Я неслась по коридорам, сбивая все на своем пути. Отец подъезжал к замку.

Слезы текли по щекам, и ветер тут же сносил их. Кто-то что-то кричал мне вслед, но я не слышала их голосов. Только свое резвое сердце, которое отдавалось гулким эхом в ушах и горле. Дыхание сорвалось с привычного ритма. Воздух становился горячим в легких и обжигал все тело, вырываясь наружу почти кашлем.

Я выбежала в сад. Десятки глаз обратились ко мне. Услышала, как по их венам течёт магия. Запахи смешались в единый, дурманящий напиток. Но меня не волновали они. Голода не было.

Пока что.

По узким дорожкам выбежала к воротам, которые все еще были закрыты. Вальтер и Меггана, в окружении нескольких слуг, стояли рядом, обмениваясь напряжёнными, полными скрытой тревоги взглядами. Рейнар стоял напротив них. Он смотрел на меня с лаской и теплом.

Я остановилась. Кашель всё-таки вырвался наружу. Меня все еще преследовали запахи сада, но сейчас к ним добавились еще три аромата. И запах серы был самым сладким и манящим из них.

—... с каких пор, Мег? — донесся голос Вальтера.

— Я была еще девчонкой, — холодно отвечала мачеха, не смотря на короля.

— Все мы были детьми тогда, но знали за что сражаемся!

— Что ты хочешь от меня, Вальтер? — злилась Мег, а потом ее серые глаза наши меня и она замолчала, тихо мне улыбнувшись. Вальтер обернулся и его грудь медленно поднялась вверх. Я облизнула пересохшие губы, когда кашель чуть успокоился. Тяжело дыша, подошла к мачехе и королю.

— Как дела, Эли? — улыбнулась Мег. Ее черные волосы блеснули в свете заходящего солнца.

— Хо... хорошо... — пыталась отдышаться я.

— Что скажешь про... — Вальтер приставил палец к виску, изображая сумасшествие.

Мои брови возмущенно поползли вверх.

— Он думает, что ты сумасшедшая, — сказала мне Кайя и захихикала, как довольный, злой ребенок.

— В полном порядке, — холодно ответила и отвернулась, сложив руки на груди.

Рейнар приближался. С каждым его шагом запах серы, смешанный с шоколадом, становился все ярче, заполняя мои мысли, легкие, сердце. Во мне рождалось желание. Желала не его тела. Я жаждала его магии.

Я подскочила на месте, когда непонятно откуда раздался торжественный шум барабанов.

— Его Величество, король Тарвелда — Фредрин из дома Эльдрант!

Ворота медленно и бесшумно раскрылись, впуская темноту густого леса. Первыми выехали две черные лошади. Верхом сидели советники отца. Их измученные лица умоляли о подушке и сладком сне. Следом вышла лошадь отца. Темнота медленно вырисовывала его силуэт. Лицо. Руки. Улыбку.

Слезы вырвались без предупреждения.

Папа.

Светлые волосы слегка выгорели на солнце. На носу и щеках едва заметны веснушки. Уголки глаз тронула мелкая сеть морщин. Но глаза были живыми, ясными — теми самыми звездами, которые я так люблю. И улыбка... самая светлая на всем белом свете. Именно она дарила мне спокойствие в самые тяжелые дни.

Путники спешились.

Вальтер был первым, кто подошел к отцу.

Я не смела приблизиться.

— Рад тебя видеть! — улыбнулся Вальтер и заключил друга в крепкие объятия.

— А я-то как рад! — засмеялся отец, и в порыве радости ноги Вальтера оторвались от земли.

Папа был не просто здоров. К нему вернулась былая сила. От этого моей улыбке не было конца.

— Дорогой, — Меггана обняла мужа и нежно поцеловала в щеку. — Наконец-то ты здесь...

Я видела любовь в их глазах. Впервые. Каждое движение говорило: они любят друг друга так искренне, как никто другой на свете не может.

Все внутри застыло, когда взгляд отца встретился со мной. Он осматривал меня с ног до головы. Будто видел впервые. Улыбки больше не было на его лице. В глазах не было той привычной ласки и тепла. Я больше не была его маленькой принцессой.

Глупой дочуркой.

Любимой дочерью.

Сердце так сильно сжалось от боли, что руки невольно впились в ткань рубашки до хруста. До хруста собственных костей. Я готова была кричать. Но ни один звук не покинул горла. Мне хотелось броситься в эти объятия. Но ноги не двигались. Они стали камнем.

— Лира... — голос Рейнара за спиной вытянул меня из омута.

— Он меня не узнает? — сквозь слезы прошептала я.

Рей не ответил.

Отец сделал несколько неуверенных шагов в мою сторону. Меггана мягко остановила его и что-то шепнула на ухо. Глаза отца расширились от удивления. Он сорвался с места, и вот он уже рядом. Тянет ко мне руку. Она дрожит. Как и я.

— Пап? — неуверенно произнесла я.

— Уже так темно, — начал отец, и в его голосе дрогнула нотка смущения, — А у твоего старика совсем плохо со зрением.

И я сорвалась с места. Вцепилась в его плечи и крепко прижала к себе. Отец, как всегда, пах еловым лесом. И этот чистый аромат перебил все запахи магии, которые плотно сидели в носу и мыслях. Я услышала, как радостно, ровно бьется его сердце. И мое собственное заплакало от облегчения.

Он помнит! Помнит! Просто не разглядел!

Меня накрывало счастье. Эмоции выплёскивались через край. Кричать и смеяться — все, что мне сейчас хотелось.

— Я так скучала, папа! — выкрикнула, уткнувшись лицом в его плечо.

Отец крепко обнимал меня, и все проблемы остались позади.

Нерешенные?

Пусть.

Зарылась от них в плече отца. Мне снова пять. Семь. Восемь. Он снова рядом. Укрывает меня от всего мира. Защищает от всего плохого. Мое сердце поили сладким вином. Мысли испарились. Боль. Обида. Злость. Все пропало.

— И я скучал, Элира.

Отец отстранился, снова внимательно осматривая меня. Ему не нужно было говорить. Глаза говорили куда больше.

— Ты так выросла. Так изменилась, — слезы навернулись на его глаза.

Я тихо всхлипывала, кивая.

— Он еще не знает, чем твоя мамаша пожертвовала, чтобы просто быть рядом, — голос Кайи врезался в мое сознание на огромной скорости.

Сердце ушло в пятки. Глаза мигом высохли. Время замедлилось. Воздух морозил внутренности. Обернулась на Рейнара. Он мило улыбался, смотря на нас с отцом. Меггана стояла в нескольких метрах позади и нервно перебирала пальцами.

Не сказала. Но скажет. И что тогда? Отец обрушит на меня весь свой гнев? Откажется от меня? Что будет?

— Эли? — отец слегка потряс меня за плечи, возвращая в реальность.

— Да... — потерянная, я не спешила выходить из картины смертельного будущего.

— Идем в дом.

Отец улыбнулся и подошел к Рейнару.

— Рад видеть тебя, Рей, — отец пожал ему руку. — В последний раз ты был совсем крохой. Сколько же прошло лет? — легкая, приятная грусть коснулась его сердца.

Рей улыбался, держа спину ровно, искоса поглядывая на меня.

— Ты точная копия своего отца в молодости! Эш, ты погляди! Вырастил свою копию? — отец засмеялся и двинулся в сторону замка.

Я еще несколько секунд не двигалась. Радость сменилась липким волнением и тяжелым ожиданием.

Рей вернулся за мной. Обеспокоенно заглянул в мои глаза. Вопрос всплыл в моей голове раньше, чем он его произнес.

— Она не рассказала? — шепнула я.

Первый шаг дался тяжело, словно выбираясь из болота, а меня все тянуло на дно. Руки безвольно опустились вдоль тела. Из меня вырезали все живое и светлое, что только могло быть и что могло еще родиться.

Рей обнял меня за плечи.

Сера.

Теперь он будет пахнуть только так.

Сглотнула.

Магия манила меня. Контролировать себя пока было легко. Но это закончится.

Все это скоро закончится.

*****

Я шла более уверенно, когда мы добрались до сада. Рейнар был рядом и порой касался моей руки, вопросительно поглядывая. Я коротко кивала.

Отец и Меггана шли под руку, улыбаясь друг другу. Вальтер шел впереди всех, время от времени грозно оглядываясь на мачеху и на меня.

Я стала угрозой.

Для него.

Для его сына.

Для его континента.

Он смотрел на меня так же, как смотрел на Меггану в день их свадьбы.

Убийственно.

Я сжала уголок куртки и повернулась к принцу.

— Я думаю, что твой отец захочет отменить свадьбу.

— Чего... — Рейнар на секунду замедлился. Его рука дрогнула.

— Он так смотрит на меня...

В сердце будто вонзили кинжал и медленно провернули.

— Что ж... — вздохнул принц, — этому не бывать. На следующей неделе ты станешь моей женой. Точка, — он сказал это с такой серьезностью, что теперь крепко взял меня за руку.

Его магия слегка уколола мою ладонь.

Не сейчас...

— Какое славное было бы приветствие для твоего папеньки, — прошипела Кайя.

Я увидела ее ехидную улыбку перед внутренним взором и мысленно сорвала с этого лица кожу. Мне было бы очень приятно сделать это не только в мыслях. Злая усмешка разошлась по моим губам. На секунду стало страшно от собственных мыслей.

— Ты теперь такая. Сила кружит тебе голову. От себя не уйдёшь! — безумно рассмеялась Кайя, пропадая в затворках моего сознания.

«Душа формируется в восемнадцать. И только тебе выбирать, кем быть».

Неужели я стану той тьмой, которой боялась в детстве?

Мы не пошли в столовую. Не остановились в кабинете Вальтера. Мы шли в ту комнату, где стоял мраморный стол с картой. Красные флажки за пределами континента. Я, лишённая рассудка. Мадам Рутт, которая теперь, вероятно, не впустит меня на свой урок. По спине прошел холодок.

Рейнар сжал мою руку крепче. Я оглянулась на него. Он напрягся.

Вспомнил то же, что и я?

— Почему мы здесь? Я не была на собраниях ни разу... почему сейчас? — шептала я.

— Твоя мачеха настояла на том, чтобы ты принимала участие.

Меггана.

Женщина, которую я считала злом. Боялась, избегала. А сейчас она стала для меня ближе, чем родной отец. Я была так слепа, что не видела, как она делала все для меня. Она дала мне частичку детства. Дала любовь, которую не мог дать отец из-за чар императора. Она приехала сюда, чтобы помочь мне пережить этот кошмар. Она давит на самого короля, чтобы я была в курсе всего. Сейчас я была ей бесконечно благодарна. Она единственная понимала, что именно мне придется бороться с Темными.

Мне.

Не армиям королей.

Не магам.

Мне.

Широкая дверь легко отворилась под руками Вальтера. Кабинет встретил нас пламенем свечей, ароматом цветов и ночным небом за окном. Вальтер встал во главе стола. Отец и Меггана — по правую руку от него. Рейнар — по левую. Я осталась стоять напротив Вальтера.

Он пытался не смотреть на меня.

Не со злостью.

Выходило так себе. И это меня разрушало. Он стал для меня недосягаемым, непроницаемым. Таким, каким я помнила его с раннего детства.

— Солариан не может предоставить нам даже треть своих войск, — начал мой отец с полной серьёзностью в голосе.

Я насторожилась.

Зачем нам войска? У нас один единственный Т е мный, Ник, и место, откуда они могут пробраться. Но ведь не пробрались... пока.

— Юный король держит чары. Но он юн, — развёл руками отец.

Все заметно напряглись, зная, что может последовать за упоминанием возраста короля. Но не я. Перевела взгляд на Рейнара. Он не смотрел в мою сторону. Меггана незаметно выставила ладонь: потом, тихо.

Вальтер повернулся ко мне спиной. Незнание накрывало волной тревоги, затягивая в пучину.

Кайя, ты в курсе? — мысленно позвала я Богиню.

— А что мне будет за информацию? — ее голос язвительно уколол сознание.

Я сжала кулаки. Челюсть напряглась. Мне уже хватало чужого запаха магии. А вот собственной хотелось бы избежать.

Выполнение долга — вот цена за информацию и покладистое поведение.

Богиня фыркнула, и всякий ее след исчез. Словно ее никогда и не было в моей голове. Паника начала расползаться по мыслям.

Кайя! — звала я ее.

В ответ — тишина.

— Чары запечатаны. Пока что, — голос Мегганы вернул меня в комнату. — За Тарвелд мы можем не переживать еще приличное количество времени.

Она скажет? — мысли бились друг о друга, заглушая все остальное. Я искала спасения во взгляде Рейнара, Мегганы, отца. Никто не смотрел в мою сторону. Руки начали дрожать.

— Примерное местонахождение разлома мы знаем.

— Только примерное? — грубый голос Вальтера ударился о стены, как молот.

— Да. Магам не стоит приближаться к разлому, — Мег вздохнула и осмотрела карту. Синий флажок опустился между Соларианом и Морвейндом. Где-то выше Шелкового перевала.

Глазами я проследила возможные дороги. Там сплошные непроходимые леса да болота. Там даже зверю опасно находиться.

Но о каком разломе шла речь? Не поэтому ли на стратегии мы так часто возвращались к болотам?

— И как решать?

— Я позаимствовал некоторые старые книги в запретных архивах Солариана.

Я задержала дыхание. Про это говорила Мег. Там все нужные мне ответы.

— Их доставят в твой кабинет, Эштор.

— Что-то узнал?

— Я бы так не сказал, — вздохнул отец, потирая переносицу, — В архивах сказали, что после смерти императора почти все было сожжено. В тех книгах, — отец на секунду замолчал, словно подбирал слова, — в них нет ничего такого, чего мы бы не знали. Ну или почти. И, — отец указал на синий флажок, — последнее место разлома обозначалось здесь. Но попасть туда будет непросто.

— Почему? — вмешался Рей.

— Разведка донесла, что болота высушены. Кто-то построил там крепость. И этот «кто-то» вполне может быть тем самым...

— Мы выполним долг! — голос Кайи неожиданно для меня самой подарил мне облегчение. Я была не одна. — Но сначала устроим пир...

Я услышала, как Кайя облизнулась. И мне захотелось сделать то же самое. Ярость, ненависть, предвкушение заполнили меня с ног до головы. Приятные мурашки прошлись под кожей, и хищная улыбка застыла на моих губах. Взгляд из-под бровей делал меня самым опасным хищником в этой комнате.

— Лира... — шепот Рейнара вырвал меня из сладких, мрачных мыслей. — Что с тобой?

Я покачала головой. Расправила плечи и опустилась на мягкий стул. Рейнар сел рядом. Его рука упала на мое колено.

— Все хорошо? Может, выйти? — в его глазах читалось беспокойство.

— Я контролирую себя, — дерзко ответила, что стало удивлением не только для принца.

— Мы не можем отправиться так скоро! — почти крикнула Меггана. — Наши дети женятся! Дайте им побыть обычными людьми!

Я склонила голову набок, потирая запястье. Глаза рисовали узоры на ковре.

— Я была права... — шепнула я, наклонившись к Рею.

Он не ответил мне. Резко вскочил и громко, грозно начал:

— Свадьбе быть, отец! Это даже не обсуждается!

Уверенность его голоса подарила частичку силы и мне. Я тихо выдохнула и гордо подняла голову на Вальтера. Он пожирал меня глазами.

Больно.

— Мы итак долго откладывали это событие, — мягко начал отец, — Народ ждет. Я тоже думаю, что не стоит откладывать. За неделю ничего плохого не случится.

Он легко положил руку на плечо короля. Тот резко смахнул ее, не сводя с меня глаз. Брови отца сошлись к переносице:

— Что с тобой, Эштор?!

— Твоя дочь не сядет на мой трон! — крикнул Вальтер, ткнув в меня пальцем.

Я оставалась спокойной и не двинулась с места. Ожидала именно этого — очередного разрушения моего мира.

— Что ты несешь? — сердился отец.

Он глазами просил помощи у Мег.

— Вальтер, ее магия не делает ее монстром...

— Делает, — перебил ее король и повернулся к другу. — Твоя дочь хуже Темного!

— Магия? — отец пал в замешательство, ожидая чего угодно, но явно не этого.

На несколько секунд комнату окутала тишина. В ней я слышала сердцебиение каждого. И мое захотело разорваться. Отец молча упал на стул, потеряв дар речи и возможность вдохнуть. Меггана присела рядом и тихо зашептала ему что-то на ухо.

— Монстр здесь не она, а ты! — нарушил тишину Рей.

Глаза короля полезли на лоб. Он хотел было что-то крикнуть, но вмешалась Меггана:

— Свадьба будет! Моя дочь сядет на твой трон! На этом тема закрыта!

Меггана облокотилась на стол, сверля взглядом карту. Глаза отца бегали от меня к Вальтеру, ища ответы.

Король не подходил близко ко мне. Держался на расстоянии. Но воздух между нами накалялся до предела.

— Твой Бог... внутри тебя... темный. Ты принесёшь смерть в наши дома! — прошипел Вальтер, грозя мне пальцем.

Отец вскочил и потянул друга за плечо. Тот отмахнулся. Рейнар встал между нами, расправив плечи. Мышцы напряглись. Кулаки сжались.

Я же сохраняла ледяное спокойствие. Прошлая я позавидовала бы этой выдержке.

Медленно поднявшись, положила руку на плечо Рейнара, склонила голову набок и мило улыбнулась.

— Мой Бог такой же темный, как ваша душа, ваше Величество.

— Что ты такое говоришь?! — вмешался отец.

Внутри меня вспыхнуло пламя, которое сложно было держать в узде. В нос ударил густой запах магии Вальтера, заглушив все остальные ароматы. Я физически ощутила, как его сердце бьется в моих руках. Пальцы приятно заныли от предвкушения. В этом момент милая и робкая Элира умерла, дав дорогу совершенно другому человеку: смелому, сильному, готовому сделать шаг в бездну и утонуть во тьме, если будет нужно. И эта Элира была самым опасным зверем. Кровожадным и голодным до мозга костей.

И мне это Элира начинала нравится.

— Вернёмся к более важным делам! — выдавила Мег сквозь зубы, сжимая кулаки под столом.

Отец обернулся к жене, молча задавая вопрос.

— Обсудим это наедине, — сказала Мег и подошла к Вальтеру. Она встала опасно близко к королю, и воздух вокруг них сгустился. — Наша дочь — твое единственное спасение. Ты сам это прекрасно знаешь. Так что, будь добр — вернись на свое место!

Я тихо выдохнула через рот, садясь на стул. Подушечки пальцев едва заметно покраснели. Магия просилась наружу. Рейнар присел рядом. Его глаза упали на мои руки, и он накрыл их своими, согревая холодную кожу.

— Рей... — еле слышно шепнула я.

— Я в порядке, — он наклонился к моему уху. — Если нужно, можешь взять немного.

Я не взяла. Не потому, что не хотела. Хотела. Но я не монстр, каким считал меня Вальтер. Я могу себя контролировать.

— Как мы подберемся ближе? — начал Вальтер недовольным тоном, игнорируя напряжение. — Если ты говоришь, что магам нельзя приближаться?

Я перевела глаза на Мег. Она смотрела на меня из-под бровей.

— Рейнар и Элира, — сказала она и выпрямилась, глядя прямо на короля.

— Мой сын не пойдет туда!

— Мне не пять лет! Я иду! — возразил принц.

Во мне что-то вдруг проснулось. Нечто приятное. От этого улыбка сама собой разошлась по лицу. Отец смотрел на меня и не узнавал. Страх, боль, непонимание — его верные спутники в этот вечер.

— Решено, — спокойно сказала мачеха, потерев ладони.

— Здесь решаю я! — возразил Вальтер. Его кулак громко ударился о край стола. Несколько свечей упали на пол и потухли.

— Здесь решаем все мы! — вмешался отец. — На кону не только твой дом. На кону миллионы жизней!

Я была рада, что отец не требовал ответов здесь и сейчас. Он встал на сторону своей семьи просто потому, что так было необходимо. Сердце довольно ударилось о ребра.

— Значит, решено, — повторила Мег. — Пока отложим подготовку к походу. Нужно думать о свадьбе. Можем закончить собрание.

Мег и отец тихо покинули кабинет. Я с каждым днем узнавала эту женщину с новой стороны. И она становилась для меня примером.

— Не смей причинять боль моему сыну, — грозно шепнул Вальтер, проходя мимо меня, и тоже вышел. Дверь громко захлопнулась, задув еще несколько свечей.

— «Мой Бог такой же темный, как ваша душа»? — смеясь, повернулся ко мне Рейнар.

Я усмехнулась в ответ:

— У каждого правителя руки по локоть в крови.

Вдруг я поняла, что уже думаю не о разломе, не о свадьбе, не о страхе, я думаю только о том, как это было — чувствовать чужую, пульсирующую магию в своих руках.

Приятно. Но мало. Хочу ещ е...