Хан Ма Ри

Я пришла в себя и открыла глаза, чтобы сразу их зажмурить. Надо мной был потолок невозможной белизны. Я же помнила схватку на утесе, мою неминуемую гибель, странные смерти наёмников и движущийся куст.

Чуть приоткрыла правый глаз — рядом со мной была стена, покрытая каким-то неведомым материалом, а я, по всей видимости, лежала на кровати у этой стены. Вообще чувства были какие-то странные, что-то было не так, но что — я пока не понимала.

Приоткрыла левый глаз и осторожно осмотрелась. Я находилась в большой комнате, слева от меня стоял странного вида стол из неизвестного серого материала, на нем какой-то прозрачный сосуд и еще что-то, мне пока не видное. За моей головой обнаружилось огромное прозрачное окно, через которое комнату заливало солнечным светом.

Прямо передо мной левее была дверь из белого материала, а на противоположной стене еще одна дверь, левее ее еще какое-то странное высокое прямоугольное сооружение, возле стола несколько стульев необычного вида.

Скосила глаза вниз — пол был светло-серым, я провела по нему пальцами — тёплый, немного шероховатый, но это было явно не дерево. Возле кровати стояла пара обуви. Какие-то странные туфельки без задней стенки — я взяла в руки один из предметов и потрогала.

Материал неизвестный, но приятный. Приподняла легкое одеяло, отметив, какое оно мягкое и приятное на ощупь, и посмотрела, во что меня одели. На мне была легкая курточка из тонкой ткани, на голое тело надета странная белая рубашка без рукавов, обтягивающая тело, даже соски были видны — какой ужас.

А штаны вообще привели меня в недоумение — не было никаких завязок. Я взялась за пояс и интуитивно потянула его вверх, он почему-то пружинил. Когда я отпустила его — он легко щелкнул меня по животу. Я опять повторила действие — выходит, это какой-то странный растягивающийся материал.

Под штанами я обнаружила какие-то короткие, даже я бы сказала, слишком короткие нижние штаны из мягкой приятной ткани. Я аккуратно села на кровати, покачалась — она была упругой и в то же время мягкой. Вставила ноги в обрезанную обувь и встала.

Первым же делом прошла к окну. Оно было просто огромным, и вместо бумаги там был непонятный прозрачный материал. Я потрогала пальцем — прохладный. Перед самим окном была очень широкая белая полка. Я подпрыгнула боком, села на нее и глянула в окно. И тут же слетела на пол.

Так как увиденное просто не могло уложиться в моей голове. Я была на вершине огромной башни, а внизу увидела какие-то разноцветные повозки, передвигавшиеся без людей и лошадей, и маленькие человеческие фигурки, сновавшие в разные стороны. Опять подошла к окну.

Из него вдаль были видны кроны деревьев большого леса, а за ним возвышались до неба какие-то прямоугольники и круглые гладкие башни. Я ни о чем подобном не слышала, но это точно не загробный мир.

Прошлась по комнате — на столе стоял прозрачный сосуд с такой же прозрачной жидкостью. Я быстро разобралась, как снимается крышка, принюхалась — вроде вода. Тогда я взяла прозрачный сосуд поменьше и налила в него жидкость.

А будь что будет, во рту все пересохло и организм требовал жидкости. Это оказалась самая настоящая вода, я с охотки выпила сразу две кружки. Повертела саму кружку в руках — без ручки, высокая и круглая, и прозрачная как сам сосуд с водой. На большой тарелке лежали несколько яблок, два банана и гроздь крупного винограда.

Но я оставила их на потом, теперь меня заинтересовал прямоугольник, стоявший у левой двери. Я обошла его с трех сторон, заглянула за заднюю стенку, потрогала. Похоже на металл, а вверху в маленьком окошке мерцали зеленые цифры. Я их узнала, это были арабские цифры, как и у нас.

Заметив что-то похожее на щели, попробовала открыть, рассудив, что передо мною неизвестного вида шкаф, но не получилось. Я приложила ладонь к двери, захотелось попробовать, такой же это прохладный материал, как и на окне. Но внутри раздался приятный звон, и дверь сама тихо открылась.

Я успела отскочить и зажмурилась, так как внутри шкафа вдруг вспыхнуло белое солнце, само зажглось. Открыла глаза и увидела освещенные этим солнцем полочки, на которых стояли какие-то предметы, а на внутренней стороне двери на маленьких полочках увидела длинные странные штуки с разноцветными жидкостями.

Осторожно, одним пальцем закрыла щелкнувшую дверь. Теперь наступила очередь дверей в стенах. Я подошла к той, что стояла напротив кровати, подергала за кривую ручку — безрезультатно. Ясно, я заперта, а чего еще можно ожидать.

А вот вторая дверь опять меня удивила вспыхнувшим светом. Но я уже не так испугалась, как первый раз. Закрывая дверь, заметила, что свет погас, опять открыла — сам загорелся. Ладно, не буду ломать голову, все равно не пойму. Вошла внутрь и осмотрелась.

Прямо передо мной находилось большое полукруглое сооружение, закрытое прозрачными стенами. Я подошла, потрогала, похоже на дверь. Потыкав в разные места, обнаружила, что при нажатии на большой черный кружок дверь отходит в сторону. Внутри было много чего странного, лучше не торопиться.

Слева от меня на стене висела полуовальная белая штука, явно не из железа. Я подняла глаза и отшатнулась, но потом поняла, что это зеркало. Только не такое медное, как у нас, а стеклянное, при этом изображение было настолько ясным и четким, что я первое время стояла даже не шелохнувшись, не понимая, что же я вижу.

И тут до меня дошло — мои волосы. Кто-то их обрезал чуть ниже плеч, но я же помнила, с какой гордостью мы мерялись с Су Вон, и у меня они уже до половины попы были. Ладно, спасибо, что жива, а волосы отрастут. Развернулась к другому сооружению, стоявшему на полу у стены.

Похоже на то, что под зеркалом, но явно закрыто крышкой. На стене висели две красочные картинки. На одной был изображен писающий мальчик, при этом струйка попадала в нарисованное на картине точно такое же сооружение, и мальчик пальцем левой руки показывал вниз. Я присела перед сооружением.

Оно вообще показалось мне сделанным из белого фарфора. Ага, а вот какая-то выемка — раз, и вверх поднялась крышка, обнаружившая под собой что-то похожее на тот туалет, который был у нас во дворце. Только там внизу была яма, где стоял большой глиняный горшок, который меняли раз в неделю. А тут я увидела какое-то отверстие с водой.

Ну да ладно, мальчик врать не будет, а содержимое моего мочевого пузыря уже искало, куда и как бы ему вырваться. Сидя на мягком сиденье сооружения, я осмотрелась и увидела слева на стене какую-то ленту. Потянула — о, да это тончайшая бумага. Подумав, что хозяева не обидятся, я оторвала несколько кусочков и провела сеанс гигиены. Увидев черную ёмкость у стены, бросила туда бумажки.

Хмм, но то, что из меня вышло, продолжало лежать и портить общее впечатление. Тут что-то не так, хотя вот же второй рисунок — нарисован верх сооружения и палец, указывающий на красную кнопку. А кнопка-то она вот где — и я нажала на неё. Зашумела вода, и продукты моей жизнедеятельности унесло в отверстие. Сколько мне еще предстоит сделать открытий?

Подошла опять к зеркалу и осмотрела полуовальное сооружение. На нем стояли какие-то штучки, назначение которых мне было неизвестно, а посередине возвышалось металлическое устройство, увенчанное чем-то похожим на голову гуся. На ней слева была нанесена красная, а справа — синяя точка.

Взялась рукой, «гусь» шевельнулся — ага, можно повернуть влево и вправо, но ничего не произошло. Я еще покрутила, пока не почувствовала, что эта штука поднимается. Как только я подняла ее вверх — оттуда, напугав меня, хлынула вода. Минут через пять я уже разобралась с системой — холодная и горячая вода, и можно было регулировать все самой. Ой как интересно-то в этом мире.

Покинув эту забавную комнату, с удовольствием съела оба банана, половину яблока и, взяв тарелку в руки, уселась на кровати, отщипывая виноград.

полковник Николай Сергеевич Родин

После четырех дней искусственного сна подопытная пришла в себя. Николай Сергеевич повернулся к монитору, когда сработал датчик движения, и подозвал к себе Викторию. Девушка на экране лежала и трогала рукой стену. Потом путешествовала по комнате, знакомилась с окном, неожиданно для обоих открыла холодильник. Дальше все происходило в ванной комнате, которую она не закрыла.

— Николай Сергеевич, как же она быстро-то с этим разобралась. Только от душа отступила.

— Я думаю, изучит позже. Ты же видишь, как она действовала — более непонятное оставляла на потом, не испугалась, что мы можем ей что-то подсунуть.

— Но как она сиганула с подоконника — я думала, убьётся, но как кошка вывернулась.

— Ты же видела запись с монитора?

— Да, у нее очень серьезная подготовка, кто-то здорово ее учил, и не только мечом махать.

Полковник открыл ящик стола и положил перед Викторией два мешочка.

— Открой оба, это нашли у нее на теле.

— Ого, какие ножи, и сталь интересная, но откуда у нее такие драгоценности?

— Главарь наемников сказал, что она служила какой-то принцессе. Возможно, это ее драгоценности, а наша девушка просто несла их на себе, пока принцессу не убили. Сомневаюсь, что она бросила бы свою госпожу. Если мне память не изменяет, то там таких служанок и слуг приставляли к знатным девочкам и мальчикам с пяти лет.

— Надо бы ее покормить, я пойду к ней, попробуем наладить контакт?

— Нет, сейчас кормить не будем, ты возьмешь каталку и отвезешь ее в лабораторию в лингвокапсулу.

— Вы хотите сразу?

— Четыре дня прошло, все анализы после вакцинации нормальные, все показатели в норме. Зачем объясняться с ней знаками и мычать, если можно решить вопрос сразу? Возьми что-нибудь накинуть на нее, с капюшоном. Я направлясь сразу вниз. И помни — если что, она может быть опасна.

Вика взяла свою ветровку и, прихватив кресло-каталку, отправилась в семнадцатый блок. Их Агентство Исторических Свидетельств (АИС) арендовало в Институте прикладной электроники четырнадцатый этаж и цокольный подвал. В подвале находились все необходимые лаборатории и хроно-шлюз.

И все силовые системы, запитанные по отдельным от самого Института каналам. Сам Институт занимался в том числе и военными исследованиями, поэтому то, что цоколь и четырнадцатый этаж охранялись вежливыми военными с оружием, никого не удивляло.

Виктория приложила электронный пропуск к двери и вошла на этаж. Постовой из Секретного Бюро, хотя и знал ее прекрасно, показал пальцем на маленький монитор — пришлось пройти проверку сетчатки глаза. После чего ей открыли дверь, впустили в шлюз, затем открыли вторую дверь. В коридоре было тихо — за каждой дверью велась своя работа.

Хан Ма Ри

Внезапно в дверь постучались. Я прекратила есть, и вся напряглась. Я в мыслях кого только не видела — и рогатых драйков, и уродливых ордов, хотя убранство комнаты говорило о другом. Но нужно было быть готовой ко всему. Я покрепче взялась за край тяжелой тарелки и кашлянула.

Дверь щелкнула и мягко отворилась. В комнату вошла молодая женщина, немного старше меня, улыбнулась мне и развела руками. Выглядела она совсем как наши женщины — такая же темноволосая и кареглазая, и чем-то даже на меня похожая. Она ткнула себя пальцем в грудь и произнесла:

— Вика.

Я встала, поставила тарелку на стол, повернулась к ней, указала пальцем на себя и сказала в ответ:

— Хан Ма Ри.

Она еще раз мило улыбнулась, потом развернула принесенное с собой сооружение. Оно оказалось неведомой коляской на больших колесах.

Женщина подала мне какую-то одежду и жестом попросила ее надеть. Это была мягкая куртка из непонятного материала. Вика подошла ко мне, протянула руки, но перед этим жестом как бы попросила разрешения. И… я теперь поняла, что за круглые штучки были нашиты снизу-вверх на моей куртке. Ой как интересно, так получается, это такие застежки?

Дальше я удивилась еще больше, когда женщина свела полы одетой на меня сверху куртки вместе и провела рукой вверх. Я потрогала — обе полы куртки сошлись, как будто и не расходились. Мне предложено было сесть в это кресло. Я не стала раздумывать, все равно я в их руках, и пока еще не ощутила никакой опасности.

Когда я села, Вика аккуратно надела на меня капюшон, видимо закрыв мое лицо от посторонних. Наверно, для этого есть причины. И мы покатили по длинному коридору, потом несколько дверей. Я, кроме своих ног в этих странных туфлях, ничего не видела. Потом попали в какое-то закрытое помещение, и у меня возникло чувство, что мы опускаемся вниз.

Я только крепче схватилась за поручни этого кресла. Через некоторое время меня вкатили в какую-то большую комнату и сняли капюшон. Я смогла осмотреться. Там уже находились мужчина и две женщины, вот только я таких никогда в своей жизни не видела. Я слышала, что существуют западные люди, и во дворце кто-то даже их видел на Севере, но только не я.

Вика о чем-то переговорила с мужчиной, я услышала, как она произнесла мое имя. Мужчина кивнул и что-то ей сказал, указывая на меня, но она покачала головой. Потом повернулась ко мне, опять улыбнулась, подошла к высокой, похожей на узкий стол, штуке, села на нее, сняла обувь, потом положила в рот какую-то белую конфетку, запила ее водой и легла, вытянув руки вдоль тела.

Одна из женщин надела на ее голову прозрачную шапку с веревочками. И потом этот стол сам вкатил женщину под синий колпак. Она лежала, закрыв глаза, а по ее лицу сверху вниз прокатывались какие-то синие светящиеся полосы.

Потом она встала и рукой пригласила меня сделать то же самое. Чего уже бояться, когда вообще везде все и так страшно. Я села, скинула туфли, мне дали конфету, я ее проглотила, легла и закрыла глаза. Женщина, что надевала на меня шапку, что-то ласково мне говорила, но я все равно не понимала. А потом я вдруг уснула.

Проснулась уже в своей комнате. Значит, они меня усыпили? Или я сама заснула? В дверь опять постучали и спросили:

— Можно войти?

Я машинально ответила:

— Входите, — а потом зажала себе рот. Я поняла, что мне сказали и я ответила на том же языке? Да что за колдовство такое?

Вошла Вика, открыла тот белый шкаф, что-то туда положила, поставила коробку на стол, взяла стул и села напротив меня.

— У тебя сейчас глаза выпадут, зажмурься, — и она заразительно засмеялась.

— Не вижу тут ничего смешного, — внезапно ответила я и опять зажала себе рот руками.

— Видела бы ты сейчас свои глаза, на, глянь, — и она протянула мне небольшое круглое зеркало. Потом заложила ногу за ногу, откинулась на спинку стула.

— Как такое возможно?

— Мы поместили тебя в лингвокапсулу, или, по-иному, аппарат, который учит любому языку во сне. Ты заснула, потому что тебе дали усыпительное средство. Так надо было. Зато, Ма Ри, мы теперь можем общаться не на пальцах. У тебя же море вопросов, так?

— Как я оказалась тут и где я?

— Наши солдаты успели тебя спасти и принесли в лагерь, после чего переместили в наше время.

— Умеешь ты отвечать — что такое ваше время?

— Все очень просто — ты старше меня на шестьсот пятьдесят лет. Ты сейчас находишься в далеком будущем, а в том своем времени тебя в живых уже нет. Так как наши солдаты оказались там случайно, и по-настоящему тот мастер тебя бы убил. А так теперь убиты все наёмники, и их тела сбросили в горный поток. И за все тебе надо благодарить того офицера, который принял решение тебя спасти, хотя им вмешиваться в местные события категорически запрещено.

— Я смогу его увидеть? Как его звать?

— Олег Вязников, ты его увидишь. Ну что, начнем знакомство с твоей комнатой заново?