14 апреля 2025 года

Я сто раз отругал себя за то, что согласился идти в школу. То есть идти-то мне как раз не пришлось, папа подвез на машине – тихой-тихой и с пультом управления, как в фантастических фильмах. Но внутри…

Но начать надо с галстука. Вернее, с его отсутствия. Когда я заикнулся о галстуке, родители удивились, а мама протянула бабочку. Но предупредила, что мне ее не с чем надеть. И действительно, школьной формы не было. В школу я явился разряженный как попугай, – цветастая рубашка, просторные штаны, которые сужались к щиколоткам, пуловер.

Попасть внутрь тоже оказалось сложной задачей. На входе стоял турникет, я такой в Москве видел, в метро. Но бросать монетки было некуда, все входящие прикладывали небольшие кусочки пластика. Я начал рыться в рюкзаке и нашел сразу три таких кусочка. Подошел, по закону подлости, последний.

Внутри стало не легче. Я растерянно крутил головой, пытаясь сообразить, куда идти. Или хотя бы где узнать расписание. Спас меня высокий мужчина, который был одет как завхоз.

– Витя! – сказал он с улыбкой. – За выходной день забыл, где класс?

– Я болел, – виновато ответил я.

Мужчина перестал улыбаться и проводил меня до кабинета. Там сидели, видимо, мои одноклассники – всего человек двадцать, причем каждый за своей партой. Я занял пустующее место и принялся разглядывать окружающих. Никто на меня не реагировал, все сидели, уставившись под парты. Как я понял, они смотрели в свои смартфоны. Нашарил свой, разблокировал его (спасибо, папа научил), уставился в экран, но ничего интересного не заметил. Какие-то значки. Их значения папа объяснил, но я не запомнил.

И тут я почувствовал на себе косой взгляд с соседней парты. Мальчик с удивительной прической (виски выбриты, челка покрашена в зеленый) смотрел на меня с улыбкой. Я как можно приветливее улыбнулся в ответ – сосед тут же отвернулся. До начала урока я заметил еще несколько таких же взглядов: с улыбкой, но исподтишка.

А потом начался урок, и оказалось, что «завхоз», который меня привел, – учитель.

– Ну что, – начал он, – первый шок прошел? Привет вам от Котлеши!

Несколько человек в классе захихикали, но меня не покидало чувство, что смеются они надо мной.

– Сегодня, – продолжал учитель, – задача очень простая. Нужно выйти к доске и рассказать любую тему на выбор. Кто смелый?

Одноклассники затихли. Я тоже рефлекторно вжал голову в плечи. Хоть бы понять, какой урок сейчас. Покосился по сторонам – кажется, кабинет истории?

– Ну, – учитель улыбнулся и развел руками, – вы же все готовили рефераты! Многие зачитывали в зуме! Представьте, что перед вами зум!

Я бы с удовольствием представил, но про зум папа мне ничего не рассказывал.

– Давайте! – не сдавался учитель. – Древний Рим? Древняя Греция? Пунические войны?

«Все-таки история, – немного успокоился я. – А почему он уговаривает? Взял бы и вызвал».

Словно услышав мои мысли, историк вздохнул:

– Значит, добровольцев придется назначать…

Я еще раз осмотрелся. На каждом лице – безотчетный ужас.

«Он что, такой строгий? – пронеслось у меня в голове. – Надо спасать народ!»

И я вскинул руку.

– Витя? – учитель сразу и обрадовался, и удивился. – Ну, давай!

Я вышел к доске и прокашлялся.

– О чем будешь рассказывать?

– А можно про Александра Македонского? – спросил я.

Не понимаю, чего одноклассники так боялись учителя. Он оказался совсем не строгим, слушал во все уши, поддакивал, переспрашивал, искренне радовался. А я и рад был стараться: на прошлой неделе прочитал книгу Яна «Огни на курганах», поэтому про Македонского мог говорить час.

Но уже через пять минут историк меня прервал:

– Отлично! – Он повернулся к классу: – Видали? На прошлом уроке Витя был… не такой разговорчивый! Но взял себя в руки, настроился – и вот вам результат! Молодец! Десять!

«Шутит, – подумал я, усаживаясь на место, – но на пятерку я точно наговорил».

Я гордо посмотрел по сторонам, ожидая увидеть благодарные взгляды. Те одноклассники, которые не успели отвернуться, смотрели на меня с ненавистью. А их пальцы продолжали что-то набирать под партами на своих смартфонах.

Я подумал: «За что они на меня так? Мы же в одном эксперименте участвуем». И понял, что нужно срочно вспоминать, что рассказывал папа про ютуб и мессенджеры.