Прежде всего следует заметить, что такие ключевые фигуры ариософского оккультизма, как Йорг Ланц фон Либенфельс (1874–1954) и Рудольф фон Зебботендорф (1875–1945), стали утверждать, что именно они оказали решающее влияние на Гитлера и идеологию ранней НСДАП – задолго до того, как магические интерпретации нацизма широко проникли в поп-культуру.
Первый еще с 1920-х годов начал распространять такого рода сообщения – поначалу в частной переписке, а чуть позже – в многочисленных интервью. После Второй мировой войны ему удалось убедить в своей версии австрийского психолога Вильфрида Дайма (1923–2016), который в 1957 году опубликовал книгу «Человек, который дал Гитлеру идеи» (Daim W. Der Mann, der Hitler die Ideen gab. Vien, 1957). Зеботтендорф еще в 1933 году опубликовал книгу «Прежде чем пришел Гитлер. Свидетельства о первых днях национал-социалистического движения» (Sebottendorf R. Bevor Hitler kam: Urkundlich aus der Frühzeit der Nationalsozialisrischen Bewegung. Munich, 1933). Она тут же была запрещена нацистскими властями, а автор заключен в тюрьму и в 1934 году депортирован из Германии. Никакого ажиотажа сенсационные сообщения Либенфельса и Зеботтендорфа в момент своего появления не вызвали и оказались востребованы гораздо позже – уже после того, как теория «оккультного рейха» обрела популярность.
Гораздо больший резонанс вызвали пропагандистские книги и брошюры Германа Раушнинга, такие как «Революция нигилизма» (1938), «Говорит Гитлер» (1939), «Голос разрушения» (1940), «Зверь из бездны» (1940) и «Время исступления» (1946). Некоторыми авторами этим работам придается характер настоящего откровения. Они были переведены на многие языки мира, широко разрекламированы, выдержали огромное количество переизданий. Более того, в ходе первого и ключевого Нюрнбергского процесса над нацистскими военными преступниками (20 ноября 1945 г. – 1 октября 1946 г.) советская сторона обвинения использовала книгу «Говорит Гитлер» (оригинальное название – «Разговоры с Гитлером», Gespräche mit Hitler) в качестве документального источника. Поэтому имеет смысл подробно рассказать о личности самого автора и проанализировать аутентичность фактов, изложенных в его текстах.
Герман Адольф Рейнгольд Раушнинг родился 7 августа 1887 года в Торне (в то время – город в Западной Пруссии, в Германской империи; сегодня – Торунь в Польше) в семье кадрового офицера прусской армии. Юный Раушнинг поначалу также решил посвятить себя военной карьере, но, проучившись некоторое время в кадетском корпусе Потсдама, неожиданно забросил военные штудии и поступил в Берлинский университет, где изучал историю, немецкую филологию и музыковедение. В 1911 году он получил докторскую степень. Во время Первой мировой войны Раушнинг дослужился до лейтенанта пехоты и был ранен в бою.
После войны бывший фронтовик поселился в Познани, которая по условиям Версальского договора в 1919 году была передана поверженной Германией Польше. Он принимал активное участие в немецком националистическом движении, а в 1926 году переехал в Вольный город Данциг (Freie Stadt Danzig, город-государство под протекторатом Лиги Наций), где приобрел небольшое поместье в деревушке Варнау.
Герман Раушнинг
В 1920-е годы Раушнинг был связан с Немецкой национальной народной партией (Deutschnationale Volkspartei) и сблизился с движением младо-консерваторов Артура Мёллера ван ден Брука (1876–1925). К слову, последний был тем, кто в своих работах впервые применил словосочетание «Третий рейх» (Drittes Reich), – так он именовал будущее государство, которое должно было прийти на смену Веймарской республике и унаследовать традиции двух предыдущих немецких империй: Священной Римской империи германской нации и Германской империи, провозглашенной в 1871 году.
В 1932 году Раушнинг вступил в нацистскую партию – поскольку та выступала за возвращение Данцига в состав Германии – и стал быстро делать карьеру функционера. На парламентских выборах в Данциге 1930 года нацисты заняли второе место по количеству депутатских мандатов.
Летом 1932 года Раушнинг и данцигский гауляйтер[5] НСДАП Альберт Форстер (1902–1952) встретились с Адольфом Гитлером в Оберзальцберге, чтобы обсудить тактику по захвату нацистами власти в сенате Вольного города. После прихода Гитлера к власти в январе 1933 года нацисты потребовали формирования в Данциге нового правительства под руководством Германа Раушнинга. Досрочные выборы в данцигский сенат в мае 1933 года принесли НСДАП абсолютное большинство голосов, и Раушнинг стал президентом сената, а по сути – руководителем всего города-государства.
В тот момент он не скрывал своего желания превратить соседнюю Польшу в вассальную территорию, подчиненную рейху. При этом, будучи консервативным националистом, Раушнинг разделял не все идеологические постулаты НСДАП. К примеру, ему был чужд радикальный антисемитизм. Из-за этого отношения с гауляйтером Форстером у него не сложились, и в какой-то момент они даже стали непримиримыми врагами.
Будучи крайне амбициозным человеком, Раушнинг стал требовать для себя широких властных полномочий и новых высоких постов. В конце концов он перессорился со всеми местными руководителями, нажил противников в руководстве партии, а глава штурмовых отрядов НСДАП (Sturmabteilung, СА) Эрнст Рём (1887–1934) наложил на него дисциплинарное взыскание за нарушение субординации.
В 1934 году Раушнинга и вовсе исключили из партии. В ноябре 1934 года он окончательно разочаровался в национал-социализме, покинул свой пост в сенате, стал поддерживать конституционалистов и начал писать статьи в поддержку сотрудничества с поляками. Все это крайне разозлило нацистов. Опасаясь за свою жизнь, Раушнинг бежал в Польшу, а в 1937 году эмигрировал в Швейцарию. Оттуда он переехал во Францию, а перед самой войной – в Великобританию. Находясь в изгнании, Раушнинг присоединился к немецким политическим эмигрантским активистам, хотя они и критиковали его за то, что в свое время он сыграл важную роль в нацификации Данцига.
Летом 1939 года, находясь в Цюрихе и остро нуждаясь в деньгах, Раушнинг принял предложение американского издателя и антифашистского деятеля венгерско-еврейского происхождения Имре Ревеша (Эмери Ривза, 1904–1981) написать в рекордный срок пропагандистскую книгу, разоблачающую нацизм под видом мемуаров (еще в 1938 году Раушнинг выпустил работу «Революция нигилизма. За кулисами Третьего рейха»). Надо отметить, что Ревеш был одним из тех, кто активно вел в то время антигерманскую пропаганду в мировой печати в тесном контакте с Уинстоном Черчиллем (1874–1965) и «военной партией» в Лондоне. В этом качестве он возглавлял международное агентство печати «Сотрудничество» (Cooperation Publishing Co, Inc.).
Обладая солидными финансовыми средствами, активист предоставил в помощь Раушнингу внушительный штат своих сотрудников-переводчиков. В результате и появилась книга под заглавием «Гитлер говорит. Политические беседы с Адольфом Гитлером о его истинных целях» (Rauschning H. Hitler Speaks. A Series of Political Conversations with Adolf Hitler on his Real Aims. London, 1939). Книга была вскоре переиздана в 20 странах Европы и Америки колоссальными тиражами. После этого из-под пера бывшего лидера Данцига на свет появилось еще несколько текстов той же направленности.
Раушнинг был не один. В 1941 году Ревеш также издал книгу бежавшего из нацистской Германии промышленника Фрица Тиссена (1873–1951) «Я заплатил Гитлеру» (Thyssen F. I paid Hitler. New York – London, 1941). Текст издания был составлен Ревешем на основе интервью, которые он провел с бывшим магнатом весной 1940 года во Франции. При этом сам Тиссен согласия на публикацию не давал и в момент выхода «своего труда» вновь оказался (в результате стремительного наступления вермахта на Западном фронте) в руках нацистов, которые заключили его в концлагерь. Книга содержала характерные пропагандистские пассажи, подтасовки и неточные утверждения. К примеру, в тексте отмечалось, что один из идеологов НСДАП, «главный партийный философ» Альфред Розенберг (1893–1946) – «русский интеллигент… в нем нет ни капли немецкой крови»[6]. Большинством исследователей эта книга не признается в качестве надежного источника.
В самом начале войны французские военные пропагандисты размножили и разбросали по всей линии фронта с немцами листовки, содержащие выдержки из сочинений Раушнинга, но в условиях блицкрига вермахта эти агитационные материалы особого эффекта не принесли. В 1941 году Раушнинг переехал в Соединенные Штаты, получил американское гражданство в 1942 году и купил ферму недалеко от Портленда, в штате Орегон. Там он прожил всю оставшуюся жизнь, скончавшись в 1982 году.
В России указанный труд (под названием «Говорит Гитлер»[7]) в полном виде вышел в 1993 году и с тех пор активно цитируется как источник, причем не только какими-то посредственными публицистами, но и, что удивительно, вполне уважаемыми и добросовестными исследователями…
Книга состоит из 16 глав. В предисловии Раушнинг утверждает, что изложенные им в издании беседы, состоявшиеся в первые два года господства национал-социалистов, аутентичны. Кроме того, здесь же звучит сентенция о том, что у нацизма есть некое «тайное учение», которое разрабатывается в «определенных кругах весьма малочисленной элиты». Далее Раушнинг нескромно называет себя одним из «посвященных» (правда, он нигде не объясняет, почему он, занимающий в партии отнюдь не самые высокие позиции, удостоился такой сомнительной чести).
В первой главе Гитлер предстает кровожадным маньяком с левацкими интенциями, провозглашающим необходимость мирового пожара: «Мне не нужны рыцари, мне нужны революции». Очевидно, что Раушнинг (с подачи его спонсора Ревеша) намеренно навязывал своей аудитории мифическое идеологическое родство нацистов с большевиками. Подобные аналогии он приводил не случайно – для создания необходимого пропагандистского эффекта. Кроме того, в момент, когда книга вышла в свет, СССР и Германия были связаны пактом о ненападении (заключен в ночь с 23 на 24 августа 1939 года), и убедить англо-американского читателя в том, что между фашизмом и коммунизмом существует некая глубинная связь, было несложно. Вот еще одно «высказывание» нацистского лидера подобного рода: «Между нами и большевиками больше сходства, чем различий. Прежде всего – истинный революционный настрой, который еще жив в России, свободной от происков всякой пархатой социал-демократии. Я всегда принимал во внимание это обстоятельство и отдал распоряжение, чтобы бывших коммунистов беспрепятственно принимали в нашу партию… Германия и Россия удивительным образом дополняют друг друга. Они просто созданы друг для друга». В тринадцатой главе фюрер вообще «утверждает», что он «выполняет заветы Маркса»!
Четвертая глава носит название «Антихристианин». Собственно, именно на нее очень любят ссылаться те «исследователи», которые тщатся доказать связь нацизма с сатанизмом. Гитлер якобы заявляет, что его никто не удержит от искоренения христианства в Германии, «полностью, до малейших корешков». Далее фюрер отрицательно высказывается о «мракобесах, сочиняющих свои нордические религии». Таким образом, Раушнинг подводит читателя к мысли, что именно сатанизм должен занять место христианства. Впрочем, звучит и фраза о необходимости возрождения язычества. Правда, в восьмой главе Раушнинг явно «прокалывается», когда приводит следующую сентенцию Гитлера: «Наша партия – это не тайный союз религиозных реформаторов».
К этой тематике Раушнинг возвращается в главе «Черная и белая магия», в которой отмечает, что «Гитлер отдался силам, которые влекут его за собой… Он уже давно предался власти колдовства, которое не без оснований и вовсе не в переносном смысле можно было бы назвать демонической магией». Затем он приводит слова некой дамы, обращенные к фюреру: «Вам открыта власть над миром чистых духов. Не позволяйте существам, связанным с землей и похищающим вашу силу, сбить вас с истинного пути».
Через несколько страниц бывший глава данцигского сената уже запросто именует Гитлера «мастером великой магии» и «жрецом тайной магии». А вот монолог, призванный показать восхищение фюрера перед масонством: «Они образуют нечто вроде элиты священнослужителей. Они отгораживаются от людей с помощью особых обрядов. Они разработали тайное учение, которое не формулируется в словах, а постепенно, с помощью символов и тайных ритуалов, дает все более и более высокую степень осознания. Иерархическое строение и воспитание символами и ритуалами, то есть помимо просвещения разума, а только путем оплодотворения фантазии, путем магического воздействия культовых символов: вот в чем опасность и величие масонов – и это я перенимаю у них». Кроме того, книга содержит «откровения» Гитлера о его встречах с неким «бесстрашным и жестоким», перед которым он «трепетал»…
Произведения Раушнинга были окончательно разоблачены как фальсификация швейцарским историком Вольфгангом Хэнелем еще в 1984 году (Hänel W. Hermann Rauschnings «Gespräche mit Hitler». Eine Geschichtsfälschung. Veröffentlichung der Zeitgeschichtlichen Forschungsstelle Ingolstadt, 7. Bd. 1984). Впрочем, задолго до этого рядом исследователей высказывались серьезные сомнения в их достоверности (к примеру: Schiedler T. Hermann Rauschnings Gespräche mit Hitler als Geschichtsquelle. Opladen, 1972). Хэнель убедительно доказал: утверждение Раушнинга о том, что он более ста раз лично беседовал с Гитлером, является откровенной ложью. Согласно многочисленным мемуарам и документам германских архивов, Раушнинг встречался с фюрером всего четыре раза исключительно по рабочим вопросам, постоянно в присутствии третьих лиц, и ни разу с ним лично не беседовал!
Фронтиспис и титульный лист книги Адольфа Гитлера «Моя борьба»
Опусы Раушнинга не имеют ни малейшей исторической ценности, они наполнены искаженными цитатами из книги Гитлера «Моя борьба» («Mein Kampf»)[8] и приписанными фюреру чужими словами. Цель автора – показать коричневого диктатора в качестве яростного противника христианства, создателя новой религии, которым движут некие потусторонние силы дьявольского характера. Именно они и внушили фюреру идеи мирового господства и уничтожения целых народов. Немецкий историк и философ Кристоф Линденберг (1930–1999) отмечает, что пассажи Раушнинга «вполне можно отнести за счет военной пропаганды». Один из биографов Гитлера Вернер Мазер (1922–2007) констатировал: «Данные Раушнинга базируются на стилизованной оценке имеющихся второстепенных источников и для исторического исследования абсолютно не представляют ценности»[9].
Как уже говорилось, «свидетельства» Раушнинга приводились на Нюрнбергском процессе как доказательства виновности нацистского руководства. Интересно, что «Документ СССР–378» (книга «Голос разрушения» 1940 года) цитировали почти исключительно советские юристы – главный обвинитель от СССР Р.А. Руденко (1907–1981) и помощники главного обвинителя Ю.В. Покровский (1902–1953), Л.Н. Смирнов (1911–1986), Л.Р. Шейнин (1906–1967), М.Ю. Рагинский (1903–1991). Британцы и американцы уже тогда воспринимали «труды» Раушнинга как сборники пропагандистских «уток», действенных и актуальных только во время боевых действий. Тем не менее многие авторы продолжали активно обращаться к работам Раушнинга и в последующие годы. К примеру, в широко известном фильме Михаила Ромма (1901–1971) «Обыкновенный фашизм» (киностудия «Мосфильм», 1965 год) периодически цитировались памфлеты данцигского мистификатора. Многие отечественные историки, в том числе специализирующиеся на истории церкви, до сих пор охотно используют тексты Раушнинга.
Итак, вопреки всякому здравому смыслу, произведениям бывшего главы данцигского сената суждено было стать одним из главных источников мифотворчества со стороны авторов, некритически воспринимающих подобные тексты.