Не давая мне опомниться, Кирилл ссаживает меня с колен и опускает на кровать. То ли простыня и вправду ледяная, то ли такое ощущение из-за разгоряченной кожи, но на мгновение съеживаюсь от контраста, а затем быстро прихожу в себя, когда Кирилл избавляет меня от трусов, оставляя полностью обнаженной. Не в силах выдержать его взгляд, трусливо закрываю глаза, когда он избавляется от своих боксеров. И ведь видела уже, и трогала, но откуда эта патологическая стеснительность — объяснить не могу. Стыдно за свою трусливость — сил нет. Да приди в себя, Катя. Сжимаю руки в кулаки.

Кирилл наклоняется ко мне и с невозмутимым видом, требовательно прикасается губами к моим. Я приоткрываю рот, впуская его язык.

— Прости меня, — шепчет мне на ухо, целуя мочку. — Я все исправлю.

Соображай я сейчас немного лучше, спросила бы, за что он уже дважды произносит это «прости». Сейчас говорить совсем не хочется. Я подставляю шею под его поцелуи и, наконец, расслабляю руки, когда его ладони и губы снова оказываются на моей груди. Он сжимает грудь, втягивает в рот сосок, обводит языком, слегка прикусывая. Кто бы мог подумать, что это такое чувствительное место.

Заласкав грудь и доведя меня до какого-то с трудом контролируемого состояния, он начинает медленно покрывать поцелуями мой живот. И вдруг до меня доходит. Так, стоп, где он меня целует? Он же не собирается…

— Очень много думаешь. Не вешай нос, Екатерина. А то откушу.

— Что откусишь? — еле слышно произношу я.

— Нос. Мне кажется, это будет честно, если мы оба друг друга лишим сегодня девственности.

Не сразу понимаю о чем он, а когда доходит…снова протестую. Это слишком! Сжимаю ноги, приподнимаясь на локтях.

— Нет, не надо. Пожалуйста. Мне стремно от того, что я лежу впервые перед кем-то голая, а ты сразу…про это.

— Кать, ну можешь мне хоть раз довериться?

— Да, но не в этом месте. В смысле можно…только одним своим органом во мне побывать?

— Можно, — фух.

— Спасибо.

— Но не сегодня, — тут же усмехаясь произносит Кирилл.

Сегодня и вправду кто-то умрет. И это буду я. От стыда. Судорожно вспоминаю, когда принимала душ. Пару. Нет, часа три назад, перед тем, как поужинать с Игнатом. И я там вполне ухоженная. Но, черт возьми, мокрая от его же действий. Кирилл перехватывает мои лодыжки и раздвигает мне ноги, выставляя меня всю напоказ.

Если раньше я думала, что у меня горят щеки, я ошибалась. Это была чертова разминка. Опускаю взгляд вниз, завороженно наблюдая за тем, как он наклоняется ко мне. Господи, помоги мне. Хочу вскочить с кровати от жгучего, разливающегося по всему организму стыда, но…окончательно теряю связь мозга со своим телом, когда чувствую его губы…там. Пульс зашкаливает, отбивая в висках. Это реально происходит со мной?

Его язык ласкает складки, чуть проникая внутрь, вызывая совершенно неконтролируемые ощущения внизу живота. Это вульгарно и пошло. Но настолько неописуемо хорошо, что контролировать себя с каждой секундой все сложнее. Я реально сгорю со стыда, посмотрев ему в глаза, после случившегося, но сейчас во мне плещется какой-то триумф, когда осознаю, что Кириллу не противно.

Готова поклясться, что никакой брезгливости он не чувствует. Более того, этот гад испытывает что-то тоже сродни торжества. От моих стонов и бесконтрольных комканий простыни. Казалось бы, это он у меня между ног, но полная победа над моим телом вызывает в нем самый настоящий триумф. На очередной порочной ласке я срываюсь на стон, сотрясаясь в оргазме. Тело как будто не мое. Так легко и хорошо.

Открывать глаза страшно, но я инстинктивно их распахиваю, когда ощущаю, что Кирилл склоняется надо мной. Чувствовать его губы на своих после…себя же — максимально странно. Непривычно. Пошло. Но почему-то сейчас от этого осознания, почти не стыдно. Мозг поплыл окончательно. Тело как будто не мое.

Кирилл шепчет мне что-то приятное на ухо, но сконцентрироваться и разобрать, что именно — не могу.

— Кать, вернись ненадолго сюда.

— Что? — совершенно не своим голосом произношу я, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Обхвати меня ногами, — я и вправду тормознутая. Не дай Боже кому-то еще такое счастье.

Пусть только один мучается. Закидываю руки Кириллу на плечи и обхватываю его ногами.

Приставив головку ко входу, он начинает водить по моей, и без того разгоряченной, плоти. Дразнит. Гад. А затем подается вперед. Инстинктивно сжимаюсь. И…нет никой боли. О Боги, я одна из книжных девственниц, которые кончат в первый раз не только от пальцев и языка, но и от проникновения? Это что, правда? Со мной? Ну, наконец-то, и на моей улице праздник! Хоть здесь повезло. Улыбаюсь как дурочка, потянувшись к губам Кирилла.

— Если что, я не вошел.

Хочу задать очередной тупой вопрос: «куда он там не зашел», но Кирилл закрывает мне рот поцелуем, а в следующий момент он делает толчок. Сука! Лживые женские романы! Несмотря на то, что я возбуждена и между ног у меня реально мокро, это, черт возьми, больно.

— Жива? — шепчет мне на ухо Кирилл.

— Очень даже жива. И не надейся, что больше не придется зализывать прощение, — я реально сказала это вслух? Убейте меня кто-нибудь. Фу, порочная извращенка. Немного отпускает, когда слышу, что Арестов в ответ усмехается.

— Хорошо, что ногти сгрызла.

Отличный намек на мою ненормальную хватку его плеч. Одно радует, Кирилл произносит это опять со смешком.

— Прости, оно само.

Невероятным усилием воли заставляю себя перестать сжиматься. То ли я киваю, то ли что-то мычу, но, дождавшись, когда меня отпустит, он подается назад и снова делает толчок. И так раз за разом. Пытаюсь сконцентрироваться на новых непривычных ощущениях и даже ловлю себя на мысли, что это не только терпимо, но даже в кой-то мере, нет, не оргазмично, ибо саднит…но приятно. Парадокс какой-то.

И тут же одергиваю себя. Нет никакого парадокса. Это все правильно. С тем, кого не боишься, не заставляешь себя, потому что надо или возраст давит, а в кого вопреки всему влюблена, так и должно быть. В этот момент меня пронзает таким приятным ощущением, что хочется расплакаться от счастья. Когда я вообще была такой счастливой? От этого осознания прихожу в себя, пытаясь подстроиться под ритм Кирилла. И тут до меня доходит. В недолгом напряге была я, а каково ему?

— Двигайся, как тебе надо, со мной все хорошо. Правда, — это что за игры в неженку? Бесит. — Не сдерживайся, а то я тебе что-нибудь тоже откушу в будущем. Не нос.

Несмотря на усмешку, Кирилл продолжает двигаться, наращивая темп и погружаясь с каждым толчком все глубже. Наверное, я реально извращенка, но мне это нравится. Нравится осознавать, что ему…нравится.

Очередной толчок и он резко выходит из меня, заливая спермой мой живот. Черт, а вот об этом я не подумала…