Анекдот:

Мама была в отъезде две недели. По возвращении она спрашивает у

своего сына:

— Папа грустил, когда меня не было дома?

— Вначале нет, но последние два дня он становился все печальнее и

печальнее.

Космолёт слегка задрожал, чем потревожил мой сон. Открыв глаза, я увидела знакомое строение космопорта столицы Эрсхо. Названия у неё не было, местные называли её просто столица или Эрсхо, другие города носили названия Эр и числовой номер, в зависимости от удалённости. Так у меня был особняк в Эр-2, городе на севере, рядом с водопадами.

– Госпожа Лидия, мы прибудем через пятнадцать минут, вы можете подготовиться ко встрече с Верховной. – сообщил капитан, не отрывая глаз от иллюминатора.

– Верховной? – не до конца проснувшись, удивилась словам эрсхонца. – С нами связалась госпожа Кларин пока я спала?

– Именно. Верховная Кларин сообщила, что будет ждать вас в космопорте для отчёта о проведённой операции. – в голосе мужчины зазвучала гордость.

Многие эрсхонцы знали о моей работе и одобряли. Я спасла много жизней, и большинство из девушек уже нашли своё счастье с кем-то из жителей планеты, например, моя знакомая Елена, которую я спасла одной из первых, стала женой трёх братьев и недавно родила ребёнка. Надо её навестить на днях, поздравить.

Но даже если девушки не хотели идти на контакт с местными, они просто жили на планете-колонии, развивали разные отрасли, вроде медицины или науки, тем самым принося свой вклад в развитие Эрсхо.

– Я пойду умоюсь, Стэн, сообщи по громкой связи, когда мы приземлимся. – отдала распоряжение капитану и отправилась в небольшую ванную комнату.

Всего на корабле было пятеро существ, включая меня и капитана. Тут не принято, чтобы девушки ходили одни, даже если это взрослая эрсхонка или инопланетянка, как я. В целях безопасности всегда должна быть охрана, хотя бы из одного опытного воина, в моём же случае их было трое, ведь «я известная личность и нуждаюсь в защите» – цитата Верховных.

Я же этого не понимаю, так как спокойно уложу на лопатки противника, либо пырну кинжалом, спасибо тяжелому детству в приюте и урокам самообороны. Лунь учил меня не раздумывая бить, если мне что-то угрожает, и пару раз это спасло мне жизнь. Всё-таки работорговцы не мирный народ, да и на пиратов в космосе наткнуться легче лёгкого, особенно при перевозке живого груза.

В ванной я быстро ополоснула лицо, мечтая о полноценной купели наполненной горячей водой с маслами и ароматной пеной. В космосе хорошо, но иногда я скучаю по обычным радостям планетарной жизни.

В последний раз я была на Эрсхо больше месяца назад. Всё остальное время мы с Лунем летали от одного информатора к другому, пока не услышали про партию рабынь у Ло у. Но даже короткий отдых на Фур не принёс мне счастья, ведь жаркий и сухой климат был мне неприятен, напоминал о периоде моего рабства.

А вот Эрсхо я любила, особенно воду. На этой планете было много морей, рек и озёр. А совсем рядом со столицей располагался радужный водопад, где я проводила много времени, купаясь на рассветах и на закатах.

– Госпожа Лидия, через пять минут мы садимся. – раздался тихий голос капитана в динамиках. – Прошу вас сесть и пристегнуться во избежание травм.

– Так точно, капитан. – шутливо отдала честь и вышла из ванной комнаты, чтобы быстро вернуться на место помощника пилота.

Посадка вышла плавной, что и следовало ожидать от Стэна, пилота со столетним стажем. Но при таком почтенном возрасте эрсхонец выглядел едва ли на пятьдесят. Тёмные волосы с парой седых прядок, синие неоновые глаза и несколько мужественных шрамов, что получены в бою. Он мне нравился своей уверенностью и змеиным спокойствием. Казалось, если начнётся апокалипсис, он просто сядет за штурвал и насвистывая детскую мелодию плавно поднимет космолёт в воздух.

Стоило мне спуститься по трапу на бетонный пол космопорта, как я заметила Верховную Кларин. Ну, её было тяжело не заметить.

В окружении пяти внушающих трепет своими мускулистыми телами и приличным арсеналом колюще-режущих орудий мужчин, красивая шатенка с аппетитными формами, золотистой блестящей кожей и в бордовом традиционном наряде эрсхонок, что подчёркивал алые глаза Верховной, ярко выделялась. Состоял он из полупрозрачной юбки, что несколькими слоями укрывала стройные ноги, шикарного пояса, украшенного вышивкой и монетами, и лифа. Хотя в отношение женщин Эрсхо правильно говорить лифов, во множественном числе, так как у расы эрсхонок было две пары молочных желёз.

Поначалу это кажется странным и может вызывать недоумение, но со временем перестаёшь обращать внимание на различие между землянами и эрсхонцами. Да и после того, как Земля стала сотрудничать с другими планетами Солнечной системы, инопланетяне с их расовыми особенностями не были в диковинку.

– Рада тебя видеть, Ди. – низким приятным голосом, обратилась ко мне Верховная, раскрывая руки для объятий.

И если это жест в исполнении работорговца вызывал отвращение и желание сбежать куда подальше, то с эрсхонкой дело обстояло иначе. Я, не раздумывая, ускорила шаг и почти влетела в её руки, крепко обняв в ответ.

На мне всё ещё был мрачный наряд леди Лили, волосы я второпях заплела в неряшливый хвостик – в целом выглядела побитой жизнью бродягой на фоне богини в красном. Но именно рядом с ней, я почувствовала, что вернулась домой, на душе стало спокойнее, а в голове ярко засияла надпись «Оставайся!».

Так вышло, что из-за разницы в росте, я утыкалась лицом точно в её ложбинку между грудей, а они были приличного размера, так ещё и прилично оголены. Кто-то мог бы сказать, что это эротично, даже пошло, но я не воспринимала это таким. Верховная Кларин была для меня любимой тётушкой, если искать аналогию с земными представлениями о семье. Она с первого дня баловала меня, поддерживала, когда Лунь и Фанисия были против. И когда я начала заниматься помощью рабыням, именно Кларин стала тем, кто помог всё организовать, нашёл финансы и помощников.

Кларин тихо рассмеялась, погладив меня по голове.

– Вроде уже тридцать пять, а всё равно как дитя. – в её голосе слышалось материнское тепло, которого у меня не было в детстве, но которое я испытала, став старше и пережив ужасное.

– Я тоже скушала, Кларин, парни. – обратилась к молчаливым телохранителям, что в ответ на приветствие низко склонили головы, выражая уважение. – Кто бы говорил. – я всё же нашла в себе силы оторваться от тёплого тела, что пахло сладкими булочками и нотками корицы и встать прямо, смотря в алые глаза одной из трёх глав Эрсхо. – Твои дочери почти мои ровесницы. Сколько им сейчас?

– Сци́фе двадцать семь вот-вот стукнет, а Ра́е лишь шестнадцать. – слегка пожала плечами эрсхонка, внимательно меня разглядывая. – Ты выглядишь измотанной, Ди. Всё же больше месяца в космосе не проходят даром. Тем более при такой стрессовой деятельности. – тяжко вздохнула Кларин, от чего её груди заметно колыхнулись. – Я приглашаю тебя погостить у меня. – ласково погладив по голове, сказала она, но после твёрже добавила, – Отказ не приму, считай приказом начальства. – тут она не сдержала ехидной улыбки. – Не удивлюсь, что стоит мне отвернуться и ты прыгнешь в космолёт и отправишься на новые торги, пропав ещё на месяц. Уж пожалей старое сердце, дай с тобой нормально провести время. – стала разыгрывать старушку эта красавица.

Благодаря правильному питанию, отсутствию загрязнений, что распространены на Земле, жители Эрсхо до самой старости сохраняли моложавый вид и крепкое здоровье. Да и срок жизни был значительно выше, чем на Земле. Эрсхонцы спокойно доживали до двухсот пятидесяти без вмешательств в организм, когда как земляне с трудом до двух сотен используя все известные методы сохранения молодости и жизни в целом.

По прогнозам местных лекарей, у меня есть все шансы прожить двести лет, так как я нахожусь на планете с юного возраста и лишь частые полёты в космосе старят меня. Потому мы с Кларин выглядели одинакового хорошо, хотя ей было сто шестьдесят пять, а мне всего тридцать пять.

– И спорить не буду, Кларин. – искренне улыбнулась боевому настрою Верховной. – Я весь путь обратно мечтала о нормальном ужине, а не сухом пайке и горячей ванне. – но, прежде чем мы успели отвлечься, я должна была как ответственное лицо отчитаться о выполненной работе. – Но для начала я хочу доложить о миссии и её результатах.

– Не переживай. – отмахнулась от моих слов Кларин и взяв за руку повела к личному плато, на котором всегда разъезжала. – Лунь и Фанисия мне обо всём доложили. Через три часа девушки прибудут на планету-колонию, там их встретят лекари и помощники в адаптации. Дети вернулись в свои семьи, но нам ещё предстоит выяснить, как смогли выкрасть трёх маленьких эрсхонок. – на этих словах, мужчины что ранее хранили молчание, посмели высказаться.

– Когда я узнаю кто это организовал, сломаю ему хребет. – прошипел себе под нос Ри́фер, главный телохранитель Кларин.

Он был бывалым воином, что кровью и потом заработал право охранять Верховную. Выше меня на голову, а рост у меня для землянки высокий, метр восемьдесят три, со страшным шрамом через всё лицо, фигурой напоминал быка, обладая так же острым интеллектом. А если добавить гнев, переходящий в ярость в лиловых глазах, можно схватить инсульт, случайно увидев его ночью на улице.

Остальные телохранители поддержали своего начальника, придумывая самые мучительные варианты смерти для изменника, где оторвать и пришить неправильно руки и ноги, казалось максимально безобидным. А именно в измене будет обвинён преступник, что помог кому-то выкрасть малышек.

Что тут не обошлось без помощи местного жителя, ясно как день. Одну девочку ещё могли похитить, те двое из них жили далеко от столицы, в маленьких семьях, так что вероятность похищения хоть и маленькая, но есть. Но если говорить о Ирише, дочери очень богатой семьи, за которой должны были бегать рабы-няньки и куча родственников, то вероятность будет равна нулю. Так как же были похищены три несовершеннолетние эрсхонки, ещё и доставлены на другую планету?

Всё просто. Среди знати есть предатель. Тот, кто решил обогатиться за чужой счёт. А на рынке рабов очень высоко ценятся жители Эрсхо, в особенности девочки. Ло у просто не успел оценить прибывший товар, иначе бы заломил цену в четыре, а то и в пять, раз больше.

Почему именно кто-то из верхушки общества? У них есть возможность. Кто-то мог усыпить девочек и под видом багажа пронести на космолёт, который выйдя за пределы космического пространства Эрсхо, передал бы ребёнка посреднику, получив денежное или иное вознаграждение. Багаж досматривают, если используют общественные перелёты, а на частные это не распространяется.

Мы расположились на мягких сидениях плато, что почти сразу поднялось в воздух и полетело в поместье Кларин. До него было примерно два часа неспешного лёту, потому я решила провести время с пользой и всё же доложить о проделанной работе.

Кларин внимательно меня слушала, то мрачно хмуря смоленные брови, то одобрительно усмехаясь уголком губ. Под конец она уже устало прикрыла глаза рукой и попросила меня остановиться.

– Ди, я знаю, как ты трепетно относишься к своей работе, но не думала ли ты о том, чтобы закончить с этим? – предельно ровно спросила Верховная, но я уловила дрожь в голосе женщины. – Тебе уже тридцать пять, ты спасла немало жизней, но не пора ли задуматься о своей собственной?

– Что ты хочешь сказать? – уже чуя неладное, решилась на откровенный разговор.

– Остепениться, дорогая. – как малому дитю разжёвывала эрсхонка, пересаживаясь ближе ко мне и аккуратно беря мою ладонь в свои. – Ты стольким девушкам помогла стать счастливее, но сама при этом всё так же сторонишься мужчин. Только наших с Фанисией мужей и подпускаешь к себе, да рабов, при условии, что они не будут проникать в тебя, а лишь поласкают.

От её слов я почувствовала, как щёки окрасились в цвет волос, в груди быстрее заколотилось сердце, а ладонь неприятно вспотела.

«Откуда?!» – единственная мысль, что звенела в голове.

– Не удивляйся и не смущайся. – заметила мою реакцию Кларин и тихо рассмеялась, ободряюще поглаживая тыльную сторону ладони. – Ты не раз оставалась ночевать в моём доме, так что мне не составило труда узнать у твоих любовников, как прошли ваши ночи.

– Но зачем такое спрашивать? – всё же высказала недовольство по поводу такого вмешательства в личную жизнь.

– Я и Фанисия переживаем за тебя. – взгляд Верховной стал серьёзнее и в то же время печальнее. – Ты уже давно стала для нас не просто подругой, а членом семьи. И, разумеется, мы желаем тебе только счастья.

– При чём тут мой секс с рабами? – хоть я и не уловила её хода мыслей, но поняла, что Кларин проявила своеобразную заботу, а потому злиться на неё бессмысленно.

– Ой, Лидия, не строй из себя дурочку, тебе не идёт. – немного цинично усмехнулась Верховная, сузив красные глаза. – Ты же взрослая девушка и должна понимать, что женщине для счастья нужен партнёр, который всегда поддержит, будет рядом в любой ситуации и окружит заботой. – тут она понизила голос и заговорщически продолжила, – Кроме того, если постоянно заниматься любовью с тем, кто тебе нравиться, кого ты любишь, настроение сразу же улучшается. Может ты бы чаще улыбалась, если бы позволила, кому-нибудь из эрсхонцев лечь с тобой в постель.

– А что не так с моим настроением? – нахмурилась пуще прежнего.

– Вот видишь! – обвинительно ткнула в меня пальцем Верховная. – Ты только прилетела и всего один раз улыбнулась, при нашей встрече. Всё остальное время твои брови хмуры, а уголки губ опущены. А я и Ниса хотим, чтобы ты стала чаще улыбаться, чтобы было больше поводов для радости. А какая радость, если летаешь по космосу, бегая от пиратов и посещая незаконные или легальные рынки рабов, видя чужие страдания и вспоминая свои собственные.

В словах Кларин было зерно правды. Хотя нет, целый мешок зерна. Но признать это вслух было тяжело. Ведь если согласиться с тем, что я уже устала от своего образа жизни, она снова начнёт гнуть линию с моим замужеством и счастливой семейной жизнью. А я не уверена, что осилю это, что готова сейчас переступить через свои страхи и впустить в ближний круг постороннего парня, так ещё и в постель пригласить.

– Ладно, отложим наш разговор на более позднее время. – тяжко вздохнула Кларин, понимая, что сейчас от меня она не дождётся ответов. – Для начала тебе нужно переодеться в нормальную одежду, – окинула брезгливым взглядом мои тёмные закрытые вещи эрсхонка, привыкшая к более красивым и свободным нарядам, – поешь, примешь ванную и выспишься. – стоило мне только понадеяться, что Кларин решила не возвращаться к неудобной для меня теме, как она продолжила, – А завтра или послезавтра мы продолжим. Надеюсь, ты не собираешься сбегать из моего дома?

– Даже если бы хотела, вряд ли найдётся на планете место, откуда ты меня не достанешь. – ответила честно, хоть и лукавя.

Я любила проводить время с Кларин и её семьёй, и когда не гостила у Фанисии, чаще всего была у Верховной. В своём особняке у водопадов я проводила от силы пару недель в год, и мне этого хватало.

……….

Плато остановилось у особняка Верховной. Телохранители помогли нам спуститься и, обступив плотным кольцом, проводили до дверей. Дальше с нами зашёл только Рифер, как главный телохранитель Кларин, он имел право сопровождать её повсюду, если не противоречит её прямому приказу.

Стоило мне войти холл, как я заметила в гостиной Лами́ну, единственную дочь Кларин. Она была копией своего отца, Филуса́риуса. К сожалению, он погиб до моего появления на Эрсхо, но я видела его портрет в кабинете Кларин и знала, что дочь переняла от отца гораздо больше, чем от матери.

Внешне молодая эрсхонка сидела в гостиной, попивая напиток, что напоминал мне морс из клюквы, наслаждаясь массажем ног, в исполнение личного раба, плутонеанина с небесно-голубыми волосами до плеч и белоснежно-фарфоровой кожей. Она, казалось, получает несравненное удовольствие от действий раба.

Но при нашем появление, она приоткрыла свои кроваво-красные глаза и быстро вскочила, чтобы пробежать по полу босиком и почти прыгнуть в мои объятия.

– Ди! Наконец-то ты вернулась! – запищала мне в ухо гиперэмоциональная столетняя эрсхонка.

Ну, точнее Ламине было девяносто три, но мне нравилось её дразнить и увеличивать возраст. Хотя выглядела она не старше двадцати пяти. Кудрявые каштаново-красные волосы чуть ниже лопаток, озорные кровавые глаза, что были светлее материных, золотистая кожа, подчёркнутая иссиня-чёрными лифами и юбкой с разрезом до бедра с золотой и бордовой вышивкой, имитирующей пламя.

Несмотря на большую цифру, вела она себя как девочка-подросток. Носила много звенящих золотых браслетов на запястьях и лодыжках, звенела колокольчиками в своих волосах, говорила громко и в лоб, не стесняясь. Да и зачем стесняться, если ты единственная дочь многоуважаемой Верховной госпожи.

– Я тоже скучала, Ламина. Как поживают твои дочери? – поинтересовалась, хотя и была уверена в ответе.

– Рая осталась дома, устроила вечеринку с подругами, пока меня нет. – Ламина наиграно закатила глаза, показывая, что понимает мысли своей дочери подростка. – Я попросила мужей приглядеть за ними, чтобы сильно не буянили. А Сцифа решила открыть своё дело, но пока в поиске. Вчера хотела ресторан, неделю назад наслушалась историй госпожи Ясмины и захотела создать зоопарк, уж не знаю, что это такое, но там необходим уход за разными животными, а моя старшая слишком брезглива.

Тут я согласно закивала, вспоминая как Сцифа кривилась, когда я предложила ей искупаться в озере у водопада, во время пикника, который я устраиваю раз в год, приглашая своих близких. Видите ли вода там грязная!

– А у самой как дела? – перевела стрелки с себя на меня Ламина. – Встретила какого-нибудь инопланетянина? – и она туда же.

– Почему всех интересует моя личная жизнь? – раздражённо вздохнула, поправляя ворот водолазки, мечтая уже переодеться во что-то более удобное.

В этом плане костюмы эрсхонок я считала максимально комфортными: юбка не стесняла движений, не волочилась по полу, лифы не имели неудобных крючков-застёжек на спине, а фиксировались с помощью магнитных застёжек. Единственный минус в местной моде, что совершеннолетние замужние девушки не должны носить бельё под юбкой. Поначалу это меня дико смущало, ведь перед глазами то и дело мелькали чужие гениталии, но вскоре я начала относиться к этому спокойнее. Сама же я продолжала носить местные трусики, что больше напоминали стринги, так как являлась свободной девушкой, потенциальной невестой, как говорит Ниса.

– Потому что мы ждём, когда она у тебя появиться. – как всегда прямо ответила Ламина. – Время ужина уже, иди переоденься и спуская в столовую. Посидим чисто женской компанией.

– А где твой отец? – удивлённо приподняла брови Кларин, оглядываясь, словно ждала, что Тай, прячется за углом.

Это и понятно, ведь после гибели старшего супруга, Тай не отходил от жены долгое время, помогая пережить потерю. И только после рождения Сцифы, он немного успокоился и стал иногда оставлять жену, чтобы заняться своими делами.

– Он вместе с Картива́лем. – нежно выдохнула имя младшего супруга Ламина.

Картиваль для меня был самым безопасным и непонятным экземпляром мужчины. В прошлом он был рабом для удовольствия Ламины, они провели вместе больше двадцати лет и когда она родила дочь от старшего мужа, спросила его, хочет ли он стать нянькой для малышки. А он ответил, что хочет быть ей отцом.

Согласно местным законам эрсхонцы, что решили добровольно стать рабами могут сменить статус раба на свободного, только если прожили с одной госпожой более десяти лет и только, если она согласиться на брак. Так и вышло.

Не знаю почему, но я совершенно не боялась его, а вот двух других мужей Ламины, да и мужа Кларин опасалась, хоть он и был ко мне всегда лоялен, дружелюбен.

– Ну и хорошо, посидим чисто женским коллективом. – пожала плечами Кларин, подзывая к себе раба. – Через полчаса накрой ужин на троих. – раб сразу же побежал исполнять приказ. – Ди, пока есть время, смени гардероб. В твоей комнате тебя ждут новые наряды от госпожи Хинессы.

Эта фраза уже стала повседневной, когда я возвращалась на Эрсхо. Госпожа Хинесса известная на планете, как «законодательница моды» была дочерью Верховной Тиары и делала самые восхитительные на свете наряды. А для высокопоставленных госпож, она шила их вручную. Я тоже была в списке её, но так как я бывала на планете не часто, госпожа Хинесса отвозила по несколько новых нарядов Кларин и Фанисии, в чьих домах у меня были личные комнаты.

– Да, Ди, тебе не идут тёмные цвета. – как всегда честно и немного бестактно сказала Ламина. – Одень что-то бежевое или жёлтое.

Я не стала обижаться на неё и просто кивнула, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж. Почти все дома на Эрсхо были одинаковые: трёхэтажные, с садом под окнами, огороженные невысоким забором. Снаружи фасад выкрашен в пастельные тона, например у Кларин он был светло-розовым с вишнёвой черепичной крышей.

А вот мой особняк был бежевым с бронзовой черепицей, эти цвета я сама выбирала, а в саду у меня не росли декоративные растения, а был разбит небольшой огород: помидоры и огурцы, патиссоны и пара кустов смородины. Я обожала соленья. Раньше просила эрсхонцев, что летают на Землю, привозить мне гостинцы, но после решилась на эксперимент и посадила семечки растений у себя во дворе. Земля здесь оказалась плодовитой, потому я спокойно собирала урожай по три раза, лично делая заготовки. Могла и больше собрать, но уважая природу, давала почве время на отдых и восстановление.

Поднявшись на второй этаж, где располагались гостевые покои, я зашла в дверь моих комнат. Я их выбрала давно, так как мне нравилось оформление. Казалось, я стою на берегу моря: золотистый ковёр под ногами, я сразу скинула сапоги, желая ощутить его мягкость, синие стены, расписанные под морские пенные волны, кровать, застеленная бирюзовым шёлковым бельём с вышивкой в виде ракушек и огороженная белым балдахином, сейчас откинутым в сторону.

Сбросив с себя опостылевшую одежду работорговки, я как была голой, прошла к светлой двери, ведущей в гардероб. Мои покои были не самыми большими, но меня это устраивало: в одной части комнаты располагалась кровать с прикроватным столиком, в другой пара кресел и круглый стол, на котором можно было отобедать, также был стеллаж с большим сувениров: книги, трофеи, немного оружия и прочие мелочи. Также были две двери, ведущие в личную купальню и гардероб, которые были почти такими же по площади, как сама комната.

Как бы я не мечтала о ванне, голод был сильнее. Я достала из гардероба вешалку со светло-песочным костюмом, украшенным янтарём. Лиф, удобно обтягивал мои нескромные груди четвёртого размера, юбка сидела плотно на бёдрах, за счёт золотого пояса, который я отрегулировала, недовольно замечая, что похудела с последнего раза. Стресс так на меня влияет. Кто-то его заедает, а мне кусок поперёк горла встаёт.

Юбка была оформлена по моему вкусу. Хотя в моде сейчас полупрозрачные рванные десятки слоёв чуть ниже колен, я предпочитала плотную ткань до лодыжек с двумя разрезами до середины бедра. Но Хинесса не смогла отказать себе в удовольствие сделать мой наряд более красочным. Вдоль разрезов на юбке шёл узор из янтаря, а по краю лифа и юбки золотистая короткая бахрома.

В целом неплохой образ получался, в сочетание с моими красными волосами и карими глазами. По местным традициям мне следовало нацепить на себя ещё с десяток украшений, но я решила ограничиться золотыми серьгами в виде перьев, что почти касались плеч.

Волосы я оставила распущенными, они стекали мне на спину, почти до самой талии, скрывая кожу от любопытных взглядов. Я не стеснялась своего тела, но не любила, когда мою спину прожигают взглядами. А так и бывает, когда окружающие замечают на моей спине две белые полосы, оставшихся от моего бывшего хозяина.

Когда проходила моя реабилитация после рабства, мне предлагали сделать косметическую операцию, удалив их, но я воспротивилась. Эти отметины память о том, что я пережила, напоминание о моей слабости. Каждый раз глядя на свою спину в зеркале, я давала себе слово, что больше никогда никто не воспользуется мной против моей воли, я не позволю никому бить меня и защищу других от того, что я успела испытать.

Спустившись на первый этаж, я пошла на запах еды, под серенады голодного желудка. Последний раз я ела ещё в космосе, а значит прошло больше десяти часов с моего последнего приёма пищи. Я уж молчу, что это был жалкий сухой паёк, пусть и богатый полезными веществами.

– Наконец, Ди. – воскликнула Ламина, сидя за столом. – Еды остывает, скорее садись.

Я не возмущалась, от вида и запаха еды голова начала кружиться. Стол был большой, человек на пятнадцать, но накрыт лишь на три персоны. Во главе сидела Кларин, а слева от неё её дочь, мне отвели место по правую руку.

Все блюда выглядели очень аппетитно. С недавних пор на Эрсхо стали поставлять мясо и птицу с Земли, и я была этому рада, хотя и фрукты с овощами тут были на высшем уровне. Положив в свою тарелку овощной салат с кисло-сладкой заправкой и пару куриных ножек, я отдала своё почтение повару Верховной.

Кларин и Ламина, поняв по моим жадным движениям о степени моего голода, решила дать время спокойно поесть. За нами ухаживало трое рабов, то подавая блюда с дальнего конца, то наполняя бокалы морсами или горячим напитком, похожим на смесь кофе и горячего шоколада.

Привыкнуть к тому, что на Эрсхо существует рабство было тяжело, тем более бывшей рабыне. Я злилась и пыталась поднять рабов на бунт, пока со мной не поговорил Картиваль, муж Ламины и бывший раб.

………

15 лет назад

– Госпожа Лидия, могу я с вами поговорить? – спросил Картиваль, стоя в дверях моей комнаты с подносом в руках.

Я находилась в своих покоях, в доме Верховной.

Это было спустя три месяца, как я прилетела на Эрсхо, сбежав из рабства. Я прошла курс реабилитации и изучила законы нового государства, придя в ярость от мысли, что снова оказалась в месте, где существуют рабы. На планетах Солнечной системы рабство запрещено, потому я никогда не думала, что окажусь в клетке с закованной в кандалы ногой. И снова угодить в такую заварушку я не хотела.

– Проходите, господин Картиваль. – отложив книгу по флоре и фауне Эрсхо в сторону, указала гостю на соседнее кресло.

– Благодарю. – он присел в предложенное кресло, поставив поднос с двумя чашками на столик между нами, и внимательно посмотрел на оставленную мной книгу. – Вчера вы изучали законы, а сегодня перешли на новую книгу. Неужели так быстро освоили законодательство? – он приподнял вверх чёрные брови, смотря на меня мудрыми сиреневыми глазами.

Картиваль был невысоким мужчиной слегка за тридцать, хотя о реальном возрасте можно лишь гадать. У него было тело танцора: стройные ноги в традиционных шароварах, безволосая грудь и плоский живот в вырезе жилетки. На груди сверкал гранями кулон, символ брака. По местным правилам у рабов не может быть слишком длинных волос, наверное, потому у мужа Ламины осталась привычка стричь их коротко, а не отращивать ниже плеч.

– Мне не по нраву ваши законы. – призналась, глядя ему в глаза. – Я не понимаю, почему в такой чудесной стране процветает рабство. Вы ведь помогаете женщинам в беде, так почему же не защищаете своих ж граждан?

Я понимала, что выплёскиваю на несчастного мужчину свой гнев и разочарование, но не могла замолчать. Уже пару дней у меня в голове роились мысли о том, что я снова угодила в ловушку. Что ко мне относятся по-доброму чтобы усыпить внимание, а стоит мне расслабиться, я снова окажусь бесправной рабыней.

В ответ на мою истерику Картиваль лишь спокойно улыбнулся, словно наблюдал за маленьким ребёнком, что не понимает всем известных истин.

– Госпожа Лидия, я понимаю, что вы боитесь. Вы прошли через страшное испытание, пережили то, что многих бы сломало. – говорил спокойно, даже убаюкивающе. – Но позвольте мне, как эрсхонцу, как бывшему рабу рассказать вам о наших законах.

Мне было немного неудобно за свою вспышку гнева, потому я решилась на этом разговор, хотя и подозревала худшее.

– Я родился от венерианки. Моя мама прилетела сюда, избегая участи быть проданной в бордель за долги брата. – начал он свой рассказ из далека, но я не торопила. – Она хотела быть в безопасности, самой решать свою судьбу, а потому сбежала на единственную известную ей планету с матриархатом. Ей разрешили жить на планете-колонии, либо же стать гражданкой Эрсхо. И она выбрала второй вариант, вышла замуж за троих мужчин, коренных эрсхонцев и поселилась в Эр-15, городе на небольшом острове, окружённым океаном.

– У вас трое отцов? Они рабы? – решилась прервать его рассказ.

– Да, три отца. И нет, они не рабы. – тихо рассмеялся мужчина, слегка прикрыв глаза. – Хотя у моей мамы есть рабы. Чтобы содержать дом, ей требуется помощь, потому у неё есть штат бытовых рабов. Так же у неё есть три постельных раба.

– Зачем постельные рабы, если у неё три мужа? – снова грубо прервала его рассказ.

Мужчина немного замялся, мне удалось смутить его, вогнать в краску. Ему потребовалось пять минут, чтобы сформулировать честный, но в то же время приличный ответ.

– Госпожа Лидия, вы должны понять для начала, что рабы у нас, это особый класс граждан, просто слегка ограниченный. – собравшись с мыслями начал объяснять Картиваль. – Рабом можно стать насильно, только если ты совершил преступление, или если инопланетянин проник на Эрсхо без разрешения. В остальных случаях это осознанный выбор совершеннолетнего индивида. Так было со мной.

– Расскажи. – потребовала я, желая разобраться в местном аналоге рабства.

– Мне было тридцать, когда я решил стать рабом. Я был подмастерьем у ювелирного мастера, но не добился больших успехов. – он тяжко вздохнул, словно сожалея о неудачной карьере. – И тогда я краем уха услышал разговор двух покупательниц. Они рассказывали о том, что после тяжёлого дня им приятно возвращаться домой и звать в покои постельных рабов, получать и дарить им ласку. Они рассуждали, что во время близости с мужьями, девушки иногда хотят чего-то, но стесняются предложить, а с рабами всё иначе. – он перевёл дыхание, слегка поёрзав в кресле. – Я понял, что хочу завести семью. Большую. Три года я ходил на все выборы мужей, но никто на меня не смотрел. И тогда я решился стать рабом.

– И как это происходит? Ты приходишь к любой эрсхонке с ошейником и встаёшь на колени? – мне было очень неприятно слышать, что кто-то добровольно отдаёт свою жизнь в руки другому, лишает себя свободы воли, в то время как я длительное время мечтала об этом.

– Что вы! – громко рассмеялся Картиваль, словно я рассказала неприличный анекдот, закинув голову назад. – Всё совсем не так. Видимо вы не дочитали до этой части. Рабство строго контролируется, по сути, это договор между госпожой и рабом, где обе стороны должны соблюдать определённые условия. Совершеннолетний эсрхонец приходит в отдел по контролю за рабами, и подписывает десяток бумаг, среди которых он должен ознакомиться с правами и обязанностями раба, выбрать категорию, в которой он хочет быть, а также подписать договор и пройти трёхмесячный курс. Я решил стать рабом для удовольствия. Я успел сменить трёх хозяек, прежде чем попал к госпоже Ламине, но все они были очень милыми и остались в моих воспоминаниях.

– А как раб переходит от госпожи к госпоже? – после услышанного мне стало немного легче, ведь если рабство отнести к юридической сделке, это воспринималось проще и, что ли, правильнее.

– Только с его разрешения. – поняв, что смог зародить сомнения в моей душе, относительно неправильности рабства. – Если он не против, его могут отдать другой госпоже на время, либо обменять навсегда, такое нередко происходит, когда рабов много и госпожа не уделяет им внимания, они просят о том, чтобы им нашли другую. – Картиваль слегка пожал плечами, показывая, что это обычное дело. – А также, если раб совсем не подходит госпоже, она в праве вернуть его в отдел контроля рабов, тогда он либо пройдёт повторное обучение, если проблема в незнании им законов или неопытности, либо просто будет предложен другой госпоже.

– Неужели вы не боялись за свою жизнь? – не давала покоя мне эта мысль. – Что госпожа будет зла и прикажет вас наказать, избить или ещё хуже.

– Меня наказывали, даже госпожа Ламина. – Картиваль вроде произнёс страшную фразу, но каким-то задорным голос. – И в этом нет ничего страшного, госпожа Лидия. Согласно законам, госпожа не может насиловать, калечить и убивать рабов. Но наказания, они допустимы в соответствие с проступками. И чаще всего, наказания — это не акт насилия, а акт удовольствия.

– Удовольствие?! От чего? – в шоке распахнула рот и глаза, осматривая молодого мужчину, который казался мне довольным жизнью.

– Ох… – тяжко выдохнул мужчина, прикрыв глаза рукой. – Не я должен вам рассказывать о том, какое удовольствие можно получить от раба госпоже и наоборот.

– Прошу, господин Картиваль. – тихо попросила его, осторожно касаясь его руки, что лежала на подлокотнике. – Я боюсь снова оказаться заложницей, рабыней. Мне надо знать всё о Эрсхо и местных обычаях, чтобы понять, хочу ли я тут остаться или мне бежать сломя голову.

Он несмело сжал мои пальцы, как бы безмолвно поддерживая меня.

– У каждой госпожи есть личная комната наказаний. Но чаще она используется для удовольствия. – начал он, хотя я видела, что ему неловко о таком говорить. Возможно, потому что я моложе его, или просто потому, что я девушка, а он мужчина, что пережил на себе местный вариант рабства. – Госпожа может приказать рабу всё что угодно: сделать массаж, помочь принять ванну, приласкать. – немного запнулся на последнем слове Картиваль. – Часто между госпожой и рабом для удовольствия бывает полная близость. Но обычно госпожа проникает в раба.

– Это как? – не поняла я. – У местных женщин есть… пенис? – опустила голос до едва слышного шёпота.

Я знала, что не все инопланетяне схожи с землянами, мой бывший хозяин тому пример. Но мне казалось, что жители Эрсхо ближе к землянам, чем к гуманоидам, пусть их внешний вид слегка отличается. Их кожа словно покрыта золотом перламутром, глаза подобны неоновым лампочкам, высокий рост, у женщин больше грудей, чем у меня, но это и вся разница.

– Нет. – покачал головой муж Ламины, и я чересчур громко вздохнула. – Но существуют специальные приборы, которые заменяют этот орган женщинам.

– Дилдо? – наконец догадалась я.

Хоть я и была девственницей до того, как попала к пиратам, но в современном мире не знать про секс в семнадцать лет, тем более сироте, гуляющей без родительского контроля, нереально.

– Либо страпон, либо вибратор. – начал перечислять мужчина, уже меня вгоняя в краску. – Вообще, существует очень много инструментов для того, чтобы доставить друг другу удовольствие. Если захотите узнать больше, попросите Верховную показать её комнату наказаний и рассказать, как использовать то или иное приспособление. НО от себя могу добавить, что рабы не бесправные создания, они личность, у которой есть свои мысли и желания и госпожа должна с ними считаться. Их обязанность угождать вас, делать вашу жизнь капельку счастливее, а ваша обязанность создать для них комфортные и безопасные условия жизни.

– Получается, ваши жещнщины не могут причинять вред рабам, но могут использовать приборы как бы играя в них? – старалась уложить у себя в голове полученную информацию.

– Именно, так. – отпил из кружки, в которой уже давно остыл напиток, Картиваль. – И позволю себе заметить, многим мужчинам по душе такое положение. Конечно, я говорю о тех, кто стал рабом добровольно, а не потому, что переступил закон. К таким и отношению иное. Но их жизни тоже ничего не угрожает, лишь в качестве меры предосторожности они носят особые ошейники, которые не дают причинить вред госпоже и другим и при мысли о насилие временно парализуют тело.

– А как понять, что рабу, добровольному рабу, я имею в виду, нравится то, что делает госпожа? – решила узнать больше подробностей.

Уже тогда в моей душе что-то перемкнуло, и я начала думать по поводу того, чтобы остаться, стать госпожой и не покидать Эрсхо. Ведь единственное что меня пугало, мысль о рабстве, перестал казаться страшной. Если эрсхонцы добровольно уходят в рабы, и у них есть гарантия безопасности, значит это не то рабство, к которому я привыкла.

Меня не сильно смущало, когда рабы помогали мне во время реабилитации, они были помощниками лекарей, или когда они ухаживали за мной во время приёма пищи в доме Фанисии или Кларин. Так может и не страшно, что в постели тоже будут рабы? По сути, это любовник, с которым у нас будет договор, а это же огромный «плюс».

– Кхм! – от моего вопроса эрсхонец поперхнулся. – Прошу прощения, госпожа Лидия, это нескромный вопрос. – укоризненно посмотрел на меня Картиваль.

– Я тоже прошу прощения, но мне важно знать, что, если я останусь на Эрсхо и буду жить согласно вашим законам, никогда не опущусь до уровня тех, кто причинил мне страдания. – от страха перед глазами всё немного поплыло, в носу неприятно защипало, а мои губы предательски задрожали.

Я не хотела стать такой как мой бывший хозяин. Не желала, чтобы моя фигура стала для кого-то символом зла и целью для гнева.

– Госпожа Лидия, вам не нужно бояться. – сквозь мои тихие всхлипы, услышала спокойный и уверенный голос Картиваля. – Вы никогда не станете той, кого будут ненавидеть. Я знал много женщин, и ни разу не видел более доброго человека, чем вы. Вас предали, продали в рабство, из которого вам с трудом удалось сбежать. И вместо того, чтобы озлобиться, желать отомстить всем мужчинам мира, вы боитесь, что ваши слова или действия могут причинить кому-то неудобства.

Он несмело встал с кресла и сел на колени передо мной, что вжалась лицом в колени, пряча свои слёзы, свою слабость. Мне было так плохо, но в то же время с моих плеч словно сошёл невидимый груз. Мне казалось, все вокруг видят меня как что-то грязное и потенциально опасное.

Но слова Картиваля дали надежду на то, что всё не так. Что я могу стать кем-то лучшим и ко-то полюбит меня.

Мне было двадцать, когда я сидела в своей комнате в доме Верховной и меня убаюкивал в своих объятиях Картиваль. Именно в тот день закончилась моя реабилитация, я приняла новый мир и его правила, стала жить как госпожа Лидия, и в тот день я решила, что должна помочь другим девушкам, что и они должны узнать про этот прекрасный мир, иметь возможность стать частью Эрсхо.

……..

Настоящее время

Вспоминать себя оказалось очень тяжело. Я была почти ребёнком, напуганной и презирающей саму себя за слабость. Но с того дня минуло много лет, я стала старше, сильнее и увереннее. Добилась своей цели, которую поставила в тот день, когда решила остаться. Мне есть чем гордиться.

Ужин подошёл к концу, на десерт рабы принесли мой любимый шоколадный торт с пьяной вишней, потому я не отказала себе в удовольствие съесть целых два кусочка.

– Ты похудела. – недовольно заметила Ламина, когда я доедала второй кусок шоколадного блаженства. – Тебе надо не забывать правильно питься на своих заданиях, иначе подорвёшь здоровье.

– Я согласна с Ламиной. – поддержала дочь Верховная. – Возможно тебе стоит подольше задержаться на планете и пройти обследование на предмет отклонений в здоровье. Всё же длительные космические полёты плохо сказываются.

Я бы поспорила с ними, если бы не была внутренне согласна. В ближайшие дни обязательно загляну в больницу и пройду полное обследование. Надеюсь, ничего критичного оно не выявит.

– А-а-а… – сладко зевнула Ламина, прикрыв рот ладошкой. – Я пойду спать. Ди, надеюсь утром мы свидимся, и ты не улетишь не попрощавшись. – тонко намекнула на толстые обстоятельства девушка, прежде чем послав мне воздушный поцелуй, выйти из столовой.

– Она не исправима. – фыркнула на её слова, отпивая из своей кружки.

– Ламина скучала по тебе. – сказала в защиту дочки Кларин. – И я тоже. – её красные глаза заглядывали в саму душу, пытаясь найти что-то ей известное. – Я хотела бы с тобой серьёзно поговорить, но мне кажется лучше нам перейти в другое место. – она встала из-за стола, а я, заинтригованная, поднялась вслед за ней.

– И куда пойдём? – шла вслед за Верховной по лестнице на хозяйский этаж.

– Зная тебя, я уверена, что ты с самого первого шага на планете, мечтала принять ванну. – не оборачиваясь, поделилась планами Кларин. – Так что предлагаю вспомнить наши прошлые посиделки и принять совместную ванну.

Я вспомнила, как просыпалась среди ночи в поту от собственного крика. Как лежала в ванне, в обнимку с Кларин, которая утешающе шептала разные глупости, постепенно успокаиваясь и отогреваясь. Воспоминания окрашенное грустью и радостью одновременно.

Мы зашли в покои Верховной. Они были оформлены в бежевых и шоколадных оттенках, с обилием золотых мелких деталей: статуэтки на полках, рамки картин с пейзажами, бахрома на декоративных подушках. Покои госпожи состояли из нескольких комнат: гостиной, спальни, ванной и гардероба. Я знаю, потому что нередко тут бывала, когда ночевала у неё.

– Лой, Каппи́ль, наполните ванну. – позвала своих постельных рабов Верховная, усаживаясь на диван в ожидание исполнения приказа.

У Кларин было всего два постельных раба, и со временем ничего не поменялось. Лой был эрсхонцем с густой каштановой гривой до плеч и неоново-серыми глазами. А Каппиль был уранцем с чёрными кудряшками, как у барашка. Жителей Урана легко было отличить от других по ярким рисункам на теле. У раба Верховной узор был бронзовой, что отлично было видно на белой коже. Насколько я знала, он может обращаться в волка, но лично я этого не видела. Хотя, смотря в его золотые глаза, я с лёгкостью могла поверить в то, что именно из-за них на Земле появились легенды об оборотнях.

Их ошейники отдельный вид искусства. Тонкая паутинка из платины закрывала всю шею и то тут, то там сверкали алмазы, будто капли росы.

– Сию минуту, госпожа. – встав с колен, на которые упали, стоило Верховной переступить порог, парни скрылись в ванной.

Постельные рабы в отличие от других, не носили верхней одежды и нижнего белья, одеваясь лишь в полупрозрачные шаровары с чуть более плотной тканью на паху. А Лой и Каппиль одевались в алые ткани, в то время как остальные носили светло-персиковые и жёлтые цвета.

– Они всё ещё служат тебе? – не могла не удивиться, ведь редко когда рабы для удовольствия служат больше десяти лет одной госпоже.

Я присела на длинную кушетку, на которой лежало с десяток подушек, ожидая, когда приготовления будут закончены.

– Ты не хуже меня понимаешь, что, когда имеешь власть и богатства, все желают тобой воспользоваться, либо же убить. – поморщилась Кларин, словно сами мысли вызывали у неё головную боль. – Эти мальчики со мной с того дня, как не стало Па́уля. Их столько раз проверяли на преданность, и ни разу они не дали шанса в себе усомниться. Из мужчин только им, да младшему мужу разрешенно входить в мои покои.

– А мужьям Ламины? – вспомнила про Картиваля и его сосупругов, которых видела лишь пару раз.

– Ой, – раздражённо махнула рукой Кларин, фырча, как уставшая кобыла, – они раз в год навещают меня, в день рождения. Только дочка и приходит, внучки тоже стали реже приходить, всё больше по делам общаемся, да и то, через шкатулку. – указала на резную золотую шкатулку на прикроватном столике, что заменяла местным почтовый ящик. – Сцифа недавно нашла нового мужа, они сейчас празднуют, возможно в скором времени обрадуют новостью о пополнение. А Рая так молода, ей не интересно говорить со старой Верховной. – в голосе Кларин явственно звучала печаль.

Мне стало очень жаль её. Она одна из трёх сильнейших и уважаемых женщин на планете, на её плечах целый народ, его благополучие и качество жизни. Её дом богат, а дети счастливы и здоровы. Но при всём при этом она несчастна и это печально.

– Не стоит так на меня смотреть, Ди. – заметив мою задумчивость, быстро поняла её причину проницательная госпожа. – Я не жалуюсь тебе на свою горькую судьбу. Просто треплю языком, что в моём возрасте незазорно.

– Но не будешь же ты спорить, что быть Верховной госпожой тяжкая доля? И что иногда проскальзывает у тебя мысль передать её другой госпоже? – не могла не спросить свою давнюю подругу, эрсхонку, что помогла мне в трудную минуту и поддерживала в остальное время.

– Раньше я об этом не задумывалась… – протянула госпожа, прищурив красные глаза. – Может и стоит озаботиться преемницей. – она задумчиво накрутила на палец чёрную прядь длинных волос, глубоко задумавшись, да так, что пропустила возвращение рабов.

Лой и Каппиль сели у кресла Верховной на колени, склонив низко головы, ожидая, когда на них обратят внимание. Я слегка покашляла, выводя подругу из задумчивости и тогда она растеряно оглядела парней.

– Уже готово? – задала она риторический вопрос, поднимаясь. – Продолжим нашу беседу в ванной. – обернулась она через плечо, заметив, что я продолжаю сидеть на месте.

– Ты всерьёз предлагаешь мне принять с тобой ванну? – всё ещё не до конца веря в её предложение, неуверенно встала с дивана.

– А почему и нет? – она расслабленно пожала плечами. – Мы раньше уже принимали совместно ванну, так почему ты так смущаешься сейчас?

– Тогда я была молодой и напуганной, а ты утешала меня. – привела ей весомые аргументы.

– А сейчас ты взрослая и неуверенная, и тебе нужна моя поддержка. – отбила мою подачу Верховная. – Потому снимай одежду и залезай в ванну, пока вода не остыла.

Сама показывая пример, Кларин быстро развязала платок на поясе, давая юбке упасть на пол, показывая оголённые подтянутые ягодицы. Вслед за юбкой она сбросила и бюстгальтеры. Грудь у Кларин не смотря на возраст была подтянутой, высокой, но при этом крупной. Соски напоминали медные монеты с острыми вершинками, против воли притягивая взгляд, хоть я и не относила себя к лесбиянкам.

Когда Верховная скрылась за кремовой дверью с золотой ручкой, мне не оставалось ничего, кроме как снять традиционный наряд, аккуратно сложив вещи на диване и под нескромными взорами рабов, пойти следом.

Да, рабы нередко видят голыми своих госпож, помогая одеваться, принимать ванну и занимаясь с ними сексом. Они не импотенты, всё функционирует, и в постели они очень опытны, но при виде голых женщин у них нет ярко горящих глаз, повышенного слюноотделения и неприличных намёков, они реагируют обыденно. Но вот иногда рабы не стесняясь демонстрируют свою заинтересованность в чужой госпожа, как бы намекая, что она может ими воспользоваться и они не будут против.

Я часто это наблюдаю, но никогда не принимаю такие приглашения рабов. Мне хватает пары своих рабов, инопланетников, что живут в моём поместье. Их всего трое: меркурец и два венерианца.

Я не хотела связывать себя с кем-нибудь из эрсхонцев, чтобы не давать им ложные надежды, потому я брала в рабы тех, кто тайно пытался проникнуть на Эрсхо с различными целями: похитить девушек, добыть редкие растения или минералы, шпионаж и так далее. Тех, кто осуждён за насильственные статьи местного закона, сначала отправляют на исправление в тюрьмы, где их подвергают разного рода наказаниям и после отдают сильным эрсхонкам под наблюдение, надев специальные ошейники, которые причиняют уйму дискомфорта при попытке нарушить правила: не пытаться навредить словом или делом жителям Эрсхо, не думать о побеге, не пытаться связаться с кем-то за пределами планеты, жить в рамках законов.

Насколько мне было известно, мои рабы были пойманы и честно признались для чего и как проникли на Эрсхо, за что получили стандартное наказание: пожизненное рабство после прохождения соответствующего обучения. Категорию они выбрали сами, потому у них не возникло проблем в оказании мне определённых услуг.

– Ди, вода чудесная! – соблазняла меня Верховная, пока я замерла у входа. – Лой и Каппиль добавили лавандовое масло, твоё любимое.

– Уговорила. – окончательно сдалась я, зайдя в комнату с огромным джакузи.

Верховная не меньше меня любила воду, потому в личной ванне имела как большую купель, так и стандартную ванну на львиных лапах и вполне современный аналог душа.

Её шкафы были забиты разного рода банными принадлежностями: маслами, солью, пенной и прочим. Я тоже имела немалую коллекцию, но вот у Верховной она была гораздо больше.

В ванной приятно пахло лавандой, и как верно заметила Кларин, я её обожала. В розовой воде, от которой поднимался пар эрсхонка лежала, откинувшись на бортик. В мини-бассейне были встроены специальные длинные сиденья, на которых можно удобно сидеть, а с двух сторон в саму купель вели лесенки, по которым можно безопасно спуститься или подняться. Кроме того, со дна медленно поднимались пузыри, имитируя джакузи.

Сама ванная оформлена на мой взгляд мрачно: тёмно-бордовые стены, шкафы из красного дерева, сама купель из белого мрамора с красно-золотыми прожилками. Джакузи было идеальной круглой формы, в диаметре около трёх с половиной метров.

Кларин на фоне своей ванны напоминала ожившую легенду о Дракуле. Её чёрные волосы намокли и змеями плавали в воде, а из воды торчала верхняя пара грудей, всё остальное было скрыто слегка окрашенной в розовый водой.

– Я думала, что ты решила меня игнорировать. – не открывая глаз бросила эрсхонка, когда я с тихим плеском спустилась на сиденье с другой стороны купели.

– Мне иногда не хватает решительности. – со стоном блаженства ответила ей, наслаждаясь горячей живительной водой, что омыла мои натруженные мышцы, заставляя их медленно расслабляться. – Умм… Ради этого стоило терпеть!

– А может тебе не нужно мучить себя? – всё же открыла Глаза Кларин, кидая на меня внимательный, сканирующий взор.

В ванную зашли уже раздетые Лой и Каппиль, привлекая к себе моё внимание. Может быть, Кларин тоже отвлеклась бы на них, но она сидела спиной ко входу, а я лицом. Потому я внимательно следила за их плавной звериной походкой, когда они подошли к своей госпоже и медленно опустились в купель.

Мне не привыкать к тому, что рабы ухаживают за госпожой, но вот ванну я всегда принимала самостоятельно.

– Милая? – заметив некоторый шок на моём лице, позвала меня Кларин. – Тебе не стоит бояться Лоя и Каппиля, ты знаешь их много лет. Они просто помогут тебе помыться и расслабиться. – последние слова меня слегка смутили, думаю это было заметно по розовым щекам, потому что она продолжила. – Ты рядом со мной, никто не причинит тебе вред. Тем более мальчики, – она слегка потрепала рабов по волосам, – давно просили подарить их тебе хотя бы на ночь, но я, зная о твоём пунктике с осторожностью в выборе постельных партнёров, не предлагала.

– Просили подарить? – зацепилась за эту фразу.

– Ты же знаешь, что рабы на Эрсхо имеют больше свободы, чем где-либо ещё в мире? – я медленно кивнула, настороженно смотря, за тем, как Каппиль, медленно подплывает ко мне слева.

Думаю, они с Лоем догадались, что я спокойнее отношусь к инопланетникам, чем к эрсхонцам. Потому мужчина первый решил пойти со мной на контакт.

– Так вот, у госпож есть возможность обмениваться рабами, но только при их добровольном согласие. – сообщила то, что я и так знала Кларин. – Лой и Каппиль давно хотели оказаться в твоей кровати, и я не против, если такое когда-нибудь случится. Пока же, я вижу, что ты чувствуешь себя некомфортно рядом с моими мальчиками, потому предлагаю тебе насладиться их ласками в моём присутствие, чтобы в случае чего, я могла им помешать. Меня они не ослушаются, ты же знаешь. – говорила она максимально спокойно и уверенно, не давая мне и шанса усомниться в сказанном.

Но мне всё равно казалось неправильным, что меня будут трогать мужчины, которые испытывают недвусмысленные чувства, судя по топорщившей плоти, в присутствие моей подруги, которой больше ста лет.

– Не смущайся, милая. – заметив мою скованность и даже некоторый страх, решила подбодрить Кларин. – Мы с Санти и Тиарой часто так принимаем ванну, – таких подробностей про трёх Верховных я не знала, – в этом нет ничего предосудительного или противного. Просто способ расслабиться.

Может быть, я и дальше сопротивлялась, но горячая ванна сделала своё коварное дело и мне не хотелось тратить силы на споры, тем более что я только сегодня вернулась из длительного путешествия, и давно не чувствовала на своём теле мужских рук.

Пусть я и не доверяла полностью своим партнёрам, но секс я любила, потому время от времени я расслаблялась со своими рабами, либо свободными инопланетниками с других планет, при условии, что те нарушали моих правил.

– Не заходить мне за спину, и не трогать за задницу. – озвучила краткий список своих табу.

– Как скажите, госпожа Лидия. – склонился в поклоне Каппиль, да так низко, что его чёрные кудри коснулись воды.

«Как не захлебнулся!» – пробежала удивлённая мысль в моей голове, пока уранец подплывал ближе, присаживаясь на широкую ступеньку, на которой уже сидела я сама.

До этого я никогда не была с уранцем, но слышала от других, что во время оргазма у мужчин раздувается основание члена, чтобы надёжно зафиксироваться во влагалище самки, давая почти стопроцентную вероятность беременности. Конечно, не в случае с рабами, которые делают специальные уколы, временно лишающие возможности иметь детей.

Испытать такое казалось интересным экспериментом, хоть меня дико смущало присутствие зрителей, в виде Кларин и Лоя. Но глянув в их сторону, я заметила, что их наше с Каппилем присутствие не смущало ни капли. Лой сидел на бортике бассейна, погрузив в воду ноги ниже колен, а Верховная расположилась между его бёдер и, перекинув свои длинные волосы, наслаждалась массажем плеч. Хотя стоит сказать не только плеч, но и грудей, ведь руки раба всё чаще опускались к спелым полушариям, играясь с золотистыми сосками.

– Госпожа Лидия, могу ли я коснуться вас? – спросил Каппиль своим слегка рычащим голосом, заставив меня отвлечься от сцены массажа.

У него в руках я заметила светлый бутылёк и мягкую мочалку из голубого мха.

– Ты хочешь меня помыть? – задала я наиглупейший вопрос.

Но Каппиль не стал смеяться надо мной, вместо этого слегка улыбнулся и вылил на мочалку немного пахнущего миндалём геля, вспенив его.

– Позвольте мне снять вашу усталость, госпожа. – преданно заглядывая мне в глаза своими золотыми, спрашивал он, и я не находила в себе сил ответить отказом.

– Хорошо, но помни про мои правила. – постаралась говорить строго, но вышло как-то устало.

Он быстро закивал, будто преданный щеночек и встав передо мной на колени, исчезнув по плечи в воде, начал медленными массирующими движениями омывать мою кожу от шеи, плавно передвигаясь к груди, что была скрыта под водой.

– Госпожа Лидия, вы можете сесть на бортик, чтобы я мог вас полностью намылить? – попросил он когда покрыл мою шею и руки ароматной пенной.

Слегка разомлев, я не нашла достойного отказа, потому уперевшись в бортик руками, подтянула тело вверх, усаживаясь на тёплые плитки пола. Как бы не было тепло в ванной комнате, от контраста воды и воздуха моё тело покрылось мурашками, а соски напряглись, привлекая к себе внимание.

– Вы прекрасны, госпожа. – тихо обронил Каппиль, разглядывая мою наготу из-под полуопущенных ресниц. – Никогда не видел землянок так близко. Вы похожи на уранок, если не считать узора на коже и глаз. – в его слегка рычащем голосе слышалось неприкрытое восхищение.

Мне льстило такое внимание молодого красивого парня, что на своём веку повидал немало женских тел. В груди приятно покалывало, будто я выпила бокал дорогого шампанского, а в низу живота было приятно горячо и влажно.

Раб, не теряя времени, начал покрывать кожу пенной, оглаживая мочалкой руки, зону декольте, опускаясь к грудям, уделяя им особое внимание. После Каппиль прошёлся по бокам, спускаясь к бёдрам, но не касаясь интимных зон. Он словно приучал меня к своим прикосновениям, смотрел за моей реакцией.

А она была довольно яркой: дыхание участилось, грудь налилась кровью, потяжелела, соски стояли оловянными солдатиками, губы пересыхали и мне приходилось их постоянно облизывать. Классическая картина возбуждения.

– Госпожа, раздвиньте ножки, прошу вас. – попросил Каппиль, когда закончил с моими ногами, покрыв их от бёдер до ступней.

От простой просьбы у меня внутри всё сжалось в томительном ожидание чего-то прекрасного. У меня давно не было возможности уединиться, чтобы разрядиться, что уж говорить про полноценную близость с мужчиной, а потому я остро реагировала на прикосновения уранца.

В нерешительности я посмотрела на Кларин, но тут же отвела глаза в сторону. Верховная не теряла времени даром. Лой сидел на ступеньке в воде, в то время как эрсхонка сидела у него на коленях и наслаждалась ласкам. Он зарылся лицом в груди госпожи, играясь с сосками, в то время как руки его жадно шарили по её спине.

Я настолько была сосредоточена на действиях Каппиля, что не обращала внимания на тихие стоны, что доносились с другого края бассейна. А сейчас не могла справиться со смущением, но в то же время не могла отвести взгляда от порочной сцены.

– Госпожа? – позвал меня Каппиль, заставляя оторвать взгляд от Верховной, что наслаждалась ласками своего раба. – Позвольте мне доставить вас такое же наслаждение, как Лой приносит Верховной госпоже. – голосом змея-искусителя упрашивал меня раб, будто молился своей богине о милости.

Его руки продолжали оглаживать мыльную кожу, но только куда-то исчезла мочалка из мха, так что меня ласкали сильные мужские пальцы. Аромат лаванды и орехового мыла будил во мне странный голод, желание проверить на практике слухи о любовной силе уранцев.

«Чего я переживаю? Кларин сказала, что играть с чужими рабами среди госпож норма. Уранец тоже не против, если судить по внушительной эрекции. Так почему я должна лишать себя удовольствия?»

Такой мысленный диалог дал мне возможность оценить ситуацию с другой стороны и откинуть прочь лишние тревоги, полностью отдав ситуацию судьбе. Я медленно спустилась в воду, обхватив за шею Каппиля, случайно задев бедром твёрдую плоть парня, от чего он тихо застонал сквозь зубы.

Я окунулась по плечи в воду, смывая мыльную пену. После встала перед уранцем и осторожно коснулась мошонки, наслаждаясь лёгкой дрожью в его теле. Он несмело обнял меня за пояс, оглаживая бёдра, но не прикасаясь к чувствительным участкам.

Мне нравилось чувствовать его руки на своём теле, горячее дыхание, лёгкую дрожь в мужском теле. Хотелось усилить его реакцию, посмотреть, насколько сильно я могу его завести.

– Сядь на ступеньки. – приказала ему, и он безропотно принял нужную позу. – Трогай меня везде, кроме спины и ниже неё. – напомнила Каппилю озвученные ранее правила.

– Да, госпожа. – учащённо дыша, ответил раб, прожигая меня золотым взором. – Прошу вас, используйте меня как вам угодно. – громко сглотнул он слюну, сжимая руки в кулаки на коленях, будто приказывал себе не спешить.

А у меня от его слов всё внутри затрепетало, а в голове зароились мысли, что я могу сделать с этим инопланетным юношей. Да, я знала, что ему не меньше сотни, но он выглядел лет на двадцать пять, если не меньше.

К сожалению, у него не был тот тип фигуры, что я предпочитала видеть, но и не отталкивающей. Раньше мне нравились мускулистые большие парни, нередко с щетиной или даже бородой, а Каппиль был стройным, хотя и не сказать, что тощим, мускулы на руках и ногах были, даже живот имел приятную ребристость. Правда рост подкачал, на пару сантиметров ниже меня.

«Тебе с ним не жить и детей не растить, прекрати искать недостатки и просто трахни его!» – одернула саму себя, поняв, что уже минуту бездействую и просто тупо смотрю в центр груди Каппиля.

Коснулась рукой твёрдой плоти, лаская ствол по всей длине, оглаживая небольшие яички, взвешивая их в руке. Вода мешала наслаждаться тактильными ощущениями, из-за чего я, наверное, нахмурилась.

– Позвольте мне сесть на бортик, госпожа Лидия. – учащённо дыша, спросил раб, кивая на бортик позади себя.

Осознав, что и вправду не смогу оседлать его в воде, ведь и моя и его смазка бесполезна пока мы в ванне.

– Да, ты прав. Пересядь. – кивнула ему.

Он послушно исполнил приказ, да так радостно улыбнулся, словно я исполнила его мечту детства. Такое счастье на лице раба казалось мне странным и немного непонятным. Как бывшая рабыня я ненавидела подчиняться чьим-то приказам, за исключением Верховных, их я уважала и признавала старшими.

Но мысли о подчинение отошли на второй план, когда я опустила глаза на твёрдый член, что манил к себе, словно огонь мотылька. Я не стала сдерживаться и, взяв в плотное кольцо основание я коснулась кончика языком, пробуя его предсемя. Каппиль был терпким, немного пьянящим, словно дорогой коньяк. Очень мужественным вкус, животный.

– Госпожа! – удивлённо расширил глаза Каппиль, смотря на меня, как на богиню. – Давайте я вам… Умм… – неуверенно протянул он, но прервался, когда я слегка сжала руку с мошонкой.

– Я сама решу, Каппиль. – томно облизав губы, привлекла его внимание. – А ты как послушный мальчик будешь следовать моим приказам. Понял? – я выгнула вопросительно бровь, дожидаясь ответной реакции.

Он часто закивал, поверхностно дыша и слегка вздрагивая всем телом. Мне нравилось чувствовать контроль над ним, его удовольствием.

Я обвела головку языком, слегка пощекотала уздечку. Член стал словно каменным в моих руках, мне уже не терпелось поместить его в себя. Но прежде…

Широко открыв рот, я заглотила его почти целиком, от головки до голого лобка. Он не был гигантом, потому мне с лёгкостью это удалось, даже без рвотного рефлекса.

– А! – громко закричал Каппиль, и слабая дрожь в его теле усилилась. – Госпожа, я… – он не смог договорить, сильно закусив нижнюю, так, что пошла кровь.

Мне не хотелось заканчивать так рано, потому я крепче сжала кулак, почти болезненно и впилась в его бедро короткими ногтями. Гримаса недовольства отобразилась на его лице на доли секунды, а после он снова превратился в преданного щенка, что готов услужить хозяйке. Такое мне по душе, по крайней мере сегодня.

Я решила перейти непосредственно к сексу, прелюдия мне никогда не нравилась, я была сторонницей страстного животного секса.

С его помощью мне удалось выбраться из воды и сесть к нему на колени, уперевшись коленями в плитку по обе стороны от его бёдер. Прохладный воздух обдул неприкрытое лоно. Капли на коже быстро высыхали, вызывая не самые приятные чувства.

Но их быстро сменило тепло от ладоней Каппиля, что с трепетом оглаживали мои бёдра, поднимаясь вверх и застывая около грудей.

– Могу ли я? – с вожделением посмотрел мне в глаза раб, жадно облизывая сухие губу.

– Хочешь ласкать мою грудь? – не поняла такого восторга от вида женской груди, ведь, по моему скромному мнению, рабы видят сотни грудей за свою жизнь и пусть моя большая и довольно красивая, но не идеальная.

– Да, госпожа. – сглотнул он жадно слюну, вновь возвращая взгляд к моей груди. – Она такая большая, круглая и ваши соски такие маленькие и выпуклые. – вгонял меня в краску своими одами моим молочным железам Каппиль.

Оглянувшись через плечо, я посмотрела на Кларин, а конкретно на её груди. То, что их больше я знала и раньше, но вот не обращала внимание на мелкие отличия. Её ореолы были больше, а соски прятались внутри, хотя она была возбуждена. Сейчас она лежала на полу, широко разведя ноги, в то время как Лой тщательно вылизывал её киску, а руками массировал нижнюю пару грудей. Верховная же мяла верхние груди, оглаживала ореолы, но соски не выскакивали наружу, и я не могла вспомнить, было ли такое ранее.

Пока я отвлекалась на разглядывание Кларин, Каппиль решил действовать. Он осторожно обхватил груди снизу, будто взвешивая, и слегка касаясь большими пальцами соском, что стояли оловянными солдатиками. Он обвёл их по кругу, едва прикасаясь, а после наклонился и осторожно коснулся левого соска языком. Всё это время он следил за моей реакцией, чутко отслеживая перемену настроения.

Желая внушить ему больше уверенности, я зарылась рукой в его кудрявые локоны и притянула ближе к себе, слегка виляя бёдрами, потираясь влажной киской о его твердыню. Немного покрутив тазом, я дождалась момента, когда головка будет напротив входа в лоно и медленно насадилась до упора, пока его мошонка не коснулась низа ягодиц.

– Умм… – выдохнула тихий стон. – Отлично, Каппиль. – подбадривала его, плавно раскачиваясь взад-вперёд, чтобы ощутить его член всеми мышцами. – Продолжай, сосать.

Он согласно промычал, не отрываясь от соска, который жадно сосал, слегка царапая острыми клыками, чем лишь усиливал удовольствие. Но таким лёгкие ласки мне быстро надоели, хотелось чего-то большего, более сильного и мощного.

Оторвав от своей груди раба, схватив его волосы на затылке в кулак, я заставила его откинуться назад, упасть на локти. Сев удобнее и уперевшись ладонями в его голени, я начала в диком темпе трахать парня, полностью отдавшись ощущениям плоти в своей киске.

С влажными пошлыми шлепками мои ягодицы опускались на его бёдра, соки текли так обильно, что мне приходилось прилагать большие усилия, чтобы не соскользнуть.

Каппиль же не знал куда деть свои руки, он словно впервые был с женщиной, чувствовал робость и при этом сдерживался из последних сил, чтобы не опозориться. Я чувствовала, как внутри меня набухает тот самый узел, которым славились уранцы. Пока он не мешал мне двигаться, так что я продолжала использовать Каппиля вместо привычного секс-андроида.

– Госпожа, я уже… – тяжело дыша и обливаясь потом, просипел раб, схватив меня за бёдра, крепко их сжав, словно пытался притормозить.

Но я не хотела замедляться. В моём теле начала накапливаться удовольствие от трения, но его было мало, не хватало стимуляции. Опустив одну руку на голый лобок, я коснулась пальцами места соприкосновения наших тел, пачкая их в смазке, чтобы перенести на клитор, слегка сжав его и покрутив между большим и указательным пальцами.

От такой простой ласки всё тело прострелило словно молнией, заставив меня крепче сжать Каппиля и выгнуться почти дугой. Громкий стон отразился от стен ванной, и словно умножился.

Мой клитор всегда был очень чувствительным, потому я редко разрешала мужчинам касаться этой части, так как сильное давление могло из удовольствия перерасти в боль буквально за мгновение. А я не терпела боли.

Ещё несколько моих движений на чувствительной точке, и я с громким стоном кончила, царапая ногтями ногу Каппиля и чувствуя, как набухает основание фаллоса, скрепляя нас с рабом на некоторое время.

Стоило узлу образоваться, как я почувствовала струи тёплой спермы, что с усилием били в шейку матки. Её было много и никогда раньше я не ощущала прикосновений к своей матке, которая оказалась не менее чувствительной, чем мой клитор. Но после оргазма я была чересчур чувствительной, потому массаж матки доставлял удовольствие на грани боли.

– Госпожа, прошу вас, не двигайтесь. – хриплый шёпот, почти мольба, вырвался из горла Каппиля.

Его руки легли на мою талию, удерживая на месте, буквально насадив на себя до упора и не давая двигаться. От этой мысли, от чувства обездвиженности я готова была запаниковать, но тут моего плеча коснулась прохладная рука Кларин, одновременно напугав и успокоив.

– Не переживай, милая. – проникновенно произнесла мне на ухо Верховная, сев рядом. – Он не желает тебе навредить. Если ты слишком рано попытаешь отстраниться, узел может причинить многодискомфорта. Надо подождать пару минут, Ди. – убеждала она меня, поглаживая по плечу, будто успокаивала норовистую лошадку. – Я рядом, он раб – ничто тебе не угрожает.

Её слова недо конца меня успокоили, но заставили замедлить дыхание, прикрыть глаза и слегка отстраниться от давящего чувства во влагалище. Спустя всего минуту, я почувствовала свободу, но решила подождать ещё минуту для большей безопасности. Всё же секс с уранцем требует стальных нервов, а мои давно расшатаны.

– Лой, подай халаты. – попросила Кларин, и, дождавшись, когда раб принесёт два красных халата, накинула на себя, а после на меня.

На мне был ярко-алый халат с золотым узором по горловине и нижнему краю, напоминающим цветочный орнамент, а на Верховной тёмно-рубиновый с узором на спине в виде бабочки.

Стоило мне облачиться в шёлковую ткань, я сразу почувствовала себя лучше, защищённее. Встав с раба, я отступила в сторону, давая ему возможность привести себя в порядок.

Мне стало неуютно, хотелось уйти в свою комнату и спрятаться под одеялом, словно я маленькая девочка и это решение всех проблем. Не знаю, заметила ли Верховная моё состояние, увидела панику в глазах, но она поняла мои намерения сбежать.

– Лой, Каппиль, оставьте нас, пожалуйста. – Кларин схватила меня за руку, словно боялась, что я убегу и попросила рабов уйти.

Когда за парнями закрылась дверь, Кларин потянула меня за руку в сторону кушетки, что притаилась около душевой кабины. Сев на неё боком, она посадила меня, напротив, сжав в своих руках мои. Я не сопротивлялась, всё ещё расслабленная после первого за долгое время оргазма, хотя и начала немного переживать от такой таинственности.

– Послушай, Лидия, так больше не может продолжаться. – заговорила Верховная с дрожью в голосе и со слезами в красных глазах. – Ты мне как дочь. Я помню, как ты оказалась на Эрсхо, слабая и вздрагивающая от любого скрипа. Помню, как ты сидела в моём кабинете и спрашивала, чем можешь быть полезной для меня и планеты в целом. – она смотрела на наши сплетённые ладони, поглаживая пальцем мои руки. – Именно я тогда заговорила про рабынь, что нуждаются в нашей помощи и про сложности в установление контакта с работорговцами. Именно я подтолкнула тебя стать той, кем ты стала, но сейчас я понимаю, что я ошиблась. – слёзы медленно покатились по её лицу, а у меня в груди защемило сердце от боли в её голосе.

– Почему ты ошиблась, Кларин? – тихо спросила эрсхонку, сжимая её пальцы в поддерживающем жесте. – Я стала полезной, многим помогла. Почему же ты считаешь, что совершила ошибку, дав мне эту возможность? – пыталась заглянуть ей в глаза, но она смотрела в пол, тихо плача.

Она долго молчала, лишь тихие всхлипы доносились из-под чёрной копны волос. Смотреть как сильная волевая женщина плачет в собственной ванне было тяжело, а знать, что ты причина её слёз, ещё тяжелее.

– Потому что ты несчастлива. – наконец заговорил она, хриплым от слёз голосом. – Из-за моего желания помогать другим ты вынуждена вновь и вновь переживать прошлое. Мне надо было поступить иначе. Надо было оставить тебя в покое, дать возможность жить дальше, стать счастливой. – она начала раскачиваться, и шёпотом повторять. – Я виновата. Я была неправа.

Я больше не могла её слушать, не могла смотреть как она страдает, как мучается. Это был не только её выбор, она не навязывала мне мой образ жизни, я выбрала его сама. Сама захотела помогать людям, попавшим в рабство. Кларин не должна страдать из-за того, в чём она не виновата.

Притянув женщину в свои объятия, я зарылась лицом в её волосы, вдыхая аромат красного дерева и корицы, присущий ей одной. Кларин была мне не просто подругой, она член семьи, та кто поддержит в трудную минуту, кто не воткнёт в спину нож. И та, чью боль я воспринимала как свою.

– Кларин, успокойся, не плачь, прошу тебя. – зашептала ей в ухо, поглаживая по спине. – Ты ни в чём не виновата, я сама решила помогать девушкам, ты лишь обезопасила мою работу, выделив мужчин для защиты. Ты и другие Верховные дали мне возможность безопасно работать, дали шанс почувствовать себя значимой и сильной. – говорила от чистого сердца, чувствуя, как в горле встаёт ком, а глаза пощипывает от слёз. – Мне это было нужно. И ты помогла мне.

– Тогда тебе это помогло, но сейчас это гложет тебя. – она отстранилась, чтобы смотреть мне в глаза. – Видеть чужое горе, постоянно наблюдать за страданиями – так нельзя жить, Ди. Это сведёт тебя с ума.

Её слова были отображением моих недавних мыслей. О том, что я устала, о том, что пора уйти на заслуженный отдых.

– А что мне делать, Кларин? – спросила о том, что останавливало меня от решительного шага. – Если я решу остаться на Эрсхо, то что буду делать? Я не смогу просто жить в своём поместье, изо дня в день мучаясь безделием. – поделилась с ней переживаниями, надеясь, что она поможет мне найти выход.

– Я уже подобрала для тебя работу. – в её алых глазах зажглась надежда. – Нам приходят десятки запросов ежедневно от женщин из разных уголков Вселенной. Они просят убежища или спасения, но есть среди этих посланий и те, что пишут девушки, которые хотят прилететь на Эрсхо, чтобы угнетать мужчин или не работать, а жить за счёт других. Таким мы отказываем.

– Мы?

– Я, Санти и Тиара. – перечислила имена других Верховных, вытирая мокрые дорожки с щёк. – Каждый день одна из нас изучает эти послания и пишет ответы. Если мы хотим помочь, то сообщаем, где и когда они могут встретится с нашими мужчинами, которые помогут сбежать. Если же нам не нравится послание, то мы пишем отказы, указывая причину. Но это отнимает много времени, да и мы не такие молодые, как были раньше. – она невесело улыбнулась уголком губ. – Твоя помощь в этом деле очень пригодилась бы. Мы не можем доверить решение такого вопроса кому-то ещё.

– А другие Верховные также мне доверяют? – неуверенно протянула, уже обдумывая это развитие событий.

С Верховной Санти и Тиарой я общалась гораздо реже, мы виделись не больше трёх раз в год и не были подругами, потому я сомневалась, что они считают меня достойным человеком для этой работы. Тем более я не коренная жительница Эрсхо, так что решать такой важный вопрос, связанный с политикой, мне кажется неуместным. О последнем я спросила вслух у Кларин.

– Ди, ты хоть и землянка, но самая уважаемая на Эрсхо. Многие знают тебя лично или твоё имя и поступки. – Верховная погладила меня по щеке, заправив прядь волос за ухо. – Кроме того, ты можешь стать гражданкой Эрсхо.

Я раздражённо фыркнула на её очередной намёк на замужество. Не первый раз Кларин предлагала мне приглядеться к эрсхонцам и сменить кочевнический образ жизни на семейную идиллию. Раньше я отвечала уверенным отказом, но почему-то сегодня, я не могла ответить однозначно.

– Кто согласиться жениться на такой как я? – неуверенно повела плечом, осматривая воду, что давно остыла в бассейне.

– На сильной, доброй и красивой землянке, что, рискуя собой, помогла сотне девушек найти лучшую жизнь? – передразнила меня уже полностью успокоившаяся эрсхонка. – Дай подумать… – она посмотрела на потолок пару секунд, а после перевела взгляд на меня. – Я назову с десяток имён прямо сейчас, но главное не их количество, а то, что они должны понравится тебе. Нельзя строить семью на любви мужчины и отстранённости девушки.

Я была полностью согласна с её словами, но от этого только хуже себя чувствовала. Мне казалось, что никто не захочет иметь дело с бывшей рабыней у которой куча заморочек касательно секса и общения с противоположным полом, и которая любит свою работу, какой бы она не была тяжелой в эмоциональном плане и не готова променять её на вышивку или садоводство, или чем занимаются примерные жёны, которым не требуется работать. Уж молчу про детей… Не готова я к ним, слишком большая ответственность для той, что бывает дома лишь пару месяцев в год.

– Ты думаешь мне стоит попробовать? – с трудом выдавила из себя вопрос, продолжая смотреть на стоячую воду. – Стоит уйти на пенсию и зажить, как обычная женщина: выбрать мужей, построить семью, работать пару часов в день и прекратить жить у друзей, вместо этого обустроить свой дом? – ещё в процессе перечисления у меня ускорилось сердцебиение, а перед глазами встала картинка описанного мной будущего.

Оно казалось мне далёким и нереальным, словно сон, но таким желанным, прекрасным. Может я и не признаюсь об этом вслух, но мне захотелось, чтобы фантазия стала реальностью.

– А почему бы и нет, Ди? – заставила меня обернуться к себе Кларин, возбуждённо дыша. – Чем плоха жизнь госпожи?

Её руки мелко дрожали, но не от страха, а от волнения. Она явно надеялась повлиять на моё мировоззрение, заставить поменять планы на одинокое будущее. Но она не знала, что я и сама раздумывала насчёт того, чтобы закончить с игрой в работорговку и заземлиться на Эрсхо.

Я не хотела строить отношения с эрсхонцами, осознавая, что не смогу потом просто покинуть их, улететь в далёкий космос, подвергая свою жизнь опасности. Но если я решила остаться тут, то вариант стать супругой для пары эрсхонцем наиболее оптимален для меня. Они не причиняют вред женщинам, наоборот уважают и хранят как зеницу ока, так что мне никто не причинит боли или страданий.

Кроме того, местные привыкли, что во главе семьи стоит жена, а значит если я решу работать на Верховных, меня не только не запрут дома, привязав к кухне, но и сочтут за честь.

Всё больше и больше в своих мыслях я склонялась к тому, что идея остаться и стать полноправной гражданкой планеты с матриархальным строем лучший выбор для меня.

– Хорошо. – приняв решение, посмотрела на чрезвычайно серьёзную Верховную. – Я больше не буду убегать, а останусь тут и заведу семью. Если найдутся желающие. – всё же могла обойтись без сарказма.

– «Поживём – увидим» – так говорят на твоей родине? – использовала против меня же русскую поговорку эрсхонка.

Но не знаю почему, её слова вселили в меня уверенность, что всё сложится наилучшим образом, что я найду наконец свой тихий остров и заживу спокойной жизнью.