тебе не чужие?
Люсьен, услышав сказанное, потупился.
– Прости, Набулионе… – пробормотал он. – Я хотел как лучше…
– А вышло – как всегда! – отрубил названный. – Как и с твоей женитьбой в прошлом году – никого не спрашивая! И как с этой дурацкой историей в нынешнем – из-за которой мне пришлось вынимать тебя из тюрьмы! Так что забудь впредь оспаривать мои действия, если хочешь чтоб я вообще тебе что-то объяснял! – генеральский тон нисколько не могла скрыть одежда простого горожанина. – Я главный в семье и я стараюсь ради общего блага. И если я что-то делаю – значит это так надо! Раньше вам не следовало приближаться ко мне, теперь ситуация стала благоприятной. Потому посиди и послушай, что я тебе скажу, а не вставай в третью позицию с видом несправедливо обиженного!
– Прости, брат!.. – с искренним раскаянием повторил Люсьен.
– Вот так-то лучше… Значит, слушайте сюда!.. Для вас есть две новости… Одна первая, другая вторая! Первая ближе, но вторая важней. Вот с нее и начнем. Ты, Люсьен и ты, Луи! – Бонапарт по очереди ткнул зажатой в руке трубкой в названных. – Весной отправитесь в Калифорнию.
– Куда?! – не удержался младший.
– Зачем? – средний недоуменно уставился на брата.
– В Америку. А отправитесь вы туда затем, чтобы учиться в тамошнем университете и получить высшее образование, какого нигде больше не получите!
– Но какое там образование? – недоумение Люсьена только увеличилось. – В этой глуши?!
– В этой глуши, как ты выразился, – сухо сообщил Бонапарт. – Делают вот эти самые спички. Которые так тебя заинтересовали. И не тебя одного. А кроме спичек – еще многое другое, что в ближайшие десятилетия делать не будут больше нигде. Кроме Франции. И мне для этого нужны будут инженеры с калифорнийской выучкой. И желательно инженеры – которым я смогу доверять. Пускай и с оговорками…
– Брат!.. – умоляюще выдохнул все еще расстроенный Люсьен.
– Ладно, проехали!.. – проворчал Бонапарт. – Но не зли меня!.. Братеныш… – неожиданно он хмыкнул. И закончил уже более миролюбиво: – Сам виноват, сам и отвечай. Не жди, что тебе все сойдет с рук, как от мамы… Здесь мамы нет!
– Но ведь это надолго? – Люсьен явно решил не развивать тему дальше. Но и в особый восторг не пришел. – Туда же только добираться несколько месяцев!.. А как же я оставлю здесь Кристину?!
– Медовый месяц у вас, вроде, уже закончился… – заметил безжалостный глава рода. – Да и в тюрьму садясь, ты ее оставить не побоялся… Возьмешь с собой – да и все дела! Условия там, должен заметить, такие, что вообще никому здесь не снились – одно медицинское обеспечение чего стоит! Посмотрите хоть, как люди живут… Тебя, Луи, это тоже касается!
– Я ничего не говорил, Набулионе! – тут же отозвался младший.
– Но подумал! И имейте в виду – девчонок и Жерома я тоже туда отправлю! Так что вы там за ними чтоб присматривали – как старшие и ответственные, ясно? Ясно, я спрашиваю?!
– Ясно, брат… – вынужденно отозвался Люсьен. И явно уже из чистой мстительности, поинтересовался: – А как насчет принцессы?
– Дубина… – Наполеон смерил родственника долгим взглядом. От которого тот поежился. – Ну какой ты, к Верховному Существу, член императорской фамилии? С женой-то трактирщицей и тюремным сроком? Разве что сделать тебя героически погибшим за реставрацию роялизма, с присвоением за это ордена Сутулого первой степени с закруткой на спине и бантом… Хочешь такого поворота событий?
Люсьен, серьезно обеспокоенный тем, как внимательно изучает его, говоря свое предложение, брат, быстро замотал головой, догадавшись, что шутки кончились.
– То-то… И не лезь не в свое дело!.. А лучше готовься в Америку ехать и жену с собой уговаривать. И думай о том, что от этой поездки все твое будущее зависит!.. И не только твое…
Слабый кивок Люсьена показал, что сказанное он услышал. И больше, кажется, лезть в бутылку не намерен.
– Ну вот… – заключил удовлетворенно Бонапарт. – Со второй новостью мы разобрались… Теперь перейдем к первой. Новость эта, как ты можешь догадаться, Жозеф, касается тебя… Да не пугайся! Тебе никуда ехать не потребуется! У тебя здесь будут кое-какие обязанности…
2
«Входящий №… от 7 октября 1795 (15 вандемьера IV года Республики)
Котозавр, Монте-Кристо – Центру
«В Багдаде все спокойно…»
Генерал Бонапарт назначен командующим военными силами тыла»
Ну, да: Монте-Кристо – это я.
А чего? Красивое фамилие. И не догадается никто. Я сам придумал. А то Котозавр меня хотел «Корсиканцем» окрестить. Типа – дешево и сердито. Но я уперся и выбрал псевдоним сам. Между прочим – несколько дней думал (А сами попробуйте: что выбрать, если вас и так зовут «Наполеон Бонапарт». Гы-гы… Не «Батькой Махно» называться же… И Наполеону понравилось)
И – да, назначен командовать этими самыми «силами тыла». Они же – «Внутренняя армия». Так что я теперь вполне законный комендант парижского гарнизона и по совместительству писарчук (или наоборот, хотя, впрочем, это уже не важно…) И даже генерал-лейтенанта получил. То есть – дивизионного генерала, как здесь принято. Карьерный рост налицо. Я даже в местной светской тусовке котироваться начал – как «герой Вандемьера». Ну, до определенной степени, конечно. Поскольку прериаль мне забыть пока не могут… А Мену так и вообще считается почти открыто моей жертвой. Типа – это я его арест спровоцировал (Интересно – как? Устроив мятеж? Но поскольку я нынче занял его место – то для всех интрига очевидна…) Однако, что любопытно – новой волны покушений на мою священную (пусть сограждане пока еще и не знают об том) особу не последовало. (Ну, я ж после того, как Конвент «собрался по завершению летних каникул», свои полномочия сдал – вместе с отменой чрезвычайного положения – и как-то после того на меня уже никто не кидался. Я ждал какой-нибудь реакции и сейчас. Но… ничего. Хотя, конечно, пока еще времени прошло немного. Ну, посмотрим…) Так что я могу вполне без опаски почивать на лаврах и наслаждаться славой в салонах «высшего общества». Но некогда. Поскольку надо последствия минувшей заварушки разгрести. Тот же гарнизон под команду принять, да разобраться с попавшими в наши руки «борцами с двумя третями». В один день не сделаешь. А сделать следует побыстрей…
Впрочем, с гарнизоном оказалось проще всего. Там всем – и солдатам и офицерам – действительно было по барабану: две трети или не две трети – лишь бы их не трогали!.. Ну, я трогать и не стал. Велел крепить боеспособность – чего они и так должны, так что никто поперек и не пикнул – а так же немедленно двинул в Шале-Медон все саперные части: в очередной раз расширять промышленную базу. В частности – строить корпуса производственно-технического училища. Гы… Ну надо ж мне где-то младшие технические кадры готовить? Особенно с учетом контакта с Калифорнией… В остальном же – мотаюсь по полкам и произвожу смотры: знакомлюсь со структурой непосредственно. По каким-то причинам тоже без эксцессов. (Хотя это, может быть, потому, что езжу я не в одиночку. А с эскортом из целого эскадрона Мюратовых башибузуков, усиленных еще отделением Котов (для надежности и тоже для ознакомления – пусть присматриваются). И против такой свиты – ну все знают, что Мюрат прорвался в Саблон, а потом обратно в город с пушками, имея всего триста человек, а подобная слава для нынешних французских военных дорогого стоит – не очень-то повыступаешь. Особенное впечатление производят демонстрационные стрельбы из револьверов – все уже знают, что планируется принять данную штуку на вооружение и массово переполнены энтузиазмом. Ну, я не препятствую…
Куда сложней получается с пленными…
3
Пленных – точнее арестованных – до фига и больше.
И куда их девать – совершенно непонятно.
Ну, то есть, в общем-то, понятно!.. Кайена все еще в моде. Но дело в том, что нам от этого их ареста никакого прока нет! Потому что информации из них никакой не выжать. Заговора-то – не было! А, стало быть, и никаких особо ценных «имен, явок, паролей» эти самые «заговорщики» не знают – что ты с ними ни делай…
Мы, кстати, и не делаем. Хотя, конечно, когда я давеча заявил, что никого не пытаем – так это я малость приврал. (То есть – всех этих шикарных пыток в духе кроффавой гэбни, гестапо, китайских казней и застенков инквизиции, столь обожаемых любящей читать про кровишшу публикой – не ждите. Это все из области клубнички. («Жестокие оргии с белыми рабынями!!..» Ага…)) Ну мы ж тут – в Чека, гы… – не следственный комитет. Мы что-то вроде фронтовой разведки. Нам некогда улики собирать. Нам надо из захваченных в бою сведения выбить. Ну вот мы и выбиваем. Подручными средствами. В основном – «в ухо». Ну или – если крепче требуется – по почкам. В зубы я сам запретил по причине чисто политической: и так уже генерал Даникан – тот самый, который дуб-дубом – заявил мне что это недостойно. Ну, он имел в виду, что генералов не допрашивают как уголовников, (Ну так у меня контингент-то откуда – из полиции!.. Вот и работают, как умеют…) но какая разница?
А если совсем уж крепче – так лучше проверенной веками дыбы ничего не придумано. Впрочем, даже в этом вот – в мордобое с дыбой – реально нет необходимости. Методы экспресс-допросов давно отработаны, вполне известны (Спросите, я-то про них откуда знаю? Так из несекретных публикаций. Читать просто надо внимательней…) и даже не требуют большой физической силы для применения. Просто я пока никого тут учить им не стал – и так обходятся. Но толку-то?
Тот же Рише де Серизи, например – бей его, не бей, без разницы – а все равно все тот же экзальтированный монархист, убежденный, что я держу короля в плену с целью злодейски уморить его в застенках Тампля! Причина такого его убеждения? Да простая: потому что для меня – как для всякого террориста (мы помним, кто такие нынче «террористы», n'est-ce pas?) – нет ничего святого! И быть не может. И все тут. И можете бить дальше. Сатрапы! Палачи! («Душители свободы!..» Почти цитата) И так далее…
Правда, надо справедливости ради отметить, что кое-какой улов – в основном согласно «калифорнийским спискам» – был все же получен. Вполне настоящие агенты эмигрантов и иностранных разведок. Спасибо Котозавру с ребятами. Но вот этих-то «рыбок» как раз никто экспресс-методом не прессует, а усиленно – и в крайней тайне – разрабатывают на предмет вербовки. Но в сравнении с остальным количеством повязанных – это такая мизерная цифра, что и сравнивать-то не с чем.
В основном же… Ну вот буквально вчера – прибежал ко мне только что вернувшийся из Дувра Монж и как та графиня – «изменившимся лицом» – принялся упрашивать отпустить некоего Жана-Батиста Био – студента Политехнической школы, участвовавшего вместе с другими школярами в мятеже, но настолько одаренного, («Кто такой, почему не знаю?» Тоже цитата) что преступлением было бы не то, что отправить его в Кайену, но даже просто исключить из Школы.
Курбаши, в тот день присматривавший за принцессой, говорил потом, что Шарлотта очень заинтересованно наблюдала картину того, как я, в голос матерясь по-русски, пинками и подзатыльниками выгонял с территории Тампля толпу обнаружившихся у нас студиозусов. Но мне, честно говоря, было в тот момент не до «гражданки Капет». Меня мучил все тот же вопрос: что с такими вот «роялистами» делать? Потому что типично: полоротые инсургенты исключительно «из чистого принципа». Идеалисты, то есть…
4
Котозавр
Чо та я ржу… в смысле сидим мы, всей попаданческой толпой в Тампле, рассматриваем конфискат. И думаем: хорошо это, или плохо. Перед нами на столе раскидан по запчастям явный и неоспоримый результат прогресса: капсюльный пистолет, маде ин Британия. Реверс-ижиниринг в своём классическом виде, то есть один специалист детальку держит, другой обводит. Форма рукояти и конструкция УСМ гарантируют это. Размеры брандтрубок и капсюлей метрические, однозначно. Всё как у наших первых дингокольтов, без поджатия барабана. Вроде бы плохо, потому как Британия. Но есть нюанс – увесистый такой. Не револьвер, получился у подданных Его Величества, отнюдь. Перечница!!!! Пеппербокс, в смысле – пистолет с пакетом стволов. Есть вещи, которые так просто не скопируешь, например пульный вход, позиционирование барабана и нарезной ствол. Не, нарезка есть – но с твистом примерно в половину оборота на всю длину ствола, что в общем даже хуже, чем ствол гладкий. Потеряли скорость перезарядки, не получив нормальной баллистики. Калибр – пол дюйма, сборка шести стволов имеет нехилую толщину и вес, так что рамка продолжена вперёд, и поддерживает ось ещё и спереди. Молодцы, это не консольное крепление бундельревольверов из той реальности.
В общем аппарат получился неимоверно внушающий и символизирующий, но стрелять из него – то ещё удовольствие. С одной руки – только очень накачанным парням. И надо заранее спилить мушку, тем более, что их шесть! Да-да, прицельные закреплены на каждом стволе. Продольная канавка на казённой части, латунный шпенёк у дульного среза. Каждый ствол пристрелян отдельно, действительно молодцы. Рукоять с накладками из слоновой кости, по рамке – изящная гравировка. Да, как минимум проблему с подарком жене на день рождения я решил. За право пострелять из такого, она у Динго что угодно выцыганит.
Всё это лирика, а глобально – тенденция радует. Англия до сих пор вяло спорит, о переводе армии на капсюльные ружья. Там технология в общем-то простейшая, можно быстро переделать хоть все наличные стволы. Но тут вступают другие факторы. Лица, принимающие решения, не видят особого смысла в переделке. Это же не увеличение дальности стрельбы в два раза, не удешевление выстрела (наоборот – дороже), не упрощение логистики. Гарантированный первый выстрел – кому он нужен, когда солдаты палят по команде, выровняв строй и постояв под огнём противника? Отсутствие (ну почти) осечек – кому оно надо, когда солдаты палят по команде, и не меньше чем полуротой? Меньшие подразделения полководцами вообще в учёт не берутся, мясцо, смазка для штыка. Надёжный выстрел в дождь? – помилуйте, сударь, благородные люди в такую погоду не воюют, а быдло пусть в штыковую ходит, коли прикажут. Обученный солдат может выдать два выстрела и заряжание в минуту, капсюля ситуацию почти не улучшат. А денег в казне мало, сейчас не до глупостей. Бугага, интересно, как будет выглядеть английский многоствольный пулемёт? Его разработку курирует – и оплачивает, Адмиралтейство, не забывшее смачного плевка в морду у Мартиники. Флаг в руки, как говорится. Гатлинги и прочие митральезы делались на оборудовании другого уровня, на фабриках иной организации, и всё равно, до самого снятия с вооружения были сложной, дорогой, ненадёжной техникой, проклятием расчётов.
Что наш случай косвенно и подтверждает: пистолет был конфискован в тот момент, когда его владелец лихорадочно лез за ним в шкаф, услышав грубые голоса у дверей. Не потаскаешь такую дуру, да и жалко, дорогая вещь. Ох уж эти ниспровергатели. Толку-то получать деньги от эмигрантов-либералов, если не умеешь ими пользоваться? Листовок понапечатал, речь произнёс, даже бухла сторонникам выставил – правда половина пошла гулять дальше, вместо участия в штурме. А сам засел в секции, писать манифест с какими-то очередными требованиями. Саблей перепоясался, прям как взрослый…
5
Бонапарт
Тоже еще проблема.
Ребята Котозавра при задержании одного из «агентов империализма» изъяли несомненное доказательство своей прогрессорской деятельности. Английский капсюльный револьвер оригинальной конструкции.
Парни ржут. (Ну, я и сам поухмылялся – есть от чего. Но в целом мне вот как-то не до смеха) Страшилище, конечно, жуткое. Вращающийся блок стволов. Как дубину использовать можно. Заряжание шомпольное, с дула… В какой-то книжке про оружейника Федорова читал, что в детстве тот наблюдал изготовление такой же конструкции бродячим мастером на заказ – технология там еще та, все вручную, включая сверление и нарезку стволов, в тисочках, на верстаке… Тем не менее – прогресс не просто налицо, а буквально по всей морде. Джинна выпустили из бутылки. Капсюля-то хитро-изобретательный аглицкий гений (ну, помните: «англичанин-хитрец, чтоб работе помочь, изобрел за машиной машину»?) делать намастрячился. И невелика радость, что они пока эту систему на вооружение не приняли – это только от развития производства зависит. «Война – двигатель прогресса!» (Цитата, ага…) Как только поточную линию изобретут – а пример у них перед глазами уже несколько лет есть (Где? Да в Калифорнии…) – так массовый дешевый капсюль и появится. Те же австрийцы, например, ничуть не хуже англичан в этом смысле. Пневматическую винтовку их промышленность делать может – револьвер не сложнее. А у меня здесь – еще конь не валялся!
Что ж мне делать? Ведь задавят на фиг родимую революционную Белль Франс. Никакая Марсельеза не поможет. Похоже, что надо в очередной раз выходить на Конвент с планами расширения Шале-Медона. Только уже до масштабов всей страны. Индустриализацию запускать, чо…
Мурашки по спине не забегали?..
6
Котозавр
В отпуск ему надо, на море. Наш Монте-кристо совсем скоро начнёт рычать и на людей кидаться. Нервная эта работа, втихаря власть брать. Ну притащили мы трофей, похвастаться чудовищем. А он в ужасе, мол Англия перевооружится по новым технологиям, и всех нагнёт. Щас, нагибалка у них не выросла. И не вырастет. Не дадут капсюльные ружья качественного перевеса! Для него нужен следующий шаг: нарезные стволы и пули типа Минье. Тогда расклады Крымской войны станут реальностью. Но вспоминаем историю: по состоянию на 1853 год далеко не все войска интервентов были вооружены винтовками. Потому как дорого. Даже «мастерской мира», для империи, над которой уже не заходило солнце.
А сейчас и вовсе не потянут, ни по деньгам, ни по технологиям. Даже просто разработка крутой нарезки, которая не забивается свинцом через десять выстрелов – тот ещё геморрой. Пули в осалке и бумаге, чистка ершом и промывка ствола каждые тридцать-пятьдесят выстрелов, короче, всем хватит развлечений: и инженерам, и оружейникам, и военным. И копирование наших винтовок ничего не даст. хотя бы потому, что наши стволы рассчитаны на продолговатую пулю малого калибра, и казённое заряжание. Попытка масштабировать будет крайне неудачной, обещаю. Причём в любом калибре. В английском – стрелять не будет, а в нашем сантиметре (это если совсем гордость потеряют, и попытаются повторить один в один), цена выстрела будет неимоверной. Из за латунной гильзы в том числе.
Да и вообще – не верю я в способность британских военачальников нормально применить новое оружие. Любое. Начав пользовать пулемёты Максима в восьмидесятых годах девятнадцатого века, покрошив из них толпы махдистов под Омдурманом, толпы кунфуистов в Китае, буров проредив неплохо – они до самого конца Первой Мировой (до Соммы точно) не задумывались, как бы самим ходить на пулемёты иным способом, кроме плотного строя. За почти тридцать лет войн – почти нулевое движение военной мысли. Откуда же ему сейчас взяться? Так что – не напрягаемся, решаем проблемы по мере поступления.
7
Бонапарт
Ну вот. Буквально – прелести демократии! Гы!..
Не успели, что называется, начать работать – так меня уже паникером объявили. Ага…
И тонко так интересуются: а нет ли у меня желания в отпуск съездить? В Марсель там, семью навестить. С мамочкой повидаться, сестричек проведать… Воздухом, опять же, морским, целебным, подышать, развеяться… Отдохнуть, в общем. А тут и без меня управятся пока… Спасибо, сразу же в Сибирь не отправили – типа на повышение, мамонтов ловить для науки (трудно, что ли экспедицию организовать? Гы…) Совсем как в фильме про Ушакова (который Федор Федорович): «Болен ты, братец… Полечиться тебе надо… Баночек поставить… Банок тебе!!» Н-да…
Ладно еще, хоть объяснили, почему. Как будто я не понимаю… И того и гляди – прямо щас начну всех подряд в колхозы сгонять… А то и вовсе по Троцкому: в трудовые армии. Не дурней же я паровоза… А вот своё объяснить не могу – почему этот «револьвер» меня пугает… Хотя из их же исторической справки знаю теперь, что впереди у нас двадцать лет непрерывных войн. Со всей Европой, а не с одними англичанами! И чтоб в этой драке выжить – нам без промышленности, как минимум равной британской, не обойтись: в прошлый раз так и не выстояли!.. Очевидно же, вроде?.. Ведь через год уже – зуб даю! – у них морские орудия с капсюльным замком появятся! А еще через пару лет такие замки на всех английских пушках стоять будут. Потому что такой замок вообще воды не боится! (Ну, относительно, конечно. Но – с теперешним способом несравнимо. Да и с моим кремневым замком – тоже…) А у нас – я даже в половину не верю. Потому что делать не из чего… И некому – кадров нет.
А народ вот в обратном уверен.
И тоже считает, что обоснованно.
И?..
Угу: если несколько человек кряду сказали тебе, что ты пьян – то лучше поди и проспись: ибо они, скорей всего, правы!..
Эх, демократия…
А вот был бы я императором!.. Как бы я тогда «закричал, как ногами застучал!» – цитата – так все бы мигом взяли под козырек и побежали исполнять. Не задавая лишних вопросов. Вот была бы жизнь!.. Бу-га-га…
Беда – сейчас я такого даже от лепшего кореша Барраса добиться не могу. Хоть и ободрал болезного как липку и еще «Спасибо» заставил сказать… Так что придется мне с этой демократией считаться. Не можешь убедить – не возбухай! Гений, блин, всех времен…
Хотя, конечно, прямо сейчас все это еще не горит. И английская дальняя авиация не совершает массированные налеты на Париж с ковровым бомбометанием. Но промышленность разворачивать надо. А вот каким Макаром это сделать – я покуда не представляю. Одного Шале-Медона мне для этого не хватит – это факт. Я же не рассчитывал, что нагличане с револьвером так меня обставят – у меня совсем другие планы были по части прогрессорской деятельности. «Медленно и методично»… Ага. Тоже цитата… И современники мои мне тут не подмога. Поскольку тоже не знают.
В общем – опять все «наполеоновские планы» менять придется…
Но в отпуск я все-таки не поеду… Гы…
8
Думаете, этими сложностями все и ограничивается после триумфальной победы над «роялистами»? (Мятежников таки окрестили подобным образом – никакой другой всем понятной формулировки не нашлось. А как еще? Раз против Конвента выступают – так значит роялисты и есть. Адназначна! Цирк, блин… Уехал. А клоуны остались)
Так и другие имеются. Беррюйе, например. Остался я без военного министра – вот так вот. Ранило его потому что. Не смертельно, к счастью. Но основательно. Несколько месяцев пролежит. Как раз на той самой паперти Святого Роха, будь она неладна! Да не пролежит на паперти! А ранило его там… А я еще описаниям не верил! Была ведь бойня-то! И каша кровавая – натурально. Сам видел… И пушки сам туда подтягивал. Два орудия (Ну вот чего было не указать, что артиллерию туда подтащили в ходе боя?). Чтобы ворота церкви вынести… Но накрошили народ не пушками. А обычной ружейной стрельбой в упор. С обеих сторон. А потом рукопашной…
Ну, как я и думал: мускаденам шибко не понравился «сурпрайз» в виде батальона «патриотов». До такой степени, что Сент-Рош оказался практически единственным местом, где бой шел несколько часов. С переменным успехом. Причем после того, как на улице Сент-Оноре разразился устроенный Котозавром локальный Апокалипсис – уже без всякой связи с мятежом. Две ненавидящих партии дорвались, наконец, друг до друга. Ну и – оттянулись. Под Беррюйе убили лошадь. А самого – несколько раз ранили (пока под конец уже не зацепили серьезно – только тогда его из боя вынесли). В конце концов мускадены забаррикадировались в храме и продолжали отстреливаться оттуда. К вечеру – когда мне просто уже это надоело – я двинул к церкви резерв (с теми самыми пушками) и только после этого (как мы двери вышибли) остатки этих долбодятлов сдались. Ну, вот там и накрошили народу изрядно. Что-то по двести человек с каждой стороны. Пройти было нельзя, чтоб на труп не наступить. (Ну, еще столько же, примерно, на Сент-Оноре полегло. В сумме – где-то вдвое больше, чем в нашей Истории. Не знаю почему – может из-за фугасов. Зато разбежались все практически моментально – так, что никакого бунта не стало в считанные минуты… Но все равно, в общем, погибло не так уж много… Хотя меня тут, тем не менее, уже окрестили мясником (угадайте с трех раз – кто… Гы..))
И как мне теперь индустриализацию запускать? (Беррюйе-то бы меня поддержал – сообразительный мужик) Мы и так-то намаялись, пока хоть какие-то усовершенствования в армии вводили этим летом. Одна история с ружейными ремнями чего стоила. (Не применяют здесь ремни на ружьях! Только у гренадеров – потому что у них руки для гранат должны быть свободными. А все остальные солдатеГи таскают свои фузеи как палки – на плече! Маразм… Зато привычно!) Про полевые кухни вообще не говорю… «Зачем????» – вот основная реакция. Те две штуки, что я когда-то для своей бригады сделал – так их мой преемник Бриан – кстати, исчез куда-то еще в прериале и так и не появился, в клоаку, что ли провалился? – доблестно бросил где-то в Вандее. Как сформулировал: за полной бесполезностью. Дятел… Системы снабжения войск вообще как таковой нет. А ведь магазины когда еще изобрели! Но нет – армии продолжают кормиться реквизициями (Ну это тоже чуть ли не Валленштайн придумал: «Там, где армия в десять тысяч человек будет погибать от голода, армия в пятьдесят тысяч легко найдет себе пропитание, а в восемьдесят – будет процветать!» Ну – как-то так. Дословно не помню…) С артиллерией – несмотря на реформу Грибоваля – тоже полный разнобой… (С этим я еще под Тулоном столкнулся) И вот в этот момент военный министр попадает в лазарет! Лично участвуя в бою.
Конвент, конечно, уже назначил нового. Какого-то Понтекулана. Но, во-первых – я его просто не знаю. А во-вторых – он даже не военный!
Радуйся, в общем, дева, дезодоранту – будешь теперь ты ва-аще!.. Тоже цитата…
К слову сказать, о мускаденах… Из-за которых я лишился генерала Беррюйе. Точнее – о их знаменитом предводителе, Фрероне… Как думаете – где он был в этот решающий для роялизма момент? Во главе мятежников на паперти Сент-Рош? Как бы не так! В рядах защитников Конвента. Объяснения – никаких объяснений! Просто, когда запахло жареным, он отправился в Сент-Антуанское предместье (это после того, как неоднократно крушил санкюлотам черепа знаменитой «тростью» в уличных драках!), выступил там с речью и набрал отряд добровольцев числом в роту – с каковым и явился в Тюильри для обороны от роялистов… Абсолютно без нервов человек. Или без совести… Но ведь не прибили! И пошли под его команду – что самое удивительное…
Театр абсурда какой-то…
9
И в довершение счастья – еще один р-рэволюционер на мою больную голову…
– Это бесчестно!
– Какого черта, Франсуа?!
– Вы пошли по пути неприкрытой реакции, гражданин генерал! И сколько раз я уже просил называть меня Гракхом! Ибо это имя я выбрал сам – в отличие от навязанного мне при рождении!
– Какая, к лешему, реакция?!
– Ваш обман с голосованием по «двум третям»! Все в точности, как и было с созданием законов при старом порядке!
– А куда нам было деваться?!
– Вот! Именно с этого все и началось! Когда в те невежественные и дикие времена головы, захваченные энтузиазмом завоевания, обратились, как это неизбежно вытекало из их бесчеловечных склонностей, укрепленных вопиющей системой феодализма, к установлению таких обычаев, которые могли бы удовлетворить их смешное тщеславие! Вы в точности уподобились им!
– Сдурел?!
– Это вы сошли с ума, граждане, называющие себя народными избранниками и заступниками! Неужто вы забыли, против чего восстал французский народ и не видите, что делаете?! Нет! Вы видите все! В незапамятные времена счастливый разбойник был только наполовину удовлетворен, даже обладая большим богатством! Его дикое тщеславие страдало, когда он предвидел в будущем раздробление своей собственности… Так и вы – вам мало достигнутого, вам хочется закрепить свое положение! Отсюда проистекает новая гнусность! Нужно было задушить голос народа, чтобы услужить тщеславию, и оставить почти без всякой поддержки младших, чтобы обременить избытком старшего! Именно отсюда проистекает происхождение так называемой знати и сословных различий, так возмущающих все слои общества!.. Не может быть того, чтоб вы обо всем этом забыли! Отсюда, кроме того, происхождение этих смешных законов, которые служат оправдательным документом всем узурпаторам, легализующим их захваты!.. Да, да – я про вас говорю! Те, кто в собраниях, призванных составлять законы, имели больше всего влияния вследствие их богатства, вводили в них те или иные правила по своему усмотрению – так и вы сейчас со своей махинаций по поводу «двух третей» явили на всеобщее обозрение всю отвратительность своих желаний!..
– ХВАТИТ!
Стоим, сопим, пялимся друг на друга…
– Демагог хренов… Радетель за всеобщее равенство!.. А то, что как раз такое равенство и уничтожит страну – это тебе в голову не приходило?
– Свобода не может ничего уничтожить! Кроме отжившей грязи старых традиций!..
– Блин!.. Кропоткин саморощеный!.. Что ты вообще знаешь об уничтожении старых традиций?! Ты хоть в курсе, что за всю историю человечества эти самые «старые традиции» так никто и не смог уничтожить?! Как ни старались!
– А Ликург?! Или ты станешь отрицать справедливость его законов?!
– Да какая, к демонам, справедливость!! Спарта была РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКИМ государством! И стояла на труде лишенных всяких прав илотов! А сами спартанцы занимали там место так ненавидимой тобой аристократии! И сохраняться их власть могла только до тех пор, пока они могли силой ее удерживать! Править страной на протяжении веков как завоеватели – вот и вся причина «суровых но справедливых законов Ликурга»! Ты про криптии[17] не слышал, что ли? Или о том, что в Спарте ежегодно объявляли илотам войну? Собственному населению! Ты что, Плутарха не читал?
– Мы уничтожили гнусность аристократии! И теперь крестьянам не надо бояться меча господина! А что делаете вы, стремясь сохранить за собой право власти?!
– Да етить же твою!.. Понимаешь ли ты, что твое государство всеобщего равенства есть как раз уничтожение государства как такового! Что нас попросту сожрут соседи – как устрицу без раковины!
– Тираны не смогут одолеть освободившийся народ! Скорее их сметут их собственные восставшие подданные!
– Что-то пока не заметно, чтоб смели хоть кого-то!.. Скорее как раз наоборот: все соседние народы идут воевать с нами – чтобы оторвать кусок от ослабшей Франции!
– Мы отбили их натиск – и будем отбивать еще, сколько потребуется! А если потребуется, понесем огонь свободы за пределы Франции – раз нет иного выхода для того, чтобы мы могли жить по справедливости!
– Уф… А то, что для таких действий придется превратить всю страну в один осажденный лагерь – тебя не смущает?
– Нет! Мы или переделаем мир так, как нужно нам или погибнем – но не остановимся!
Опять стоим и пялимся друг на друга. Разве что сопим не так яростно – подустали в процессе…
– Франсуа… Гракх, черт возьми!.. Ну я понимаю – историю вы тут все знаете плохо… Про крестьянские и рабские восстания в Египте, Месопотамии, Индии и Китае сейчас ничего не известно… Это все больше двух тысяч лет до нашей эры… Ладно. Но про недавние-то времена должны же хоть что-то помнить? Про эксперимент Савонаролы, например… Это ведь всего триста лет назад! Самый расцвет Итальянского Ренессанса! Рождение гуманизма как общественного движения… И как раз в это самое время Джироламо Савонарола – из самых гуманистических намерений, черт побери! – всего за четыре года превратил процветающую Флоренцию в нищий город! К слову сказать – все его преобразования происходили под оккупационной властью французской армии, после изгнания законного правителя – герцога Медичи… Это, если ты не понял – касается боевых качеств «свободного народа», «проживающего в фактическом равенстве»…
– Но…
– Какого черта?! Какое «но»?! Савонарола разрушил государство ради справедливости – и получил полный… абзац всему!
– Французы не таковы!
– Да блин же!.. Хорошо, вот тебе противоположный пример! Кстати – практически в те же времена – только на полвека раньше: гуситы в Чехии. Тоже были поборниками полного равенства! Абсолютного даже! И не какие-нибудь там гнилые гуманисты вроде Савонаролы! Этот «революционный восставший народ» ввел у себя – причем совершенно сознательно! – такую дисциплину, что за все нарушения у них там было только одно наказание. Единственное: смерть! Опоздал, например, в строй встать – казнят. Улицу перешел в неположенном месте – казнят. Причем – повторю! – это была совершенно сознательная дисциплина! Сами приняли такой закон, сами следили за его выполнением! В результате они создали самую лучшую армию, какую только можно было создать, начиная с древнейших времен. Даже Древнему Риму до них далеко было. Больше того – эти поборники революционной справедливости еще и оружие самое передовое изобрели! Они придумали полевую артиллерию – опередив в этом деле весь остальной мир на двести лет! Их никто не мог победить на поле боя. Вся Европа пробовала – несколько Крестовых походов организовали! – и ничего у них не получилось. А гуситы в ответ начали сами совершать походы в соседние страны!.. Только сил у них для того мало оказалось. Все походы были успешными, а сокрушить соседей не получилось… Но – они всех победили! А чем кончилось? Да тем, что внутри гуситов началась распря – и самые лучшие воины всех времен и народов просто в конце-концов перебили друг друга в битве при Липанах… И все – вся р-рэволюционная Чехия закончилась… Всей власти их хватило где-то на четверть века – не более того… И кто их сейчас помнит? Вот ты, например?.. Что ты приходишь ко мне со своими благими намерениями, будто не знаешь, в какое место дорога ими вымощена? Ну что мы должны были сделать с этим «законом о двух третях», если не хотели, чтоб обновившийся депутатский корпус принялся со всей дурью неофитов городить тот же огород, что городил ранее старый состав?
Уф… Вроде отбился… Но достал он меня уже конкретно, радикал хренов… Да и я его, похоже, тоже… Черт – ну никак не можем договориться! И ведь чего его заело прямо сейчас – ни раньше, ни позже?! Как будто у меня других дел нету, как спорить с разными отмороженными утопистами!..