Анекдот:

— Где-нибудь есть дом престарелых для киллеров? Утром - стрельба из лука, днем - из винтовки, ужин - для тех, кто не промахнулся.

Спустя всего четыре дня с того разговора в ванной я в сопровождении Кларин и Ламины шла к храму богини Аль, где проходили все брачные обряды. Можно было долететь на плато, но я хотела прогуляться, подышать свежим воздухом, который был редкостью на Земле, но в изобилии на Эрсхо.

Погода радовала тёплыми, но не жаркими днями, по утрам даже было прохладно, но совсем недолго. Вообще тут всегда хорошая погода, кроме сезона дождей, который длился не больше недели, но до него ещё далеко, так что можно было наслаждаться неспешной прогулкой.

– Я могла бы, и сама пройти обряд. – чувствуя себя арестанткой, что под конвоем ведут на эшафот, обратилась к ним. – Не нужно было идти со мной.

– Мама просто боится, что ты струсишь и при первой возможности сбежишь. – как всегда прямо ответила Ламина, тихо посмеиваясь.

Сегодня она больше напоминала невесту нежели я. Весёлая, нарядная и, казалось бы, самая счастливая на свете. Поначалу я даже не узнала её.

Обычно дочь Верховной предпочитала готический, мрачный стиль, а сегодня была одета в ярко-розовый костюм, слегка украшенный розовым жемчугом. Все украшения на ней были жемчужными: бусы на шее, браслеты на запястьях и нити в волосах. Выделялся только кулон на шее, кристалл в котором был красивого малинового оттенка. Не знаю почему она так оделась, я не знаю, но розовый не её цвет.

– Что? – заметив, как я исподтишка разглядываю её наряд, спросила Ламина.

– Почему ты так одета? Никогда не видела тебя в таком цвете. – постаралась говорить нейтрально.

Она покружилась прямо на ходу, от чего её юбки взлетели до колен, а волосы, собранные в высокий хвост на затылке, прочертились широкую окружность в воздухе. Сегодня она их выпрямила с помощью специального амулета, хотя мне нравились её кудряшки.

– Я разговаривала с госпожой Ясминой, интересовалась как на Земле проходят брачные ритуалы. – она наигранно закатила красные глаза. – У вас столько заморочек насчёт свадьбы. Она рассказала, что у вас есть традиция выбирать подружку невесты и наряжать её в детские нелепые вещи, чтобы на её фоне лучше выглядела сама невеста. Так как ты сегодня потеряешь статус землянки, я решила нарядиться, чтобы в последние минуты ты была окружена чем-то привычным.

– Так вот почему ты сегодня так одета. – удивление в голосе Кларин было равно шоку. – Я уж решила, что у тебя проблемы и ты таким образом показываешь свои переживания.

– Мам! – возмущённо закричала Ламина, складывая руки на груди, будто обиженный ребёнок.

Сама Верховная тоже сегодня выглядела празднично. На ней был чёрный костюм, обильно украшенный золотой вышивкой и бахромой. Из украшений лишь золотая диадема и длинные серьги, да брачный кулон из оникса. Её длинные волосы стекали по спине свободной волной, сверкая золотой пылью. Она напоминала величественную птицу, дорогую и прекрасную, но ту, что страшно коснуться, ведь она не просто пичуга, а хищница.

Как бы предвзято я не относилась к брачному обряду, но решила выглядеть празднично, выбрав из своего гардероба самую яркую вещь: лиф и юбку из ткани, похожей на золотую пыль, украшенную толстой золотой тесьмой. Несмотря на малое количество ткани, она была плотной и не просвечивала, зато приятно оттеняла мою загорелую кожу и карие глаза.

Наряд казался бы совсем обыденным если бы не украшения с изумрудами. Почти всю зону декольте скрывало ожерелье, а на руках, бицепсах и запястьях, прилегали к коже широкие браслеты, сверкая камнями под лучами местного светила.

Волосы я решила оставить распущенными, лишь слегка их завив в крупные локоны. Они прикрывали шрамы на моей спине, что были видны из-за тонких лямок лифа на плечах и шнуровки на спине. Её помогала завязывать Кларин и как я сама его развяжу, я не представляю.

– Брось, Ламина. – коснулась плеча дочки Верховная, извиняюще улыбаясь. – Я просто переживаю. Всю ночь не спала, думала, как обезопасить это мероприятие.

– То есть десяток телохранителей тебе показалось мало? – уточнила, кинув взгляд через плечо на упомянутых мужчин. – Зачем столько охраны? Я не такая знаменитость, чтобы организовывать теракт на моём брачном обряде. – наверное в сотый раз спросила у Кларин.

– Ты как раз такая знаменитость. – ответила мне Ламина. – О тебе говорят как о огненной спасительницы, защитнице слабых и просто как о девушке со стальными яйцами. – с каждым перечисленным эпитетом мои глаза становились всё шире и шире. – А когда прошла весть о твоём выборе мужей, все свободные мужчины были возбуждены. Кто-то хотел попасть на твой отбор, кто-то посмотреть на твоих избранников, тех, кого ты сочтёшь достойным, а кто-то делал ставку на то, что брак не состоится. – поделилась подробностями девушка, пружинисто шагая по дорожке в сторону храма.

– О. – не знала, что ещё можно тут добавить.

Но тут случилось чудо. Казалось, я сплю, ведь вдоль улицы верхом на единороге прогуливалась пара. На живом единороге!

Я замерла в благоговейном шоке, смотря на чёрного жеребца с длинной иссиня-чёрной гривой с длинным, не меньше тридцати сантиметров, серебристым рогом. Он неспешно шёл вдоль улицы, величественный зверь, словно сошедший с иллюстрации сказки.

– Кто это? – прошептала я, боясь привлечь внимание животного, словно он мог испугаться и растаять на моих глазах.

– О чём ты? – заметила мой ступор Кларин, что успела с Ламиной пройти на пару метров дальше. – А! – она проследила мой взгляд. – Это единорог. – она гордо задрала подбородок и с неменьшим восторгом осмотрела мифического коня.

– Откуда он взялся? Раньше я не видела их тут. – мне всё ещё казалось, что я сплю и единорога нет, но реакция эрсхонок заставила усомниться.

– Мы решили расширить территории. – начала рассказывать Верховная. – Недалеко есть маленькая планета, на ней нет разумных, но много полей и лесов. Самое то для ферм и огородов. – она слегка улыбнулась. – Но для начала надо было изучить местную флору и фауну на предмет опасности. И тогда учёные встретили этих травоядных зверей. Они оказались контактными, не боялись разумных, хоть и не видели их никогда. Учёные попросили разрешение привезти десяток животных сюда, для изучения.

– Госпожа Ясмина увидела их и назвала единорогами, сказала, что на Земле много легенд о них. – продолжила рассказ Ламина, без интереса оглядев животное. – Мы думали вернуть их обратно на ту планету, а она предложила несколько идей их внедрения в нашу жизнь.

– Какие? – мне стало интересно, как в жизнь эрсхонцев войдут лошади, пусть и с рогом, ведь в транспортном средстве они не нуждаются.

– Эти животные очень ласковые и красивые. – Кларин любовно оглядывала единорога, но не предпринимала действий, чтобы подойти к коню с седоками. – Ясмина рассказала про контактные зоопарки, место, где взрослые и дети могут кормить и гладить животных. Или даже кататься верхом. Она предложила устраивать соревнования между наездниками, делать ставки на того, кто быстрее пробежит три круга. – глаза эрсхонки сияли кровавым азартом, видно, что такая идея пришлась ей по душе. – Строительство ипподрома закончат через семь месяцев, к тому времени подготовят несколько опытных наездников, в их число хочет войти и Фиона. – она кивнула на эрсхонку, что сидела на единороге.

После её слов я вгляделась в девушку-седока и с удивлением узнала дочь госпожи Ясмины. Прямые белые волосы едва доходили до лопаток, хотя я прекрасно помню, что год назад они достигали талии в собранном в косу виде. Она была одета в мужские шаровары салатового цвета и более тёмные лифы. Удивительно, но у бывшей землянки родилась здоровая эрсхонка: золотистая блестящая кожа, неоновые глаза, две пары грудей. Гены эрсхонцев были сильнее всех известных в Галактике.

Позади неё ехал взрослый черноволосый эрсхонец со шрамом на брови, придерживая её за талию. Кажется, это раб госпожи Ясмины, но я не уверена, давно не была у неё в гостях.

Единорог почти поравнялся с нами и стал слышен разговор на повышенных тонах.

– Как ты не поймёшь, Фан, я не хочу замуж! – почти кричала молодая эрсхонка, оглядываясь на мужчину позади через плечо. – И ты, и родители говорят о том, что я должна через год выбрать себе мужей. Но я не хочу так рано заводить семью. Мама стала эрсхонкой, когда ей было почти тридцать, а до этого она много работала и стала экспертом в своей области. – рассуждала молодая девушка, раздражённо махая руками.

– Но все молодые эрсхонки по достижению двадцати лет выбирают себе первых мужей. Это нужно для твоей же безопасности. – на фоне взвинченной Фионы, мужчина говорил совершенно спокойно и как-то монотонно, словно повторял эту речь уже три раза и только сегодня. – Тем более, у вас юная госпожа на примете есть такие избранники, разве нет? – он слегка усмехнулся, от чего девушка вспыхнула, словно спичка.

– И что с того?! – она сложила руки на груди и уставилась вперёд, заметив нас. – Госпожа Верховная! – радостно закричала Фиона, спрыгивая с единорога. Раб едва успел потянуть поводья, чтобы конь остановился.

– Рада тебя видеть. – Верховная тепло улыбнулась. – Ты учишься верховой езде? – она указала на единорога.

– Да, Фан отлично руководит им и учит меня. – девчонка была немного взвинчена, но при этом искренне рада встретить Верховную. – А вы куда идёте? – она кинула на меня изумрудный взгляд из-под белых ресниц, заливаясь краской.

Я не поняла такой яркой реакции, ведь раньше Фиона вполне хорошо со мной общалась. Виделись, правда, мы редко. Последний раз в прошлом году на празднике конца года.

Ламина по-доброму усмехнулась и потрепала юную госпожу по волосам.

– Сегодня у госпожи Лидии брачный обряд. – заявила она, растягивая слова, а у Фионы стало настолько шокированным лицо, что я испугалась, как бы она не свалилась в обморок.

– Не может быть… – прошептала она, разглядывая меня от пальцев ног до макушки. – Госпожа Лидия, почему вы решили провести обряд столько лет спустя? Ведь вы были счастливы, вас все знают и уважают. Так почему вы решили променять свою работу на семейную жизнь? – её голос дрожал и был полон какой-то детской обиды, а я не знала, что ей ответить.

Сказать, что я устала и больше не могут работать так, как раньше? Или рассказать о том, что всегда в тайне хотела иметь большую и дружную семью, где все будут поддерживать друг друга и заботиться? Чтобы я не выбрала, вряд ли меня поймёт подросток, который жил в любви и заботе родителей, в то время как я всегда боролась за свою жизнь.

– Юная госпожа, невежливо так разговаривать. – вмешался сопровождающий Фионы. – Вам стоило бы не пытать госпожу Лидию, а взять с неё пример. Уверен, она не бросит работу, а просто изменит её так, чтобы можно было её совмещать с семейной жизнью. Так, как совмещает ваша мама. – его голос смягчился, когда он заговорил о госпоже Ясмине.

– Но… – Фиона растерялась, переводя взгляд с меня на раба, на Ламину и Кларин, и снова на меня. – Если я стану замужней сразу по достижению совершеннолетия у меня не будет шанса попутешествовать, узнать мир и достигнуть каких-то высот. – она запустила руку в волосы, дергая их у корней.

– Ты не права. – наконец нашла в себе силы ответить ей. – У тебя наоборот появиться больше возможностей на реализацию. Ведь будут те, кто поддержат, помогут делом или словом. – говорила от чистого сердца, чувствуя прилив уверенности и ещё чего-то, что не могла назвать. – В моём прошлом не было таких людей, я всегда была сама по себе, но, когда я попала сюда, познакомилась с госпожой Фанисией, Верховными и твоей мамой, то впервые поняла, что мне не хватало семейного тепла, поддержки.

– То есть, – протянула недоверчиво Фиона, – если я найду мужей, они не будут против моей работы с единорогами?

– Тут всё зависит от твоего выбора. – не могла с уверенностью ответить я на такой сложный вопрос. – Когда придёт время твоего отбора, будь внимательна и делай выбор сердцем. Но я думаю, что у тебя всё сложится прекрасно, не зря ты катаешься на ожившей сказке. – я не смогла сдержаться и, протянув руку, погладила по бархатному чёрному носу коня.

– Мама тоже зовёт её Сказка. – было видно, что мои слова немного успокоили эрсхонку, но ей требовалось время на обдумывание.

А нам нужно было спешить, ведь отбор был на три часа дня назначен и время неминуемо приближалось.

Распрощавшись с парой эрсхонцев мы продолжили наш путь и вскоре подошли к высоким резным дверям. Храм богини жизни был воистину прекрасен. Огромный, с высокими шпиля и витражными окнами. Внутри не было привычных икон и свеч, вместо этого вдоль стен стояли мраморные статуи в полный рост. Свет проникал сквозь витражи и оставлял сверкающие цветные пятна на плиточном полу и бежевых стенах.

Телохранители не стали заходить дальше, а встали по обе стороны от двери, сложив руки на груди. Рядом со мной остались только Кларин и Ламина. Я начала чувствовать трепет и волнение, и с каждой секундой эти эмоции лишь усиливались. Взнгляд метался от статуи Аль, самой важной богини в местном пантеоне, к дверям, ведущим в зал выбора.

Именно там сейчас собирались мужчины, что прочли мою анкету и захотели попытать удачу быть выбранными. Я не тешила себя ложными надеждами, что они пришли, восхитившись моей неземной красотой или влюбившись в мой портрет.

Просто местные не упускают шанс стать мужем и идут на отборы ко всем девушкам, которых сочли привлекательными. Удивлюсь, если на моём отборе будет больше десяти мужчин.

«Но это и не важно!» – мысленно одёрнула себя, – «Главное, чтобы среди этих мужчин нашлись те, что подойдут мне, вызовут во мне ответные чувства. Если же мне не встретятся такие, можно будет подождать годик другой.» – успокаивала я себя.

Права была Ламина, если бы у меня была возможность, я как маленькая трусиха, бежала бы отсюда сломя голову. Но я уже не ребёнок, и решила, что готова создать семью. Оставался последний шаг, всего лишь войти в комнату полную мужчин и выбрать из них тех, что станут моими мужьями, теми, с кем я буду всю оставшуюся жизнь.

На этой мысли двери с тихим скрипом отворились, впуская к нам жрицу. Я сразу её узнала. Миниатюрная слепая старушка с собранными в две косы седыми волосами сразу обращала на себя взор, хотя и была одета довольно скромно. Традиционный костюм, что напоминал танцевальный костюм беледи, был в бледно-сером цвете, без привычной вышивки или драгоценных камней. Скромные украшения в ушах и на запястьях не показывали высокий статус жрицы, что получила благословение от самой Аль.

Вообще, мне её было жаль. Она родилась слепой, что считают платой, за возможность связывать судьбы. Когда остальным детям родители выбирают имя при рождении, жрицам его попросту не дают, а называют в честь богини. И буквально с первого года готовят стать служительницей, забирая у родителей и отдавая на воспитание старой жрице. За пару лет до окончания жизненного пути нынешней жрицы рождается новая, но предсказать в каком городе это случиться нереально.

– Жрица! – заметила старушку Верховная. – Долгих лет жизни тебе, дорогая. – она подошла к ней, но не стала обнимать, только прикоснулась к её руке, слегка сжимая.

– Кого я слышу… – тихим шелестящим голосом протянула жрица. – Кларин, давно ты не навещала меня.

– Разве? – удивилась Верховная, оглядываясь на нас и подзывая ближе к себе. – Буквально пару лет назад моя внучка проходила второй брачный обряд, и мы с тобой мило беседовали. А сегодня я привела свою давнюю подругу. Ты помнишь Лидию? – она слегка подтолкнула меня в спину, и я вышла вперёд, протягивая руку, как для рукопожатия.

– Здравствуйте, жрица Аль. Я рада познакомиться с вами, много о вас слышала. – поняв, что слепая не видит протянутой руки, я осторожно взяла её тонкое запястье и тогда она ответила на рукопожатие.

– Это мне надо сказать, что я почтена знакомством. О вас только ленивый не говорит. Тем более я стольких ваших подопечных связала узами любви. – каркающе рассмеялась жрица, но смех не был злым, просто её старческий голос не мог изобразить более звонкий смех. – Настала и ваша очередь получить благословение нашей богини и стать частью того счастливого общества, которые вы помогли создать. Верно? – она слепо уставилась на меня, а у меня мурашки побежали по коже.

Какой бы милой и беззащитной не казалась эта старая эрсхонка, от неё чувствовалась потусторонняя сила. Она не причиняла вред, не угрожала жизни, но её следовало уважать и не злить. Казалось, будто передо мной стоит сама богиня в человеческом обличие. А такое внушало трепет…

– Да. – поняв, что долго молчу и неприлично пялюсь на немолодую женщину, пусть та и не видит этого, прокашлялась и постаралась спокойно ответить. – Я пришла, чтобы найти себе мужей и стать полноценным членом общества. – теперь мне казалось это наиболее правильным и логичным.

Страх ушёл, осталось лишь ожидание.

– Молодец. – словно услышав мои мысли, подбадривающе похлопала меня по плечу Верховная. – Мы с Ламиной подождём тебя на улице, а после проводим до поместья с мужьями. Мне не терпеться увидеть твоих избранников. – она наклонилась к моему уху и бытсро зашептала. – И не переживай, у тебя не будет испытательного месяца, как у остальных землянок, ты сразу будешь признана эрсхонкой. Ты и так долго жила на Эрсхо и заслужила не просто доверие, а почёт и уважение.

После она крепко поцеловала меня в щёку и ушла, уводя за собой дочку.

Я слегка заторможенно кивнула, провожая их взглядом. Телохранители выпустили женщин и часть из них последовали за ними, а пара остались дожидаться пока я не зайду внутрь.

– У тебя есть ко мне вопросы, прежде чем мы пройдём в зал выбора, и ты встретишь тех, кто захотел стать твоими мужьями? – дала мне минуту немного успокоиться понимающая женщина, за что ей огромное спасибо.

Я чувствовала, как сердце заходиться в бешеном ритме, а перед глазами появляются чёрные точки от переизбытка кислорода, ведь я задышала, словно загнанный в смертельную ловушку зверь.

«Интересно, все невесты так переживают в день свадьбы? Думаю, что нет, ведь они хотя бы знают, как выглядит избранник.»

– Сколько мужчин ответили положительно на мою анкету? – не знаю почему, но я боялась зайти в комнату полную мужчин.

– Тринадцать эрсхонцев. – просто пожала плечами женщина, а у меня словно камень с души упал.

Я знала, что иногда на одну потенциальную невесту приходиться по тридцать или пятьдесят претендентов. Кому-то это может и понравилось бы, для поднятия самооценки тоже неплохо, но я пришла бы в ужас от такой толпы. Конечно, я рассчитывала на небольшой выбор и боялась, что его попросту не будет и я уйду отсюда свободной землянкой, потому число тринадцать показалось мне наиболее подходящим.

– Ты готова? – ещё раз уточнила слепая жрица и я кивнула, подтверждая.

Только спустя пару минут я осознала, что она не увидела моего жеста.

– Да. – хотела сказать твёрдо и уверенно, а вышел лишь сдавленный шёпот.

– Тогда ступай за мной и ничего не бойся. Богиня укажет верный путь. – с этими словами жрица развернулась и пошла к невзрачным дверям.

Я сделала несколько глубоких вдохов и пошла следом. Мы оказались в светлой комнате без окон. Спереди было что-то вроде невысокой сцены, где мы со жрицей должны были стоять. Перед сценой располагались в несколько рядом в шахматном порядке обычные стулья, без спинок. Большинство из них пустовали, лишь первые два ряда были заполнены.

К моему удивлению, на эрсхонцах было много одежды. Ни то что я рассчитывала на голый показ, просто думала о том, что они захотят впечатлить меня своим телом.

– Сегодня пред ликом нашей богини госпожа Лидия совершит судьбоносный выбор как в своей, так и в жизни некоторых из вас. – начала вступительную речь жрица, пока я внимательно оглядывала кандидатов. – Все вы пришли сюда по доброй воле, все вы надеетесь стать опорой для инопланетной госпожи. Сейчас у вас есть возможность уйти, если же вы останетесь, значит вы приняли взвешенное и осознанное решение.

Я не думала, что кто-то уйдёт раз уж пришёл, так и вышло.

– Лидия, ты можешь задать им вопросы или иначе выбрать тех, кто тебе не подходит. – прошептала Аль так, чтобы только я её услышала.

Точно! Я и забыла о трёх этапах отбора. Первый состоял из того, чтобы мужчины увидели меня вживую и решили остаться им или уйти. А я могла задать любые вопросы и отобрать тех, кто мне понравиться.

Второй этап я бы назвала смотринами. Я и избранные мной мужчины идут в отдельную комнату, где полностью раздеваются, чтобы я могла их осмотреть. Сделав окончательный выбор, наступает завершающий этап, когда наши с женихами судьбы соединяет жрица, используя особый обряд.

– Кхм… – прокашлялась, давая себе минутку на подумать. – Меня зовут Лидия, мне тридцать пять лет. – начала с общей информации о себе, не зная, что хочу добавить. – Я долгое время работала на Верховных, в основном я находилась вдали от планеты, но сейчас кардинально меняю свою жизнь. Я продолжу работать, но уже без космических полётов. – я хотела, чтобы мои будущие мужчины поняли, что я не собираюсь бросать любимое дело и сидеть сутками дома. – По характеру я упрямая, самостоятельная и немного резкая. Не люблю обман даже в мелочах, никогда не готовлю, не занимаюсь шитьём и садоводством. Моё хобби это стрельба из бластера. – на этой информации у многих мужчин расширились глаза, но я примерно этого ожидала. – Я говорю всё это, чтобы вы понимали кто я такая, ведь брак меня не изменит. Я не стану мягче и нежнее, не буду готовить печенье, ожидая возвращения мужей. Но при этом я всегда буду рядом чтобы поддержать и помочь, не брошу в сложную минуту и сделаю всё от меня возможное, чтобы моя семья была здоровой и счастливой.

Стоило это представить, как у меня ухнуло сердце. Я не хотела менять свой образ жизни, не желала притворяться другой, чтобы понравиться окружающим. И боялась впустить в привычную жизнь постороннего мужчину.

– Если кто-то не согласен с моим представлением о семейной жизни, прошу вас уйти сейчас. – с трудом переборов стучащее в горле сердце, выдавила из себя эти слова, смотря в пустоту. – Вас никто не осудит, но это важно, ведь меняться я не собираюсь.

В звенящей тишине несколько парней встало и поклонившись мне, вышли в неприметную дверь с другой стороны. Всего осталось семеро эрсхонцев. Немного обидно, зато честно.

– Всех, кто решил остаться, я попрошу встать со стульев и выстроиться передо мной в одну линию. – может быть я вела себя неправильно, но я впервые на таком обряде и не знаю, как надо выбирать себе женихов.

Моя просьба явно всех удивила, но никто не решился на вопрос или спор. Когда передо мной выстроились семеро мужчин, я окинула каждого взглядом, задерживаясь глазах. Кто-то смотрел в пол, не решаясь поднять на меня взгляд, другие настороженно отслеживали каждый мой жест, словно я могла достать из-за пояса нож и начать им угрожать.

Да, я даже на свою свадьбу принесла оружие. Когда долгие годы живёшь в ожидание удара, сложно забыть старые привычки, потому у меня к поясу был прикреплён стилет в простых кожаных ножнах.

Лишь двое мужчин открыто смотрели мне в лицо, без страха и опасений. Они меня заинтересовали больше всего. Оба высоких, сильных эрсхонца с развитой мускулатурой, следами былых сражений, в виде белёсых шрамов.

Внешне им обоим было около сорока, самый рассвет мужской красоты, на мой взгляд. Их фигуры наводили на мысль о военных: накаченные руки и ноги, военная выправка, короткие стрижки, у одного множество тату, да и одеты схоже. Шаровары неприметного серо-зелёного цвета туго обтягивали бёдра, сверху была накинута безрукавка из плотной тёмно-зелёной ткани с окантовкой по краю в виде восьмиконечных звёзд.

Но всё же они отличались как день и ночь.

Последним в ряду стоял воистину огромный мужчина. Он был выше меня на голову, а его плечи напоминали ствол дубы: широкие и необъятные. Этот эрсхонец внушал трепет своим видом, что-то на подсознательном уровне требовало от меня опуститься перед ним на колени и признать его превосходство. У него были чёрные, словно ночь, волосы длиной до плеч с первой сединой на висках. Его глубокие синие глаза смотрели прямо и жадно, он, не стесняясь, оглядывал меня, задерживаясь на губах, волосах, груди и бёдрах. Последние особо его притягивали, взгляд синих глаз постоянно возвращался к ним, но я не понимала, заинтересовал его изгиб моих бёдер или стилет на поясе.

Если первый мужчина внушал мне желание подчиниться, то его сосед вызывал непонятную радость. Он не был смешным, но словно излучал солнечный свет и позитив. У него были красивые лучисто-золотые глаза, как у большого кота, и, к моему удивлению, короткий ёжик светло-русых волос. Я знала с каким трепетом местные относятся к своим гривам, мне даже запретили стричь волосы, хотя я, будучи подростком на Земле, всегда ходила с каре, потому видеть взрослого свободного эрсхонца с настолько короткими волосами было непонятно. Но надо заметить, ему шла эта причёска.

Ростом он лишь немного уступал гиганту, а комплекцией же они были равны. Те же широкие плечи, мускулистые руки и ноги, кубики на животе и широкие грудные мышцы. Но в отличие от первого у блондина было много тату по всему телу, даже на шее был небольшой скорпион, жало которого словно протыкало ярёмную вену. Мне стало интересно увидеть их все, провести по ним рукой, очерчивая контур, сделанный мастером своего дела.

Что интересно, при такой угрожающей фигуре, он выглядел, как плюшевый мишка: большой, но безопасный, такого хотелось обнять перед сном.

Этот мужчина тоже не стеснялся смотреть на меня, но его глаза не прожигали меня, как взгляды брюнета, а словно порочно ласкали, не пропуская и сантиметра кожи. Я чувствовала себя обнажённой перед ним и при этом не испытывала страха или желания прикрыться, что странно. Обычно у меня другая реакция на незнакомых мужчин.

Я вновь прошла вдоль ряда, отслеживая их эмоции, мысленно представляя мою совместную с ними жизнь. К моему разочарованию, все кроме тех двух, что продолжали следить за мной взглядами, не вызывали во мне положительных чувств.

Но я хотела дать им последний шанс доказать, что мои выводы на их счёт ошибочны. Вернувшись к терпеливо ждущей жрице, я повернулась к ним лицом, положив одну руку на рукоять стилета, постукивая по ней пальцами.

– Я славлюсь своей силой и знаю о моей репутации. – обращалась ко всем, но почему-то при взгляде в синие и золотые глаза, у меня начал дрожать голос. – Если вы боитесь меня, то вам стоит уйти. Это не уронит вас в лице товарищей, не сделает хуже в моих глазах, но будет честным по отношению ко мне. Я прошу вас подумать и поступить по совести.оте

Я осознавала, что являюсь выгодной женой: госслужащая, подруга Верховной, довольно богатая экзотичная женщина. Кто-то мог стать моим мужем, потому что это удобно или потому что хотел возвыситься за счёт моих связей. Я понимала такие мотивы, но не одобряла.

«Брак не должен строиться на выгоде, только на чувствах. Только тогда он будет долгим и счастливым!» – любила повторять заведующая в приюте, где я росла.

И я не могла с ней не согласиться.

После моих слов все мужчины, что не могли поднять на меня взгляд, отступили на шаг и поклонившись, развернулись и ушли из зала выбора. Осталась лишь пара силачей, что привлекла моё внимание ранее. Они не дрогнули ни на секунду, не усомнились в своём решение, а просто стояли и ждали моих следующих слов.

Стоило за последним эрсхонцем закрыться двери, как заговорила жрица, голосом полным одобрения и скрытой насмешки, но не злой, а словно мама наблюдала за играми детишек:

– Думаю мы можем перейти ко второму этапу. – она не спрашивала, а скорее утверждала. – Избранники, пройдите в комнату для осмотра, а госпожа Лидия подойдёт чуть позже.

Мужчины не стали спорить, а просто склонились в поклоне и, кинув на меня огненный взгляд, пошли в указанном направление. А я начала ещё больше переживать, ведь казалось я уже сделала судьбоносный выбор. Выбрала тех, кто станет моим мужьями.

Стоит признать, что оба были моим типом: высокие и мускулистые, мужественные. Если бы меня попросили описать мужчину моей мечты, эти парни были бы эталоном. Но я не знала их характер. Вдруг они садисты или грязнули. Я не могла терпеть беспорядок, хотя и не тратила каждую минуту на уборку.

– Я слышу, как ты дышишь. – заговорила со мной жрица, хотя я успела забыть о ней, погрузившись в свои тревоги. – Чувствую твои сомнения. Это нормально, переживать в такие моменты. Но вот что я скажу тебе, и ты послушай старую женщину, что на своём веку соединила множество сердец. – я повернулась к ней лицом и затаила дыхание, будто ожидая услышать тайну сотворения Вселенной. – Девушка должна использовать свой мозг, но в делах сердечных надо отдавать управление сердцу. Если этого не сделать ты не узнаешь любовь, даже если она будет перед твоими зрячими глазами. – старушка тихо рассмеялась. – Надеюсь я помогла тебе, госпожа Лидия.

– Да… – задумчиво протянула, устремляя взгляд на ту дверь, за которой скрылись парни. – Кажется, я действительно поняла, что вы имели в виду.

– Тогда ступай. – она слегка подтолкнула меня в спину. – Я буду ждать тут, чтобы провести ритуал. Позови, как будете готовы.

Она присела на стул, который ранее занимал один из претендентов, уставившись слепыми глазами в пустоту. Я была благодарна за этот разговор, хотя она и казалась мне очень странной. Но как ещё должна вести себя та, что приближена к богине?

Отбросив в сторону сомнения, я решительно прошла несколько метров, что отделяли меня от двери, за которой скрылись мои женихи. Да, именно так. Женихи! Сегодня мы станем мужем и женой, если они не будут против, разумеется, но сейчас я хочу считать их своими женихами, раз они согласились остаться.

Не знаю нужно ли было постучаться или нет, но я же не у них дома, а потому просто толкнула дверь, заходя в небольшую комнату, слабоосвещённую магическими светильниками.

Но этого освещения хватило, чтобы разглядеть во всех подробностях два нагих идеальных тела. И я не преувеличиваю! Никогда я ещё не видела настолько шикарной и идеальной мускулатуры.

Золотистая кожа мерцала, словно драгоценность, в свете светильников, мускулы отбрасывали тени, от чего мужчины казались ещё более внушительными. Оба стояли посреди комнаты, сложив руки на груди, ничуть не смущаясь своей наготы. Да и чего им смущаться, когда ниже пояса они не менее внушительны, чем во всём остальном.

Я часто видела пенисы, но такие ещё не доводилось. Длинные даже в полувозбуждённом состояние, крупные головки, похожие на шляпки подосиновиков, и полное отсутствие волос на лобке или мошонке. Не скажу, что не рада этому, ведь когда делаю минет не люблю щекочущее чувство от пушка.

«О чём ты думаешь, Лидия?! Какой минет! Ты хоть имя узнай, для начала, а потом ложись с ними в кровать.»

– Кмх… – с трудом отвела взгляд от твердеющей плоти и, переборов внезапное смущение, тихо заговорила, – Вы знаете, как меня зовут, а я нет. Нечестно…

– Мы голые, а на вас так много одежды, госпожа. – игриво протянул блондин, сверкая золотом глаз и поигрывая грудными мускулами. – Я считаю, что это тоже нечестно.

Окинув его тело быстрым взглядом, я утвердилась в том, что у него было очень много татуировок. А ещё отличное чувство юмора.

– Ты предлагаешь мне раздеться взамен ваших имён? – не то, что я хотела тут раздеваться, но, если уж они стояли голые и ждали, пока я зайду, меньшее, что можно ожидать, что я сама разденусь перед ними.

Да и вдруг я им не понравлюсь. Нельзя же строить брак с тем, кто не привлекает тебя в сексуальном плане.

Но если судить по их причиндалам, что с каждым мгновением лишь твердели и поднимали вверх свои головки, я им не противна.

– Я и так назову своё. – пожал широкими плечами блондин, жарко улыбаясь, словно мы уже провели первую брачную ночь. – Но это не значит, что я не хотел бы увидеть вас голой, госпожа. – явно подначивал он меня и я уже хотела ответить ему колкостью, как заговорил молчавший до этого шатен.

– Эри́м. – его голос был низким и вибрирующим, заставлял трепетать моё нутро, жаждать ощутить эти вибрации всем телом, прижавшись к нему. – Это моё имя.

– Эх, друг, ты всё испортил. – блондин слегка толкнул плечом, как выяснилось, Эрима, и мне стало понятно, что они знакомы. – Теперь, чтобы не выглядеть в глазах прекрасной госпожи похотливой скотиной я обязан назвать и себя. – он отвесил мне шутливый поклон, что вышло грациозно не смотря на внешний вид и после представился. – Ба́хум. Как вы могла заметить, мы с Эримом друзья. Знаем друг друга давно и даже вместе работаем. – решил наладить знакомство более общительный из этой пары.

– Я заметила, что вы хорошо ладите, даже стои́те друг перед другом голыми и не стесняетесь этого. – ответила полушутя, продолжая разглядывать их и наслаждаясь от увиденного. – Давайте перейдём на «ты». Зовите меня просто Лидия, либо Ди. Так ко мне обращаются друзья.

– Мы будем рады звать вас по имени. – с почтением поклонился Эрим, а я словно заворожённая следила за игрой его мышц.

– Тебя. – поправила его. – Может быть вы оденетесь? – не то, чтобы я хотела этого, но ведь нам надо было пригласить жрицу и закончить брачный обряд.

– А ты не хочешь более подробно рассмотреть нас? – соблазнительно выгнул одну бровь Бахум, проводя рукой по своей груди, переходя на кубики пресса и замирая на уровне лобка.

Мои глаза плавно опускались вслед за его рукой. Во рту стало сухо, и мне нестерпимо захотелось облизать губы, чтобы увлажнить их. С каждой секундой мне было тяжелее сдерживать своё возбуждение, а ведь совсем недавно у меня был секс с рабом Верховной, и я даже получила нехилый оргазм. Обычно мне хватало двух-трёх близостей в месяц, но сейчас я чувствовала, что моя жизнь кардинально меняется.

Иметь перед глазами ежедневно эту картину и не быть возбуждённой может только святая или слепая, простит меня жрица Аль. А у меня есть глаза и нормальная нервная система, что посылает моему телу сигналы, требующие продолжить мой род. Никогда раньше я не задумывалась о детях, но при виде такого генофонда сразу начинаешь представлять маленького мальчика с глазами мамы и волосами папы.

«Интересно, наш первенец будет тёмненьким или светленьким?»

СТОП! Надо перестать думать о детях, разогнать розовый туман из головы и довести дело до конца. Мы пришли сюда с определённой целью – создать семью. Так что стоит сконцентрироваться на этом, а не на сексуальных фантазиях с двумя крепкими, сильными…

От своих же мыслей я лишь сильнее возбуждалась, а при отсутствии трусиков это скоро станет заметно. Раньше мне разрешалось носить бельё, но так как сегодня я стану замужней эрсхонкой, надо соблюдать местные правила, а значит – долой трусы.

– Ммм… – сделала вид, что задумалась над предложением блондина, закусив кончик указательного пальца. – Думаю, нельзя такое важное дело проводить в спешке. Так что более близкое знакомство оставим на потом, когда придём домой.

– Как пожелаешь, жёнушка. – подмигнул мне золотым глазом Бахум, двигаясь в сторону нескольких стульев, где лежали их вещи.

Я отвернулась, давая им возможность переодеться. Но при этом не смогла пересилить желание подсмотреть за ними.

Сзади они оказались столь же внушительными и идеальными, как и спереди. Так и комплексы заработать недолго. Разглядывая крепкие ягодицы из-под полуопущенных ресниц, я не заметила, что Эрим тоже разглядывает меня, пока он не заговорил своим низким вибрирующим голосом:

– Я бы тоже хотел рассмотреть все твои изгибы, Лидия. Но сделать это в более интимной обстановке, когда можно дойти до финала, не переживая о тех, кто ждёт нас за дверью.

От слов гиганта у меня потеплели щёки, а сердце в груди забилось с удвоенной силой. Мне казалось в этой паре Бахум более развратный и игривый, в то время как Эрим был строгим и неразговорчивым. Но если на заигрывания блондина я реагировала легко, чувствуя тепло на душе от его комплиментов, то слова шатена заставили всё моё тело мгновенно вспыхнуло, желая ощутить рядом, а лучше в себе, его мощь и силу.

– Мне тоже не терпится поиграть с жёнушкой, Эрим. – уже одетый блондин толкнул в плечо замешкавшегося друга, направляясь ко мне слегка виляющей походкой. – Уверен, что стоит нам оказаться наедине и наша холодная госпожа превратиться в огненную кошечку.

Он подошёл вплотную ко мне, от чего я напряглась, ожидая его приставаний, готовая ударить его по рукам или достать из ножен стилет, если он не поймёт намёка, но он удивил меня.

Вместо того, чтобы облапать мои выпуклости, Бахум просто остановился передо мной и протянул руку к лицу, убирая за ухо прядь волос. Этот жест был настолько милым, семейным, что я растерялась.

К моим волосам никогда не прикасались мужчины. Кларин или Фанисия могли погладить по головке в знак утешения или поддержки, но и всё на этом. Я была не тактильным человеком сама по себе, редко разрешала касаться себя посторонним, а близкие, зная мою особенность, сами редко трогали меня, только в минуты слабости.

Но сейчас, чувствуя на своём лице большие, слегка мозолистые руки, я не чувствовала неприязни или тревоги. Наоборот, казалось, что я под надёжной защитой и этот большой эрсхонец не причинит мне вреда.

– Словно живое пламя. – он нежно улыбался, разглядывая моё лицо, а я замерла, словно кролик перед змеёй, следя за эмоциями на его лице. – Ты подобна богине огня, Тами́ми. Сильная, прекрасная воительница, что защищает огнём и мечом слабых и обиженных.

– Бахум, ты обо мне слишком хорошего мнения. – такое сравнение сильно смущало, ведь я не делала ничего сказочного или божественного, просто жила по совести. – На самом деле я не всегда сильная. У меня много тараканов в голове, которые иногда мешают нормально жить. Возможно, тебе стоит ещё подумать, прежде чем ты станешь частью моей жизни. – постаралась быть честной с ним, ведь понимала, что мой характер далеко не сахарный, а год рабства в прошлом наложил внушительный отпечаток на всю мою дальнейшую жизнь.

– Разве мы любим кого-то вопреки, а не за то, какой он есть? – весьма философски спросил он, обняв моё лицо ладонями и приподнял мой подбородок, чтобы смотреть мне прямо в глаза. – Я знаю о тебе достаточно, что быть уверенным в своём решение. Но я не против узнать о тебе всё в мельчайших подробностях. Для этого у нас впереди много времени. – Бахум медленно наклонялся, я уже чувствовала на своих губах его тёплое дыхание и замерла в ожидание поцелуя. – Вся жизнь…

Наши губы встретились и меня словно током ударило: волоски на теле встали дыбом, под закрытыми веками вспыхнул фейерверк красок, а всё тело сжалось в тугую пружину, готовую выстрелить в любую секунду.

Я редко целовала своих любовников, считая, что это слишком интимное для мимолётного удовольствия. Но в те редкие разы, что я поддавалась чувствам, я ощущала всё иначе. Было влажно, мягко и всё. Сейчас же, казалось, что я нахожусь в эпицентре урагана. Эмоции зашкаливало, а организм работал на пределе своих возможностей. И ведь это лишь прикосновение губ, Бахум даже язык не использовал, а я уже растекаюсь лужицей в его руках и подавляю тихие стоны, что грозятся сорваться с губ.

Когда он отстранился я потянулась вслед за ним, желая продлить этот контакт.

Стоило мне открыть глаза, как они сфокусировались не на лице Бахума, что довольно щурился, подобно сытому коту, а на Эриме. Он успел полностью одеться, пока я миловалась с его другом и теперь стоял в паре шагов от нашей пары, ожидая, когда я обращу на него внимание.

– А что думаешь ты? – почему-то шёпотом спросила его, неохотно отстраняясь от Бахума и поворачиваясь лицом ко второму претенденту в мои мужья. – Я отличаюсь от местных госпож, не только внешне, но и внутренне. И вряд ли сильно поменяюсь со временем. – слегка повела плечом, стараясь казаться спокойной, хотя внутри всё трепетало от волнения.

Оба эрсхонца мне понравились, хотя и были разными как свет и тень. Именно таких я видела в роли своих спутников: сильных, самостоятельных и при этом хороших эмпатов. Это сразу было понятно, по тому, как они чутко реагировали на мои слова, мельчайшее изменение в теле. И всё это в первый день знакомства!

«Что будет, когда мы проведён вместе несколько месяцев или лет? Нам не нужны будет слова, чтобы понимать друг друга?» – шокировано размышляла над поворотами судьбы, что свела нас с ними вместе.

– Я пришёл сюда, надеясь стать твои мужем. – он уверенно смотрел на меня, его синие глаза излучали спокойную силу. – Я изначально сделал свой выбор в твою пользу. А ты выбрала меня и Бахума, чему я несказанно рад, ведь не мыслю своей семьи без этого шутника. – он крепко сжал плечо друга, что согласно кивал в такт его словам. – Могу тебя заверить, что, если ты сегодня станешь нашей женой, мы сделаем всё, что в наших силах ради твоего счастья.

– Мы будем твоей опорой и поддержкой. – продолжил за друга Бахум, когда гигант замолчал. – Всё что тебе нужно, дать нашей семье шанс. Шанс на светлое будущее полное любви и заботы.

Его слова звучали, как несбыточная сказка. Я уже давно перестала верить в то, что меня ждёт счастливая семейная жизнь, но вдруг мне не хватало для этого двух эрсхонцев?

Никто не скажет, что ждёт меня впереди и каким будет мой брак. Только сами боги смогли бы мне ответить на вопрос, верно ли я сделала, выбрав Бахума и Эрима в свои мужья. Но я не могу говорить с такими сущностями, хоть и верю в их существование.

Зато я могу послушать своё сердце. Оно, конечно, глупое и всё ещё верит в розовых пони и облака из сладкой ваты, верит, что на свете есть добро и за него не надо платить кровью и слезами. Сегодня, в качестве исключения, я позволю руководить не холодному цинизму, а своим чувствам.

– Я хочу, чтобы мы попробовали. – старалась произнести уверенно и громко, но вышел хриплый шёпот на грани слышимости. – Хочу, чтобы вы оба стали моими мужьями. Вы согласны?

– Она ещё спрашивает. – в своём духе ответил Бахум, притягивая меня резким движением в свои объятия, отчего я замерла, словно статуя, ощущая под ладонями жар его крепкой груди. – Теперь ты от нас не отделаешься, жёнушка. – пропел он мне на ухо, слегка укусив хрящик.

– Ах! – вырвался непроизвольный вздох, заставивший меня смущённо прятать глаза. – Не делай так. – стукнула его кулаком в грудь, призывая к порядку, но проще было бы обучить местных коров выполнять трюки.

– Это выше моих сил. – жалобно скорчил лицо Бахум, отстраняясь, но всё ещё обнимая меня за талию. – Ты такая соблазнительная, что мне тяжело держать себя в руках.

– Согласен. – к нашей компании подошёл Эрим, вставая за моей спиной, и кладя свои руки мне на бёдра, притягивая ближе к своему торсу, и, прежде чем я успела запаниковать от того, что ко мне подошёл со спины мужчина, он опалил шёпотом уже другое ухо и словно дразня меня, поцеловал за ним, заставляя бегать по затылку десятки мурашек. – Жду не дождусь ночи.

Никогда не думала, что мои уши настолько эрогенная зона, но сегодня настоящий день открытий. Или это Бахум и Эрим – первооткрыватели и меня ждёт много нового.

Прежде чем я успела испугаться своих чувств, парни одновременно отступили от меня, заставив пошатнуться. Бахум придержал меня за предплечья, а Эрим подошёл к двери и несколько раз постучал кулаком.

Почти сразу же в комнату зашла слепая жрица, недовольно хмуря седые брови.

– Ты мне так дверь выломаешь. – отчитала она великана, проходя в центр зала. – Как я понимаю, выбор сделан, и вы готовы к обряду? – скорее утвердительно произнесла, чем спросила женщина, но мы все согласились. – Ну и правильно! Чего тянуть шату́ра за яйца, когда всё и так ясно.

Тут я заметила у неё в руке какой-то старомодный кубок. Видимо он нужен для ритуала.

Эрим взял меня под правую руку, а Бахум продолжил держать за левую. Они подвели меня ближе к жрице, мы остановились прямо перед ней, не распуская рук. Меня начала колотить слабая дрожь волнения от осознания, что сейчас моя жизнь измениться навсегда.

– Не волнуйся, Лидия. Ничего плохого не происходит. – зашептал мне на ухо Эрим, пока жрица насыпала в кубок травы. – Сейчас мы поклянёмся перед богами в своих чувствах. Это лишь первый наш шаг в семейную жизнь.

– Я понимаю. – прошептала ему в ответ, хотя голос немного дрожал. – Мне просто страшно, не знаю, что делать сейчас и как быть дальше.

– Сейчас делай тоже что и мы. – вступил в диалог Бахум, шумно вдыхая воздух у моего уха, от чего я ежилась. – А после мы поедем в наш дом и займёмся страстным, диким, безудержным сексом. – от описания нашей будущей близости я почувствовала, как начало покалывать нижние губки, к которым прилила кровь.

От смущения за свою реакцию на простые слова жениха, я решила спрятать взгляд, рассматривая свои туфли, но вместо этого заметила, что ткань лифа натянулась от торчащих сосков. Это ещё больше вогнало меня в краску, а парни, заметившие это, лишь едва слышно усмехнулись, крепче прижавшись к моим плечам своими.

– Ну, что ж, готовы? – задала риторический вопрос слепая и не дожидаясь от нас реакции продолжила. – В присутствии жрицы богини Аль дайте друг другу брачные клятвы. Первая говорит невеста.

Вот подстава! Я не знала, что говорить, все слова о брачной клятве вылетели из моей головы стоило увидеть двух голых мужиков, а точнее их великолепные фаллосы.

В страхе я оглянулась на Эрима, как самого взрослого и мудрого из нас и он мне улыбнулся уголком губ. Я постаралась передать взглядом сигнал о помощи, и видимо он меня понял, но помог совершенно иначе, чем я ожидала.

Вместо того, чтобы предложить сказать первым клятву или прошептать мне на ухо правильные слова, он наклонился и осторожно коснулся сухими, горячими губами моих, лишь на мгновения даря своё тепло.

– Говори от души и этого будет достаточно, Ди. – назвал он меня сокращённым именем, и от этого на душе стало светлее.

Дрожь из нервозной превратилась в возбуждённую, я уже не переживала из-за того, что не помню слова, все мои мысли занял мужчина напротив. Я хотела получить ещё один поцелуй, но не такой невинный и детский, а настоящий и желательно с продолжением.

– Кх! – прокашлялась жрица, показывая своё нетерпение.

– Прошу прощения… – проморгалась, пытаясь привести мысли в порядок. Этому не способствовали руки Бахума, что сжимали в собственническом жесте моё бедро, поглаживая пальцем по голой коже на боку, и горящие желанием синие глаза Эрима, что не отрывались от моего лица. – Я, Баги́рова Лидия Семёновна, уроженка Земли, приёмная дочь госпожи Фанисии, перед ликом богини Аль клянусь любить, уважать и заботиться о своих мужьях, Эриме и Бахуме, жителях Эрсхо. – на этом можно было бы и замолчать, но я хотела сказать больше. – Обещаю, что постараюсь забыть своё прошлое, быть честной с самой собой и моей семьёй. Я хочу стать счастливой, и чтобы люди вокруг меня тоже не знали горя, и буду стремиться к этому всеми силами.

– Принимаю твою клятву. – было видно, что жрица немного шокирована моей эпичной речью, но за свою долгую жизнь и не такое слышала, а вот женихам, судя по довольным моськам, понравился мой монолог. – Пусть дальше говорит старший муж.

Ой… Я же должна была выбрать из парней того, кто будет старшим в нашей семье, но совсем об этом забыла. Взгляд заметался между ними, но увидев в их глазах спокойствие я и сама начала успокаиваться. Бахум мне подмигнул и кивнул Эриму, словно уступая ему право стать старшим.

– Я, Эрим, единственный сын госпожи Лайки́сы, хозяин охранного агентство «Гром», даю обещание госпоже Лидии и великой богине Аль, что отныне и до конца моих дней буду рядом с ней, защищая и любя больше жизни. Ничто на свете не заставит меня предать или усомниться в ней. – клятва, данная тихим хриплым шёпотом, казалась ещё более внушительной и проникновенной.

– Прекрасно. – уважительно кивнула слепая эрсхонка, удерживая перед собой чашу с травами. – Осталось слово младшего мужа.

– Я, Бахум, – с готовностью начал говорить мужчина и из его голоса пропала весёлость, сменившись на искренность, – второй ребёнок ныне покойной госпожи Па́нфи, приёмный сын госпожи Лайкисы, клянусь здесь и сейчас, что сделаю всё от меня возможное, чтобы желание моей жёнушки воплотилось в реальность. Я буду жить, покуда она того желает, буду радовать её день ото дня и сделаю самой счастливой на свете. – всё это он сказал, смотря не на жрицу, а на меня и с каждым словом его золотые глаза сияли всё ярче, словно наполнялись верой в то, что он произносил.

А у меня на душе цвели пионы, мои любимые цветы. Я верила в то, что говорили мужчины, в каждое их слово. И от этой веры внутри меня становилось тепло и радостно там, где до этого царил холод и отчуждённость. Пусть я их сегодня впервые увидела, но вдруг поняла на каком-то внутреннем глубинном уровне, что готова прожить с ними десятки лет, проверяя свою догадку, что они посланы мне самой судьбой, как награда за прошлые мучения.

– Клятвы произнесены и услышаны. – произнесла громким торжественным голосом жрица и подняла чашу высоко над головой.

Ни откуда возникло пламя, что горело так ярко, что заслезились глаза. Но я не отрывала глаз от этой картины, впитывая всё до мельчайших подробностей, желая запечатлеть в памяти сегодняшний день. Первый день моей замужней жизни.

Когда пламя так же внезапно потухло, как и возникло, от посудины пошёл сильный запах ели и повалил вниз бледно-сиреневый дым. Когда эрсхонка опустила руки, в чаше не было трав, но было три одинаковых кулона, словно из кусочков янтаря.

– Живите дети в мире и любви. – напутствовала она нам, передавая каждому в руки кулон. – Отныне вы семья.

Чувствуя на груди тепло от брачного камня, я не смогла сдержать пару слезинок. У меня два мужа! Боги, я – та, кто боялась даже думать о доверии к мужчине, стала эрсхонкой и женой двух сильных эрсхонцев.

– А поцелуй? – ляпнула первое, что пришло в голову, желая нарушить важность и драматичность момента.

– Поцелуй? – заинтересовался Бахум моим предложением. – Ты хочешь, чтобы мы поцеловали тебя?

– На моей родине принято, что после того, как объявляют мужем и женой, пара целуется. – понимала, что несу какую-то чушь, но не могла перестать говорить. – Вот я и… – не успела ничего договорить, как на мои губы обрушился Бахум.

Он не стал нежничать как до этого, наоборот. Казалось, что он хотел исследовать все уголки моего рта своим языком, а когда он выполнил эту миссию, то решил поиграть с моим. Он медленно ласкал его, завлекая в дикий танец. И я ответила на его приглашение.

Прижавшись всем телом к Бахуму, запустила руку в короткий ёжик волос, такой непривычный для этой расы, и сама начала играть с его языком, пытаясь втянуть его в себя, пощекотать, погладить.

Его руки тоже путешествовали по моему телу, одна ладонь запуталась в волосах, а другая удобно устроилась на моей ягодице, разминая её в своей большой ладони. Страсть охватила нас, сжигая весь здравый смысл, мои сомнения и переживания. Если ещё секунду назад я думала о том, что не смогу расслабиться в объятиях почти незнакомца, то сейчас перестала думать вообще, наслаждаясь ласками новоиспечённого мужа.

Только когда воздуха стало катастрофически не хватать, я оторвалась от Бахума с жалобным всхлипом, будто у ребёнка отобрали любимую игрушку.

– Ты сладкая, словно ягода. – поделился со мной впечатлениями Бахум, напоследок лизнув мою нижнюю губу. – Теперь у меня появилось любимое занятие – целовать мою жёнушку.

Он уже потянулся вновь к моим губам, но меня мягко потянули за талию назад, пока я не столкнулась с крепкой грудью Эрима. И снова вместо того, чтобы меня с головой накрыла паника от его присутствия у меня за спиной, как это бывало с другими, я почувствовала только жар в груди и лёгкое головокружение. Мне не было плохо, скорее наоборот, я получала извращённое удовольствие от того, что нахожусь в руках этого уверенного мужчины и знаю, что он не причинит мне вреда, как было до этого. Знала это на уровне инстинктов.

– Я тоже хочу поцеловать свою жену. – над головой раздался его глубокий раскатистый бас. – Позволишь, Ди? – снова назвал меня так старший муж и у меня потеплело внизу живота.

Вроде просто имя, а в его устах звучит как сладкая мелодия. Всё внутри меня словно трепещет в ожидание чего-то волшебного, когда я рядом с этим сильным великаном.

Он медленно развернул меня в своих руках, так что мы оказались лицом друг к другу. Мои руки легли на его широкую грудь, что была прикрыта расстёгнутой жилеткой. Под ладонью сильно колотилось сердце, выдавая волнение Эрима, хотя внешне он оставался суровым и несгибаемым. Но я видела по голодному блеску в синих глазах, что ему не терпится завладеть моими губами, но он хочет, чтобы я попросила его об этом.

Раньше я думала, что не буду унижаться перед мужчиной, вымаливая ласку. Это напоминало о моём рабстве, причиняло невероятную боль.

Но сейчас я не чувствовала унижения или ненависти, ведь я не выпрашивала поцелуй у мужчины, надеясь на его милость, а просто наслаждалась моментами нежности с мужем. Мне надо отпустить прошлое, не сразу, но я смогу. Я уверена! И сегодня я сделала огромный шаг в новую жизнь, выбрав тех, с кем я буду идти нога в ногу всю свою жизнь. Так что поцелуй от моего старшего мужа лишь её миллиметр к моей победе над прошлым.

– Поцелуй меня… – попросила на выдохе, обняв его за шею.

– Я всегда готов выполнить твоё желание, Ди. – его рука оказалась на моём затылке, слегка массируя кожу головы и посылая импульсы удовольствия по всему телу. – Запомни это, милая. – стоило ему договорить и он накрыл мой рот своим, сразу проникая внутрь языком.

Если Бахум действовал словно змей-искуситель, порочно вовлекая в игру, то Эрим напоминал императора, что доказывал свою власть через поцелуй. Его руки излучали силу, губы были твёрже, чем у Бахума и на щеках чувствовалась лёгкая щетина. Видимо он был из тех, кто бреется дважды в день.

Если бы я сравнивала их с животными, то Бахум был бы леопардом, а Эрим – медведем гризли. Старший муж был необузданной силой, крепкой стеной между мной и опасностью, но в моих руках становился нежным медведем, в то время как Бахум скорее завораживал своей пластичностью и грацией дикой кошки, что любит шалить, но, когда надо, превращается в настоящего хищника.

Несмотря на различия между мужьями, мне понравилось целоваться с ними обоими. А то, что во время одного поцелуя за мной наблюдает второй муж, щекотало мне нервы и лишь подогревало градус удовольствия.

Если бы не покашливание жрицы Аль, я бы ещё долго наслаждалась вниманием мужа. Его рука уже осторожно мяла мою грудь, от чего сосок сжался в камушек и выделялся на фоне лифа.

– Я всё понимаю, но меньше, чем через час у меня следующая госпожа придёт, а её претенденты уже должны были прибыть. – эрсхонка пыталась казаться строгой, но всё равно я чувствовала от неё материнское тепло. – Идите уже домой и там милуйтесь.

– Как скажите, жрица Аль. – шутливо протянул Бахум, обнимая меня со спины, от чего я поначалу замерла, прислушиваясь к своим ощущениям.

До этого сзади оказывался Эрим, и я воспринимала это более спокойно, чем с другими мужчинами в моей жизни. А сейчас, когда Бахум обнял меня, прижавшись грудью к моей спине, слегка прикрытой волосами, я замерла, чувствуя лёгкое волнение. Не страх, а то самое трепетное чувство, когда рядом находиться тот, кто тебе в тайне давно нравился и он решился коснуться тебя.

Было очень непривычно, немного боязно, ведь я уже сейчас на каком-то ином уровне начала доверять Бахуму и Эриму, хоть мы и знакомы не больше часа. Наверное, сыграло то, что они эрсхонцы и у них с детства было заложено уважение к женскому по́лу, забота о них. Я видела это в отношение Луня к Фанисии, Тайя к Кларин, Картиваля к Ламине и многих других супружеских союзов.

И я верила в то, что мои мужья не причинят мне боли, ни душевной, ни физической. А значит с ними мне не нужно бояться каждую секунду, не надо ждать удара в спину. Зато можно побыть хотя бы немного девушкой, возлюбленной, которую будут оберегать и носить на руках, не требуя ничего взамен.

– Я хочу домой. – прошептала в стальную грудь Эрима, которого не отпустила до сих пор из объятий.

– Значит едем домой, Ди. – мне показалось, что он оставил лёгкий поцелуй на моей макушке, но может это лишь моё воображение, ведь мы не так близко знакомы, чтобы между нами появилась такая нежность.

– Всё будет хорошо, жёнушка. – поддержал друга Бахум, шепча мне в ухо, от чего спираль в животе снова начала скручиваться, хотя от моих переживаний почти сошла на нет. – Мы никогда тебя не обидим. Тебе не стоит переживать, ты наша жена и глава семьи, а мы твои супруги – опора и защитники. Сегодня ты приняла важное решение, а наша с Эримом задача не дать тебе в нём разочароваться. – и хоть его голос звучал привычно весело, я поняла, что он абсолютно серьёзен.

«Я сделала верный выбор и не пожалею о нём. Именно с ними я забуду прошлое и буду счастлива в будущем!» – глубоко в душе поняла я.